Аннотация. В статье на основе архивных документов и литературы освещены основные направления развития отечественной военной стратегии во втором периоде Великой Отечественной войны, проблемы наступления и пути их решения. Отмечены усиление советских войск благодаря перелому в экономическом противоборстве с противником, рост оперативной подготовки командующих и штабов, боевого мастерства командиров и всего личного состава, укрепление его политико-морального состояния. Раскрыты особенности решений командования, приведших к победам в битвах у стен Сталинграда, Курска и на Днепре, успехам в контрнаступлениях и стратегических наступательных операциях советских войск. В заключение автор подчёркивает значение опыта Великой Отечественной войны для современной Российской армии, необходимость сочетания оперативно-стратегических и военно-исторических знаний для выбора оптимальных способов применения войск, сил и средств, которые соответствовали бы обстановке и обеспечивали успешное выполнение боевых задач.
Ключевые слова: Великая Отечественная война; Вооружённые силы СССР; Красная армия; Ставка ВГК; Генштаб РККА; зимняя кампания 1942—1943 гг.; летне-осенняя кампания 1943 г.; Сталинградская битва; Курская битва; битва за Кавказ; военное искусство; стратегическое наступление; контрнаступление; ударные стратегические группировки; достижение внезапности; прорыв обороны; развитие форм и способов применения войск; операции на окружение; отражение контрударов; преодоление водных преград; скрытность подготовки операции; система последовательных операций по фронту.
Summary. Drawing on archival documents and relevant literature, this paper examines the main developments in Soviet military strategy during the second phase of the Great Patriotic War. It focuses on the challenges of offensive operations and the strategies used to overcome them. The paper notes the increased strength of Soviet forces due to the turning point in the economic confrontation with the enemy. It also highlights the improved operational training of commanders and staff, as well as the combat skills and political and moral strength of all personnel. The paper discusses the specific command decisions that led to the victories in the battles of Stalingrad, Kursk, and the Dnieper, as well as successful counter-offensives and strategic offensive operations conducted by Soviet troops. The author emphasizes the significance of the experience gained during the Great Patriotic War for the modern Russian army and the need to integrate operational-strategic and military-historical knowledge to select the most appropriate methods for employing troops and equipment in order to successfully complete combat missions.
Keywords: Great Patriotic War; Armed Forces of the USSR; Red Army; Headquarters of the Supreme High Command; General Staff of the Red Army; Winter campaign of 1942—1943; Summer-autumn campaign of 1944; Battle of Stalingrad; Battle of Kursk; Battle for the Caucasus; military art; strategic offensive; counteroffensive; strategic strike groups; achieving surprise; breakthrough of defense; development of forms and methods of using troops; encirclement operations; repelling counterattacks; overcoming water obstacles; secrecy of operation preparation; system of sequential operations along the front.
ВОЕННОЕ ИСКУССТВО
БОТЕВ Юрий Львович — заведующий кафедрой истории войн и военного искусства Военной академии Генерального штаба ВС РФ, генерал-майор запаса, доктор исторических наук, профессор (Москва. E-mail: vagsh@mil.ru).
«ГЕРМАНИЯ БЫЛА ПОСТАВЛЕНА СОВЕТСКИМИ ВОЙСКАМИ ПЕРЕД ЛИЦОМ ВОЕННОЙ КАТАСТРОФЫ»
Развитие военного искусства в стратегических наступательных операциях второго периода Великой Отечественной войны
Во втором периоде Великой Отечественной войны (с 19 ноября 1942 г. — начала контрнаступления под Сталинградом до конца 1943 г.1) советское военное искусство развивалось в условиях достигнутого перелома в экономическом противоборстве с противником. Увеличение выпуска новых образцов танков, артиллерийских орудий, самолётов и других видов вооружения и боевой техники позволило провести ряд организационных мероприятий в Вооружённых силах — восстановить стрелковые корпуса, создать танковые армии новой организации, в которые входили 2—3 танковых и механизированных корпуса, артиллерийские корпуса и дивизии прорыва. В ноябре 1942 года завершилось формирование воздушных армий фронтов действующей армии. Выросли оперативная подготовка командующих и штабов фронтов и армий, боевое мастерство командиров и всего личного состава, укрепилось его политико-моральное состояние2.
Это позволило повысить боевую мощь Советских Вооружённых сил, привести организационные формы войск в соответствие требованиям войны, создать стратегические резервы.
Красные армия и флот к тому времени были подготовлены к решительному перелому хода войны и началу массового изгнания агрессоров с территории Советского Союза. Эту задачу Красная армия решала в ходе зимней кампании 1942—1943 гг. и летне-осенней кампании1943 года.
Ставка Верховного Главнокомандования (ВГК) учла опыт наступления в зимней кампании 1941—1942 гг., который показал, что при недостатке сил и средств нецелесообразно проводить стратегические наступательные операции одновременно на всём советско-германском фронте. Руководство Генштаба РККА сделало вывод: результаты любой кампании и стратегической операции находятся в прямой зависимости не только от соотношения сил и средств противоборствовавших сторон, но и от успешного решения проблемы главного удара. Чем крупнее и решительнее победы на направлении главного удара, тем большие результаты с меньшими затратами сил достигаются в последующих наступательных операциях кампании на других направлениях. На основе выбора способа стратегического наступления были разработаны принципы планирования направления главного удара и создания ударных группировок на стратегических направлениях3.
Главный удар советское Верховное Главнокомандование наносило на тех направлениях, на которых нужно было добиться наибольших военно-политических результатов. При этом тщательно учитывало совокупность политических, экономических, военных и географических факторов. В этой связи до начала 1945 года Ставка ВГК основным способом стратегического наступления избирала последовательное проведение стратегических наступательных операций4.
Во втором периоде войны Вооружённые силы СССР вели борьбу за захват стратегической инициативы, и Ставка ВГК не всегда была свободна в выборе направлений главных ударов. В силу особенностей обстановки Красная армия вынуждена была наносить главные удары по тем группировкам противника, которые создавали наибольшую угрозу5.
В зимней кампании 1942—1943 гг. для главного удара Ставка ВГК избрала юго-западное стратегическое направление. Контрнаступление под Сталинградом стало первой стратегической операцией этой кампании. Примечательно, что решение на контрнаступление и его планирование в отличие от первого периода войны начали готовить только после того, как советское командование пришло к выводу: ударные группировки противника на сталинградском и кавказском направлениях обескровлены упорной, активной обороной Красной армии и утратили свои наступательные возможности6.
Избранный способ разгрома противника предусматривал не его вытеснение, достигшее наибольшего успеха в Московской контрнаступательной операции 1941—1942 гг., а нанесение двух концентрических ударов по слабо защищённым флангам врага с целью окружения и последующего уничтожения его группировки.
Показателями возросшего советского полководческого искусства служит то, что при незначительном общем превосходстве в силах и средствах путём скрытных стратегических и межфронтовых перегруппировок войск было создано двух-трёхкратное превосходство на направлениях главных ударов, а также то, что оборону противника прорывали на узких участках фронта армии первого эшелона, усиленные танковыми и артиллерийскими соединениями и частями.
Нанесение главного удара позволило нашим войскам пробить брешь в обороне противника, развить наступление на Донбасс и на ростовском направлении, создать реальную угрозу окружения группы армий «А» на Северном Кавказе.
В летне-осенней кампании 1943 года наибольшую опасность представляла группировка противника на курском направлении, развёрнутая в двух районах севернее и южнее Курского выступа. В неё входили основные силы танковых войск и авиации вермахта, ударами которых по сходящимся направлениям с севера и юга на Курск противник мог создать угрозу окружения войск Центрального и Воронежского фронтов. Разгром врага на этом направлении был необходим для развёртывания стратегического наступления и освобождения от оккупантов важных в экономическом отношении районов СССР7.
Для достижения целей кампаний и стратегических операций советское Верховное Главнокомандование стремилось создавать группировки, способные наносить мощные первоначальные удары и развивать наступление по фронту и в глубину до полного выполнения боевых задач и достижения военно-политической цели на каждом стратегическом направлении.
Создание группировок проходило в различных условиях. Так, перед началом зимней кампании 1942—1943 гг. Ставка не располагала возможностью усилить сталинградское направление за счёт войск с других направлений, была вынуждена держать крупные силы на московском, ленинградском направлениях и приняла решение сначала создать группировку на главном направлении (юго-западном), затем по мере готовности и сосредоточения резервов — на других направлениях, на которых намечался переход в наступление.
В летне-осенней кампании 1943 года для стратегического наступления советское командование располагало более крупными, чем ранее, силами и значительными резервами, позволившими заблаговременно создать четыре крупные стратегические группировки на смоленском, орловском, белгородско-харьковском и донбасском направлениях. Каждая из них была полностью укомплектована обученным личным составом, вооружением, техникой и была способна выполнять поставленные ей задачи8.
Одним из основных условий успеха Ставка ВГК считала достижение внезапности. Так, при подготовке Сталинградской стратегической контрнаступательной операции советское командование стремилось создать у противника впечатление, что главный удар будет наноситься на западном направлении. Этому должны были способствовать операции советских войск с ограниченными целями в районах Великих Лук, Ржева, Сычёвки и Жиздры. Важным для введения противника в заблуждение было сосредоточение восточнее Москвы группировки резервов Ставки ВГК. Мероприятия по достижению внезапности заставили немецкое командование сделать вывод, что русские предпримут решающую операцию на центральном участке фронта, а также менее крупную операцию на Дону.
Высокое искусство советского командования проявилось в умелом использовании стратегических резервов и своевременной перегруппировке войск в ходе операции. Только с 20 ноября по 31 декабря наступавшие фронты получили из резерва Ставки ВГК 20 стрелковых дивизий, 25 артполков, ряд танковых и авиационных соединений. Ввод свежих резервов позволил не только наращивать силу ударов наступавших фронтов, но и успешно парировать сильные ответные удары противника, как это было, например, в ходе Сталинградской битвы на котельниковском направлении9.
Одной из характерных особенностей зимней кампании стал успешный переход контрнаступления на одном стратегическом направлении в общее наступление путём последовательного ввода в действие новых фронтов. С 19 ноября 1942 по 26 января 1943 года на советско-германском фронте были введены в действие восемь фронтов. Наступление развернулось на огромном пространстве от Воронежа до предгорьев Кавказского хребта, а также в районе Ленинграда.
Качественно новым в стратегических операциях стало массированное применение бронетанковых и механизированных корпусов и танковых армий смешанного состава. Их использование давало фронтам и армиям возможность быстро завершать прорывы обороны противника и в высоких темпах развивать успех в оперативной глубине. Операции приняли более решительный и манёвренный характер, приведший к успешному завершению большинства из них.
Контрнаступление под Сталинградом стало важным этапом развития форм и способов применения бронетанковых и механизированных войск. Девять танковых и шесть механизированных корпусов впервые использовались на направлениях главных ударов в качестве подвижных групп общевойсковых армий, сыграв решающую роль в окружении войск противника и их преследовании.
Опыт применения танковых и механизированных корпусов под Сталинградом послужил выработке наиболее целесообразных форм организации крупных объединений танковых войск. На базе этого опыта летом 1943 года начали создавать танковые армии однородного состава, которые стали мощным средством развития успеха в стратегических наступательных операциях.
В контрнаступлении получили дальнейшее развитие способы применения артиллерии. Артиллерийскую поддержку атаки стали проводить не только последовательным сосредоточением огня, но и огневым валом10.
Во втором периоде войны был приобретён успешный опыт применения авиации в наступательных операциях с целью окружения и уничтожения крупных группировок противника. Её применяли массированно совместно с сухопутными войсками на направлениях главных ударов11.
Советскому военному командованию в операциях на окружение пришлось решать ряд новых проблем. В их числе — создание внутреннего и внешнего колец окружения и рациональное распределение сил, уничтожение окружённой группировки противника, отражение контрударов.
Значительное развитие получили операции на окружение по сходящимся направлениям и уничтожение крупных группировок противника, в которых решающую роль играли подвижные войска и продвигавшиеся за ними стрелковые дивизии первых эшелонов армий.
Накопленный опыт учитывали и широко применяли в последующих стратегических операциях. Контрнаступление под Курском отличалось от контрнаступления под Москвой и Сталинградом тем, что до начала наступления противника Ставка ВГК заблаговременно сосредоточила мощные стратегические резервы — войска Степного фронта, а также группировки в тылах Брянского и Западного фронтов. Созданное решающее превосходство в силах над противником обеспечило успех контрнаступления наших войск12.
В ходе уточнения плана контрнаступления под Курском, который был разработан в апреле, Ставка ВГК и Генштаб пришли к выводу: в Орловской наступательной операции он соответствует применению войск, а при подготовке Белгородско-Харьковской операции, в районе, где боевые действия не прекращались и обстановка постоянно менялась, Верховный главнокомандующий И.В. Сталин впервые принял решение отработать план на местности, что стало новой формой работы Ставки ВГК и Генштаба. В своей книге «Генеральный штаб в годы войны» генерал армии С.М. Штеменко писал: «О каком-либо едином письменном или графическом документе с планом операции “Полководец Румянцев” мне ничего неизвестно. Его не было. Ставка и Генеральный штаб подразумевали под этим условным наименованием не документ, а совместные действия войск Воронежского, Степного и отчасти Юго-Западного фронтов в августе 1943 года, объединённые общей целью и единым руководством»13.
Ещё одной особенностью контрнаступления под Курском было то, что наши войска наносили удары по наиболее сильным участкам обороны противника. Западный и Брянский фронты должны были прорвать оборону, которую вермахт совершенствовал год. Остальные фронты наносили удары по группировкам противника, которые ранее вели наступление. Для прорывов и их развития сосредоточивали большие силы и средства за счёт второстепенных участков фронта. Так, в соответствии с замыслом Ставки главный удар в Белгородско-Харьковской операции наносился на участке шириной 24 км. Там были сосредоточены 5-я и 6-я гвардейские, 1-я и 5-я гвардейские танковые армии14. Глубокое построение ударных группировок войск фронтов, в которые входили крупные подвижные соединения и значительное количество артиллерии, позволило преодолевать тактическую зону обороны противника в первый день наступления. Прорыв развивали в глубину и в стороны обоих флангов вводом в сражение подвижных войск и резервов Ставки и фронтов.
Широко применялись удары частью сил наступавшей группировки вдоль фронта противника с целью свёртывания его обороны. Наиболее ярким образцом такого успешного манёвра в крупном масштабе стало наступление 69-й и 7-й гвардейской армий Степного фронта вдоль правого берега реки Северский Донец на юг15.
Получило развитие отражение контрударов крупных танковых группировок во взаимодействии всех родов Сухопутных войск и авиации. При этом часть наших сил переходила к жёсткой обороне с целью воспретить дальнейшее продвижение противника, а основная часть войск наносила удар во фланг и тыл его группировки. К участкам, на которых противник наносил удары, с соседних участков совершали манёвр наши артиллерия и танки, из глубины фронта выдвигались противотанковые резервы командующих фронтами. В результате такого манёвра быстро ликвидировалось превосходство противника в силах16.
Успех главного удара войск Красной армии под Курском Ставка ВГК обеспечивала тремя наступательными операциями на других направлениях — начатыми 17 июля Изюм-Барвенковской и на реке Миус, а также 7 августа Смоленской, сковав ими войска вермахта на западном, юго-западном направлениях и не позволив перебросить их в район Курска17.
К числу важнейших достижений советского военного искусства в летне-осенней кампании 1943 года следует отнести успешное решение проблемы преодоления с ходу крупной водной преграды стратегического значения — Днепра, что было обеспечено одновременным выходом к реке нескольких фронтов и использованием передовых отрядов для её форсирования с ходу на широком фронте18, подготовкой и ведением широкого стратегического наступления в высоких темпах, организацией взаимодействия между фронтами, наступавшими одновременно на нескольких направлениях, преследованием противника и прорывами с ходу промежуточных рубежей его обороны, использованием стратегических резервов для наращивания силы ударов в глубине. Впервые войска форсировали крупную водную преграду с ходу с использованием крупных отдельных передовых отрядов. Получили развитие наступательные операции с небольших плацдармов с целью их расширения с отражением танковых контрударов благодаря массированному применению артиллерии, авиации и постановке минных заграждений. Войска приобрели опыт ночных боевых действий оперативными объединениями, а также перегруппировки войск с одного операционного направления на другое. При этом представители авиационных корпусов и дивизий находились в танковых, механизированных и кавалерийских корпусах, что позволило значительно улучшить их взаимодействие с ВВС19.
Контрнаступления советских войск в зимней и летне-осенней кампаниях проводились в различной военно-политической обстановке при разных соотношениях сил и средств в форме стратегических наступательных операций силами трёх—четырёх фронтов. Непременным условием перехода в контрнаступление был ввод в сражение стратегических резервов.
Различия условий подготовки контрнаступлений влияли на их особенности. Если под Сталинградом контрнаступление планировали и готовили в ходе обороны, затрачивая на это не много времени, то под Курском — до начала оборонительного сражения. В отличие от первого периода войны во втором в контрнаступления переходили фронты, не участвовавшие в оборонительных сражениях. Это обеспечило значительно бо́льшие их размах и эффективность20.
В числе важных и сложных проблем, которые решало советское командование, было определение времени перехода в контрнаступление. На протяжении анализируемого периода во всех случаях этот вопрос решали правильно, с всесторонним учётом обстановки, положения и характера действий противника, а также состояния наших войск. Они переходили в контрнаступление в критические для противника моменты, когда его наступательные возможности иссякли, но враг ещё не перешёл полностью к обороне и не создал оборонительную группировку.
Характерной особенностью контрнаступления наших войск стали удары по флангам ударных группировок противника. Большое внимание уделялось скрытности подготовки операции, достигавшейся значительным количеством растянутых по времени подготовительных операций. Стратегические контрнаступательные операции существенно отличались друг от друга способами разгрома противника и переходили в стратегическое наступление.
Фронт стратегического наступления расширялся путём ввода новых фронтов в ходе стратегической контрнаступательной операции, которая становилась системой последовательных операций, проводившихся по единому замыслу Ставки. Опыт организации и использования системы последовательных операций по фронту в кампаниях второго периода войны стал крупным вкладом в развитие советского военного искусства.
Таким образом, основными направлениями развития военного искусства в стратегических наступательных операциях второго периода Великой Отечественной войны были: выбор направления главного удара, способа разгрома противника; достижение внезапности; использование стратегических резервов; развитие форм и способов применения бронетанковых и механизированных войск, артиллерии; создание внутреннего и внешнего колец окружения, уничтожение окружённой группировки противника; отражение контрударов; стратегическое наступление в высоких темпах; организация взаимодействия между фронтами; преследование противника и прорыв с ходу промежуточных рубежей его обороны; форсирование крупных водных преград.
Искусство подготовки и ведения наступления в годы Великой Отечественной войны непрерывно развивалось при возрастании боевых возможностей объединений и соединений, изменении характера обороны противника, накоплении опыта командующими, командирами и воинскими коллективами.
Во втором периоде Великой Отечественной войны Красная армия перешла от стратегической обороны к стратегическому наступлению. Не обладая решающим превосходством над противником на всём советско-германском фронте, проводила последовательные стратегические наступательные операции, что позволило сосредоточивать на направлениях главных ударов необходимое количество сил, средств и громить противника по частям.
Целями стратегических наступательных операций в освещаемый период стали разгром крупных группировок противника и овладение важными в экономическом, политическом и военном отношениях районами и рубежами. С завоеванием Красной армией стратегической инициативы Ставка ВГК и Генеральный штаб свободно избирали место, время и способы нанесения ударов по врагу, развёртывания и использования своих сил, активно воздействуя на изменение военно-политической обстановки.
Маршал Советского Союза Г.К. Жуков в своей книге «Воспоминания и размышления» отметил: «Существенным условием правильного планирования кампаний и стратегических операций являлось глубоко научное предвидение хода войны советским военным руководством… О хорошо подготовленных, заранее спланированных операциях Советских Вооружённых Сил дают представление события 1943 года. Тогда после блестящей Сталинградской битвы и изгнания вражеских войск с Северного Кавказа последовали успешные операции под Острогожском и Воронежем с выходом на Курскую дугу. Это и позволило выпрямить фронт на московском направлении… В результате разгрома ударной группировки немецко-фашистских войск в битве под Курском, на успех которой гитлеровское главное командование возлагало большие надежды, мы создали для себя выгодную обстановку на всём советско-германском фронте на протяжении всех дальнейших летне-осенних операций 1943 года. Во всех этих операциях немецко-фашистские войска понесли крупнейшие и невосполнимые потери… Несмотря на отсутствие второго фронта в Европе, фашистская Германия была поставлена советскими войсками перед лицом военной катастрофы. Чтобы эта катастрофа стала фактом, нужно было организовать и провести ряд новых сокрушительных ударов. Как известно, Ставка Верховного Главнокомандования организовала и блестяще их провела»21.
Накопленный в годы Великой Отечественной войны боевой опыт сохраняет значение в современных условиях, учит творческому подходу к определению путей эффективного выполнения боевых задач. Военное искусство заключается в том, чтобы найти такие способы применения сил и средств, которые соответствовали бы обстановке, были оптимальными и обеспечивали разгром противника. Для этого необходимы не только оперативно-стратегические, но и военно-исторические знания.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 Великая Отечественная война Советского Союза 1941—1945 // Военная энциклопедия в 8 т. Т. 2. М.: Воениздат, 1994. С. 40—42.
2 Стратегический очерк Великой Отечественной войны 1941—1945. М.: Воениздат, 1961. С. 886, 887, 891—893, 895, 900, 901.
3 Советское военное искусство в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. в 3 т. Т. 1. М.: Воениздат Минобороны СССР, 1962. С. 357.
4 История войн и военного искусства: проблемы стратегии, оперативного искусства и военного управления в 2 ч. Ч. 1. М.: ВАГШ ВС РФ, 2008. С. 331.
5 Советское военное искусство в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. Т. 2. М., 1962. С. 57.
6 Операции Советских Вооружённых Сил в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. в 4 т. Т. II. М.: Воениздат, 1958. С. 9—11.
7 Советское военное искусство в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. Т. 2. С. 56, 57.
8 История войн и военного искусства: проблемы стратегии, оперативного искусства и военного управления. Ч. 1. С. 324.
9 Сборник материалов по изучению опыта войны № 6. М.: Военное изд-во НКО, 1943. С. 66.
10 Советская артиллерия в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. М.: Воениздат, 1960. С. 153.
11 Сборник материалов по изучению опыта войны № 6. С. 154, 155.
12 Сборник документов Верховного Главнокомандования за период Великой Отечественной войны в 4 вып. Вып. 3. Январь—декабрь 1943 г. М.: Воениздат, 1969. С. 92—98.
13 Штеменко С.М. Генеральный штаб в годы войны. М.: Воениздат, 1975. С. 242.
14 Операции Советских Вооружённых Сил в Великой Отечественной войне 1941—1945. Т. II. С. 275.
15 Доклад представителя Ставки ВГК и командующего войсками Степного фронта Верховному Главнокомандующему плана развития наступления на белгородско-харьковском направлении. 6 августа 1943 г. // Центральный архив Министерства обороны РФ. Ф. 48. Оп. 1691. Д. 233. Л. 397—401.
16 Сборник материалов по изучению опыта войны № 11. Март—апрель 1944 г. М.: Военное изд-во НКО, 1944. С. 85, 86.
17 Взаимодействие по опыту Великой Отечественной и локальных войн. М.: ВАГШ ВС СССР, 1982. С. 11.
18 Операции Советских Вооружённых Сил в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. Т. II. С. 372.
19 Стратегический очерк Великой Отечественной войны, 1941—1945. С. 557.
20 История войн и военного искусства: проблемы стратегии, оперативного искусства и военного управления. Ч. 1. С. 347.
21 Жуков Г.К. Воспоминания и размышления в 3 т. 7-е изд. Т. 2. M.: АПН, 1986. С. 82.