Войсковая стажировка слушателей Артиллерийской академии РККА имени Дзержинского в составе войск 1-го Белорусского фронта

Аннотация. В статье на основе документов архива музея Военной академии Ракетных войск стратегического назначения (РВСН) имени Петра Великого рассказывается о подготовке офицеров-артиллеристов в годы Великой Отечественной войны 1941—1945 гг.

Summary. On the base of documents of the archive of the museum of the Military Academy of the Strategic Missile Forces (SMF) named after Peter the Great the article highlights the training of artillery officers during the Great Patriotic War 1941—1945.

Великая Отечественная война 1941—1945 гг.

УГЛОВ Валентин Иванович — заслуженный работник культуры РФ, полковник в отставке

(Москва. E-mail: valentinuglov@yandex.ru).

 

Войсковая стажировка слушателей артиллерийской академии РККА имени Дзержинского в составе войск 1-го Белорусского фронта

 

25 ноября 1820 года в Санкт-Петербурге были официально открыты офицерские классы Артиллерийского училища, правопреемницей которых и де-юре, и де-факто является ныне широко известная в стране и за рубежом Военная орденов Ленина, Октябрьской Революции и Суворова 1-й степени академия Ракетных войск стратегического назначения. В годы Великой Отечественной войны академия стала кузницей кадров высококвалифицированных офицеров-артиллеристов, используя самые современные методы и формы обучения, в т.ч. и стажировки в Действующей армии.

Благодаря дальновидной политике руководства страны академия уже со второго семестра 1942/43 учебного года перешла на обучение по нормальным (командные факультеты — 3 года, инженерные — 4 года) учебным планам.

Народный комиссариат обороны СССР (НКО) своим приказом № 0389 от 24 июня 1943 года установил новые, повышенные требования к подготовке офицеров. Особое внимание командование артиллерии Красной армии уделяло подготовке командных кадров. В 1943 году был произведён набор сразу на все три курса. Наибольший набор был осуществлён на второй курс из имевших боевой опыт офицеров (с должностей командира дивизиона и им равных) общей численностью 104 человека.

Успехи Красной армии на всех фронтах позволили летом 1944 года (в конце июля — начале августа) осуществить передислокацию академии из Самарканда на место своей постоянной дислокации в Москву. Воодушевлённый победоносным наступлением Красной армии, завершавшей освобождение советской земли от немецко-фашистских захватчиков и начавшей освобождение стран Восточной и Юго-Восточной Европы, коллектив академии с. огромной энергией принялся за работу.

В короткие сроки были возобновлены занятия на всех факультетах и курсах. С 14 августа 1944 года уже начался лагерный сбор с боевыми стрельбами на полигоне в Алабино. Организованно началась и успешно прошла производственная практика слушателей инженерных факультетов. В период производственной практики некоторые группы слушателей участвовали в налаживании производства артиллерийской техники и боеприпасов на восстанавливавшихся заводах оборонной промышленности.

Начальник факультета генерал-майор артиллерии В.Г. Дьяконов своим распоряжением создал специальную комиссию для выработки рекомендаций по совершенствованию учебного процесса и приведению его научного, методического и организационного обеспечения в соответствие с новыми педагогическими задачами.

Подготовленные комиссией рекомендации были рассмотрены 19 сентября 1944 года на расширенном научно-методическом совещании всех оперативно-тактических кафедр, а также кафедр стрельбы наземной артиллерии и зенитной артиллерии. Были приглашены и слушатели командных факультетов. На совещании, которое проводилось, кстати, по принятой тогда практике, после окончания учебного дня, был заслушан и обсуждён специальный доклад начальника штаба артиллерии Красной армии генерал-лейтенанта Ф.А. Самсонова на тему: «Новое в организации и боевом применении артиллерии». Обсуждение началось в 19.00 и закончилось ровно в полночь.

Главный вывод совещания — о целесообразности проведения войсковой стажировки слушателей всего третьего курса в Действующей армии, тем более что к этому моменту срок обучения на командных факультетах был увеличен до 3 лет и 8 месяцев.

Были определены задачи и сформирован перечень вопросов программы войсковой стажировки:

«Задачи стажировки слушателей 1-го факультета Артиллерийской ордена Ленина академии Красной Армии имени Дзержинского

А. По кафедре тактики

Целевые установки:

  1. Дать практику боевой работы на командных и штабных должностях в артиллерийских частях и соединениях;
  2. Изучить опыт боевого применения артиллерии в современном бою (батарея, полк, артбригада, артдивизия);
  3. Собрать под руководством преподавателей материалы по боевому использованию артиллерии в соответствии с нижеизложенными основными вопросами, рекомендованными кафедрой тактики для использования их в процессе преподавания.

Содержание вопросов:

  1. Организация и обеспечение марша артиллерийской дивизии (корпуса) в район сосредоточения к месту прорыва;
  2. Боевое распределение и группировка артиллерии в армии, в стрелковом корпусе, в стрелковой дивизии, в стрелковом полку; участие в них подразделений, частей и соединения в целом артиллерийской дивизии;
  3. Планирование артиллерийского наступления по периодам в стрелковом корпусе, в стрелковой дивизии, в группах ПП (артиллерийские группы поддержки пехоты. — Прим. авт.):

а) обоснование выделения отдельных орудий на прямую наводку,

б) организация подавления траншей (состав групп, средства, методы подавления),

в) порядок использования 82-мм, 120-мм, 160-мм миномётов (группировка, боевой порядок, задачи по периодам артнаступления, управление),

г) метод расчёта боеприпасов по периодам артнаступления и плотность огня в различных его видах (действительность уставных норм),

ж) организация разрушения проволочных заграждений и противотанковых рвов (средства и нормы расхода снарядов).

  1. Распределение приданной и поддерживающей артиллерии, переподчинение артиллерии в процессе боя.
  2. Использование аэрофото- и фоторазведки и фотодокументов в группах контрбатарейной и АР (артиллерия разрушения. — Прим. авт.), артиллерии БМ (большой мощности. — Прим. авт.)).
  3. Организация контрбатарейной борьбы ночью.
  4. Формы и методы огневой маскировки артиллерии.
  5. Боевые документы артиллерии (батарея, дивизион, группа, соединение).

Б. По кафедре стрельбы

Для стажирующихся на штабных должностях

  1. Организация ориентирования орудий и приборов группы по буссоли и по небесному светилу.
  2. Организация использования пристрелочных орудий.
  3. Подготовка и техника управления огнём дивизиона и группы без топоосновы (с помощью планшета, построенного по разрывам).
  4. Подготовка огня и управление им при огневом вале.
  5. Организация и проведение стрельбы на задымление.
  6. Техника управления огнём при большом насыщении артиллерии.
  7. Вопросы централизованного расчёта поправок и учёта пристрелянных данных при подготовке установок в штабе дивизиона и группы.
  8. Техника передачи команд при централизованном управлении огнём.
  9. Организация и ведение подвижного заградительного огня.

Для стажирующихся на должностях командиров батарей

  1. Стрельба на рикошетах.
  2. Перенос огня от воздушного репера (вспомогательная точка, по которой ведётся пристрелка артиллерийских орудий с целью последующего переноса огня для поражения цели. — Прим. авт.).
  3. Стрельба по аэростату.
  4. Стрельба с помощью самолёта и аэростата.
  5. Стрельба с секундомером.

Примечание; в задачи стажирующихся слушателей и командируемых преподавателей входит также помощь фронту в освоении сложных видов стрельбы.

Начальник 1 факультета

генерал-майор артиллерии (Дьяконов)

25 сентября 1944 г.»

Осенью 1944 года было принято решение организовать стажировку слушателей выпускного курса командного факультета наземной артиллерии в артиллерийских частях Действующей армии — на 1-м Белорусском фронте.

По указанию командующего артиллерией Красной армии главного маршала артиллерии Н.Н. Воронова были определены сроки стажировки — 1 октября (выезд из Москвы) — 5 ноября (возвращение в столицу).

Штабом артиллерии Красной армии было определено провести войсковую стажировку на 1-м Белорусском фронте. В это время 47, 65 и 70-я армии (А) фронта перешли к обороне на реках Нарев и Висла в районе Варшавы и севернее её. На этих участках шли ожесточённые бои по отражению контрударов противника, по удержанию и расширению захваченных в результате проведения Люблин-Брестской операции плацдармов на р. Висла и Западный Буг: 47 А (командующий — генерал-лейтенант Н.И. Гусев) — в предместьях Варшавы (крепость Прага); 70 А (генерал-полковник В.С. Попов) и 65 А (генерал-полковник П.И. Батов) — севернее Варшавы, Сероцкий плацдарм.

Именно эти три армии и были определены для стажировки слушателей. Для руководства и контроля стажировки слушателей были назначены преподаватели: полковники Е.М. Голубинский (старший команды), Р.И. Лейтендорф и А.В. Лепахин, инженер-полковник В.Д. Пызин, майор С.Л. Шур. Они, как и слушатели, должны были принимать непосредственное участие в боевых действиях на должностях в артиллерийских частях и штабах.

В соответствии со служебным стажем и званием слушателей они командованием факультета были распределены и предназначены для занятия на период стажировки в частях артиллерии тех или иных командных и штабных должностей. Это предназначение, утверждённое начальником штаба артиллерии Красной армии, и легло в основу при назначении слушателей на соответствующие должности в штабе артиллерии 1-го Белорусского фронта.

С большим вниманием отнесся к организации и обеспечению предстоявшей стажировки командующий артиллерией фронта генерал-полковник артиллерии В.И. Казаков (окончивший в 1939 г. Курсы усовершенствования командного состава при Артиллерийской академии имени Дзержинского). Начальник штаба артиллерии фронта генерал-лейтенант артиллерии Г.С. Надысев, бывший до войны преподавателем академии, лично составил предписание командующим артиллерией армий и командирам артиллерийских частей и соединений, в которых стажировались слушатели, и распределил по войскам преподавателей академии.

Так, Е.М. Голубинский был направлен в распоряжение командующего артиллерией 47 А для руководства работой слушателей в артиллерийских полках стрелковых дивизий в штабе 4-го артиллерийского корпуса прорыва (всего 9 слушателей). А.В. Лепахин — в 26-ю и 18-ю артиллерийские дивизии (ад), артиллерийский полк стрелковой дивизии (сд) 65 А (всего 22 слушателя). Р.И. Лейтендорф — в 6 ад (всего 28 слушателей). В.Д. Пызин — в 5 ад 70 А (всего 19 слушателей). С.Л. Шур — в 22 ад и 4-ю корпусную артиллерийскую бригаду 47 А (всего 26 слушателей). <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

Фронтовая газета в жизни блокадного города

Аннотация. В статье рассказывается о работе коллектива газеты Ленинградского фронта «На страже Родины» в годы блокады Ленинграда.

Summary. The article deals with the activity of the editorial staff of the Leningrad front newspaper Na strazhe Rodiny during the siege of Leningrad.

Великая отечественная война 19411945 гг.

Нехай Руслан Шамсудинович — директор ФГБУ «Центральный военно-морской музей», генерал-майор запаса, кандидат политических наук

(Санкт-Петербург. E-mail: navalmuseum_dm@mil.ru);

Мартынкевич Сергей Антонович — ответственный редактор газеты «На страже Родины» ФГБУ «Редакционно-издательский центр «Красная звезда» МО РФ, полковник запаса

(Санкт-Петербург. E-mail: Redstar-nsr@mil.ru).

 

Фронтовая газета в жизни блокадного города

После парада 9 мая 2017 года в г. Санкт-Петербурге на Дворцовой площади, командующий войсками Западного военного округа генерал-полковник А.В. Картаполов пригласил во внутренний двор штаба ЗВО ветеранов войны и почётных гостей. Здесь состоялось открытие мемориальной доски с изображением литературного персонажа Василия Тёркина. На мемориальной доске начертана надпись: «В штабе округа в 1939 г. в газете “На страже Родины” впервые появился литературный персонаж Василий Теркин. Он воплотил в себе образ русского солдата-освободителя».

Совсем недавно наша страна отметила 75-летие полного снятия блокады Ленинграда. Свой девятый десяток «разменивает» знаменитый Вася Тёркин, который жил на страницах фронтовой газеты «На страже Родины» в годы блокады.

Адрес редакции газеты Ленинградского военного округа «На страже Родины» был хорошо известен журналистам и писателям Ленинграда. Сюда, на Невский, 2, в ничем не примечательную дверь редакции в первый же день войны постучались многие литераторы Северной столицы. Максим Гордон вспоминает: «Уже через несколько часов после начала войны я был на Невском, 2. Здесь собрался весь редакционный коллектив газеты “На страже Родины”. Пришли сюда и писатели Николай Тихонов, Виссарион Саянов, Александр Прокофьев, Борис Лихарев, Александр Решетов. Каждый из них был в газете своим человеком. В качестве “нового пополнения” прибыли писатель-сатирик Александр Флит, художник Борис Лео, десятки журналистов, призванных из запаса»1.

Максим Гордон, в ту пору руководивший корпунктом «Известий» в Ленинграде, также был среди тех, кто числился в резерве «На страже Родины»2. Он, как и его коллеги, не получал повесток из военкомата. К нему не прибегал посыльный из воинской части. По собственной воле он пришёл на Невский, 2, чтобы вместе с гражданскими коллегами встать в строй военных корреспондентов. На базе газеты округа формировались редакции армейских и дивизионных изданий. Их возглавляли, как правило, штатные сотрудники окружной газеты, а остальной состав комплектовался теми, кто ещё вчера писал на сугубо мирные темы в городской прессе.

Так «На страже Родины» стала оргядром для военной печати фронта. В числе дивизионок были: «Боевая красноармейская», «Удар по врагу», «Ленинский путь», «Пехотинец», «За Родину», «Атака», «Защита» и другие3. Политуправление укрепило ленинградскими литераторами газету 14-й армии «Часовой Севера», 23-армии «Знамя победы», 7-й армии «Во славу Родины». В редакции окружной газеты происходило перевоплощение призванных из запаса журналистов в военных людей. Здесь они получали документы, обмундирование, подгоняли форму, пришивали петлицы к новеньким гимнастёркам. Большинство из них не имели воинских званий и опыта. Новый статус определялся по должности в газете: младший политрук, политрук, интендант… «“На страже Родины” стала как бы флагманом многочисленных военных газет», — вспоминал Н. Тихонов4. Впоследствии её журналисты оказывали помощь армейским и дивизионным газетам, анализируя их содержание и подсказывая темы выступлений. Так, только за июнь—декабрь 1943 года в «На страже Родины» было опубликовано 14 обзоров многотиражной печати5.

О чём пришлось писать мобилизованным журналистам? Они должны были работать так, как требовала фронтовая обстановка. В первые дни войны страницы газеты были наполнены призывами, лозунгами, отчётами с митингов и мобилизационных пунктов. «…Зазнавшиеся фашистские правители лишились рассудка, — говорилось в резолюции митинга подразделений 70-й стрелковой дивизии. — Они, очевидно, забыли, как русский народ бил немецких псов-рыцарей. Умножая славные боевые традиции своего народа, Красная Армия дала отпор немецким войскам под Псковом, с большим позором изгнала их с Украины. Фашистских шакалов постигнет ещё более тяжёлая участь»6.

К середине июля 1941 года гитлеровские войска вышли к р. Луге. На новгородском направлении они прорвались к Шумску. До Ленинграда оставалось рукой подать. В этих условиях командно-политическому составу фронта предстояло настроить защитников города на железную стойкость, бесстрашие и готовность сражаться до конца. «На страже Родины» выступала против фактов трусости и ротозейства. «Трусы и паникёры могут составлять в нашей армии лишь редкое исключение. Но и отдельный паникёр опасен, и один трус может причинить вред нашему общему священному делу. Поэтому надо беспощадно бороться с трусами, разоблачать паникёров! Пусть постигнет их суровая кара советского народа!» — писала газета в передовой статье «Непоколебимая большевистская стойкость»7.

Газета сообщила о подвиге курсантов-кировцев, грудью защитивших подступы к Ленинграду. В понедельник, 14 июля в 20 км от Кингисеппа враг вклинился в стык 19-й стрелковой дивизии и Ленинградского Краснознамённого пехотного училища имени С.М. Кирова. Под прикрытием танков его передовой отряд пытался с ходу выйти на северный берег р. Луги, но курсанты взорвали мост. Попытки противника форсировать реку вброд не увенчались успехом. Не помог и обстрел позиций ленпеховцев артиллерией. 17 июля питомцы училища по-прежнему держали оборону на Лужском рубеже. Очередной бой, в котором противник имел численное превосходство, продолжался без перерыва 15 часов. Потеряв не менее 600 человек, гитлеровцы не продвинулись вперед ни на шаг. Но и среди курсантов потери были велики — 200 убитых и раненых8. 10 августа газета напечатала статью «Слава вам, доблестные кировцы», в которой сообщала об оборонительных действиях. 30 дней курсанты-кировцы сдерживали немецко-фашистские войска на Лужском рубеже.

Обстановка на фронте продолжала ухудшаться. 21 августа газета печатает обращение руководства города «Ко всем трудящимся города Ленина». В нём есть такие слова: «Враг пытается проникнуть к Ленинграду. Он хочет разрушить наши жилища, захватить фабрики и заводы, разграбить народное достояние, залить улицы и площади кровью невинных жертв, надругаться над мирным населением, поработить свободных сынов нашей Родины. Но не бывать этому! Ленинград — колыбель пролетарской революции, мощный промышленный и культурный центр нашей страны — никогда не был и не будет в руках врагов»9.

Документ стал манифестом защитников города, определил идеологию борьбы с захватчиками. Он не допускал компромисса с врагом, настраивал не только людей в погонах, но и каждого жителя Ленинграда на «смертный бой» с гитлеровцами. Со страниц газеты исчез шапкозакидательский тон, который по инерции проявлялся в отдельных публикациях ранее. 12 июля, например, газета поместила статью доцента А. Черняка «Крах фашистской экономики неизбежен». Из неё вытекало, что «экономическая база фашистской Германии трещит по швам». 14 июля старший политрук А. Литвинов рассказывал в газете, как плохо обстоят дела в финской армии19. На смену подобным публикациям пришли материалы, реально отражавшие сложившуюся ситуацию, в т.ч. передовые статьи, смысл которых был изложен уже в заголовках-лозунгах: «Подступы к Ленинграду станут могилой фашизма», «Не щадя жизни защищать Ленинград!», «Ни шагу назад, за нами город Ленина!».

Газета выступила эффективным проводником идей руководителей обороны Ленинграда. Существенный вклад в мобилизацию воинов и жителей города на Неве внесли поэты и писатели. 23 августа поэт Борис Лихарев обратился к читателям фронтовой газеты:

«Пока ленинградец живёт хоть один,

Мы Ленина город врагу не сдадим.

Некрасов и Пушкин гордились тобой,

Стоишь ты, как воин, над светлой Невой.

Уж лучше нам с честью в борьбе умереть,

Чем рабство фашизма принять и стерпеть!

И Армия Красная клятву даёт:

— Враг в город великий вовек не войдёт!»11.

С публицистическими статьями «Чудовища», «Защитим Ленинград во что бы то ни стало!» в газете выступил Николай Тихонов. Свои материалы о подвигах моряков-балтийцев в ней публиковали Всеволод Вишневский, Николай Михайловский, Даниил Руднев. Эта традиция сохранится на весь период войны. Специально для «На страже Родины» написали несколько статей Илья Эренбург и Алексей Толстой. Академик Евгений Тарле много раз выступал в газете, откликаясь на важнейшие события войны, на блестящие победы Красной армии. Острый фельетон в 1944 году опубликовал Михаил Зощенко12. Но особенно активно литераторы использовали страницы фронтовой газеты для повышения морального духа воинов в начальном периоде войны. В июле 1941 года Александр Прокофьев выступил 13 раз, Виссарион Саянов — 11, Борис Лихарев — 9. По нескольку раз печатались Александр Решетов, Ольга Берггольц, Семён Бытовой и другие13. Николай Тихонов, руководивший группой писателей при штабе фронта, отмечал также тех, кто не входил в её состав. В их числе он назвал поэтов Всеволода Рождественского, Михаила Дудина, Александра Решетова, Всеволода Азарова, Николая Брауна, Вадима Шефнера. Из прозаиков — Александра Крона, Николая Чуковского, Павла Лукницкого и других14. Сам Н. Тихонов из 26 статей и очерков, написанных в августе 1942 года, 12 сделал по редакционным планам «На страже Родины». Он же подготовил для «Красной звезды» подборки-дайджесты «Ленинград в августе», «Ленинград в сентябре», которые наполнил информацией из местной прессы, в т.ч. из газеты фронта15.

Впоследствии многие произведения этих авторов выйдут в свет в виде книжек карманного формата, предназначенных как для пополнения фронтовых библиотечек, так и для хранения в полевой сумке. Например, Гослитиздат в 1942 году напечатал книгу стихов А. Прокофьева «Таран». В 1943 году в том же издательстве вышли в свет стихи Н. Тихонова «Красной Армии», Б. Лихарева «Ярость» и другие. В Воениздате в 1945 году напечатали сборник очерков В. Саянова «На полях Ленинградской битвы», которые были опубликованы в газете «На страже Родины» в годы войны. Корреспондент газеты Сократ Кара, командированный в 54-ю армию, подготовил десятки сообщений о действиях войск по освобождению южного побережья Ладожского озера. В газете их обозначили общей рубрикой «Твои герои, Ленинград». Позже очерки С. Кары также вышли отдельным изданием. Александр Прокофьев вспоминал, что и сами литераторы приучались к дисциплине, профессиональному отношению к любому редакционному поручению — «в повседневных газетных буднях рождались наши поэтические замыслы». Лучшей наградой себе он считал отклики читателей на удачные выступления, а также случаи, когда стихи шли как агитационный материал, когда их зачитывали на совещаниях командиров16.

Поэзия и публицистика стали оружием, которое информировало, наставляло, слагало коллективную песнь защитникам города, воспевало и звало их на подвиги. Слово было поставлено на службу задачам дня. Важно было содействовать тому, писал в статье «Служба поэзии»17 настражевец Дмитрий Хренков, а в послевоенные годы — руководитель Лениздата, чтобы за одним героем поднимался другой, третий, полк, дивизия… И самое удивительное, что это реально происходило. В 1941 году на Ленинградском фронте зародилось снайперское движение. Газета «На страже Родины» стояла у колыбели этого патриотического порыва, и ей принадлежит большая заслуга в его популяризации. На её страницах публиковались передовые статьи, очерки о мастерах огня, выступления самих истребителей немецко-фашистских захватчиков. Редакция использовала разнообразные формы воздействия на читателей: обращение снайперов Н-ской части с призывом шире развернуть борьбу с захватчиками, заочную перекличку лучших мастеров меткого огня, обращалась к ним с просьбой поделиться боевым опытом. В январе 1942 года на её страницах появляется «Доска почёта». Имена самых результативных снайперов-истребителей становятся известны всему фронту. К 20 февраля 1942 года в войсках насчитывалось уже 5860 снайперов18.

Командование фронта понимало, что в рядах защитников города находилось немало тех, кто прибыл издалека, никогда не видел красот Северной Пальмиры. Лучших воинов вывозили в город на экскурсии, показывали его достопримечательности. Это побуждало их ещё крепче сжимать оружие, лучше понимать, во имя чего они сражаются. Под рубрикой «День Ленинграда» газета начала рассказывать о том, как живут труженики блокадного Ленинграда, как нередко с оружием в руках отбивают атаки гитлеровцев. Большой интерес в войсках вызвал специальный номер о горожанах. К участию в нём были привлечены сотрудники газеты «Ленинградская правда», инженер оборонного завода В. Васильев, которые рассказали о работе предприятий, жизни города. В статье «Музыка блокадных дней» корреспондент Владимир Ардашников написал о композиторе Б.В. Асафьеве, который остался в городе и творил, невзирая на холод и голод19. Для распространения на предприятиях, в райкомах партии, для расклейки в городе по решению военного совета был напечатан дополнительный тираж газеты фронта.. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Гордон М.И. Невский, 2. Л., 1976. С. 8.

2 Ответственными редакторами газеты в годы войны были: И.Я. Фомиченко — до 1942 г., затем М.И. Гордон — до 1949 г.

3 Тихонов Н.С. В дни испытаний // С пером и автоматом: сборник. Л., 1964. С. 13.

4 Рождённая Октябрём. Л., 1968. С. 90.

5 В годы блокады Ленинграда выходили газеты трёх фронтов тиражом от 5000 до 8000 экз.: Ленинградского — «На страже Родины», Волховского — «Фронтовая правда», Карельского — «В бой за Родину», а также газета Балтийского флота — «Краснознаменный Балтийский флот»; 18 газет общевойсковых армий, имевших малый формат, две полосы и тираж 1000 экземпляров; 4 газеты воздушных армий с тиражом по 2000 экземпляров («Боевая тревога», «Бей врага», «Летчик Балтики» и «Защита Родины»); 2 газеты корпусов — «Атака» и «Патриот Родины»; 19 газет стрелковых дивизий, газеты Ладожской военной флотилии — «За Родину», Военно-автомобильной дороги — «Фронтовой дорожник» (Сеин А.Н. Полководец человечьей силы: военная печать Ленинграда в период блокады: 1941—1944 годы / Отв. ред. Г.В. Жирков. СПб.: Санкт-Петербургский государственный университет (факультет журналистики), 2005. С. 16, 17, 162—164).

6 На страже Родины. 1941. 24 июня.

7 Там же. 7 июля.

8 Буров А.В. Блокада день за днём. СПб., 2011. С. 31, 34.

9 На страже Родины. 1941. 21 августа.

10 Там же. 12, 14 июля.

11 Там же. 23 августа.

12 Гордон М.И. Указ. соч. С. 348, 349.

13 Рождённая Октябрём. С. 64.

14 Тихонов Н.С. Указ. соч. С. 14.

15 Прокофьев А.А. Рядом с народом // С пером и автоматом: сборник. Л., 1964. С. 407.

16 Там же. С. 410.

17 На страже Родины. 1993. 1 мая.

18 Рождённая Октябрём. С. 85.

19 Гордон М.И. Указ. соч. С. 100.

Артиллерия в обороне Севастополя в 1941 году

Аннотация. В статье представлен обзор архивных документов и воспоминаний участников событий о действиях артиллерии во время обороны Севастополя в 1941 году.

Summary. The article presents the review of archived documents and memories of participants in the events about the actions of artillery during the defense of Sevastopol in 1941.

ТАМ ХОК ЧИУ — аспирант кафедры истории России ХХ—XXI вв. Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова

АРТИЛЛЕРИЯ В ОБОРОНЕ СЕВАСТОПОЛЯ В 1941 ГОДУ

«Артиллерия была не только главной, но почти единственной ударной силой, способной в любой момент поддержать нашу пехоту»1, — свидетельствовал дважды Герой Советского Союза, Маршал Советского Союза, осенью 1941 года — начальник штаба Приморской армии и Севастопольского района обороны полковник (с декабря 1941 г. генерал-майор) Н.И. Крылов2.

К началу войны система обороны города прикрывала главную военно-морскую базу Черноморского флота (ВМБ ЧФ) только с моря и воздуха. Строительство трёх сухопутных рубежей к 30 октября, когда противник вышел на ближние подступы к городу, не было завершено. Из них в наименьшей готовности оказался передовой, в наибольшей — главный и тыловой3.

«Севастополь имел мощную береговую оборону: одиннадцать батарей только крупного и среднего калибра, готовых вести огонь по морским и береговым целям. Могла быть использована также эскадра Черноморского флота (линкор, крейсеры, эсминцы). Немалую роль способна была сыграть и авиация флота… Но наиболее реальной силой, в случае наступления противника на Севастополь с тыла, всё же предстояло стать армейским и флотским частям на оборонительных рубежах… Особенно необходимы были крупные армейские соединения. Несмотря на горячее желание защищать родной город, несмотря на храбрость и отвагу, моряки были менее подготовлены к боям на суше. Прежде всего это касалось командного состава, — вспоминал нарком ВМФ в 1939—1946 гг. Адмирал Флота Советского Союза (с 1955 г., в 1941 г. адмирал) Н.Г. Кузнецов. — Недаром мой заместитель И.В. Рогов прислал как-то из Севастополя телеграмму, в которой говорилось о том, что «моряки, выделенные на сухопутные позиции, просят дать им опытного армейского командира»»4.

Усилить оборону города должна была Приморская армия (ПА) под командованием будущего Героя Советского Союза, генерала армии5, а в то время генерал-майора И.Е. Петрова, эвакуированная в середине октября в Крым вместе с другими войсками Одесского оборонительного района. В ПА входили три стрелковые (сд) и одна кавалерийская (кд) дивизии. При эвакуации отсутствие тяжёлых подъёмных кранов заставило демонтировать и потопить в пунктах посадки орудия крупных калибров дивизионной артиллерии, нехватка транспортов — оставить в Одессе конский состав лёгких артполков дивизий, поэтому их материальную часть в Севастополе выгрузили и оставили на пристани. Всего в ПА вместе с тыловыми частями было около 80 тыс. человек, 1158 автомашин, 3625 лошадей, 462 орудия и 14 танков6.

После неудачного контрудара, начатого 24 октября по решению командования войск Крыма7, основная часть 51-й отдельной армии отходила на Керчь, другая часть и понёсшая тяжёлые потери Приморская армия — на Севастополь8. Отдав боевой приказ на её отвод, командарм И.Е. Петров, по свидетельству генерал-полковника артиллерии, осенью 1941 года начальника артиллерии Приморской армии полковника Н.К. Рыжи, «тут же приказал снять с фронта прежде всего тяжёлую артиллерию, включая 51-й и 52-й полки, входившие раньше в 51-ю армию, и направить её через Алушту и Ялту к Севастополю»9, чтобы артиллерия прибыла туда раньше стрелковых частей и соединений ПА.

Немецкая 11-я армия (11 А), которой командовал генерал-полковник Э. Манштейн, соединениями 54-го армейского корпуса (ак) рвалась к Бахчисараю, стремясь с ходу овладеть Севастополем. Гитлер приказал взять его к 1 ноября. Для этого у германских и румынских войск, казалось, было всё необходимое: превосходство в подвижности, устойчивое управление, перевес в танках, крупная группировка артиллерии и мощная поддержка с воздуха10.

30 октября заместитель командующего ЧФ по обороне главной ВМБ (с 8 ноября 1941 г. — командир главной базы флота11) контр-адмирал Г.В. Жуков отдал боевой приказ: «Частям гарнизона г. Севастополя во взаимодействии с кораблями и береговой артиллерией не допустить противника к ГВМБ (главной военно-морской базе. — Прим. авт.) и уничтожить его на подходе к Севастополю»12. В тот день первой вступила в бой с врагом 54-я артиллерийская батарея береговой обороны ЧФ под командованием старшего лейтенанта И.И. Заики, расположенная у деревни Николаевки (40 км севернее Севастополя)13. Эту дату — 30 октября 1941 года принято считать началом обороны Севастополя14. На следующий день мощным артогнём нанесла урон противнику, вышедшему в район Бахчисарая, 30-я береговая батарея15. В борьбу с врагом включились другие батареи и части Севастопольского гарнизона. Численность его личного состава в то время составляла 20 660 человек, на вооружении были 63 орудия разных калибров и 72 миномёта. Для обеспечения боевых действий сухопутных войск была выделена 3-я особая авиагруппа — около 100 самолётов16.

Моряков, сражавшихся с врагом на суше, поддерживали артогнём береговые батареи и корабли, в т.ч. линкор «Парижская коммуна», 5 крейсеров, 2 лидера и 11 эскадренных миноносцев. Корабли ЧФ провели в общей сложности 407 стрельб по вражеским целям17. Береговая и корабельная артиллерия препятствовала развитию наступления противника, наносила удары по скоплениям его войск, обеспечивая выдвижение и занятие обороны силами Севастопольского гарнизона.

Враг лишь к 1 ноября смог занять Бахчисарай. Черноморцы к этому дню оборудовали на подступах к городу 4 опорных пункта, в их дотах установили 62 орудия. Всего в районе главной базы флота находились 2 подвижные батареи (8 орудий) и 9 стационарных (34 орудия). 3 из них не были перестроены для стрельбы по сухопутным целям, 6 находились в полной боевой готовности18.

Командарм Петров получил приказ командующего войсками Крыма как можно скорее прибыть в Севастополь, вместе с командованием ЧФ принять меры, чтобы задержать противника, создать прочную оборону. 3 ноября он с полевым управлением ПА прибыл в город19.

Передовые части немецкого 54 ак в тот день вышли к позициям боевого охранения Севастопольского гарнизона, части которого занимали передовой рубеж обороны в 15—16 км от города20.

Начальник артиллерии армии полковник Н.К. Рыжи и начальник артиллерии береговой обороны подполковник Б.Э. Файн организовали централизованное управление всей артиллерией — полевой, береговой, корабельной, наметили участки заградительного огня береговых батарей и связали с их корректировочными постами армейские артполки. Решили: так как артиллерии не хватит для одновременного выполнения огневых задач на разных участках фронта, широко применять метод последовательного нанесения огневых ударов, широкий манёвр огнём и его массирование на решающих участках21.

По указанию командарма И.Е. Петрова 265-й корпусному артполку (кап) предстояло прикрывать северное направление. Начарт ПА выбрал для его огневых позиций район, примыкавший к станции Мекензиевы Горы, который позволял широко маневрировать огнём на значительном участке фронта, и временно, до подхода стрелковых дивизий назначил командира 265 кап майора Н.В. Богданова старшим артиллерийским начальником всего участка к северу от линии Черкез-Кермен — Северная бухта. 51-й и 52-й армейские артполки были направлены на южное (балаклавское) направление. На нём права старшего артиллерийского начальника получил командир 51 ап полковник А.А. Бабушкин. 4 ноября артполки, заняв огневые позиции, были готовы к отражению атак противника22.

Командующий войсками Крыма приказом № 1640 от 4 ноября 1941 года предписал организовать Севастопольский оборонительный район (СОР), в его состав «включить: все части и подразделения Приморской армии, береговую оборону главной базы ЧФ, все морские сухопутные части и части ВВС ЧФ», а также возложил «командование всеми действиями сухопутных войск и руководство обороной Севастополя… на командующего Приморской армией генерал-майора т. Петрова И.Е. с непосредственным подчинением» командующему войсками Крыма23.

5 ноября командарм приказом № 001 войскам СОР24 объявил о вступлении в командование ими и в исполнение обязанностей члена военного совета СОР — члена военного совета ПА бригадного комиссара М.Г. Кузнецова, начальника штаба СОР — начальника штаба ПА полковника Н.И. Крылова.

Боевым приказом штаба СОР № 001 от 6 ноября 1941 года «в целях объединения всех частей и отрядов, обороняющих подступы к Севастополю, и надлежащего управления ими»25 И.Е. Петров предписал создать 3 сектора обороны, определил их состав, занимаемые рубежи и боевые задачи.

В ходе ожесточённых боёв 4—6 ноября части немецкого 54 ак овладели Черкез-Керменским опорным пунктом. 7 ноября вытеснили защитников города из населённого пункта Мекензия26.

Ставка Верховного Главнокомандования (ВГК) директивой № 00443327 от 7 ноября 1941 года приказала командующим войсками Крыма и Черноморским флотом: «С целью сковывания сил противника в Крыму и недопуска его на Кавказ через Таманский полуостров… Севастополя не сдавать ни в коем случае и оборонять его всеми силами… Руководство обороной Севастополя возложить на командующего ЧФ т. Октябрьского с подчинением Вам» (командующему войсками Крыма).

8 ноября 1941 года заместитель наркома ВМФ и командующий войсками Крыма вице-адмирал Г.И. Левченко в докладе начальнику Генерального штаба Красной армии и заместителю наркома ВМФ об организации обороны Крыма отметил: «Все сухопутные войска и береговая оборона севастопольского направления подчинены командующему Приморской армией генерал-майору Петрову…»28.

В тот же день приказом № 00129 штаба артиллерии СОР вся полевая и береговая артиллерия была распределена по секторам, назначены начальники артиллерии секторов, поставлены боевые задачи артиллерии каждого сектора, начальник артиллерии береговой обороны подполковник Б.Э. Файн был назначен заместителем начальника артиллерии СОР.

9 ноября разгорелись ожесточённые бои в долине Кара-Коба и в районе Верхний Чоргунь. Ни на одном участке враг не достиг успеха. Войска Севастопольского гарнизона отразили попытки врага прорваться к городу и обеспечили возможность прорыва к нему разрозненных частей Приморской армии. Эффективно уничтожали противника башенные батареи БС-19, БС-35, БС-30. Особенно отличилась 30-я береговая батарея30.

Провал попытки овладеть Севастополем с ходу заставил Манштейна 9 ноября прекратить наступление31. К тому дню основная часть войск, пробившихся к главной ВМБ ЧФ ценой тяжёлых потерь, вышла в её район и заняла оборону на подступах к Севастополю. В них были около 30 тыс. человек, 28 гаубиц калибра 122 мм и 8 — 152 мм, 116 пушек разных калибров, более 200 миномётов от 50 до 120 мм, 10 танков Т-26 и другая техника32.

«Что касается артиллерии, то армейские и дивизионные артполки сохранили 70—80 процентов штатного числа орудий… Восемь артиллерийских полков вместе с береговыми батареями представляли при централизованном управлении внушительную силу… — вспоминал тогдашний начальник артиллерии ПА Н.К. Рыжи. — Всего на оборонительных рубежах Севастополя мы располагали на 9 ноября 432 орудиями и миномётами (из них 398 — в Приморской армии, включая 62 орудия в сооружённых моряками дотах). В среднем на километр фронта получалось 10,8 ствола… На некоторых участках главнейших направлений обороны было по 20—30 орудий и миномётов на километр. Много значило то, что огонь примерно половины дивизионной, армейской и береговой артиллерии мог быть сосредоточен на любом участке фронта»33. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Крылов Н.И. Не померкнет никогда. М.: Воениздат, 1984. C. 288. Интернет-ресурс: http://militera.lib.ru.

2 Крылов Николай Иванович // Военная энциклопедия (ВЭ) в 8 т. Т. 4. М.: Воениздат, 1999. С. 314.

3 Севастополя оборона 1941—42 // ВЭ. Т. 7. М.: Воениздат, 2003. С. 412.

4 Кузнецов Н.Г. Курсом к Победе. 3-е изд. М.: Воениздат, 1989. С. 124.

5 Петров Иван Ефимович // ВЭ. Т. 6. М.: Воениздат, 2002. С. 363, 364.

6 Великая Отечественная война 1941—1945 годов в 12 т. Т. 3. М.: Кучково поле, 2012. С. 193. Интернет-ресурс: http://encyclopedia.mil.ru.

7 Для объединения действий войск 51-й отдельной и Приморской армий, а также Черноморского флота Ставка ВГК 22 октября директивой № 004055 назначила заместителя наркома ВМФ вице-адмирала Г.И. Левченко командующим всеми войсками Крыма с подчинением ему командования Черноморского флота в оперативном отношении, его заместителем по сухопутным войскам — генерал-лейтенанта П.И. Батова, заместителем командующего ЧФ по обороне главной базы — контр-адмирала Г.В. Жукова (директива Ставки ВГК № 004055 командующим 51-й Отдельной армией и войсками Крыма, заместителям командующих войсками Крыма по сухопутным войскам и Черноморским флотом по обороне главной базы флота об изменениях в командном составе // Центральный архив Министерства обороны РФ (ЦАМО РФ). Ф. 148а. Оп. 3763. Д. 90. Л. 91. Цит. по: Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК: документы и материалы. 1941 год. Т. 16(5-1). М.: ТЕРРА, 1996. С. 256).

8 Великая Отечественная война… Т. 3. С. 194.

9 Рыжи Н.К. На севастопольских рубежах // У черноморских твердынь. Отдельная Приморская армия в обороне Одессы и Севастополя: воспоминания. Интернет-ресурс: http://militera.lib.ru.

10 Великая Отечественная война… Т. 3. С. 196.

11 Указатель имён // Русский архив… С. 415.

12 Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Ф. 155. Д. 9670. Л. 69. Цит. по: Ванеев Г.И. Севастополь 1941—1942: хроника героической обороны в 2 кн. Кн. 1. Киев, 1995. С. 221, 222. Интернет-ресурс: http://royallib.ru.

13 История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941—1945 в 6 т. Т. 2. М.: Воениздат, 1961. С. 226.

14 Севастополя оборона 1941—42 // ВЭ. Т. 7. С. 412.

15 Великая Отечественная война… Т. 3. С. 195.

16 Там же. С. 196.

17 История Великой Отечественной войны… Т. 2. С. 226.

18 Рыжи Н.К. Указ. соч.

19 Там же.

20 Там же.

21 Там же.

22 Там же.

23 Приказ войскам вооружённых сил Крыма № 1640 4 ноября 1941 г. // ЦАМО РФ. Ф. 407. Оп. 9837. Д. 2. Л. 202. Цит. по: Ванеев Г.И. Указ. соч. С. 221, 222.

24 Приказ войскам Севастопольского оборонительного района № 001 5 ноября 1941 г. // ЦАМО РФ. Ф. 288. Оп. 9896. Д. 1. Л. 1. Цит. по: Ванеев Г.И. Указ. соч. С. 222, 223.

25 Боевой приказ штаба Севастопольского оборонительного района № 001 6 ноября 1941 г. // ЦАМО РФ. Ф. 288. Оп. 9900. Д. 7. Л. 35, 36. Цит. по: портал «Память народа»: https://pamyat-naroda.ru (далее — Память народа).

26 Великая Отечественная война… Т. 3. С. 196

27 Директива Ставки ВГК № 004433 командующим войсками Крыма, Черноморским флотом о мерах по усилению обороны Крыма // ЦАМО РФ. Ф. 132а. Оп. 2642. Д. 233. Л. 24, 25. Цит. по: Русский архив… С. 276.

28 Доклад командующего войсками Крыма № 877 начальнику Генерального штаба и заместителю народного комиссара Военно-морского флота об организации обороны Крыма. 8 ноября 1941 г. // ЦАМО РФ. Ф. 48а. Оп. 3412. Д. 720. Л. 708, 709. Цит. по: Русский архив… С. 393.

29 ЦАМО РФ. Ф. 288. Оп. 9901. Д. 5. Л. 3, 4. Цит. по: Ванеев Г.И. Указ. соч. С. 67.

30 Великая Отечественная война… Т. 3. С. 196.

31 Севастополя оборона 1941—42 // ВЭ. Т. 7. С. 412.

32 Великая Отечественная война… Т. 3. С. 196.

33 Рыжи Н.К. Указ. соч.