Деятельность бригадного генерала ВС США Филипа Рис Файмонвилла на посту руководителя миссии ленд-лиза в Москве (1941—1943)

 Аннотация. В настоящей работе рассмотрены деятельность руководителя американской миссии в СССР по поставкам вооружения и военной техники по ленд-лизу (1941—1943) бригадного генерала Филипа Р. Файмонвилла и его вклад в победу советского народа в Великой Отечественной войне.

Summary. This article describes the activities of the Head of the Land-lease Mission of the Armament and Military equipment transfer (1941-1943) Brigadier General Philip R. Faymonville and his contribution to the victory of the Soviet people in the Great Patriotic War.

 

Зайцев Юрий Михайлович — доцент кафедры тактики, боевой подготовки и морской практики Тихоокеанского высшего военно-морского училища имени С.О. Макарова, кандидат исторических наук (г. Владивосток. Email: yuriy51zaytsev@yandex.ru).

 

«Я никогда не обсуждаю публично любые интерпретации истории…»

Деятельность бригадного генерала ВС США Филипа Рис Файмонвилла на посту руководителя миссии ленд-лиза в Москве (1941—1943)

 

Вторая мировая война в Европе началась по сценарию, не предусмотренному США и Великобританией. За короткий весенний период 1940 года под оккупацией Германии оказалась большая часть Западной Европы, а в июне капитулировала ещё и Франция. Соединённые Штаты продолжали политику нейтралитета, боясь распространения войны на западное полушарие. Главные силы американского флота, сконцентрированные в Тихом океане, находились в готовности к отражению японской агрессии. Однако в Вашингтоне ещё теплилась надежда, что Япония повернёт свои штыки на север, в сторону СССР. После поражения Франции единственной силой сопротивления американские военные стратеги считали Великобританию, но и её положение оценивали как безнадёжное. Начальник штаба армии США генерал Джордж К. Маршалл полагал, что Англии придётся либо заключить мир, либо стать очередной жертвой вермахта. Не менее сложной в Вашингтоне виделась обстановка и на Дальнем Востоке после заключения в 1940 году соглашения между СССР и Японией, которое расценивалось как попытка Японии «расчистить» себе дорогу на юг, что неминуемо привело бы к войне с США.

В декабре 1940 года президент США Ф.Д. Рузвельт объявил на пресс-конференции в Белом доме, что лучшей обороной для Америки будет ситуация, если Англия сумеет обеспечить собственную оборону, а лучшим способом помощи будет передача в лизинг техники и вооружения. Так родилась идея ленд-лиза, которая вскоре обрела статус закона. 2 мая 1941 года по распоряжению президента при Управлении по чрезвычайным ситуациям был создан отчётный отдел информации по военной помощи, а спустя четыре дня Рузвельт назначил генерал-майора Джеймса Бернса на должность руководителя Управления по военным поставкам.

Реалии военной обстановки и угроза нападения Германии на СССР заставили США и Великобританию предпринимать осторожные шаги для сближения с Советским Союзом, отношения с которым обострились после подписания пакта Молотова — Риббентропа, Советско-финляндской войны и соглашения о нейтралитете между СССР и Японией. Нападение Германии на СССР 22 июня поменяло американское отношение к Стране Советов. Были разморожены советские счета на сумму 40 млн долларов, что открыло путь для военных заказов. Спустя неделю после начала войны руководство СССР представило американской стороне список внеочередного вооружения и оборудования, который включал зенитные и противотанковые орудия, самолёты-истребители и фронтовые бомбардировщики, станки для авиационной промышленности, оборудование для производства авиационного бензина, автомобильных покрышек, прокатные станы для лёгких сплавов и т.п. В начале июля начальник отдела отчетов по военной помощи генерал Д. Бернс получил уведомление быть готовым по распоряжению президента заняться вопросами поставок в Советский Союз. Бернс и его сотрудники приняли решение создать для этого специальный отдел, а возглавить его было предложено полковнику Филипу Р. Файмонвиллу1, который в это время был главным специалистом по вооружению в командовании обороны западного побережья. Кандидатура Файмонвилла была утверждена в этот же день, а уже спустя два дня, 13 июля Файмонвилл приступил к исполнению новых обязанностей2. Несмотря на важность этой работы, она была трудно осуществима: бюрократические проволочки, юридические формальности, сложности во взаимодействии с другими организациями, включёнными в программу помощи, недостаток средств транспортировки военных грузов — таков неполный перечень причин, препятствовавших эффективной работе Файмонвилла и его сотрудников. Тем не менее за короткий промежуток времени он создал организацию и построил работу таким образом, что с небольшими изменениями она просуществовала всю войну.

Возложение помощи советской стороне на отдел, наблюдавший за поставками по ленд-лизу, совершенно не означало, что сама программа автоматически распространялась на Советский Союз. 21 июля президент Рузвельт дал поручение Бернсу ознакомиться со списком, подготовленным советской стороной, и доложить, что может быть отправлено немедленно. Комиссия, в состав которой вошли представители военного ведомства, промышленности и Комитета по управлению производством, одобрили список товаров на сумму 60 млн долларов, из которых только грузы на 22 млн долларов могли быть отправлены до 1 октября. Это была лишь символическая помощь, составлявшая менее 1 проц. от заявленной Советским Союзом. В одобренный список не вошли самолёты и артиллерийское вооружение, т.е. то, что требовалось в первую очередь. Изделия, фигурировавшие в советском заказе, но не вошедшие в список, были переданы на рассмотрение в Комитет по управлению производством. Военное министерство упорно придерживалось точки зрения, что Москве вовсе не следует рассчитывать на поставки бомбардировщиков, а что касается истребителей, то их рекомендовали поставить не более 50 машин, да и то только в том случае, если это количество можно изготовить не в ущерб поставкам для Англии. Среди военных существовало мнение, что Советский Союз долго не продержится, а американская помощь может попасть в руки Германии.

Лишь решительное вмешательство Рузвельта, полагавшего, что если обеспечить военными поставками Англию и СССР, то можно несравнимо больше выиграть в жизнях американских солдат и в деньгах, помогло сдвинуть дело с мёртвой точки. Однако существовала большая проблема: страна, не включённая в список ленд-лиза, каковой был СССР, не могла претендовать на продукцию, произведённую по программе ленд-лиза. В соответствии с законом ей могла быть поставлена устаревшая техника или излишки военной продукции со складов, а таких излишков не было.

26 июля в США прибыла советская военная делегация во главе с генерал-лейтенантом Ф.И. Голиковым, которую принимал полковник Ф. Файмонвилл. Делегация встречалась с рядом американских официальных лиц и разъясняла важность советского фронта, срочную необходимость поставок из США, целесообразность советско-англо-американского сотрудничества. В это же время в Москве находился личный представитель и один из ближайших советников президента США Гарри Гопкинс. Целью визита являлось изучение вопроса об оказании материальной помощи СССР. На переговорах со Сталиным он заявил, что ни английское, ни американское правительства не будут посылать в СССР тяжёлое вооружение до тех пор, пока не состоится трёхстороннее совещание представителей государств для изучения стратегических интересов каждого фронта мировой войны, каждой страны3.

В августе руководство США приняло решение осуществлять экономическое содействие Советскому Союзу «с тем же приоритетом, что и к заказам всех стран, которые борются против агрессии», а государственный департамент дал разрешение на неограниченные (экспортные) лицензии по этим заказам4. В это же время чиновники в Вашингтоне столкнулись с проблемой финансирования советских заказов. Необходимого количества валюты у СССР не было, а выделение крупного кредита требовало разрешения конгресса. Такая же процедура была предусмотрена и для включения СССР в программу ленд-лиза. И то и другое требовало времени, которого не было. Решение было найдено достаточно быстро — Рузвельт дал указание приобрести у СССР на сумму до 100 млн долларов марганец, хромиты, асбест, платину и золото и в рамках этих закупок предоставить аванс в сумме 50 млн долларов. Таким образом, были оплачены наиболее срочные поставки для Красной армии. Тем не менее финансовая сторона долгосрочных заказов Советского Союза оказалась настолько сложной, что в перспективе единственным решением проблемы мог стать только ленд-лиз. Кроме того, включение СССР в программу ленд-лиза встречало противодействие в военно-промышленных кругах и конгрессе США.

В конце сентября 1941 года в Москве прошло трёхстороннее совещание по вопросам военных поставок в СССР. Делегацию США возглавил А. Гарриман, в её состав вошли специалист по ленд-лизу генерал Д. Бернс, бывший сотрудник Комитета по управлению производством адмирал Уильям Стэндли и др. Секретарём делегации был назначен Филип Файмонвилл. Английскую делегацию возглавил лорд У. Бивербрук. Назначение Файмонвилла секретарём миссии было обусловлено его знакомством с программой помощи СССР и глубоким знанием проблем обеспечения техникой и вооружением5. Обсуждение всех пунктов заявок проходило не без трений, тем не менее удалось достичь единства взглядов на помощь Советскому Союзу в войне с Германией. На заключительном заседании, подводя итог работы, Гарриман сказал: «…на конференции решено предоставить в распоряжение Советского Правительства практически всё то, в отношении чего были сделаны запросы советскими военными и гражданскими органами. Советское Правительство снабжает Великобританию и Соединённые Штаты большим количеством сырьевых материалов, в которых эти страны испытывают неотложную нужду»6.

Конференция завершилась подписанием протокола (Первого, или Московского, как он был назван в дальнейшем), по которому страны-союзницы обязались ежемесячно поставлять СССР 400 самолётов, 500 танков, зенитные и противотанковые орудия, алюминий, олово, свинец и другие виды вооружения и военных материалов первоначальной стоимостью около 1 млрд долларов. По окончании конференции Гарриман передал Файмонвиллу просьбу Гопкинса остаться в Москве в качестве представителя американской миссии по поставкам в СССР. Это назначение способствовало тому, что помощь СССР была напрямую подчинена Белому дому, поскольку Гопкинс считал, что настроенный крайне пессимистично военный атташе майор Айван Иитон был неподходящей фигурой для решения этих задач. Майор Иитон был ярым антикоммунистом, полагавшим, что СССР не способен сопротивляться, и в начале июля немцы будут маршировать по Красной площади7. Преувеличение немецкой силы и пренебрежение в оценках Красной армии и мобилизационных возможностей Советского Союза легли в основу докладов Иитона в Вашингтон и формировали определённое мнение в военном ведомстве, разведывательном отделе генерального штаба (G-2) и госдепартаменте США8.

Очередное назначение Файмонвилла в Москву вызвало не меньше споров, чем предыдущее его пребывание в качестве военного атташе. Файмонвилл по-прежнему был убеждён в необходимости советско-американского сотрудничества и важности советских усилий в борьбе с фашизмом. Различия в оценках Красной армии в качестве союзника в антигитлеровской войне военного атташе А. Иитона и военного ведомства, с одной стороны, и Файмонвилла и советников президента (Гарримана и Гопкинса) — с другой стали причиной последующего конфликта между сотрудниками миссии ленд-лиза в Москве и дипломатическим аппаратом США9. Если основной задачей Файмонвилла в качестве военного атташе в СССР в 1930-х годах были сбор и оценка разведывательных данных о Красной армии, то на должности руководителя миссии по ленд-лизу она в корне изменилась — он должен был контролировать качество и полноту поставок военных грузов в соответствии с соглашениями и организовывать взаимодействие между советским военно-политическим руководством и руководителями программы ленд-лиза в Вашингтоне. Эти задачи входили в противоречие с задачами его коллег в посольстве, особенно военных атташе, чьи задачи не изменились.

Рузвельт видел препятствие своей политике в отношении помощи Советскому Союзу в бюрократии и искал самый эффективный способ его устранения. Именно поэтому основанный в Москве офис по ленд-лизу он замкнул на себя, чтобы обойти дипломатическую структуру. Полковник Файмонвилл получил от Рузвельта указание о том, что американская помощь СССР не должна быть поставлена в зависимость от каких бы то ни было условий и не должна использоваться как средство получения информации «о русских и от русских…»10. С тем, чтобы работа по программе ленд-лиза была более эффективна, президент принял решение о замене в Москве посла и части дипмиссии. Для замены посла Л. Штайнгардта, имевшего напряжённые отношения с советскими официальными лицами11, рассматривались несколько кандидатур, но выбор Рузвельта остановился на адмирале Уильяме Стэндли, бывшем начальнике военно-морских операций ВМС США, члене делегации Гарримана — Бивербрука в Москву в сентябре 1941 года.

Адмирал У.Г. Стэндли12, считавший, что его функции будут мало отличаться от обязанностей его предшественников, не предполагал, что ключевые фигуры в администрации президента видели его роль в обеспечении ускоренной поставки военного вооружения в СССР. Растущее понимание различия того, как видел свои функции Стэндли, и того, как они виделись в Вашингтоне, способствовало атмосфере напряжённости между миссией Ф. Файмонвилла и сотрудниками дипмиссии США13. Эта напряжённость, перераставшая во враждебность, особенно обострилась после того, как посольство и его сотрудники были эвакуированы в Куйбышев, а миссия ленд-лиза осталась в Москве. Файмонвилл продолжал тесно работать с советскими высокопоставленными чиновниками, в то время как адмирал Стэндли и его военные атташе оказались изолированными территориально. Более того, Файмонвиллу всё чаще приходилось вторгаться в сферу традиционной деятельности военных атташе, поддерживая связь через Управление по ленд-лизу с военным ведомством, не информируя при этом посла14. Так, по согласованию с военным ведомством Файмонвилл в ноябре 1941 года передал заместителю наркома внешней торговли А.Д. Крутикову характеристики американского лёгкого танка М315, который впоследствии поступил на вооружение Красной армии. Он готовил и направлял в Вашингтон доклады о положении на советско-германском фронте, военно-политические оценки, существенным образом отличавшиеся от тех, которые готовились новым военным атташе полковником Джозефом Микела и основывались на «личных наблюдениях или мнениях»16. Настроенный крайне антисоветски, всю информацию Микела воспринимал через фильтр своей враждебности к Кремлю, что породило нежелание советских официальных лиц контактировать с ним и делиться какой-либо информацией. Оценка Файмонвиллом обстановки на советско-германском фронте, несомненно, оказала влияние на выработку курса правительства США по отношению к Советскому Союзу в первые тяжёлые месяцы Великой Отечественной войны17. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Файмонвилл Филип Рис — (1888 — 1962), бригадный  генерал ВС США, первый военный атташе посольства США в СССР (1934—1938), руководитель миссии ленд-лиза США в Москве (1941—1943).

2 Джонс Р.Х. Ленд-лиз. Дороги в Россию: военные поставки для СССР во Второй мировой войне. 1941—1945 / Пер. с англ. А.Н. Андреева. М.: Центрполиграф, 2015. С. 50, 51.

3 Там же. С. 52; Микоян А.И. Военно-экономические вопросы на Московской конференции трёх держав в 1941 году // Воен.-истор. журнал. 1978. № 9. С. 62.

4 Джонс Р.Х. Указ. соч. С. 55.

5 Интернет-ресурс: https://www.fbistudies-faymonville-letter.pdf; Джонс Р.Х. Указ. соч. С. 69, 70.

6 Внешняя политика СССР в период Отечественной войны. Т. 1. М.: Политиздат, 1946. С. 175.

7 Glantz M.Е. An Officer and a Diplomat? The Ambiguous Position of Philip R. Faymonville and United States — Soviet Relations, 1941—1943 // The Journal of Military History. Vol. 72. № 1. January 2008. P. 151, 152.

8 Ibid. Р. 156.

9 Ibid. Р. 157; Herndon J.S., Baylen J.O. Col. Philip R. Faymonville and the Red Army, 1934—43. P. 502.

10 Dieane J.R. The Strange Alliance. N.Y., 1947. P. 91.

11 По свидетельству В.М. Фалина, «ни один посол, наверное, не потратил столько энергии на отравление отношений со страной пребывания, как Штайнгардт». См.: Фалин В.М. Второй фронт. Антигитлеровская коалиция: конфликт интересов. М.: Центрполиграф, 2016. С. 195.

12 Адмирал У. Стэндли вступил в должность посла США в СССР в феврале 1942 г.

13 Standly W.H., Ageton A.A. Admiral Ambassador to Russia. Chicago: Henry Regnery Company, 1955. P. 97, 117, 118.

14 Glantz M.Е. Op. cit. P. 159.

15 Пашолок Ю. Янки при дворе ГАБТУ КА. Автор отмечает, что Файмонвилл сыграл важную роль в истории поставок американской бронетехники в СССР. Интернет-ресурс: http://warspot.ru.

16 Glantz M.Е. Op. cit. P. 164; Thompson S.M. The Bolshevik? The Faymonville controversy in the 1930s and 1940s. P. 62.

17 Бережков В.М. Страницы дипломатической истории. М.: Международные отношения, 1987. С. 135.

 

 

Советская военная дипломатия в годы Великой Отечественной войны

Аннотация. В статье анализируется деятельность военных дипломатов СССР по организации международного сотрудничества, направленного на совместное сопротивление гитлеровской Германии в годы Великой Отечественной войны.

Summary. The article analyzes the organization of the international cooperation activities of the USSR military diplomats, directed to the common fighting back against Hitler Germany during the Great Patriotic War.

Из истории военно-политических отношений

ЛЕБЕДЕВА Ольга Владимировна — заместитель декана факультета Международных отношений МГИМО МИД России, кандидат социологических наук

(Москва. E-mail: o.lebedeva@mgimo.ru).

 

Советская военная дипломатия в годы Великой Отечественной войны

 

Начавшаяся Великая Отечественная война коренным образом изменила взаимоотношения советской дипломатии с мировым сообществом и отразилась на работе советских дипломатических представительств. Все представительства в странах, входивших в число союзников Германии, были блокированы, а их сотрудники интернированы в полном составе. Так, например, поступили с дипломатами СССР в Германии, Италии, Финляндии, Румынии и Венгрии. При этом военные атташе успели уничтожить всю секретную документацию и технические средства, представлявшие ценность для противника.

После начала войны военные атташаты сохранились в полном объёме во многих странах, даже в Болгарии, союзнице Германии, но не находившейся в состоянии войны с Советским Союзом. Аналогичная ситуация наблюдалась и в Японии, входившей в знаменитую ось «Берлин — Рим — Токио». Вместе с этим дипломатический корпус был усилен на американском направлении, в частности, свою работу начали атташе в Аргентине, Канаде и Мексике, где ранее они отсутствовали.

После нападения Германии советским военным дипломатам пришлось полностью переориентироваться на решение новых задач. Теперь требовалось организовать международное сотрудничество, направленное на совместное сопротивление общему врагу. Военная дипломатия активно участвовала в мероприятиях по организации советского присутствия на международных конференциях, а также работала в рамках военно-технического взаимодействия с англо-американской коалицией. Кроме того, ставилась задача через третьи страны добывать максимально возможный объём разведывательной информации о Германии и её союзниках, а также определить отношение ведущих стран мира к действиям гитлеровской Германии против СССР.

Период с июля по октябрь 1941 года стал первым этапом построения системы взаимодействия в военно-технической сфере между СССР, с одной стороны, и англо-американскими союзниками — с другой. Активно к данной работе привлекались советские атташе по военно-морским и военно-воздушным вопросам. Первые контакты начались всего через несколько дней после начала войны, когда в Москву с делегацией приехал С. Криппс, представлявший военно-экономическую миссию Великобритании. В её составе были и члены британского генералитета1.

Встречал их и вёл переговоры лично В.М. Молотов. Он отметил важность появления второго фронта и целесообразность подписания полноценного политического соглашения, которое стало бы основой для сотрудничества сторон в деле победы над Германией. Однако представители английской стороны от разговоров на данную тему уклонились, косвенно указав на неготовность Лондона к столь серьёзным шагам. Одним из основных стал вопрос, касавшийся двустороннего сотрудничества государств в военной области.

Уже 27 июня Молотов отметил важность повышения интенсивности британских воздушных авиаударов по Германии. Участники встречи от СССР несколько раз возвращались к вопросам сотрудничества, на что С. Криппс отметил готовность своей страны оказывать советской стороне поддержку в её борьбе с фашизмом, но заявил о невозможности отправки британских военных кораблей для проведения операций.

В ходе встреч представитель английской армии генерал М. Макфарлэйн высказал заинтересованность в информировании британской стороны о планах Красной армии относительно ведения войны, чтобы на их основе британский штаб имел возможность разработать стратегию своих дальнейших действий.

Отдельные встречи прошли и по военно-морской тематике. В них принимал участие лично нарком ВМФ Н.Г. Кузнецов. Стороны подняли вопросы, связанные с обеспечением безопасности морских путей в северные порты СССР. Кроме того, участники встречи смогли договориться об обмене технической информацией, касавшейся борьбы с магнитными минами и создания средств радиолокации. При этом Советский Союз выступал по большей части получателем информации.

Проведённые встречи позволили прийти к выводу о необходимости формирования миссий, ориентированных на решение задач, связанных с военно-техническим сотрудничеством между странами. Основной целью военных миссий советская сторона считала оказание всесторонней поддержки национальным правительствам в рамках сотрудничества для ускорения появления в Европе второго фронта2.

Межправительственное соглашение между странами, закреплявшее совместные действия СССР и Великобритании против Германии, было подписано в Москве 12 июля 1942 года3. Документ подписали В.М. Молотов и С. Криппс, в церемонии участвовали И.В. Сталин, Б.М. Шапошников и Н.Г. Кузнецов. Данное соглашение явилось первым документом по формированию антигитлеровской коалиции, следствием которого стала полноценная нормативно-правовая база, определявшая дальнейшее межгосударственное сотрудничество и создававшая основание для расширения деятельности институтов военных атташе.

После завершения работы британской делегации с ответным визитом в Лондон отправилась советская. Возглавить её было доверено генералу Ф.И. Голикову, занимавшему должность начальника Разведуправления Генштаба. Перед отправкой у него состоялись обстоятельные беседы со Сталиным, наркомами иностранных дел, обороны, внешней торговли, в ходе которых генерал получил чёткие рекомендации и наставления. В состав делегации от ВМФ были включены контр-адмирал Н.М. Харламов, полковники Н.Н. Пугачёв и В.М. Драгун, военинженер 2 ранга П.И. Баранов, курировавший технические вопросы.

Делегация СССР появилась в Лондоне 8 июля и провела там четыре дня. Ф.И. Голиков встретился с главой МИДа Великобританией А. Иденом и Г. Маргесоном, возглавлявшим военное ведомство страны. Уже в послевоенное время генерал вспоминал, что британская сторона имела устойчивую антипатию к своему новому союзнику, в первую очередь политическую, не желая воспринимать СССР полноценным союзником и партнёром в войне. В целом же переговорный процесс шёл вполне успешно. Военные двух стран смогли найти общий язык быстрее, чем политики. Обещанная У. Черчиллем помощь СССР военного характера постепенно начала материализовываться.

По ходу переговоров делегация СССР последовательно продвигала инициативу осуществления совместных операций армий двух стран против германских войск. Например, Ф.И. Голиков выступил с предложением сформировать общий фронт против немецкой армии на севере Европы, где обе страны имели бы возможность действовать сообща сухопутными силами. Высказывая данные предложения, руководитель делегации СССР действовал на основании полученных в Москве поручений.

Предполагалось, что Великобритания сможет поучаствовать в операции не только флотом и частями ВВС, но и несколькими пехотными дивизиями. В числе приоритетов назывались захват и удержание островов Шпицберген и Медвежий, чтобы сделать безопасными морские коммуникации, связывавшие две страны в рамках планировавшихся поставок военной техники и снаряжения. Кроме того, от лица советского правительства генерал Голиков высказал надежду на высадку англичан на севере Франции и активизацию боевых действий на балканском театре, что потребовало бы от Германии отвлечения части сил с советско-германского фронта. Данные действия были названы очень важными и необходимыми к реализации уже в 1941 году4.

В целом работа делегации оказалась ненапрасной. Уже до конца месяца британское правительство выработало план передачи советским ВВС истребителей «Томагавк», ранее полученных в качестве помощи из США. Поставить планировалось 200 машин. Генерал Голиков указывал на необходимость поставки 700 машин, значительная часть из которых находилась на египетских базах британских ВВС, но получил на это отказ со ссылкой на дефицит истребителей для действий на ближневосточном фронте5. Уже 20 июля в поход отправился британский минный заградитель «Адвенчур», доставивший в СССР партию глубинных бомб, современных магнитных мин и разное оборудование. Никаких других поставок по результатам первой поездки добиться от принимавшей стороны не удалось.

Особых подвижек в интенсификации создания полноценной системы взаимодействия по результатам поездки делегации под руководством Ф.И. Голикова не произошло. Вместе с тем общение между представителями военных ведомств дало определённые результаты, позволило провести ряд переговоров, обеспечить определённое взаимопонимание, решить некоторые моменты рабочего характера, создать основания для будущего развития двусторонних отношений.

Необходимо констатировать, что отправка группы Ф.И. Голикова стала первым действием военной дипломатии страны с момента начала войны, ориентированным на организацию глубокого и всестороннего взаимодействия с другими воюющими странами для создания полноценной коалиции. Данные имеющихся исторических документов показывают, что для британской стороны принятие Советского Союза в качестве партнера и взятие на себя определённых обязательств стало шагом, совершённым под давлением обстоятельств6. Активно работали в период пребывания в Лондоне делегации и военные атташе, на плечи которых легли обязанности по организации каждодневной деятельности представителей СССР. Основной объём выполняли полковник И.А. Скляров и майор Б.Ф. Швецов, содействовавшие делегации в решении всех возникавших вопросов.

Уже через несколько дней после возвращения из Лондона Ф.И. Голикову была поставлена задача отправиться с аналогичной миссией в Соединённые Штаты. Перед поездкой глава делегации получил четкие указания И.В. Сталина по основным целям переговоров. В Вашингтоне делегация должна была обеспечить формирование между сторонами максимально полного сотрудничества военно-технического характера. СССР был заинтересован в скорейших поставках вооружений и военной техники американского производства. Вместе с этим должны были обсуждаться поставки медицинских препаратов, продовольствия, различного оборудования и материалов для их дальнейшего использования в промышленности.

Перед Ф.И. Голиковым также стояла задача выяснить отношение американского правительства относительно перспектив создания международной коалиции для борьбы с фашистской Германией. Работа делегации обеспечивалась советским военным атташе в США полковником И.М. Сараевым.

Переговорный процесс проходил значительно сложнее, чем в Великобритании. Причиной этого было отсутствие у американских политиков и военных веры в возможность Красной армии остановить немецкие части и избежать скорого поражения. Соответственно, никакого смысла в организации военных поставок, не способных, по их мнению, повлиять на ситуацию, они не видели7.

Поддержку работе делегации оказывали представители внешнеполитического ведомства. В частности, при помощи посла К.А. Уманского удалось организовать встречу между Ф.И. Голиковым и Ф. Рузвельтом. Она прошла в последний день июля 1941 года. В ходе беседы советский представитель обратил внимание президента на сложности переговорного процесса с Госдепартаментом и американскими военными, предложил Ф. Рузвельту принять личное участие в формировании полноценных отношений между странами и создании антигитлеровской коалиции. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Харламов Н.М. Трудная миссия. М.: Воениздат, 1983. С. 23.

2 Лота В.И. ГРУ. Испытание войной: военная разведка России накануне и в годы ВОВ. М.: Кучково поле, 2010. С. 123.

3 Дипломатический словарь. Т. 3. М., 1973. С. 240.

4 Харламов Н.М. Указ. соч. С. 31.

5 Бережков В.М. Страницы дипломатической истории. М., 1987. С. 100.

6 Там же. С. 93.

7 Лота В.И. Указ. соч. С. 136.

Поездка представителей Государственного совета и Государственной думы в страны — союзницы России в 1916 году

Аннотация. Статья посвящена визиту российской парламентской делегации в союзные страны в апреле—июне 1916 года.

Summary. The article is devoted to the visit of the Russian parliamentary delegation to the allied countries in April–June 1916.

Читать далее