Деятельность Технического бюро Народного комиссариата (Министерства) судостроительной промышленности в Германии (1945—1947)

Аннотация. В статье рассказывается о том, как после Великой Отечественной войны советские конструкторы и учёные-кораблестроители изучали и использовали германский опыт создания военно-морской техники и вооружения.

Summary. The article discusses how Soviet designers and scientists-shipbuilders studied and used a Germanic experience of naval equipment and armament creation.

Экономика и вооружённые силы

ФЕДУЛОВ Сергей Валентинович — доцент кафедры социально-экономических дисциплин Военно-космической академии имени А.Ф. Можайского, полковник запаса, кандидат исторических наук, доцент

(Санкт-Петербург. E-mail: serg.val.fed.661000@yandex.ru);

КОНЕЕВ Алексей Николаевич — заведующий кафедрой истории войн и военного искусства Военного учебно-научного центра ВМФ «Военно-морская академия имени Адмирала Флота Советского Союза Н.Г. Кузнецова», контр-адмирал запаса, кандидат военных наук, доцент

(Санкт-Петербург. E-mail: coneev2012@yandex.ru);

БАРБАНЕЛЬ Борис Аронович — академик Российской академии естественных наук (РАЕН), заслуженный изобретатель РФ, вице-президент Российского научно-технического общества судостроителей имени академика А.Н. Крылова, член редакционного совета журнала «Изобретательство», кандидат технических наук

(Санкт-Петербург. E-mail: cpntokrylov@mail.ru).

 

Деятельность технического бюро народного комиссариата (министерства) судостроительной промышленности в германии (1945—1947)

 

Перед началом Второй мировой войны США расходовали ежегодно до 13 миллиардов долларов на научные исследования и считали эти капиталовложения более прибыльными, чем те, которые расходовались непосредственно в производстве. Вполне понятен поэтому тот ажиотаж, который возник немедленно после открытия второго фронта в Европе, когда каждая из конкурирующих фирм старалась первой захватить техническую документацию и образцы новых изделий на германских заводах и в научных учреждениях. Часто их гражданские представители входили в занимавшийся город с авангардом войск, а ещё чаще эту обязанность брали на себя по совместительству кадровые офицеры американской армии и хорошо на этом наживались1.

Отечественная промышленность в этом отношении оказалась гораздо менее оперативной. Сразу после окончания войны в Германию были направлены только «демонтажники», в обязанности которых входил выбор заводского оборудования, передававшегося СССР в порядке репараций. Первые же представители научной и технической мысли появились там лишь спустя полгода, когда многие технические архивы были немцами скрыты, эвакуированы на Запад или уничтожены. Последнему способствовали и наши «демонтажники», которые не видели в «бумаге» никакой материальной ценности. Ещё долго после этого случалось находить обрывки ценных чертежей на рынках и в магазинах в качестве обёрточного материала, в то время как на заводах вместо архивов оставались лишь пустые стеллажи. Поэтому на долю научно-технических представителей судостроительной промышленности остался лишь сбор разрозненных сведений и материалов, сохранившихся у отдельных немецких специалистов2.

Более оперативным оказалось командование Военно-морского флота, начавшее с того, что командировало в Германию высококомпетентного инженера, впоследствии адмирала Л.А. Коршунова и обеспечило его всеми материальными ресурсами для работы среди немцев. Он прежде всего взял под свой контроль архивы высшего военно-морского командования Германии (оберкригсмарине), а затем стал привлекать отдельных немецких специалистов, обеспечивая им за хорошую работу приличный оклад и, самое главное, продовольственный паёк. Благодаря Л.А. Коршунову советские кораблестроители получили копии чертежей всех наиболее современных кораблей бывшего германского флота и много документов, характеризовавших перспективы развития военно-морской техники. А на первых порах он очень помог организации работ и привлечению немецких специалистов и в Техническое бюро (ТБ) Народного комиссариата судостроительной промышленности (НКСП), а с 1946 года — Министерства судостроительной промышленности (МСП)3.

Во главе ТБ НКСП был поставлен инженер К.В. Грудницкий, через два месяца его сменил В.Ф. Критский, а ещё через два месяца — С.А. Базилевский. Такая быстрая смена руководства объяснялась трудными условиями организации работ: НКСП, командировав своих инженеров в Германию, не позаботился об их финансировании, а их собственных служебных окладов, естественно, не хватало на содержание ещё и немецких референтов, необходимых лабораторий и мастерских. Только в декабре 1945 года при Советской военной администрации в Германии (СВАГ) был организован учёный совет, на который были возложены функции согласования и финансирования работ всех разрозненных групп инженеров разных специальностей, командированных в Германию разными наркоматами. После этого Техническое бюро получило формальные права на существование и возможность осуществлять возложенные на него функции4.

К середине 1946 года в составе ТБ МСП было четыре отдела: кораблестроительный, минно-торпедный, приборостроительный и технологический. Их возглавляли соответственно И.И. Дяхтер, П.М. Воронец, И.М. Маликов и В.С. Славгородский. Всего в бюро работало свыше 1500 немецких учёных, инженеров, мастеров и рабочих. Руководили ими и проверяли их работу до 60 человек советских инженеров. У бюро были филиалы в городах Росслау, Дессау, Цивикау, Магдебурге, Бланкенбурге и Варнемюнде5.

Основным видом продукции бюро были отчёты и доклады немецких специалистов по различным вопросам судостроения. Некоторые отчёты сопровождались опытными разработками, моделями и образцами, а на верфи в Росслау были даже построены в натуральную величину два катера: пассажирский на подводных крыльях и сапёрный с тележкой для перевозки по сухим путям.

В торпедном отделе и его филиалах изучались новейшие приборы самонаведения, программного и дистанционного управления.

В мастерских приборостроительного отдела была изготовлена большая партия электронных осциллографов новой конструкции, и из Советского Союза приходили на них всё новые и новые заказы. Здесь разрабатывались модели счётно-решающих приборов, бывших в то время ещё новинкой, гироскопических приборов и автоматов для управления кораблём, береговой и зенитной артиллерией.

В технологическом отделе восстанавливалась технология блочной постройки подводных лодок и надводных кораблей. Здесь же изучались многие новые приспособления и приёмы, повышавшие качество или снижавшие себестоимость продукции. Всё это послужило удачным дополнением к отечественному опыту военных лет6.

Каждый отчёт или доклад перед отправкой в Москву переводился на русский язык, тщательно изучался и корректировался советскими инженерами. В их задачи входило не только передать собранные сведения на Родину в наиболее полном и чётком виде, но и быть готовыми лично к их практическому применению на производстве. При этом повышение собственной квалификации советских специалистов считалось первоочередной задачей7.

Начальник бюро С.А. Базилевский отмечал: «Нельзя сказать, что общий уровень теории и практики судостроения у немцев оказался много выше, чем у нас, но в некоторых вопросах, особенно в приборостроении, технологии и организации производства, у немцев было чему поучиться»8.

Были и интересные технические находки. Так, при обследовании завода фирмы «Юнкерс» в Дессау, производившего не только самолёты, но и вооружение для них, была обнаружена схема теплового двигателя для дальноходной торпеды, почти точно копировавшая схему «РЕДО» без сжижения углекислоты. В цехах завода были найдены детали этого двигателя и стенд для испытания его на торпедах. При разборке архивов высшего военно-морского командования Германии была найдена вторая такая же схема, но уже предназначенная для подводной лодки. Из опроса немецких специалистов выяснилось, что по этой схеме инженером Шеффлером была смонтирована стендовая установка, прошедшая в конце войны серию испытаний. В объяснительной записке указывалось на желательность хранения кислорода в жидком виде, но выражались большие сомнения в реальности этой мысли9. Данные факты нуждаются в важном пояснении: перечисленные материалы были обнаружены советскими специалистами ТБ МСП, которым, как отмечалось ранее, руководил С.А. Базилевский. Именно он по праву считается создателем единого двигателя на отечественных подводных лодках. В 1935 году С.А. Базилевский предложил и спроектировал единый двигатель для надводного и подводного хода подводных лодок, получивший название «РЕДО» (регенеративный единый двигатель особого назначения)10.

Как свидетельствуют факты, данное изобретение советского конструктора не обошла вниманием германская военно-морская разведка, т.к. схема «РЕДО», найденная в архивах высшего военно-морского командования Германии, была получена явно агентурным путём из СССР. Год спустя (1947) советские следственные органы обнаружили факт исчезновения ещё до войны одного экземпляра подлинной схемы «РЕДО» из секретариата 1-го заместителя наркома тяжёлой промышленности (1934—1936) Г.Л. Пятакова (осуждённого в январе 1937 г.). В какой мере эти два события были связаны между собой, осталось невыясненным11.

Однако несложно представить себе состояние С.А. Базилевского, необоснованно осуждённого в 1930 году за «вредительство» по сфальсифицированному «делу Промпартии» и «досрочно условно» освобождённого в 1933 году (реабилитированного лишь в 1954 г.), отбывавшего срок в Специальном конструкторско-техническом бюро ОГПУ на Балтийском заводе12, увидевшего реализацию своего изобретения на предприятии противника, попавшего туда явно в результате предательства.

Ещё один пример, приведённый С.А. Базилевским. Однажды в одну из советских комендатур СВАГ явился доктор-инженер Ф. Статешный. По его словам, он участвовал в работах фирмы «Вальтер» по созданию скоростной подводной лодки с парогазовой турбиной подводного хода. После войны он оказался на территории, оккупированной американцами, но выехать вместе с фирмой в Англию отказался и перебрался с семьёй в зону СВАГ. Крупный капиталист и изобретатель доктор Вальтер участвовал в создании ракет «Фау-2», для которых использовалась перекись водорода в качестве окислителя. Склонность к самопроизвольным взрывам долгое время препятствовала немцам применить её для ракет, а в водных растворах она теряла значительную долю своей эффективности. Только после нескольких лет упорной работы фирме удалось найти такие присадки, которые более или менее стабилизировали растворы перекиси водорода в концентрациях до 60—85 проц. После этого запас жидкого кислорода на ракетах был заменён запасом перекиси водорода. Такая ракета могла храниться в полностью заряжённом состоянии достаточно долго без потерь окислителя и без специальной тепловой изоляции. Но оставалось ещё одно препятствие к применению перекиси водорода в более широких масштабах. Это была её очень высокая стоимость, связанная с большим расходом электроэнергии на её производство: в Германии в то время 1 кг перекиси водорода стоил в 36 раз дороже, чем 1 кг жидкого кислорода13.

Для снижения стоимости перекиси водорода необходимо было резкое расширение его производства, и Вальтер начал искать других потребителей. В поисках он и пришёл к мысли использовать перекись водорода для работы теплового двигателя подводного хода на лодках и торпедах. Пробная установка дала удовлетворительные результаты, и, пользуясь своими связями в высших сферах фашистской партии, Вальтер добился решения своего вопроса. Начатое им строительство опытных подводных лодок с его установкой не было закончено, и после войны две лодки со всем персоналом достались Англии. Партия же опытных торпед ещё раньше взорвалась в торпедных аппаратах той лодки, которая должна была провести их испытания в море.

Комплект чертежей вальтеровской установки был спрятан в горах Гарца, и хотя этот район по Потсдамскому соглашению должен был отойти к советской зоне оккупации, американцы ещё долго его не освобождали. Только завладев с помощью немцев вальтеровским архивом, они отвели свои войска на договорной рубеж, а архив передали англичанам14. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Базилевский С.А. У колыбели подводного флота: записки конструктора. СПб.: Санкт-Петербургское морское бюро машиностроения (СПбМБМ) «Малахит», 1996. С. 129, 130.

2 Там же. С. 130.

3 Там же.

4 Там же. С. 130, 131.

5 Там же. С. 131.

6 Там же.

7 Там же.

8 Там же. С. 132.

9 Там же.

10 Базилевский Сергей Александрович. См. интернет-ресурс: http://www-wikipediya.ru (дата обращения: 11 марта 2018 г.).

11 Базилевский С.А. Указ. соч. С. 132.

12 Фрагменты биографии и некоторые работы С.А. Базилевского. См. интернет-ресурс: http://ritz-btr.narod.ru (дата обращения: 11 марта 2018 г.).

13 Базилевский С.А. Указ. соч. С. 133.

14 Там же.

История водоснабжения в отечественных Вооружённых силах

Аннотация. Статья посвящена истории водоснабжения в отечественной армии со времён Средневековья до окончания Второй мировой войны.

Summary. The article is devoted to the history of water supply of the domestic army from the Middle Ages until the end of the Second World War.

Читать далее

Рябиниха. Реквием 355 сд.

Фильм-победитель 50-го (юбилейного) открытого областного фестиваля любительских фильмов «Земля Тверская», посвященного 55 –летию Тверского кинолюбительства в номинации «Лучший фильм на патриотическую тему».

Фильм, посвященный бойцам и командирам 355 Кировской СД, принявшим смертный бой 26 и 27 декабря 1941 года у деревни Рябиниха и сложившим свои головы во имя общей Победы, был снят руководителем ВПК «Поисковый отряд «Витязь», участником поднятия и торжественного захоронения останков погибших воинов в д. Русино Страшевичского сельского поселения Торжокского района.