Колонна канадских интервентов во Владивостоке Декабрь 1918 г

Участие Канады в иностранной военной интервенции на Дальнем Востоке России в 1918—1919 гг.

Аннотация. В статье представлен анализ причин, целей и итогов участия Канады в интервенции на Дальнем Востоке России.

Summary. The article presents an analysis of the causes, goals and outcomes of Canada’s participation in the intervention to the Russian Far East.

Читать далее

ОДИССЕЯ ЕГО ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВА

Полководцы и военачальники

Макаров Михаил Юрьевич — старший советник юстиции в отставке

(г. Ковров. E-mail: makarovkovrov@gmail.com)

Одиссея его превосходительства

Выпускники Николаевской академии Генерального штаба конца XIX — начала ХХ века являлись в массе своей участниками разразившейся на просторах бывшей Российской империи после Октябрьской революции Гражданской войны. При этом одни, приняв советскую власть, вступали в новую, Красную армию, другие уходили в Белое движение, в основном на Дон, где Л.Г. Корнилов и М.В. Алексеев с ноября 1917 года начали формировать Добровольческую армию. В их числе оказался и генерал-лейтенант В.З. Май-Маевский, окончивший Академию в 1896 году и успевший получить богатый боевой опыт на полях сражений Первой мировой, или, как её тогда называли, Великой войны. В рядах Вооружённых сил Юга России (ВСЮР) Май-Маевский подтвердил свои способности расчётливого тактика и вдумчивого стратега. Руководимая им Добрармия успешно провела ряд операций, был взят Харьков, затем Орёл. До Москвы оставалось не более 300 вёрст.

Но развить достигнутые успехи белым не удалось, и после ожесточённых боёв Добрармия под натиском красных покатилась на юг. После провала похода на Москву Май-Маевский был отстранён от должности и заменён генерал-лейтенантом П.Н. Врангелем. Впрочем, белых уже ничего спасти не могло.

А.И. Деникин писал, что с русской армией «неразрывно связана» вся его жизнь. То же самое мог сказать о себе и Май-Маевский. И когда остатки Русской армии П.Н. Врангеля грузились на корабли, чтобы навсегда покинуть Родину, Май-Маевский ушёл из жизни.

В известном телевизионном фильме «Адъютант его превосходительства» внешность генерала Владимира Зеноновича Ковалевского, которого блистательно сыграл Владислав Стржельчик, практически не напоминает своего исторического прототипа — Владимира Зеноновича Май-Маевского.

Барону Врангелю, познакомившемуся с Май-Маевским в апреле 1919 года во время боёв за Донбасский каменноугольный бассейн, генерал показался похожим на комика провинциальной сцены, не будь на том военного мундира. Подлинный Владимир Зенонович был небольшого роста, чрезвычайно тучен, с красным обрюзгшим лицом, отвислыми бритыми щеками и громадным носом-сливой; глаза — по-мышиному маленькие, близко посаженные, носил пенсне1. Врангель ещё поделикатничал, сравнив крохотные глаза генерала с мышиными. Эмигрант Димитрий Лехович, в прошлом активный участник Белого движения, указывает «свиные глазки»2. Однако непривлекательная внешность Май-Маевского компенсировалась его умом и внутренней силой, что также отметил Врангель, крайне разборчивый в человеческих оценках. Эти качества Май-Маевского не раз отмечали и другие сослуживцы.

Благодаря своим способностям Май-Маевский сделал успешную военную карьеру. Родившись 15 сентября 1867 года3 в семье безземельных дворян Могилевской губернии, Владимир Зенонович в 1886 году окончил кадетский корпус, в 1888-м — Николаевское инженерное училище, осенью 1896 года — Николаевскую академию Генерального штаба. Подававшего надежды офицера направили в лейб-гвардии Измайловский полк, но он жаждал настоящего дела и попросил перевести его из столицы в армейскую пехоту. С 1896 года В.З. Май-Маевский служил адъютантом и старшим адъютантом в пехотной дивизии, затем на командных должностях, а с 1904 года — начальником штаба 8-й Восточно-Сибирской дивизии. Во время Русско-японской войны 1904—1905 гг. исполнял обязанности начальника штаба корпуса. В Первую мировую войну командовал полком, возглавлял штаб пехотной дивизии, состоял генералом для поручений при командующем 11-й армией, с 1916 года командовал 15-й пехотной дивизией, в 1917-м — 1-м гвардейским корпусом. Всю войну Май-Маевский провёл на Юго-Западном фронте, высоко поднявшись по карьерной лестнице.

В декабре 1904 года В.З. Май-Маевский получил чин полковника, в августе 1914 — генерал-майора, в 1917-м — генерал-лейтенанта. К началу Первой мировой войны Май-Маевский являлся кавалером орденов: Св. Станислава 3-й и 2-й степеней, Св. Анны 3-й и 2-й степеней, Св. Владимира 4-й и 3-й степеней. По результатам боёв в Галиции Май-Маевский сначала был награждён Георгиевским оружием, затем орденом Св. Георгия 4-й степени — за отличное командование 44-м пехотным Камчатским полком.

Февральскую революцию генерал встретил спокойно. В «чёрный список» на увольнение он не попал, ибо реакционностью не отличался, лютости к нижнему чину не проявлял. И сам в отставку не ушёл, как это сделали, например, командиры корпусов: гвардейского конного — Хан Нахичеванский, 3-го конного — граф Ф.А. Келлер и 31-го армейского — генерал от артиллерии П.И. Мищенко4. Присягнув Временному правительству, В.З. Май-Маевский, как и подавляющее большинство командного состава русской армии, полагал, что государство Российское сохранится, и ему нужна будет боеспособная армия. Видимо, то же он думал, узнав и о событиях октября 1917 года.

Он пытался, как и прежде, управлять войсками: ведь противник оставался на своих позициях. Заслуженный в боях авторитет помог ему избежать солдатского самосуда. Казалось бы, он мог принять и советскую власть: в Корниловском мятеже участия не принимал, имений не имел, даже семьёй до 50 лет не успел обзавестись. Как говорится, ни кола, ни двора, зипун, то есть генеральский мундир, весь пожиток. И на Дон подобно многим другим он не устремился осенью 1917 года. По крайней мере, становление Добровольческой армии и её знаменитый «Ледяной» поход состоялись без него.

Владимир Зенонович не оставил ни писем, ни воспоминаний, поэтому сегодня приходится только гадать, что (или кто?) повлияло в конце концов на его решение принять сторону белых, и когда именно он оказался на юге России. Одни авторы сообщают, что в Добровольческую армию он вступил в марте 1918 года, другие указывают на конец лета5. Во всяком случае, нет данных о его участии ни в Первом, ни во Втором кубанском походах.

Не более чем миф, на мой взгляд, информация, появившаяся в Интернете, о том, что первоначально Май-Маевский был зачислен рядовым в Дроздовскую дивизию. Документального подтверждения тому не имеется, хотя в первые месяцы боевых действий в Добрармии имели место случаи, когда полковники состояли на рядовых должностях. Однако ставить в строй страдавшего астмой пятидесятилетнего генерала тучной комплекции было бы полной бессмыслицей. Достоверней выглядят сведения о том, что Май-Маевский в 1918 году (более точной информации нет) находился в резерве чинов при штабе главнокомандующего. Исходя из этого, можно более определённо установить время, когда генерал примкнул к Белому движению. Если резерв чинов был учреждён после того, как Добровольческая армия укрепилась на Кубани, то это произошло не ранее 3 августа 1918 года, т.е. после взятия белыми Екатеринодара.

На тот период времени в резерве чинов собралось несколько сотен генералов бывшей императорской армии, которые дожидались назначений, соответствовавших их уровню. Но в армии просто не имелось такого количества должностей. К тому же опыт Гражданской войны показал, что не все имевшие академическое образование генералы умели воевать в новых условиях. Однако Май-Маевский, не имевший заслуг перед Белым движением, 19 ноября 1919 года был назначен временно исполняющим дела начальника 3-й дивизии, за находившегося в госпитале М.Г. Дроздовского6. Впоследствии Деникин писал: «До поступления его [Май-Маевского] в Добровольческую армию я знал его очень мало»7. Возможно, этим и объясняется назначение Май-Маевского вр.и.д. начальника дивизии, личный состав которой был, что называется, крепким орешком и в данном случае являлся как бы испытательным полигоном: примет дивизия нового начальника — значит, тот заслуживает доверия, не примет — оставаться генералу на второстепенных должностях.

Май-Маевский поначалу был встречен в дивизии неприветливо, так как не являлся «походником»8, однако сумел завоевать если не любовь, то по крайней мере расположение дроздовцев, и после смерти М.Г. Дроздовского был утверждён в должности начальника 3-й дивизии, которой успешно командовал три месяца. Для того времени это немалый срок.

В эти месяцы Добровольческая армия сражалась на Северном Кавказе с превосходившей её по численности 11-й армией красных9. Чаша весов медленно склонялась в сторону добровольцев, более стойких духом и искусных в военном ремесле. Едва удалось стабилизировать положение, Деникин, внимая просьбам донского атамана П.Н. Краснова, перебросил из-под Ставрополя в Донбасс 3-ю пехотную дивизию, подкреплённую артиллерией, бронепоездами, броневиками и авиацией. Необходимо было срочно прикрыть каменноугольный район, а также левый фланг Донской армии, фронт которой после ухода германских частей затрещал по всем швам.

Деникин в четвёртом томе «Очерков русской смуты» так оценивал сложившуюся в Донбассе ситуацию: «Май-Маевский попал в чрезвычайно сложную военную и политическую обстановку в районе, где перемещались повстанческие отряды Махно, Зубкова, Иванько и другие, петлюровские атаманы, советские войска группы Кожевникова и, наконец, застрявшие немецкие эшелоны. Май-Маевский в течение двух месяцев со своими 2,5, потом 4,5 тысячами штыков, с огромным напряжением и упорством едва отбивался от Махно, петлюровцев и двух дивизий большевиков»10. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Врангель П.Н. Записки. Минск: Харвест, 2002. Т. 1. С. 205.

2 Лехович Д.В. Белые против красных. Судьба генерала Антона Деникина. М.: Воскресенье, 1992. С. 224.

3 Даты приводятся по старому стилю.

4 После февральских событий произошло «избиение» высшего командного состава. Были отрешены от командования половина корпусных командиров (35 из 68) и около трети начальников дивизий (75 из 240). См.: Керсновский А.А. История русской армии. М.: Голос, 1994. Т. 4. С. 268.

5 Рутыч Н.Н. Биографический справочник высших чинов Добровольческой армии и Вооружённых сил Юга России. М.: Астрель; АСТ; Российский архив, 2002. С. 182; Залесский К.А. Кто был кто в Первой мировой войне. М.: Астрель, 2003. С. 382; Волков С.В. Энциклопедия Гражданской войны. Белое движение. СПб.: Издательский Дом «Нева», 2003. С. 317.

6 Дроздовский Михаил Гордеевич (1881—1919) — генерал-майор (1918). Окончил Академию Генштаба (1908). Участник Первой мировой войны, полковник. В декабре 1917 г. сформировал на Румынском фронте отряд (около 1000 человек, главным образом офицеры и юнкера) для отправки на Дон к Корнилову. 11 марта 1918 г. отряд Дроздовского выступил из Ясс в поход через Кишинёв, Н. Буг, Каховку, Мелитополь, Бердянск, Мариуполь, Таганрог и 5 мая вышел к Ростову. Оказал помощь белоказакам, выбитым советскими частями из города, и захватил его 8 июня; имея 3-тысячный отряд, в Новочеркасске соединился с Добровольческой армией и был назначен начальником 3-й пехотной дивизии. Участвовал в боях на Северном Кавказе. 13 ноября 1918 г. ранен под Ставрополем и 14 января умер. 3-я пехотная дивизия получила наименование Дроздовской.

7 Деникин А.И. Очерки русской смуты. М.: Айрис пресс, 2006. Т. 4. С. 651.

8 Абинякин Р.М. Исторические портреты. М.: Астрель, 2003. С. 300.

9 11-я армия формировалась трижды: в октябре 1918 г. (расформирована 13 февраля 1919 г.); в марте 1919 г. (расформирована 12 июня 1919 г.); в августе 1919 г. (29 мая 1921 г. была переформирована в Отдельную Кавказскую армию). В описываемый период 11-я армия вела борьбу с белогвардейской армией Деникина на Северном Кавказе, обеспечивая левое крыло 10-й армии, оборонявшей Царицын. В октябре сражалась за Ставрополь и Армавир, но в ноябре была вынуждена под натиском деникинцев оставить Ставрополь и Невинномысскую. Одновременно части армии вели борьбу с терской контрреволюцией и освободили Моздок и осаждённые Владикавказ, Грозный и Кизляр. В конце декабря армия перешла в наступление в направлениях Екатеринодар — Новороссийск и Тихорецкая — Ростов, но в начале января 1919 г. противник нанёс сильный контрудар и рассёк армию на 2 части, которые начали отход в районы Св. Крест — Элиста и Грозный — Кизляр. Войска понесли большие потери в боях и от эпидемии сыпного тифа; резко сократившись в численности, отступали через Кизляр к Астрахани, а частью сил — за р. Маныч к 10-й армии.

10 Деникин А.И. Указ. соч. Т. 4. С. 104, 105.

ВОЕННО-НАУЧНОЕ ОБЩЕСТВО: ОТ АКАДЕМИЧЕСКОГО ДО ВСЕСОЮЗНОГО

История военной науки

Грищенко Алексей Николаевич — преподаватель кафедры гуманитарных и социально-экономических дисциплин филиала Военной академии связи имени маршала С.М. Будённого (г. Новочеркасск), кандидат исторических наук (E-mail: grichenko1981@rambler.ru).

Военно-научное общество: от академического до всесоюзного

Деятельность военно-научных обществ (ВНО) в Рабоче-крестьянской Красной армии, и прежде всего их родоначальника, созданного в 1920 году при Академии Генерального штаба РККА, изучена недостаточно. Историография этого вопроса незначительна. Исключение составляют немногие обобщающие статьи1, упоминания в трудах советских военных историографов2 и краткие заметки в энциклопедических изданиях3. А между тем проведённые в 1920-е годы исследования различных аспектов Гражданской войны в России, что называется, по горячим следам и публикации, обобщающие их результаты, не потеряли своей значимости и сегодня.

Слушатели Академии Генерального штаба одними из первых приступили к исследованиям событий Гражданской войны, причём ещё до её завершения. Причиной, которая побудила их взяться за активный научный поиск, стало расхождение военной теории, преподававшейся в академии, с опытом, приобретённым ими на фронтах войны. Именно это вызвало появление ВНО при Академии Генерального штаба РККА.

«Создание этого общества, — писал Маршал Советского Союза М.В. Захаров, — диктовалось, в частности, и тем, что преподавание в академии, где профессорско-преподавательский состав состоял почти целиком из военных специалистов старой армии, было в значительной мере оторвано от действительности, носило абстрактный характер. Так, в 1920 году в академии ещё не читался курс лекций по истории гражданской войны, не изучался ход боевых действий на русском фронте в первой мировой войне»4. Было также классовое недоверие слушателей (до 80 проц. — коммунистов5) к преподавателям-военспецам, пришедшим в РККА из старой армии.

Руководство ВНО так объясняло причину создания общества: «Властное требование пробуждающегося в области военного творчества самосознания слушателей диктовало необходимость анализировать, продумать и прийти к определённому синтезу тех вопросов, которые волновали их умы, полные революционного творчества и борьбы в области военной науки, как следствие борьбы на боевом фронте»6.

13 октября 1920 года по инициативе группы слушателей состоялось общее собрание ячейки РКП(б) Академии Генштаба, на которое были приглашены К.Б. Радек, В.И. Соловьёв, Н.И. Подвойский, К.Е. Ворошилов. На нём было объявлено о создании Военно-научного общества по изучению опыта классовой войны. Возглавило ВНО оргбюро из 9 слушателей академии под председательством В.Д. Виленского-Сибирякова — комиссара академии. Цели общества были сформулированы так: «За основу работы была принята теория революционного марксизма с[о] всесторонним использованием достижений военной науки и техники в условиях классовой обстановки, направленная к изучению операций Красной армии, организации её вооружённых сил и вооружённых сил её противников, изучение революционных войн и армий предшествующих эпох, и систематизация всего этого материала путём организации дискуссии и издания печатных трудов»7. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Мариевский И. Военно-научное общество СССР (1920—1926 гг.) // Воен.-истор. журнал. 1940. № 7. С. 120—124; Ломов Н., Кин Т. Добровольные военно-научные общества (из истории создания) // Воен.-истор. журнал. 1975. № 5. С. 122—126; Евсеев А. Военно-научному обществу — 50 лет // Коммунист Вооружённых Сил. 1975. № 10. С. 25—31.

2 Очерки советской военной историографии. М.: Воениздат, 1974. С. 25, 26; Зарождение и развитие советской военной историографии, 1917—1941 / Отв. ред. П.А. Жилин. М.: Наука, 1985. С. 16—18.

3 Военно-научное общество / Большая советская энциклопедия. 1-е изд. Т. 12. М.: Советская энциклопедия, 1928. Стлб. 281; Военно-научное общество / Военная энциклопедия: В 8 т. Т. 2. М.: Воениздат, 1994. С. 177; Военно-научные общества / Большая Российская энциклопедия: В 30 т. Т. 5. М.: Большая Российская энциклопедия, 2006. С. 543.

4 Захаров М.В. Генеральный штаб в предвоенные годы. М.: Воениздат, 1989; http://militera.lib.ru/memo/russian/zaharov_mv/index.html.

5 Там же.

6 Год работы (к юбилею ВНО) // Красная Армия. Вестник Военно-научного общества при Военной Академии. 1921. № 5—6. С. 5.

7 Там же.