Керчь-Еникальское градоначальство в 1914—1918 гг.

image_pdfimage_print

E.A. NOSKOVA, A.V. NOSKOV — «To pay life and property for the Homeland.» Kerch-Yenikal city administration in 1914-1918

Аннотация. В статье рассказывается о службе жителей г. Керчь в русской армии, о работе промышленных предприятий города во время Первой мировой войны.

Summary. The article describes the service of residents of Kerch in the Russian army, on the work of industrial enterprises of the city during World War I.

ПЕРВАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА

НОСКОВ Андрей Васильевич — капитан в отставке

(г. Керчь. E-mail: andrey_v.noskov@mail.ru)

НОСКОВА Элеонора Андреевна — старший научный сотрудник отдела фондов Крымского республиканского учреждения «Керченский историко-культурный заповедник»

(г. Керчь. E-mail: andrey_v.noskov@mail.ru)

«ЖИЗНЬ И ИМУЩЕСТВО ОТДАТЬ ЗА РОДИНУ»

Керчь-Еникальское градоначальство в 1914—1918 гг.

 

19 июля 1914 года, в день объявления Германией войны России, в 20 ч 52 мин в Керчь-Еникальском градоначальстве началось чрезвычайное собрание Городской думы. За 36 мин гласные приняли решение об образовании «Особого Керчь-Еникальского городского попечительства по призрению семейств нижних чинов» и выплате в течение всей войны пособий семьям призванных служащих городского самоуправления в размере половины жалованья. На следующем чрезвычайном собрании (28 июля) гласные думы, горячо поддержав предложение городского головы В.В. Аверкиева заверить императора Николая II в своей готовности «жизнь и имущество отдать за Родину», вынесли решение выделить Российскому Красному Кресту на устройство лазарета 3000 рублей и избрали протоиерея В.Г. Станиславского председателем Керчь-Еникальского попечительства о семьях запасных1.

Высочайшим повелением 20 июля 1914 года Керчь-Еникальское градоначальство было объявлено на военном положении с подчинением гражданского управления сначала командующему войсками Одесского военного округа, а с 12 августа 1914 года (решением Верховного главнокомандующего) командующему Черноморским флотом (ЧФ).

Уже с 4 августа приказом командующего ЧФ был запрещён вход всех судов ночью в Керченский пролив, 9 августа — вывоз иностранными судами военной контрабанды и зерна (позднее разрешили вывозить его на кораблях союзников)2. 8 августа начальник обороны Керченского пролива капитан I ранга А.В. Трегубов обратился к градоначальнику генерал-майору Е.К. Климовичу с просьбой распорядиться о закрытии на время военных действий всех трактирных заведений, продававших спиртные напитки, пивных лавок, а также казённых винных лавок в Старом Карантине. В аптеках существенно ограничили продажу спирта и одеколона по рецептам. Нарушителям грозили заключение на три месяца в тюрьму (крепость) или штраф в 3000 рублей3.

12 августа 1914 года в 10 ч на Босфорской площади Керчи заработала Комиссия по приёму самодвижущихся экипажей, куда каждый местный владелец какого-либо вида транспорта был обязан представить свой. Всего в наличии оказались 29 легковых автомобилей, грузовик и 11 мотоциклетов. Согласно записи в Таврическом губернском жандармском управлении от 24 августа «при производстве военно-конской и автомобильной поставок по случаю мобилизации в районе Керчь-Еникальского градоначальства не было случаев уклонения»4.

А.В. Трегубов (с 21 сентября генерал-майор) запретил в градоначальстве электрическое освещение улиц, а на тех из них, что были обращены к морю, — и фонарное. Затем были замаскированы расположенные на горе Митридат и приметные с моря часовня Стемпковского и военная церковь5.

После вступления в войну Турции согласно приказу командующего ЧФ c 16 октября 1914 года Керченские укрепления объявили на осадном положении. Здесь для обороны пролива стояла батарея 6-дюймовых орудий, личный состав которой в количестве 114 человек располагался в казарме Минского люнета (в здании № 125). В 1914—1916 гг. этой батареей командовали лейтенанты Рыбалтовский и М.Н. Родионов, старший лейтенант Дехтерёв и мичман И.Д. Чихачёв. Для защиты узкого пролива между косой Тузла и Павловским мысом на береговой батарее № 1 Керченских укреплений установили 9-дюймовые пушки образца 1867 года на высоком лафете системы генерала Р.А. Дурляхера. Утром 19 мая 1915 года эти орудия были испытаны «четырьмя выстрелами из каждого под различными углами возвышения бомбою обыкновенного чугуна при заряде бездымным порохом в 17 фунтов и 27 фунтов». Начальник обороны пролива выразил особую признательность руководителю работ по установке орудий капитану Н.Е. Мешковскому и его помощнику штабс-капитану Шмалюку, а нижним чинам объявил благодарность. В тот же день на той же береговой батарее в 12 ч перед фронтом орудий приняли присягу молодые солдаты Керченской крепостной артиллерийской роты призыва 1915 года6.

В Керченском проливе всегда отмечалось небезопасное плавание. «…Особенно следует отметить районы входных мысов со стороны Чёрного моря, где расположено большое количество рифов, отмелей, банок и других подводных препятствий, район косы Тузла, близ оконечностей которой множество подводных камней, банок и свай, а также Церковные банки… южнее мыса Еникале». Для прохода судов с большой осадкой ещё на рубеже XIX—XX вв. прорыли состоящий из четырёх колен Керчь-Еникальский канал, вблизи бровок которого «имеется большое количество опасностей»7. Одной из них с началом Первой мировой стали минные заграждения противоборствующих сторон в проливе и у входа в него (здесь только в 1914-м средствами военного порта Керчи выставили заграждение из 550 мин).

Для обеспечения безопасного прохода судов через Керченский пролив с 1899 года действовало «Общество Керчь-Еникальских лоцманов». Согласно телеграмме № 31058 начальника штаба ЧФ от 13 марта 1915 года 18 лоцманов этого общества в качестве вольнонаёмных зачислили на службу по морскому ведомству. В 1916-м керченские лоцманы участвовали в одном из этапов Трапезундской наступательной операции (23 января — 25 мая 1916 г.), в ходе которой кораблями из Мариуполя в Трапезунд были переброшены последовательно 127-я и 123-я пехотные дивизии (пд) русской армии. Тогда разделённые на четыре отряда 30 судов из Транспортной флотилии при подходе к Керченскому проливу (со стороны Азовского моря) были приняты лоцмейстерскими катерами. Для ориентировки в проливе на местах поворота по каналу расставили особые катера-оградители (транспорты шли одной колонной с интервалом в 1 кабельтов между судами). В случае тумана в проливе флотилия не останавливалась и шла без специальных сигналов (сирены и рынды), подававшихся только с катеров-оградителей. Суда благополучно прошли пролив в густом тумане и в 13 ч 50 мин 17 мая 1916 года начали выходить из него в Чёрное море, где их принял конвой. В тот день таким путём перебросили 18 тыс. человек, 2100 лошадей, 36 орудий, 200 голов скота, 800 повозок и 50 тыс. пудов грузов 127 пд. Точно так же 31 мая перебросили 123 пд. Лоц-командиром, как и лоцмейстером Керченской дистанции, был тогда полковник корпуса флотских штурманов К.И. Михайлов8.

В Керчь-Еникальском градоначальстве установили один из трёх пеленгаторов ЧФ. Землеотвод был произведён 23 января 1914 года. Флоту временно предоставили участок площадью 3 десятины 655 кв. сажен из состава выгонной городской земли при посёлке Старый Карантин (сегодня городская территория), вблизи кладбища, на бывшем хлебопахотном участке под № 134 (около нынешнего Корабельного переулка). Участок огородили колючей проволокой, установили деревянную будку с приёмным аппаратом, рядом поставили собранную из трёх частей деревянную мачту с антенной. Основание мачты закрепили в бетонном массиве. 20 октября 1916 года начальник Восточного района береговых наблюдательных постов и станций Чёрного моря капитан 2-го ранга Б. Н. Агищев уведомил керченское городское самоуправление, что «командующий Черноморским флотом находит необходимым оставить существование этой радиостанции и в дальнейшем на неопределённое время»9. Планировалось строительство фундаментального каменного здания для пеленгатора и обслуживающего персонала (до 10 человек), на что предполагалось потратить до 18 тыс. рублей. 19 января 1917 года Городская дума единогласно постановила предоставить морскому ведомству участок № 134 в аренду на 15 лет: на время войны бесплатно, а после её окончания — по 25 рублей за десятину. Одним из известных эпизодов деятельности русских пеленгаторов на Чёрном море стало уничтожение крейсером «Память Меркурия» двух турецких канонерских лодок между Варной и Стамбулом 8 декабря 1916 года10. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Государственный архив в Автономной Республике Крым (ГА АРК). Ф. 118. Оп.1. Д. 6540. Л. 5 об.

2 Там же. Л. 12.

3 Там же. Ф. 455. Оп. 1. Д. 6492. Л. 59.

4 Там же. Д. 6490. Л. 28.

5 Там же. Л. 58.

6 Андреев В. Керченская крепость // MILITARY КРЫМ. 2008. № 9. С. 42.

7 Лоция Чёрного моря, 1968. С. 147, 164.

8 Павлий В. Азовское море. Мариуполь, 1994. С. 205.

9 ГА АРК. Ф. 455. Оп.1. Д. 12. Л. 23 об.

10 Кикнадзе В.Г. Радиоразведка Российского флота в Первой мировой войне // Вопросы истории. 2004. № 11. С. 151.