Ф.Ф. Палицын

Введение военной игры в качестве обязательной формы подготовки генералов и офицеров в русской армии накануне Первой мировой войны

image_pdfimage_print

O.Ye. ALPEYEV – Introduction of war game as a compulsory form of training of generals and officers in the Russian army on the eve of World War I (1906-1914)

Аннотация: В статье рассматривается реформа военной игры в России в 1906—1914 гг. Анализируются причины, приведшие к введению военной игры в качестве обязательного занятия с офицерами Генерального штаба и строевыми командирами. Раскрывается роль в этом первого начальника Генерального штаба генерал-лейтенанта Ф.Ф. Палицына.

Summary: This article discusses the reform of military games in Russia n 1906-1914. The author analyses the causes that led to introduction of war games as necessary studies with officers of the General Staff and combatant commanders, reveals the role in this of the first Chief of the General Staff Lieutenant-General F.F. Palitsyn.

ВОИНСКОЕ ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

 

Алпеев Олег Евгеньевич — научный сотрудник Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ

(Москва. E-mail: oalpeev@yandex.ru)

 

ВВЕДЕНИЕ ВОЕННОЙ ИГРЫ В КАЧЕСТВЕ ОБЯЗАТЕЛЬНОЙ ФОРМЫ ПОДГОТОВКИ ГЕНЕРАЛОВ И ОФИЦЕРОВ В РУССКОЙ АРМИИ НАКАНУНЕ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ (1906—1914 гг.)

 

Русско-японская война 1904—1905 гг. обнажила многочисленные изъяны военной машины Российской империи. Завершившиеся боевые действия продемонстрировали тактическую отсталость русских войск и неудовлетворительную организацию управления ими. Наибольшее нарекание вызывал уровень подготовки старших воинских начальников и офицеров Генерального штаба1. С целью искоренения данных недостатков в 1905—1912 гг. военное ведомство провело масштабные реформы, направленные на улучшение организации войск и повышение уровня их материально-технического обеспечения2.

Особое внимание обращалось на повышение качества командного и начальствующего состава и штабных работников, для чего военный министр генерал-лейтенант А.Ф. Редигер инициировал чистку высших командных кадров армии. Важным шагом на пути реформирования вооружённых сил стало создание в 1905 году Главного управления Генерального штаба (ГУГШ), специального планирующего органа. Возглавлявший его в 1905—1908 гг. первый начальник Генштаба генерал-лейтенант Ф.Ф. Палицын прекрасно осознавал несоответствие уровня знаний генштабистов требованиям современной войны, поэтому значительная часть его действий на новом посту была направлена на ликвидацию этого недостатка.

Ф.Ф. Палицын
Ф.Ф. Палицын

Ф.Ф. Палицын являлся одним из способнейших офицеров русского Генерального штаба. Он окончил Николаевскую академию Генерального штаба (НАГШ) в 1877 году, принимал участие в войне с Турцией на Кавказе. После завершения боевых действий в течение двадцати с лишним лет служил на штабных должностях в войсках гвардии и Петербургского военного округа. В 1895 году Палицын был назначен на должность начальника штаба генерал-инспектора кавалерии великого князя Николая Николаевича и занимал её в течение десяти лет. В случае войны с Тройственным союзом он должен был стать начальником штаба главнокомандующего армиями Северо-Западного фронта, ориентированного против Германии. На новом посту Палицын досконально изучил вооружённые силы вероятного противника и методы подготовки, принятые в прусско-германском генеральном штабе. Возглавив ГУГШ, он решил применить их для занятий с подчинёнными офицерами. Повысить уровень теоретической подготовки штабных работников он намеревался, превратив военную игру в обязательную форму занятий.

Первые шаги в этом направлении были сделаны Палицыным через год после назначения его начальником Генерального штаба. Зимой 1906/07 года он провёл большую стратегическую игру с офицерами ГУГШ, посвящённую действиям на восточно-прусской границе3. В марте 1907 года Палицын совершил поездку в штабы трёх важнейших пограничных военных округов — Виленского, Варшавского и Киевского, в ходе которой присутствовал на военных играх4. Поездка обнаружила неспособность окружных штабов организовывать и проводить такие занятия. Даже в штабе Варшавского округа, накопившем значительный опыт, довести игру до конца не удалось. Отчасти вина за это ложилась на плечи самого Палицына и ГУГШ, так как задания для игр разрабатывались в Петербурге и являлись слишком масштабными. Особенно неудачной признавалась организация игры при штабе Киевского военного округа, причиной чего являлось неприятие этого вида занятий многолетним его командующим генералом от инфантерии М.И. Драгомировым. Известный мемуарист Б.В. Геруа оставил любопытное свидетельство об этой военной игре, иллюстрирующее беспомощность руководства окружного штаба в новом для него деле: «На огромных столах были разложены простыни карт. Стороны разведены по своим залам, а разные “штабы”, представленные каждый одним офицером, по своим углам.

Первой вступила в дело конница. Кавалерист Палицын, кавалерист Сухомлинов, кавалеристы помоложе, настоящие и представлявшиеся, погрузились в действия разъездов, разведывательных эскадронов, кавалерийских дивизий. Штабные, покончив со своим “исходным положением”, чинили карандаш и держали наготове свои полевые книжки. Прошёл день, другой, третий. Может быть больше, даже наверное больше. Военная игра всё ещё не выходила из авангардного периода и боёв охранений и разведки. Главные силы всё ещё бивакировали и квартировали. Между тем время продолжало идти, и календарь с укоризной смотрел на Палицына: намеченный им срок пребывания в Киеве приближался к концу, в Петербурге ждали другие дела.

[…] Сочетание условий календаря, недостатка времени и достоинств Палицына решило участь военной игры. Она была остановлена, не достигнув и четверти своего пути. Гора родила мышь»5.

По итогам поездки 10 апреля 1907 года Палицын подготовил специальные рекомендации, призванные служить руководством для организации и ведения военных игр. Этот документ, получивший название «Свод указаний, данных начальником Генерального штаба во время военной игры офицеров Генерального штаба в 1907 году» (далее — «Свод указаний»), был разослан в военные округа и стал важной вехой на пути введения военной игры в повсеместную практику6.

Труд Палицына можно разделить на две части: в первой содержались методические рекомендации по организации и ведению военной игры; во второй — анализировались типичные ошибки, допущенные участниками в ходе занятий. В первой части «Свода указаний» генерал-лейтенант Палицын предлагал следующую организацию военных игр в округах: «а) для старших офицеров Генерального Штаба в генеральских чинах, вести военную игру под руководством начальника штаба округа; военную игру со старшими офицерами желательно вести в составе 4—5 корпусов, одной или двух кавалерийских дивизий и нескольких резервных дивизий; б) для остальных офицеров — под руководством генерал-квартирмейстера — для офицеров штаба округа и под руководством начальника штаба корпуса — для офицеров корпусных и дивизионных штабов; состав отряда для военной игры не выше корпуса отдельно действующего или действующего в составе армии»7. Фактически Палицын рекомендовал организацию игры, уже применявшуюся в Варшавском военном округе с конца XIX века, где проводилось строгое разделение этих занятий на стратегические и тактические. Начальник Генштаба настаивал, чтобы район игры «выбирался в пограничном пространстве, с заданиями по указанию начальника штаба округа»8. Задание должно было «отвечать той цели, для достижения которой армия или отряд организованы»9. Этим подчёркивалась необходимость проводить стратегические игры на основе действительных планов развёртывания русской армии. Военные игры надлежало организовывать в течение всего учебного периода, за исключением лета, когда все офицеры отвлекались на занятия в поле.

Вторая часть «Свода указаний» носила универсальный характер. В ней затрагивались наиболее актуальные проблемы русского военного искусства начала XX века, а не только вопросы ведения военных игр. Палицын сделал попытку собрать воедино и проанализировать все основные ошибки, допущенные командованием маньчжурских армий в Русско-японской войне и воспроизведённые участниками военных игр 1906/07 года. Наметил он и пути их исправления. По его мнению, главнейшей из ошибок было тяготение воинских начальников к оборонительным действиям. На страницах «Свода указаний» Палицын главной целью боевой подготовки войск провозглашал обучение активным действиям: «Теперь нам особенно необходимо воспитывать себя в духе движения вперед, деятельности наступательной (курсив Палицына. — Прим. авт.). Всего этого нам недоставало в 1904—1905 гг. Мы слишком веровали в силу и значение позиций, обороняли их пассивно, стоя на месте. Общность этих явлений указывает на то, что они не были случайными, что, наоборот, соответствующие взгляды прочно усвоены нами»10. По мнению генерала, оборонительные тенденции ярко проявились и в ходе завершившихся военных игр. Палицын указывал и на стремление отдавать инициативу противнику, а также на неумение вести разведку: «В общем, мы охотно подчиняемся воле противника под предлогом, что не имеем о нём точных сведений. Всегда это служит законным побуждением к оборонительному способу действий»11.

Главным результатом поездки генерал-лейтенанта Палицына в штабы Варшавского, Виленского и Киевского военных округов в 1907 года было то, что с этого момента военная игра стала обязательной формой тактической и оперативной по современной терминологии подготовки офицеров Генерального штаба. Кроме того, Палицын попытался унифицировать ведение игр, предложив в качестве образца успешно применявшуюся в Варшавском военном округе организацию занятий.

Зимой 1907/08 года Палицын вновь провёл военные игры с офицерами частей 2-го и 3-го обер-квартирмейстеров ГУГШ12. После завершения занятий он совершил две поездки в военные округа с 4 по 19 и с 27 по 29 февраля и присутствовал на играх старших офицеров Генштаба Виленского, Одесского и Московского округов; офицеров окружных штабов в Вильно, Киеве, Варшаве и Москве и на занятиях при штабах Гренадерского, III, VIII, IX, XI и XII армейских корпусов13.

Зимой 1908/09 года начальник Генерального штаба вновь намеревался организовать военные игры с подчинёнными14. Однако реализовать разработанный план занятий не смог, так как был смещён с должности 13 ноября 1908 года. При следующих начальниках Генерального штаба В.А. Сухомлинове, А.З. Мышлаевском, Е.А. Гернгросе, Я.Г. Жилинском и Н.Н. Янушкевиче военные игры с офицерами ГУГШ не проводились вообще. Объяснить этот факт можно как недостаточной компетентностью руководителей Генштаба, так и чрезмерной загруженностью его сотрудников текущими делами15.  <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Оберучев К.М. Наши военные вожди. М., 1909. С. 1, 2.

2 Подробнее см.: Зайончковский А.М. Подготовка России к империалистической войне. Очерки военной подготовки и первоначальных планов. М., 1926. С. 83—104; Шацилло К.Ф. Россия перед первой мировой войной: (Вооружённые силы царизма в 1905—1914 гг.). М., 1974; он же. От Портсмутского мира к Первой мировой войне: Генералы и политика. М., 2000; Авдеев В.А. После Мукдена и Цусимы // Воен.-истор. журнал. 1982. № 8. С. 2—9; он же. В.А. Сухомлинов и военные реформы 1905—1912 гг. // Россия: международное положение и военный потенциал в середине XIX — начале ХХ века: Очерки / Отв. ред. И.С. Рыбачёнок. М., 2003. С. 71—122, 247—284; Бескровный Л.Г. Армия и флот России в начале ХХ в.: Очерки военно-экономического потенциала. М., 1986. С. 9—66; Отечественные военные реформы XVI—ХХ веков / Под общ. ред. В.А. Золотарёва. М., 1995. С. 96—115; Кавтарадзе А.Г. Военные реформы в России 1905—1912 гг. // Реформы и реформаторы в истории России: сб. статей. М., 1996. С. 157—166; Menning B.W. Bayonets before bullets: the Imperial Russian Army, 1861—1914. Bloomington; Indianapolis, 2000. P. 201—271.

3 Сохранившиеся документы игры см.: Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 1859. Оп. 1. Д. 2795. Л. 2—9, 12 об., 13, 16—19, 23—27, 30—33 об., 37, 37 об.; Ф. 2000. Оп. 1. Д. 440. Л. 62—65, 136.

4 Алексеева-Борель В.[М.] Сорок лет в рядах русской императорской армии: Генерал М.В. Алексеев. СПб., 2000. С. 232, 233.

5 Геруа Б.В. Воспоминания о моей жизни. Париж, 1969. Т. 1. С. 226, 227.

6 Свод указаний, данных начальником Генерального штаба во время военной игры офицеров Генерального штаба в 1907 году. СПб., 1908.

7 Там же. С. 4.

8 Там же.

9 Там же.

10 Там же. С. 5.

11 Там же. С. 7. Универсальность содержания «Свода указаний» позволила В.М. Драгомирову, возглавлявшему в 1912—1914 гг. штаб Киевского военного округа, считать его скрытой попыткой ввести военную доктрину, в русской армии не существовавшую. См.: Драгомиров В.[М.] Подготовка русской армии к Великой войне. Подготовка командного состава // Военный сборник Общества ревнителей военных знаний. Белград, 1923. Кн. IV. С. 102.

12 РГВИА. Ф. 2000. Оп. 1. Д. 515. Л. 24.

13 Там же. Д. 431. Л. 259.

14 Там же. Д. 515. Л. 24.

15 См.: Кожевникова Г.[В.] Главное управление Генерального штаба накануне первой мировой войны (1910—1914). М., 1998. С. 33—37.