Рождение Войска польского (1942—1944 гг.)

image_pdfimage_print

НЕИЗВЕСТНОЕ ИЗ ЖИЗНИ СПЕЦСЛУЖБ

ЗДАНОВИЧ Александр Александрович — заместитель председателя Всероссийской государственной телерадиокомпании, генерал-лейтенант запаса, доктор исторических наук

(E-mail: ref_Zdan@vgtrk.com)

«Польская воинская часть… высоко поднимет вес и авторитет поляков в ходе войны и в становлении послевоенной Европы»

Рождение Войска польского (1942—1944 гг.)

В статье «Роль НКВД в формировании польской армии В. Андерса (1941—1942 гг.)», опубликованной в сентябрьском номере нашего журнала за 2010 год, было рассказано о мотивах создания на территории СССР под строгим контролем со стороны НКВД польской армии генерала В. Андерса и причинах её ухода в Иран. Однако группа антифашистски настроенных польских офицеров, которую возглавил полковник Зигмунд Берлинг1, осталась в СССР и выразила желание сражаться с фашистскими оккупантами в составе Красной армии. 26 сентября 1942 года З. Берлинг со своими единомышленниками прибыл из Красноводска в Москву. Можно сказать, что с этого дня начался процесс создания в СССР Войска польского, в чём активное участие приняли органы НКВД — НКГБ и Главное управление контрразведки «Смерш». Сегодня имеются все основания говорить о том, что создание на территории СССР польских вооружённых сил рассматривалось советским руководством скорее как фактор политический, нежели военный, так как они должны были содействовать установлению в освобождённой Польше дружественного к СССР режима.

Зимняя кампания 1942/43 года, прежде всего победа под Сталинградом, характеризовалась переходом стратегической инициативы к Красной армии, чем было положено начало коренному перелому как в ходе Великой Отечественной войны, так и в целом Второй мировой. Красная армия продвинулась на запад на 600—700 км, разгромив свыше ста дивизий противника, что составляло более 40 проц. всех его сил, находившихся на советско-германском фронте. Всё это содействовало усилению движения Сопротивления в Европе, укреплению антигитлеровской коалиции. Хотя до освободительного похода Красной армии в Европу было ещё далеко, советские «компетентные органы» всё же стали проводить некоторые мероприятия по расширению партизанского движения на оккупированных гитлеровцами территориях, в частности в Польше. Так, руководитель 2-го Управления НКВД СССР П.В. Федотов поддержал предложения заместителя начальника 4-го (восточно-европейского) отдела В.А. Кондратика прикомандировать группу Берлинга «к штабу партизанских отрядов и использовать их по набору людей для организации польского партизанского движения и диверсионных групп на территории Польши»2. Фактически это значило создание параллельной по отношению к Армии крайовой подпольной структуры, подчинённой советским интересам3. Однако то, что было ясно чекистам, недопоняли в Центральном штабе партизанского движения при Ставке ВГК: его руководитель П.К. Пономаренко отказался от организации польских партизанских отрядов4.

Тогда контрразведчики решили выслушать предложения полковника З. Берлинга. Капитан госбезопасности Кондратик, как наиболее близко контактировавший с польскими офицерами, 6 октября 1942 года пригласил З. Берлинга на Лубянку. Суть состоявшегося разговора отражена в его докладной записке для руководства контрразведки и НКВД СССР, в которой были приведены следующие слова Берлинга: «…Когда придётся восстанавливать Польшу, то наши противники [Берлинг имел в виду лондонское эмигрантское правительство] будут иметь сильную армию, а нам придётся только тогда приступить к её организации»5. З. Берлинг считал необходимым незамедлительно приступить к подготовке кадров новой польской армии, а для начала сформировать реальную воинскую часть во главе с человеком, которому следует «создать… ореол героя»6.

Такие предложения совпадали с намётками тех, кто отвечал за контрразведывательную работу по польской линии во 2-м Управлении НКВД СССР. Но чекистов сдерживал провалившийся опыт создания польской армии генерала В. Андерса, который показал, что польские силы нельзя оставлять в подчинении польского эмигрантского правительства. В то же время это правительство было признано Москвой, с ним имелось военное соглашение как с одним из союзников по антигитлеровской коалиции, и пойти на создание новых польских воинских частей без ведома и согласия В. Сикорского означало осложнение отношений с Англией и США, чего ни в коем случае нельзя было допустить. Чтобы как-то развязать этот гордиев узел, решили для начала выявить отношение польских эмигрантов, находившихся в СССР, к вопросу формирования польских воинских частей, которые не подчинялись бы правительству В. Сикорского. В ходе оперативной работы чекистов постепенно выкристаллизовалась идея создания из числа находившихся в СССР деятелей различных польских политических партий и групп определённой политической структуры, позднее получившей название «Союз польских патриотов в СССР» (СПП). Именно эту структуру предполагалось использовать для инициирования перед советским правительством вопроса о польском войсковом соединении, подчинённом командованию Красной армии.

Одним из главных вопросов оказался подбор кандидатуры на пост руководителя СПП. Выбор пал на Ванду Львовну Василевскую (1905—1964). Казалось бы, всё говорило в её пользу: дочь бывшего министра иностранных дел Польши, некогда близкого сподвижника Ю. Пилсудского, известная писательница, «присоединённая, по меткому выражению А. Солженицына, к Советскому Союзу в 1939 году вместе с Западной Украиной», член ВКП(б), депутат Верховного Совета СССР, одно время — политработник Красной армии и т.п. Но это были, что называется, биографические данные. А вот оперативные источники НКВД давали несколько иную информацию. Так, один из близких к В. Василевской людей, негласный сотрудник контрразведки, охарактеризовал её следующим образом: «Ванда, при всех своих исключительно высоких свойствах трибуна, при всём великолепном политическом инстинкте и прочих недооценённых качествах, просто очень неважный организатор». Это, кстати, подтверждалось и другими источниками. В НКВД, конечно, понимали, что при таком руководителе СПП им многое придётся делать самим, при этом ограждать В. Василевскую от критики других членов СПП, особенно от поднаторевших в политической борьбе и интригах бывших польских коммунистов, работавших в аппарате Коминтерна. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Берлинг Зыгмунт (Зигмунд) Хэнрык (1896—1980) — один из организаторов Войска польского, генерал брони (1963), генерал-лейтенант Красной армии (1944). Участник Первой мировой войны. В октябре 1939 г. интернирован в СССР. В 1941—1942 гг. — в армии генерала В. Андерса: начальник штаба дивизии, затем комендант эвакуационной базы. После ухода польской армии в Иран остался в СССР. В 1943—1944 гг. командовал сформированной в СССР 1-й польской пехотной дивизией имени Т. Костюшко, принявшие 12—13 октября 1943 г. свой первый бой под Ленино. С августа 1943 г. — одновременно командир 1-го польского корпуса в СССР. В марте—октябре 1944 г. командующий Польской армией в составе Советских Вооружённых Сил. С 22 июля 1944 г. — заместитель главнокомандующего Войском польским и командующий 1 А Войска польского, участвовавшей в составе 1-го Белорусского фронта в Люблин-Брестской операции 1944 г. Части 1 А предприняли попытку оказать помощь Варшавскому восстанию 1944 г., окончившуюся неудачей. С апреля 1947 г. руководил созданием Академии генштаба Войска польского, а в феврале 1948 — ноябре 1953 гг. был её начальником.

2 Центральный архив (ЦА) ФСБ РФ, коллекция исторических документов.

3 Соловьёв А.К. Они действовали под разными псевдонимами. Минск, 1994. С. 110.

4 ЦА ФСБ РФ, коллекция исторических документов.

5 Там же.

6 Там же.