РЕГИОНАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ ИРАКО-КУВЕЙТCКОГО КРИЗИСА 1990 ГОДА

image_pdfimage_print

ЛОКАЛЬНЫЕ ВОЙНЫ И ВООРУЖЁННЫЕ КОНФЛИКТЫ XX—XXI ВВ.

ГОНЧАРОВ Александр Иванович — старший научный сотрудник Центра военной истории Военной академии Генерального штаба ВС РФ (119330, г. Москва, Университетский пр-т, д. 14)

РЕГИОНАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ ИРАКО-КУВЕЙТCКОГО КРИЗИСА 1990 ГОДА

В 2010 году исполняется 20 лет со времени захвата Ираком Кувейта и возникновения кризисной ситуации в зоне Персидского залива, которая привела к формированию коалиции многонациональных сил (МНС) и освобождению Кувейта в январе—феврале 1991 года. Обратимся к предыстории этих событий.

После завершения в 1988 году Ирано-иракской войны Ирак не отказался от своего стремления добиться лидерства в зоне Персидского залива путем поэтапного превращения страны в региональную сверхдержаву. Как показали последующие события, одним из основных направлений военной политики Ирака по-прежнему оставалось расширение границ за счёт соседних стран. После предпринятой в 1980 году неудачной попытки экспансии на востоке для присоединения богатой нефтью иранской провинции Хузестан, населённой арабами, взоры руководства Ирака были обращены на юг — на Кувейт. Его цели были продиктованы стремлением обеспечить безусловное лидерство Ирака в арабском мире, ослабить позиции США и Запада на Ближнем и Среднем Востоке, а также своего давнего противника Ирана в зоне Персидского залива.

На достижение этих целей была направлена иракская внутренняя и внешняя политика, подкреплённая пропагандой «исторического реванша», необходимости исправления «колониальных карт» и возрождения былой арабской славы. Надо признать, что президент Ирака Саддам Хусейн, играя на национальных чувствах иракского народа и пропагандируя «справедливое дело» арабской нации, добился определённой поддержки «великоарабского» курса не только внутри страны, но и за её пределами.

Необходимо также отметить, что в ходе Ирано-иракской войны и после её окончания Ирак в своей внешнеполитической ориентации закрепил некоторую «равноудалённость» от Москвы и Вашингтона. Такое положение, по мнению иракского руководства, давало ему возможности и, главное, права вести региональные дела по собственному усмотрению, манипулируя лозунгом «общеарабских интересов». Этому способствовало и то, что развёрнутая М.С. Горбачёвым перестройка в СССР, советско-американское сближение и кардинальные перемены в странах Восточной Европы привлекли пристальное внимание мирового сообщества, отодвинув на второй план события в других регионах, а в зоне Персидского залива, по мнению иракского руководства, создали «вакуум силы», который должен был заполнить сильнейший.

Вместе с тем в послевоенный период Ирак столкнулся с серьёзными финансово-экономическими трудностями. Если до начала Ирано-иракской войны только в зарубежных банках Ирак хранил более 30 млрд долларов, то после войны он превратился в банкрота. Внешний долг страны оценивался в 70—90 млрд долларов (около 7 млрд — СССР), а потребности в финансовых средствах на восстановление экономического потенциала страны — в 150 млрд долларов. Руководство Ирака стремилось решить эти проблемы, с одной стороны, навязыванием своей линии в ОПЕК на резкое повышение цен на нефть, с другой — списанием арабскими странами 50 млрд долларов иракского долга и предоставлением ими новых кредитов1.

Внешнеполитические устремления Ирака в этот период были направлены на консолидацию позиций арабских стран в условиях кардинальных перемен в мире, определявшихся главным образом наметившейся сменой политического курса советского руководства и возникшими в этой связи опасениями лишиться прежней поддержки одной из великих держав в решении региональных проблем. Так, на совещании Совета арабского сотрудничества (САС)* в Аммане в феврале 1990 года Саддам Хусейн призвал лидеров стран — участниц организации вместо «распавшегося союза арабов и палестинцев с Восточной Европой с опорой на Советский Союз» создать «арабскую сверхдержаву», способную контролировать мировой нефтяной рынок. Однако этот призыв не нашёл поддержки ни в Аммане, ни позднее на внеочередной арабской встрече в верхах 30 мая 1990 года в Багдаде, что во многом предопределило самостоятельные действия Ирака на внешнеполитической арене2.

Одновременно Ирак, нуждавшийся в финансовых средствах на восстановление экономики страны, предпринял решительные шаги, чтобы добиться повышения цен на нефть, несмотря на противодействие Кувейта и Саудовской Аравии. Установленная ОПЕК квота для Ирака по добыче нефти на 1990 год составляла 157 млн тонн. Багдад заявил Кувейту и ряду других стран — экспортёров нефти, что нарушение ими квот ОПЕК приносит ущерб Ираку в 1 млрд долларов в год. Кувейт не отреагировал на эти обвинения, а также в очередной раз отказал в просьбе сдать Ираку в аренду острова Варба и Бубиян3. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Богданов С.А. Война в Персидском заливе. М.: Воениздат, 1993. С. 11.

2 Kimche D. The last option: after Nasser, Arafat & Saddam Hussein: the quest for peace in the Middle East. New York: Maxwell Macmillan International, 1991. Р. 230—232.

3 Печуров С.Л. Подоплека конфликта. К событиям в Персидском заливе // Агитатор армии и флота. 1991. № 5. С. 30, 31.