ПРИОБЩЕНИЕ ЭМИГРАНТСКОЙ МОЛОДЁЖИ К МОРСКОМУ ДЕЛУ

image_pdfimage_print

РУССКОЕ ВОЕННОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

Толочко Александр Валентинович — начальник штаба в/ч 25922, подполковник (тел. 8-81834-55948)

Приобщение эмигрантской молодёжи к морскому делу

В 1928 году в одной из наиболее активных военно-морских организаций Русского зарубежья — «Пражской кают-компании» был прочитан доклад, послуживший толчком к осуществлению задумки ветеранов флотской службы. Основой озвученной идеи являлась следующая установка: «Привлечение к морскому делу молодёжи задача трудная, но совершенно необходимая»1. Причём, как отмечалось, эту задачу необходимо было решать в ближайшее время, учитывая то, что с наибольшей остротой она стояла перед малочисленными организациями.

Этот призыв вызвал сомнение у другого родственного сообщества — «Кают-компании морских офицеров в Софии». Комментируя патриотический призыв «пражан», флотские офицеры, осевшие в Болгарии, сетовали: «Нас так мало и мы уже не молоды. За нами же почти никого нет»2. И «софиевцы» во многом были правы: в период формирования структур военно-морской эмиграции уставные документы большинства организаций фактически поставили запрет вступления в них «неслуживой» молодёжи. Ведь действительными членами этих сообществ могли быть морские офицеры, гардемарины или бывшие чиновники морского ведомства. Все же остальные, «сочувствующие и могущие принести пользу», в лучшем случае имели шанс стать «членами-соревнователями». При этом они лишались права решающего голоса, участвовать в выборах и быть избранными в руководящие органы организаций.

Трудности в выполнении столь важной задачи придавала разобщённость офицерского сословия в Русском зарубежье. Стараясь преодолеть это препятствие, Военно-морской союз (ВМС) — организация, построенная на принципах дисциплины и подчинения своим лидерам, предпринимала «централизованные попытки» сплочения офицерства. Так, действуя вполне самостоятельно в вопросах «непосредственной подготовки кадров из неморской молодёжи», руководители ВМС стремились согласовать свои действия (чаще по целям подготовки «неслуживых» и частично по требованиям, предъявляемым к кандидатам на службу) с политикой Русского общевоинского союза (РОВС).

Вообще же целью приёма не имеющих соответствующей подготовки в военные сообщества, по мнению руководства РОВС, было «усиление организаций в боевом отношении и предоставление молодым людям возможности [со] вступлением в ряды Русского Зарубежного Воинства приобрести его моральные качества». Под последними подразумевались: «Верность долгу. верность своей части и готовность положить свою жизнь за благо Отечества», а также подготовиться, «насколько то возможно на чужбине, к несению обязанностей сперва унтер-офицера, а затем, при известных условиях, и офицера»3.

Первым практическим шагом ВМС стало разрешение вступления молодых людей в союз «охотниками» (добровольцами), информация о чём была опубликована во многих русских периодических изданиях. При этом объявлялись условия «приёма охотниками флота» в союзные подразделения (группы) на местах, частично совпадавшие с правилами РОВСа: кандидатами могли быть лица от 17 до 24 лет, не состоящие под судом и следствием и имеющие удовлетворительное здоровье. Однако для «охотников флота» дополнительно был установлен образовательный ценз (не ниже 6 классов); лица со средним образованием и студенты высших учебных заведений при прочих равных условиях имели преимущество. Несовершеннолетние добровольцы, помимо упомянутых требований, должны были заручиться согласием родителей.

Активная работа членов ВМС на местах позволила к лету 1930 года пополнить многие отделения союза молодыми людьми. Особая группа «охотников флота» (№ 14-б) была создана в Париже. Возглавил её лейтенант И.Д. Богданов4. Всего в состав ВМС в течение 1930—1933 годов было зачислено более 100 молодых людей. В это число вошло небольшое количество прежних чинов русского флота (в основном унтер-офицеров) и лиц с уже законченным высшим образованием. Однако, подавляющее большинство из них (более 90 проц. из зачисленных в ВМС «охотниками») были не старше 20 лет и с неоконченным образованием.

Одновременно с набором добровольцев руководители групп ВМС в зависимости от местных условий разрабатывали программы обучения и готовили к учебному процессу преподавателей курсов. По мере готовности при соответствующей группе специальными распоряжениями председателя ВМС официально учреждались курсы «охотников флота» с назначениями офицеров на должности «заведывающих» и «непосредственных руководителей» обучаемых. Иногда определялись и первичные приоритеты обучения. Так, в распоряжении председателя ВМС № 38 (1931 г.) об учреждении курсов при Белградской группе напрямую указывалось, что «программу занятий начать со шлюпочного учения на приобретённой для сего шлюпке и обучения морскому делу»5.

Первые курсы «охотников флота» были организованы в Париже в декабре 1930 года; в течение 1931-го — в других центрах русского рассеяния.

Наиболее активно заявили о себе учебные заведения в Харбине и Белграде. Особенностью процесса обучения в первом из них был открытый, можно сказать, характер. Учитывая популярность курсов среди молодёжи, председатель местного отделения ВМС капитан 2 ранга Б.П. Апрелев6 допустил к обучению в качестве вольнослушателей лиц, не отвечающих установленному возрастному и образовательному цензу. Особо следует отметить, что при отсутствии какой-либо существенной материальной помощи со стороны руководители этих групп сумели организовать бесплатное обучение. Для сравнения — со слушателей белградских курсов ежемесячно взималось по 20 динаров. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Морской журнал. Прага. 1928. № 6/7. С. 27.

2 Там же. 1932. № 56(8). С. 11.

3 Положение о приёме в воинские организации РОВС молодых людей, ранее в войсках не служивших // Часовой. Париж. 1930. № 28. С. 21.

4 Богданов Иван Дмитриевич (?—1969) — председатель объединения гардемарин, кадет и «охотников флота». В 1921—1923 гг. на различных должностях в Морском корпусе в Бизерте, в эмиграции. (Здесь и далее сведения, касающиеся персоналий, приведены по следующему источнику: Волков В.С. Офицеры флота и Морского ведомства. М., 2004).

5 Часовой. Париж. 1931. № 59. С. 12.

6 Апрелев Борис Петрович (1888—1951) — находился в эмиграции сперва в Париже, затем в Китае; писатель-маринист; кавалер ордена Почётного Легиона.