Организация рабочей силы в тылу армии является государственной потребностью столь же необходимой и неотложной, как и формирование самой армии

image_pdfimage_print

Аннотация. Статья посвящена истории комплектования инженерных рабочих войск России в 1914—1916 гг.

Summary. The article is devoted to the history of manning of the Russian Engineering Working Troops in 1914-1916.

ЭКОНОМИКА И ВООРУЖЁННЫЕ СИЛЫ

МАЛЯРОВ Валерий Николаевич — профессор кафедры гуманитарных дисциплин Военного института (инженерно-технического) Военной академии материально-технического обеспечения имени генерала армии А.В. Хрулёва, доктор исторических наук, профессор

(Санкт-Петербург. E-mail: valent4545@mail.ru)

«ОРГАНИЗАЦИЯ РАБОЧЕЙ СИЛЫ В ТЫЛУ АРМИИ ЯВЛЯЕТСЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОТРЕБНОСТЬЮ СТОЛЬ ЖЕ НЕОБХОДИМОЙ И НЕОТЛОЖНОЙ, КАК И ФОРМИРОВАНИЕ САМОЙ АРМИИ»

 

В 1915 году началась мобилизация трудовых ресурсов для нужд Русской армии, вызванная переходом к позиционной войне. В формировании инженерных рабочих войск как основы трудового фронта в тылу армии и создании системы руководства оборонительным строительством военачальники не получали должной поддержки органов государственного управления. Указ Николая II от 25 июня (8 июля)* 1916 года о привлечении мужского инородческого1 населения на военно-тыловые работы, вызвав Среднеазиатское восстание, сыграл роль катализатора обострения политической обстановки в России. Непродуманность мобилизационных мероприятий, ведомственность, игнорирование жизненных реалий стали проявлениями общего кризиса российской власти, приведшего к революционным потрясениям 1917 года.

К концу 1914 года Первая мировая война приняла позиционный характер. Армиям пришлось зарываться в землю. Россия и другие страны не были готовы к такой войне. В мирное время важнейший вопрос военно-инженерного искусства — укрепление тыловых рубежей в помощь действующей армии — не был продуман.

Война опровергла установки составителей «Положения о полевом управлении войск в военное время» 1914 года, которые не учли особенностей позиционной войны, отвели военно-инженерному делу скромную роль.

В 1914—1915 гг. тыловые рубежи пришлось укреплять нештатными строительными организациями во главе с военными инженерами. На фронты были командированы военные инженеры действительной службы, призванные из запаса и добровольно вернувшиеся на службу из отставки. Благодаря им на всех фронтах были сформированы военно-полевые строительства, которыми руководили генералы Л.К. Артамонов, К.И. Величко, Ф.А. Гаврилов, В.А. Гиршфельд, Ф.И. Голенкин, А.П. Ершов, И.И. Заславский, П.П. Лебедев, А.И. Ипатович-Горанский, И.А. Лидерс, Н.Д. Николас, А.А. Орлов, В.К. Фельдт, А.В. Шварц, А.П. Шошин, полковники П.П. Архипенко, Н.А. Василенко, С.А. Ильяшев, Д.П. Колосовский, В.А. Свиньин, Г.И. Таранов-Белозёров и др.2

Полевые строительства, сколоченные осенью 1914 года наспех, без определённых штатов из офицеров, собранных по всей стране, носили разношёрстный характер, действовали разрозненно и не могли в полной мере выполнить задачи инженерного оборудования позиций. Права и обязанности должностных лиц не были определены. Основу рабочей силы этих организаций составляли жители прифронтовых губерний, которые привлекались к фортификационным работам в соответствии с утверждённым 3(16) августа 1914 года Николаем II Положением о реквизиции3.

В отличие от современного значения термина «реквизиция», ограниченного принудительным возмездным отчуждением или временным изъятием имущества государством4, упомянутое Положение относило к ней обязательное привлечение местных жителей прифронтовых губерний к работам, вызываемым военными обстоятельствами. Их называли реквизированными. В данном значении термин и производные от него слова используются далее.

Неудачи русской армии весной и летом 1915 года привели к переменам в высшем военном руководстве. В августе Николай II провозгласил себя Верховным главнокомандующим, начальником штаба Верховного главнокомандующего был назначен генерал от инфантерии М.В. Алексеев.

Депутат Госдумы А.И. Шингарёв подал царю доклад думцев, входивших в Особое совещание по обороне5, в котором они указали причины отступления и потерь Русской армии. Первая — нехватка вооружения и боеприпасов, вторая — отсутствие укреплённых оборонительных позиций: «…после тяжких переходов войска должны были сами рыть себе наспех, на скорую руку жалкие окопы, пока неприятель не подходил снова и не засыпал снова истомлённых, обессиленных людей смерчем тяжёлых снарядов, против которых не могли защитить только что вырытые земляные канавы»6.

В неудачах на фронтах думцы обвинили военачальников, деятельность которых привела к разобщённости военно-полевых и центральной властей, штаба Верховного главнокомандующего и Военного министерства. Отметив, что народ «готов работать над защитой Родины и с радостью будет копать каждую пядь русской земли, чтобы закрыть её непроходимой полосой укреплений», думцы заявили: «Народ просит для этого только руководителей, только необходимые чертежи и незначительное число военных инженеров, а все остальное мы… — граждане, обыватели, при помощи земств, городов и гражданских властей, выполним своими руками… Царь может призвать все силы Великой России, чтобы создать те неприступные преграды, которые одна за другой будут защищать Родину до того предела, где Провидению угодно будет даровать нам окончательную победу над истощённым нашим упорством врагом. В эту победу мы верим, Государь»7.

Летом 1915 года в связи с бедственным положением Русской армии Главный по снабжению армии комитет Всероссийских земского и городского союзов (Земгор)8, который возглавляли князь Г.Е. Львов и московский городской голова М.В. Челноков, обратился к Николаю II с предложением помощи армии и флоту. Царь поддержал инициативу общественных деятелей.

В августе 1915 года военное командование попросило руководителей Земгора организовать специальные инженерно-строительные дружины. В комитете был создан инженерно-строительный отдел, занимавшийся их формированием и оснащением. К организации дружин были привлечены местные комитеты Земгора, земские и городские управы. С сентября 1915 по февраль 1916 года для Западного и Юго-Западного фронтов были сформированы 17 дружин общей численностью 29 тыс. рабочих9.

В октябре 1915 года к формированию инженерных рабочих дружин приступило Военное министерство, к весне 1916 года сформировало и передало в распоряжение командующих армиями 26 дружин, в которых насчитывались 32 тыс. человек10.

Осенью 1915 года на Западном фронте приступили к организации крупных рабочих формирований — бригад государственного ополчения из годных к нестроевой службе 40—43 лет. Были сформированы 1-я, 4-я Ломжинская, 15-я Привислянская, 16-я Неманская безоружные рабочие бригады государственного ополчения. К маю 1916 года их число выросло до 9 общей численностью 43 тыс. человек11.

Ещё одним источником комплектования рабочих войск стали военнопленные. В соответствии с утверждённым Николаем II постановлением Совета министров «О бесплатном применении труда военнопленных»12 их использовали на тыловом оборонительном строительстве, в 1915 году формировали рабочие дружины и роты, в которые зачисляли военнопленных подданных Австро-Венгерской империи славянского происхождения — чехов, словаков, западных украинцев, русинов и др. Их труд использовали в глубоком тылу.

К весне 1916 года на Западном фронте были 34 дружины военнопленных, в которые входили 37 тыс. человек13.

Сформировав и упорядочив структуру рабочих войск действующей армии, генерал от инфантерии М.В. Алексеев создал систему руководства оборонительным строительством. В январе 1916 года он издал приказ об учреждении должности порученца начальника штаба Ставки по инженерной части, которого неофициально называли — главинжверх. В нём сказано: «Добавить в штат штаба Верховного Главнокомандующего вторую должность генерал-майора для поручений при начальнике штаба. Названную должность заместить военным инженером, у коего сосредоточить все вопросы по инженерной подготовке театра войны»14.

Для создания системы органов руководства всеми фортификационными работами на фронтах в феврале 1916 года Верховный главнокомандующий утвердил временные штаты и положения об управлениях начальника инженеров армий фронта, начальника инженеров армии, входившей в состав армий фронта, главного руководителя работ в тылу армий фронта, отдельного руководителя работ15.

В результате военно-инженерное руководство и организация постоянной рабочей силы были поставлены на более твёрдую основу, чем это было предусмотрено «Положением о полевом управлении войск в военное время» 1914 года.

В феврале 1916 года при обсуждении в Комиссии Госдумы по военным и морским делам финансирования Главного военно-технического управления депутаты высказали критические замечания о тыловом оборонительном строительстве. Член комиссии В.В. Шульгин обратил внимание на то, что не усвоены уроки 1915 года, касавшиеся слабости укреплений. Генерал от инфантерии М.В. Алексеев заверил думцев, что, «несмотря на значительные затруднения при выполнении военно-инженерных работ», они «завершены настолько, что могут послужить надёжным оплотом нашим доблестным войскам»16.

Алексеев лучше других понимал важность военно-инженерных сил и делал всё от него зависящее, чтобы на это обратили внимание руководители России. В апреле 1916 года по его инициативе в Ставке состоялось совещание с участием начальников инженеров армий фронтов, округов, руководителей строительств, представителей Военного министерства и Министерства внутренних дел, начальников управлений штаба Ставки, представителей общественных организаций, на котором обсуждались вопросы оборонительных работ. Предварительная потребность в рабочих ресурсах для тыловых работ действующей армии была определена в один миллион человек, из них 400 тыс. постоянного состава рабочих войск.

Оборонительное строительство требовало 55 проц. всех рабочих ресурсов, военные сообщения — 35 проц., квартирное довольствие — 10 проц.17 <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Инородцы в России XIX — начала XX вв. в юридическом смысле — народы, которым законодательством был определён особый статус, отличавшиеся от остального населения правами и методами управления ими, в обиходной речи — подданные империи неславянского происхождения. Подробнее см.: Инородцы / Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона; интернет-ресурс: http://dic.academic.ru; Большой юридический словарь. М.: Инфра-М, 2003; интернет-ресурс: http://jurisprudence.academic.ru.

2 Военно-инженерный сборник. Материалы по истории войны 1914—1918 гг.: В 3 кн. Кн. 2. М., 1919. С. 272; Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 2052. Оп. 1. Д. 153. Л. 32; Ф. 2071. Оп. 1. Д. 14. Л. 115.

3 Высочайше утверждённое Положение Военного Совета / Законодательные акты, вызванные войною 1914—1916 гг. Т. 3. Пг., 1915. С. 143.

4 Реквизиция / Военная энциклопедия (ВЭ): В 8 т. Т. 7. М.: Воениздат, 2003. С. 212.

5 Особое совещание для обсуждения и объединения мероприятий по обороне государства (Особое совещание по обороне) — одно из государственных учреждений, созданных в августе 1915 г. для руководства различными отраслями военной экономики России. Подробнее см.: Особые совещания / ВЭ. Т. 6. М.: Воениздат, 2002. С. 173.

6 Головин H.H. Военные усилия России в мировой войне: В 2 т. Т. 2. Париж, 1939. С. 170; Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 1278. Оп. 6. Д. 45. Л. 662.

7 Головин H.H. Указ. соч. С. 170.

8 Земгор — Главный по снабжению армии комитет Всероссийских земского и городского союзов создан в июле 1915 г. Подробнее см.: Земгор / Советская историческая энциклопедия (СИЭ): В 16 т. Т. 5. М.: Советская энциклопедия, 1964. Стб. 654.

9 РГВИА. Ф. 2043. Оп. 1. Д. 9. Л. 69.

10 Там же. Л. 97.

11 Там же. Л. 107.

12 Там же. Ф. 2005. Оп. 1. Д. 50. Л. 52.

13 Там же. Ф. 2043. Оп. 1. Д. 9. Л. 105.

14 Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи. Инж. док. Ф. Оп. КЭУ. Д. 2447. С. 9.

15 РГВИА. Ф. 2043. Оп. 1. Д. 9. Л. 10, 14, 17 об., 20 об.

16 Военно-инженерный сборник… Кн. 3. С. 271.

17 РГВИА. Ф. 2005. Оп. 1. Д. 51. Л. 48.