Материально-техническое обеспечение русской армии в Первой мировой войне: уроки и выводы

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье приводятся результаты военно-теоретических исследований, посвящённых материально-техническому обеспечению русской армии во время Первой мировой войны.

Summary. The paper cites the results of military theoretic research into the logistic support of the Russian Army during the First World War.

Первая мировая война

БЕРЕЗИН Борис Викторович — старший научный сотрудник Научно-исследовательского института военно-системных исследований Военной академии материально-технического обеспечения имени генерала армии А.В. Хрулёва, кандидат военных наук, доцент

(Санкт-Петербург. E-mail: bob36689@ya.ru);

КАЗАКОВ Николай Петрович — старший научный сотрудник Научно-исследовательского института военно-системных исследований Военной академии материально-технического обеспечения имени генерала армии А.В. Хрулёва, доктор экономических наук, доцент (Санкт-Петербург. Е-mail: knpdoc49@mail.ru);

КОНОВАЛОВ Владимир Борисович — начальник Научно-исследовательского института военно-системных исследований Военной академии материально-технического обеспечения имени генерала армии А.В. Хрулёва, полковник, доктор экономических наук, профессор (Санкт-Петербург. Е-mail: vatt@mil.ru).

 

Материально-техническое обеспечение русской армии в Первой мировой войне: уроки и выводы

 

Несмотря на прошедшие 100 лет с окончания Первой мировой войны, уроки её не потеряли своего значения и актуальности и в наши дни. Анализ военно-исторического материала этого периода позволяет в целом сделать следующие выводы.

Экономическая отсталость России, крупнейшие просчёты правительства и высшего военно-политического руководства обусловили фактическую неподготовленность государства, вооружённых сил и системы материально-технического обеспечения (МТО) к Первой мировой войне.

Военно-политическое руководство страны оказалось не способным даже приближённо определить характер будущей войны как войны машинного периода. Имелись в корне ошибочные представления относительно численности армии военного времени и её материальных потребностей. Организация и работа системы МТО на военное время определялись на основе войн мануфактурного периода. Роль МТО недооценивалась.

Война самым драматическим образом обнаружила неразбериху в разграничении сфер ответственности, что и привело к краху системы боевого снабжения русской армии уже в первый месяц войны — в августе 1914 года. В дальнейшем положение в какой-то мере было исправлено, но чёткого функционирования системы МТО и снабжения войск в течение всей Первой мировой войны так и не наблюдалось.

Русская армия вступила в войну с недостаточными запасами материальных средств, без подготовленных транспорта и коммуникаций, при явном недостатке медицинских учреждений. Мобилизация экономики страны для удовлетворения нужд фронта не предусматривалась.

Мировая война 1914—1918 гг. была первой войной, в которой отчётливо проявились элементы машинного периода. Она предъявила к тылу колоссальные требования. С ростом численности вооружённых сил, появлением новых средств вооружённой борьбы, возрастанием интенсивности и продолжительности военных действий материальные потребности действующей армии гигантски возросли. Удовлетворить их за счёт мобилизационных запасов было невозможно. Требовалось использование всех экономических и моральных возможностей страны в ходе войны. Ещё более возросли зависимость фронта от тыла и значение прочности тыла как постоянно действующего фактора.

Необходим был перевод промышленности и всего народного хозяйства на военные рельсы, при этом он должен был планироваться заранее, с тем чтобы предприятия переходили на военное производство, даже упреждая начало боевых действий войск или хотя бы вместе с ним.

Возглавлявший военное ведомство России А. Поливанов в 1916 году писал: «Пусть каждый делает что может: большие заводы могут изготавливать оружейные стволы, а ювелиры могут изготавливать пружины для станков. Нет такого производства, которое нельзя было бы использовать на пользу армии»1.

Эта здравая мысль, к сожалению, в то время не была услышана.

Пришлось спешно, уже на третьем месяце войны прибегнуть к импровизированной мобилизации русской казённой и частной промышленности, чтобы осуществлять снабжение армии в условиях войны. При этом неотложно решались две последовательные задачи: первая — сначала добиться во что бы то ни стало работы на оборону государства возможно большего числа предприятий, как казённых, так и частных; вторая — во время войны стремиться к расширению производства и увеличению выхода предметов боевого снабжения. При этом задачи эти оказались крайне тяжёлыми ввиду неподготовленности России к длительной войне и слабого развития русской казённой и частной промышленности.

Материальное обеспечение многочисленной армии обусловило мобилизацию всего экономического потенциала государства. Однако решить эту проблему экономика царской России не могла, вследствие чего значительные заказы размещались за границей, что ещё более закабаляло экономику страны.

Заграничные поставки (до 70 проц. составляли артиллерийские заказы), к которым вынуждены были обратиться, помогали, но очень сильно увеличили зависимость России от союзников, которую пришлось оплачивать кровью солдат и офицеров. Так, Франция в обмен на военно-технические поставки попросила прислать солдат и офицеров в экспедиционный корпус. И такой корпус был сформирован в 2016 году численностью до 400 тыс. личного состава2.

В целом заказы России на военные поставки были выполнены в пределах от 10 до 40 проц., некоторые из них лишь на 1—5 проц., а многие вовсе не были выполнены. Заказы не поступали в установленный срок, многие военные средства, особенно артиллерия, часто были устаревших образцов или неисправные.

В ходе войны русская армия была обеспечена материально хуже, чем армии других стран. Войска испытывали хронический недостаток в оружии, боеприпасах, продовольствии, обмундировании, недостаточно обеспечивались в медицинском и ветеринарном отношении.

Первые месяцы войны вскрыли неподготовленность страны по артиллерийско-техническому обеспечению армии. Не хватало винтовок и пулемётов, снарядов и патронов. Тяжёлая артиллерия практически отсутствовала. При этом «неожиданно» выявилось, что наибольшего количества средств снабжения, наиболее трудоёмких и дорогостоящих, требовала артиллерия. Постоянное пополнение артиллерии материальной частью, боеприпасами и другими видами артиллерийского снабжения стало непременным условием ведения боя, операции и военной кампании в целом. Задачи эти осложнялись ещё и невозможностью для Главного артиллерийского управления определить общую потребность армии в предметах боевого снабжения, подлежавших заготовлению. Всё это явилось одной из причин тяжёлых потерь и поражений на фронте.

Вместе с тем к 1916 году российская армия перестала испытывать «снарядный голод». В это время русское военное производство вышло на достаточно высокий уровень, но проблемой оставалось снабжение, во многом зависевшее от логистики (говоря современным языком).

Системе МТО в Первую мировую войну приходилось решать колоссальные по сложности задачи. Численность армии после мобилизационного периода составила 5338 тыс. человек. К 1 января 1915 года армия выросла до 6 млн и продолжала увеличиваться в ходе войны. На 1 января 1917 года войска насчитывали уже более10 млн человек. В целом же за всю войну в России были мобилизованы около 19 млн человек3. Таких армий русским интендантам снабжать ещё не приходилось. Требовались огромные ресурсы сырья, материалов, развитая база промышленности, средства подвоза, чтобы без перебоев обеспечивать столь огромное количество войск. Конечно, справиться с задачей было очень сложно, и в снабжении войск постоянно происходили перебои.

К примеру, вместе со «снарядным» войска испытывали «сапожный голод». Происходило это потому, что по дороге на фронт большая часть призывников продавала свои сапоги, т.к. по прибытии им выдавали другие. В результате, по словам генерала от кавалерии А. Брусилова, бывшего в то время главнокомандующим Юго-Западным фронтом, «чуть ли не всё население России ходило в солдатских сапогах»4.

Основным способом пополнения запасов материальных средств являлся подвоз из глубокого тыла, дополнявшийся заготовкой некоторой части материальных средств на театре военных действий.

Центральные органы снабжения не могли эффективно руководить работой соответствующих фронтовых органов. В ходе войны потребовалось создать органы МТО при Ставке Верховного главнокомандующего, являвшиеся связующим эвеном между центральными и фронтовыми органами тыла.

Созданные с началом войны органы управления МТО во фронтах во главе с главным начальником снабжения фронта вполне оправдали себя и оказались жизненными в течение всей войны. В армиях управление системой МТО сильно затруднялось, т.к. начальники штабов, обязанные руководить тылом, практически не могли уделять этому делу достаточно внимания. В войсковом звене ответственность за МТО возлагалась на командира.

Рост численности армии и объёма её материальных потребностей увеличил значение санитарной, технической и ветеринарной эвакуации. Возросло внимание к сбору оружия и других материальных средств на поле боя, к ремонту техники, вооружения и другого имущества на театре военных действий. Вопрос возмещения потерь приобрёл чрезвычайную значимость.

Большие масштабы подвоза и эвакуации предъявили огромные требования к работе железных дорог, водного, автомобильного и гужевого транспорта, оборудованию грунтовых путей. К решению этих задач транспорт России не был достаточно готов и с работой справлялся с трудом. Пополнение армии людьми, вооружением и техникой производилось несвоевременно и не полностью. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Глезеров С. Война, проигранная тылом // Санкт-Петербургские ведомости. 2017. 8 февраля.

2 Материально-техническое обеспечение русской армии накануне и в период Первой мировой войны: военно-теоретический труд / Под ред. С.К. Шойгу. СПб.: ВАМТО, 2015. C. 292.

3 История тыла российских Вооружённых сил (XVIII—XX вв.) / Под ред. В.И. Исакова. Кн. 1. СПб.: ВАТТ, 2000. С. 423, 424.

4 Глезеров С. Указ. соч.