В данное время, в интересах государственной безопасности, освобождать обвиняемых… нецелесообразно

Аннотация. В статье рассказано о жизни и деятельности бывшего командующего Амурской Краснознамённой и Каспийской военными флотилиями (1931—1938 гг.) флагмана 2 ранга Д.П. Исакова.

Summary. The article tells about the life and work of the former Commander of the Red Amur and Caspian Flotillas (1931 – 1938) Flagman 2nd Rank D.P. Isakov.

Читать далее

Расстрельный список «Москва-центр» не оставлял никаких надежд

ИМЕНА И СУДЬБЫ

БЛИЗНИЧЕНКО Сергей Сергеевич — доцент кафедры транспортных сооружений Кубанского государственного технологического университета, кандидат технических наук (350072, г. Краснодар, ул. Московская, д. 2)

Расстрельный список «Москва-центр» не оставлял никаких надежд

В ряду первостроителей Рабоче-Крестьянского Красного Флота (РККФ) особо выделяется фигура заместителя наркома обороны — начальника Морских Сил РККА флагмана флота 1 ранга Владимира Митрофановича Орлова. Он родился 3(15) июля 1895 года в городе Херсоне (Украина) в семье директора гимназии. Получив среднее образование, поступил на юридический факультет Петербургского университета, но закончить курс не удалось. Когда начался призыв студентов на военную службу, В.М. Орлов был зачислен в Отдельные гардемаринские классы (ОГК), откуда годом позже перевёлся в Школу мичманов военного времени (ШМВВ), которую окончил в 1917 году. Первый опыт морской службы он получил на крейсере «Богатырь». В составе экипажа крейсера, являясь вахтенным начальником и председателем судового комитета, участвовал в феврале 1918 года в операции по выводу кораблей из Ревеля в Гельсингфорс, затем в знаменитом Ледовом походе Балтийского флота из Гельсингфорса в Кронштадт. В том же году он вступил в ряды военморов РККФ1 и был принят в члены РКП(б). С тех пор он довольно много времени отдавал политической работе, будучи в 1919—1920 гг. начальником политотдела РВС Морских сил Балтийского моря (МСБМ)2, затем — начальником политуправления Морских сил Чёрного и Азовского морей, а в 1920—1921 гг. — заместителем начальника Главного политуправления водного транспорта страны. Оттуда он снова вернулся на военный флот и с декабря 1921 года являлся помощником начальника Политуправления РВСР по морской части. С марта 1923 года Орлов — начальник и комиссар военно-морских учебных заведений. При этом в Петроградском клубе моряков он возглавлял Петроградский коммунистический клуб студентов и даже сумел завершить прерванное войной высшее образование3. Будучи начальником политотдела на Балтийском флоте, 23-летний В.М. Орлов фактически являлся также и редактором газеты «Красный Балтийский флот», в первом номере которой писал: «Газета будет подлинно матросской, пролетарской газетой и посвятит себя работе по созданию боевой мощи флота»4.

В то время В.М. Орлову довелось впервые столкнуться с «революционным правосудием». Дело было так. В конце 1919 года шесть матросов с линкора «Андрей Первозванный» по приказу наркомвоенмора Л.Д. Троцкого были расстреляны «за призыв к дезертирству». В.М. Орлов пытался предотвратить суровый вердикт, но прибыл в Петергоф уже после приведения приговора в исполнение и, «едва сдерживая ярость, сказал председателю трибунала, что работать ему надо не в трибунале, а на скотобойне»5. Мог ли Владимир Митрофанович предположить тогда, что в 1938 году советская власть его самого отправит на расстрел по надуманным обвинениям?

Политотделом Балтфлота Орлов руководил до конца февраля 1920 года. Позже, вспоминая об этом периоде своей службы, он отмечал, что политотдел являлся, по сути, центром политической жизни всего флота, куда матросы постоянно обращались за содействием6.

1 сентября 1920 года В.М. Орлов был назначен начальником политотдела Морских и речных сил Юго-Западного фронта7. Командующим этого флотского оперативного объединения (коморсиюгзап) являлся в то время известный деятель революционного движения на флоте Н.Ф. Измайлов. Вместе они руководили флотскими соединениями при освобождении Крыма от врангелевцев8. Вскоре флотское объединение на юге европейской части страны стало называться Морскими силами Чёрного и Азовского морей (МСЧАМ).

21 сентября 1920 года политотдел МСЧАМ был преобразован в Политическое управление. До начала зимы 1920 года его возглавлял В.М. Орлов, а с 1 декабря 1920 года по февраль 1922 года он трудился на восстановлении водного транспорта страны. После принятия Х съездом РКП(б) решения о возвращении на флот моряков-коммунистов, занятых на работе в советских учреждениях и народном хозяйстве, на флот возвратились более 1200 человек, в том числе и В.М. Орлов9. В апреле 1922 года он уже как помощник начальника политуправления РВСР по морской части участвовал в совещании военных моряков-коммунистов, где обсуждался вопрос о кадровом укреплении флота.

В августе того же года состоялось совещание начальников политических управлений и отделов РККФ, на котором возникла инициатива провести Неделю Красного флота. 4 октября оргбюро ЦК РКП(б), заслушав доклад по этому вопросу В.М. Орлова, утвердило данное решение. Тогда же была поддержана и инициатива В.М. Орлова и секретаря ЦК РКСМ А. Файвиловича о шефстве комсомола над флотом. Организационные формы военно-шефской работы были закреплены в специальных документах, принятых Бюро ЦК РКСМ 18 декабря 1923 года10.

Работая в Морском отделе Политуправления РВСР, В.М. Орлов неоднократно выступал в печати со статьями о роли политорганов в восстановлении флота, о специфике проведения партийно-политической работы на кораблях и в частях ВМФ, о необходимости обобщать опыт работы, осмысливать пройденный путь, на основе чего решать очередные задачи. Одной из них являлась подготовка кадров. В марте 1923 года Орлова назначили начальником и комиссаром Управления военно-морских учебных заведений (ВМУЗ) РККФ. Кадры для флота в те годы готовили в нескольких военно-морских училищах: командном, инженерном, гидрографическом, политическом, на Высших курсах специалистов командного состава флота, в Военно-морской академии. Разработкой принципов подготовки специалистов для РККФ занимался Морской учебный комитет, в деятельности которого Владимир Митрофанович принимал непосредственное участие и работе которого придавал особое значение.

Вот что писал об этом впоследствии Н.Г. Кузнецов. «Лично встречаться с В.М. Орловым и наблюдать за его деятельностью мне довелось с 1923 года (тогда он был начальником военно-учебных заведений, а я курсантом училища) и до 1936 года, когда он давал мне последние напутствия перед командировкой в Испанию. Около двух лет я состоял в одной с ним партийной организации на крейсере “Червона Украина” Черноморского флота.

В середине 20-х годов началось восстановление флота. И хотя в строй вступили отдельные корабли на Балтике и на Чёрном море, уже остро почувствовался недостаток в командных военно-морских кадрах. Для их подготовки открывались новые училища, из нескольких учебных кораблей был создан специальный отряд обучения курсантов. Сначала восстановили легендарную “Аврору”, потом вступил в строй учебный корабль “Комсомолец”.

Под руководством Орлова, начальника и комиссара военно-морских учебных заведений, была разработана система обучения советских командиров. От временных программ и курсов училища перешли к нормальному сроку обучения, пополнялись комсомольскими наборами.

В.М. Орлов придавал большое значение подготовке советских кадров. Он сам руководил летней практикой курсантов… В летний период корабли под командованием В.М. Орлова уходили в заграничное плавание»11.

Так, в июле—августе 1925 года В.М. Орлов во главе Особого практического отряда кораблей МСБМ в составе крейсера «Аврора» и учебного корабля «Комсомолец», на которых находились курсанты военно-морских училищ, слушатели штурманских классов и Военно-политической академии, прошёл по маршруту Кронштадт — Гетеборг (Швеция) — Мурманск — Архангельск — Берген (Норвегия) — Кронштадт. Основная задача похода состояла в получении курсантами морской практики в дальнем плавании. Однако преследовалась и другая цель: показать возможности социалистического государства, быстрыми темпами восстанавливающего свой флот. «Красным адмиралом эскадры» называла в те дни Орлова шведская печать. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Морской сборник. 1989. № 4. С. 81.

2 До 11 января 1935 г. Балтийский флот именовался Морскими силами Балтийского моря, Черноморский флот — Морскими силами Чёрного моря. Каспийская флотилия до 27 июня 1931 г. именовалась Морскими силами Каспийского моря. Морские силы Севера существовали с апреля 1920 по январь 1923 г. (главная ВМБ — Архангельск). На Дальнем Востоке существовали: в 1920—1922 гг. — Морские силы Дальневосточной Республики (главная ВМБ — Хабаровск); в 1923—1926 гг. — Морские силы Дальнего Востока (главная ВМБ — Владивосток); в 1926—1931 гг. — Дальневосточная военная флотилия (главная ВМБ — Хабаровск); в 1932—1935 гг. — Морские силы Дальнего Востока (главная ВМБ — Владивосток), из состава которых в 1932 г. была выделена Амурская военная флотилия (главная база — Хабаровск).

3 См.: Флагманы: сборник воспоминаний и очерков. М., 1991. С. 109.

4 Красный Балтийский флот. 1919. 6 марта.

5 Флагманы. С. 122.

6 См.: Пять лет Красного флота. 1917—1922. Петроград, 1922. С. 192.

7 Российский государственный военный архив (РГВА). Ф. 102. Оп. 3. Д. 921. Л. 113.

8 Моряки в борьбе за власть Советов на Украине (ноябрь 1917—1920 гг.): Сб. док-тов. Киев, 1963. С. 414.

9 Боевой путь Советского Военно-Морского флота. М., 1988. С. 125.

10 Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Ф. Р-5. Оп. 1. Д. 559. Л. 157.

11 Кузнецов Н. Флагман флота 1 ранга В.М. Орлов // Воен.-истор. журнал. 1965. № 6. С. 66.

КОМАНДИР СТАЛЬНОЙ ДИВИЗИИ

Имена и судьбы

Морозова Ольга Михайловна — кандидат исторических наук, докторант Южного федерального университета

Командир стальной дивизии

О Дмитрии Петровиче Жлобе — одном из героев Гражданской войны, участвовавшем в боях против белых армий Юга России, повстанческой армии Махно, а также в действиях по отстранению от власти меньшевистского правительства Грузии и разоружении национальных формирований на Северном Кавказе, написано довольно много1. В целом его фигура типична для небольшого круга лиц, возглавивших вооружённую борьбу за новую власть после октября 1917 года. Автор данной публикации поставил своей целью показать, какие люди соответствовали смутной революционной эпохе, как они реализовали свой потенциал в годы войны и пользовались плодами победы в мирное время. Почерпнутые из архивных документов детали позволяют пролить свет на трагический итог жизни красного командира, подведённый в 1938 году.

Дмитрий Петрович Жлоба родился 3(15) июня 1887 года в Киеве, как указывалось в официальной биографии, в семье рабочего. Но по рассказам самого Жлобы, его отец сначала работал официантом в офицерском клубе, затем лесником в частнособственническом поместье. Средства позволяли ему отдать сына в платное городское училище, и хотя Дмитрий из-за конфликта с администрацией так и не окончил его, полученные знания ему весьма пригодились2. Оказавшись на шахте в Донбассе, он из чернорабочего быстро превратился в моториста шахтного оборудования. В революции 1905—1907 гг. состоял в рабочей боевой дружине в г. Николаеве. Будучи арестованным за участие в Горловско-Щербиновской стачке в мае 1916 года, он в соответствии с принятым тогда законом о направлении на фронт политически неблагонадёжных был призван в армию, но оказался не в окопах, а в престижной в то время авиашколе на Ходынском поле, по окончании которой получил чин младшего унтер-офицера. В дальнейшем технические знания не раз выручали его в различных фронтовых ситуациях.

После Февральской революции Д.П. Жлоба сразу включается в политическую жизнь, его избирают членом Московского Совета от школы авиаторов. Во время Октябрьского вооружённого восстания 1917 года он уже командует красногвардейским отрядом, выбивает из Кремля юнкеров, а в ноябре направляется военным комиссаром в Донбасс, где создаёт шахтёрский красногвардейский отряд, с которым в январе следующего года устанавливает советскую власть в Киеве и Ростове. Весной 1918 года Д.П. Жлоба участвует в защите Ростова от немцев и получает признание как один из командиров вооружённых сил Северо-Кавказской Советской Республики3. Он командовал полком, бригадой, затем Стальной дивизией, которая под его руководством совершила 800-километровый марш от Невинномысской до Царицына и ударила в тыл атаману П.Н. Краснову, не дав ему взять город. В 1919 году Д.П. Жлоба командовал Особым партизанским отрядом и группой войск Каспийско-Кавказского фронта под Астраханью, кавалерийской бригадой в составе конного корпуса Б.М. Думенко, с февраля 1920 года — 1-м конным корпусом, затем — кавалерийской группой, сражавшимися против деникинских и врангелевских войск. В марте 1921 года его 18-я кавалерийская дивизия преодолела Годерзский (Кодорский) перевал и освободила Батуми от турецких оккупантов. Награждён двумя орденами Красного Знамени: первым — за умелое руководство частями 1-го конного корпуса и личную храбрость, вторым — за боевые отличия, проявленные в борьбе за установление советской власти в Грузии. Однако в 1922 году Д.П. Жлобу уволили из Вооружённых сил, и почти 15 лет он находился на различных хозяйственных должностях, пока не попал в жернова сталинских репрессий.

Так кто же он такой — Дмитрий Петрович Жлоба: убеждённый большевик, революционный романтик или просто удачливый авантюрист, как говорится, герой своего времени, какие в избытке плодились в те смутные годы как среди красных, так и среди белых? Ответить хотя бы частично на эти вопросы нам, как ни странно, поможет архив Комиссии по делам демобилизованных красноармейцев и бывших красных партизан при Северо-Кавказском крайисполкоме4, членом которой многие годы являлся сам Жлоба. Бывшие партизаны обращались сюда за документами, подтверждавшими их боевое прошлое. По установившейся в те годы традиции лучшим свидетельством участия в борьбе за советскую власть считался рассказ о наиболее памятных событиях Гражданской войны, поэтому в документах, хранящихся в этом фонде, много ярких деталей. Из писем ветеранов, тех, кто встречался на фронтах со Жлобой, предстаёт, на мой взгляд, достоверный образ краскома, без ретуши и официоза. Письма передают также атмосферу внутренней жизни Красной армии, содержат факты, проливающие свет на судьбу Жлобы в послевоенный период и её трагический исход.

Командиры РККА делились на три основные группы: профессиональные революционеры, направленные партией на формирование новой армии; кадровые военнослужащие и офицеры военного времени, сознательно или под давлением обстоятельств начавшие сотрудничать с новой властью; лица, стихийно выдвинутые событиями в лидеры формировавшихся вооружённых отрядов, чаще всего имевшие некоторый военный опыт.

Д.П. Жлоба относился к третьей категории. Став в Москве в 1917 году членом партии большевиков, он с её мандатом прибыл в Донбасс. Но бумага из далёкой Москвы вряд ли могла стать для Дмитрия Петровича серьёзным подспорьем, если бы в нём самом не оказался большой запас качеств, которые помогли ему собрать людей, сначала проникнувшихся к нему личным доверием и только затем поверивших в ту политическую силу, которую он представлял. Дмитрию Петровичу удалось в отношениях с людьми выработать особый стиль поведения, который с восхищением вспоминали много позже его однополчане. Они любили своего командира за храбрость, прямодушие, удачливость. Их поражало его умение пользоваться техническими новинками. Например, в штабе его дивизии имелась радиоустановка, которую в сентябре 1918 года отбили у белых под Царицыным; сам командир обычно ездил на красном мотоцикле или красном же бронеавтомобиле, за которым неизменно следовала его любимая гнедая кобыла. Прибыв к полю боя, Жлоба пересаживался на лошадь и вёл бойцов в атаку5. Бронированный автомобиль Жлобы остался в памяти его сослуживцев символом спасения: во время отступления под Мелитополем в июне 1920 года Жлоба на нём собирал бойцов, оставшихся безлошадными, и затем вывел остатки корпуса из окружения, пробив брешь в рядах неприятеля пулемётным огнём своего бронеавтомобиля6. Популярности Жлобы способствовала и его забота о раненых. Он неукоснительно требовал не оставлять их на поле боя или в селениях, из которых приходилось отступать, под особым вниманием держал лазарет, тем более что заведовала им его жена — Дарья Михайловна Приказчикова. Она вместе с двумя детьми 1913 и 1914 годов рождения всю войну провела с мужем в дивизии.

Популярность Д.П. Жлобы была так высока, что даже самодурство и рукоприкладство командира его подчинённые считали как бы «отцовским внушением». Так, Жлоба однажды чуть не пристрелил помощника лекаря Ф.П. Березовского. Спустя годы тот вспоминал об этом эпизоде с чувством гордости и умиления7. У Жлобы имелась красная резиновая плётка — «оперативное средство воспитательного воздействия». Командир бригады Ф.И. Шевалко в автобиографии, посланной в «партизанскую» комиссию, писал, обращаясь к бывшему командиру: «Под местечком Бурлук после ожесточённого боя без Вашего разрешения много было расстреляно — более 50 чел[овек] белых и зелёных, за что [я] имел выговор по бригаде и лично от Вас хороший удар Вашей резиной и название гада»8. Достопамятная «резина» фигурирует и в другом письме: «Такой случай, я помню, один, когда Жлоба как отец сына наказал бойца за то, что он, уходя по ранению в лазарет, продал свою лошадь крестьянину, а когда вернулся выздоровившимся, стал опять требовать себе лошадь от командира»9.

Выходит, год-два назад офицерский кулак мог вызвать солдатский бунт, теперь же наказание, принятое от «социально близкого» начальства, считалось законным.

Командир Стальной дивизии одевался весьма изысканно для того скудного времени, предпочитая вещи коричневой гаммы. Вот каким он запомнился одному из бойцов: «Помнишь, как у хутора Гавриловка машина молотила, ты стоял вместе со мной и шутил с молодыми девками, как ты стоял в коричневой фуражке, да, кажется, и без подкладки, кожаная куртка цветом под шапку, вышитая рубашка, малороссийским пояском подпоясан был…»10.

Зная пристрастие своего командира пошиковать, бойцы поднесли ему в дар захваченные в марте 1920 года в станице Пашковской личные вещи генерала А.Г. Шкуро: экипаж на дутых шинах, именное золотое оружие — кинжал и шашку, бешмет коричневого цвета и в тон ему каракулевую папаху11. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См. напр.: Мартыненко Г.А. Комкор Дмитрий Жлоба. М., 1985; Катречко Т. Командир Стальной дивизии. Документальный очерк о Д.П. Жлобе. Донецк, 1963; Саенко Я.Д. Дмитрий Жлоба. Краснодар, 1974; Штырляев В. Герой Гражданской войны Дмитрий Жлоба // Воен.-истор. журнал. 1965. № 2; Петров В. Хроника — факты — находки // Воен.-истор. журнал. 1977. № 6 и др.

2 Мартыненко Г.А. Указ. соч. С. 6, 7.

3 Северо-Кавказская Советская Республика в составе РСФСР существовала с 7 июля по декабрь 1918 г. В неё входили Кубано-Черноморская, Ставропольская и Терская советские республики. Столица — Екатеринодар.

4 Центр документации новейшей истории Ростовской области (ЦДНИРО). Ф. 912.

5 Там же. Оп. 1. Д. 2. Л. 11; Д. 12. Л. 172; Д. 9. Л. 153.

6 Там же. Д. 5. Л. 371.

7 Там же. Д. 8. Л. 103.

8 Там же. Д. 7. Л. 175. Все цитаты приводятся в оригинальной транскрипции. Текст в квадратных скобках — от редакции.

9 Там же. Д. 5. Л. 706 об.

10 Там же. Д. 9. Л. 145.

11 Там же. Д. 8. Л. 63.