Аннотация. Статья посвящена анализу сущности, содержания и структуры уровней взаимодействия войск (согласования усилий в действиях войск) для достижения поставленных целей при подготовке к войне в целом и операций в частности. На основе исторических документов показана роль Военного министерства, военных министров, начальников Генерального и Главного штабов, главных управлений, управлений генерал-инспекторов по укреплению обороны государства, развитию, реформированию и совершенствованию сухопутных войск России. В частности, на примере боевых действий 2-й армии Западного фронта показаны этапы подготовки операций, место и роль организации взаимодействия.
Ключевые слова: Первая мировая война; Российская императорская армия; Военное министерство; Ставка Верховного главнокомандующего;история военного искусства; взаимодействие войск (сил); организация, поддержание и восстановление взаимодействия; А.Е. Эверт.
Summary. This paper analyzes the nature, content, and structure of military operations, or the coordination of troops’ efforts, in preparation for war and in specific operations. Drawing on historical documents, it demonstrates the role of the War Ministry, military ministers, chiefs of the General and Main Staffs, main directorates, and inspector general directorates in strengthening the country’s defense and improving its ground forces. Using the example of combat operations of the Second Army on the Western Front, the paper illustrates the stages of operational planning and preparation, as well as the place and importance of organizational coordination.
Keywords: World War I; Russian Imperial Army; War Ministry; Headquarters of the Supreme Commander-in-Chief; history of military art; interaction of troops (forces); organization, maintenance and restoration of interaction; A.Ye. Evert.
ВОЕННОЕ ИСКУССТВО
ПАНТЕЛЕЕВ Пётр Валентинович — старший научный сотрудник
Научно-исследовательского института (военной истории)
Военной академии Генерального штаба ВС РФ,
кандидат военных наук (Москва. E-mail: panteleew.p@yandex.ru).
РОЛЬ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ВОЙСК РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ НАКАНУНЕ И В ХОДЕ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
Перед Первой мировой войной Россия столкнулась с целым комплексом проблем как внутри страны, так и за её пределами1. В силу исторически сложившихся условий Российская империя продолжала выступать в качестве ведущей державы2 и пыталась отстаивать свои интересы, в т.ч. и опираясь на наличие мощных вооружённых сил. Для достижения этих целей были разработаны два важнейших документа, влиявших на подготовку страны к войне и её ведение, а именно: общий план обороны государства и план войны3. В них были отражены вопросы подготовки к обороне, ведения войны и руководства ею4, а также деятельность органов государственного и военного управления по созданию и развитию вооружённых сил5.
Важнейшей составной частью выполнения этих планов являлась целенаправленная деятельность всех заинтересованных лиц, различных органов управления по их тщательному согласованию на этапах разработки, введения в действие и сопровождения при всестороннем контроле в интересах готовности и способности вооружённых сил и государства в целом отразить агрессию с вероятных направлений на театре военных действий (ТВД), а также успешному ведению и завершению военных действий на условиях, отвечавших интересам Российской империи.
В статье рассматриваются структура уровней взаимодействия войск накануне и в ходе Первой мировой войны в основных органах военного управления — Военном министерстве, Ставке Верховного главнокомандующего, военных округах, фронтах, армиях, а также место, которое занимало взаимодействие при подготовке к войне, а с её началом при подготовке и ведении операций (боевых действий). Кроме того, рассматривается роль взаимодействия при решении всех стоявших задач.
Если разделить взаимодействие на отдельные слова, то получится «взаимо» и «действие», т.е. «взаимное действие» в интересах друг друга.
Одним из основных требований Устава полевой службы 1912 годаявлялось взаимодействие всех подразделений, частей, соединений и родов войск при решении задач — как тактических, так и оперативных6. При этом упор делался на самоотверженное, неукоснительное, взаимно выручающее и взаимно обязывающее выполнение поставленных задач.
Взаимодействие осуществлялось между людьми, от солдата до высшего начальника. Достигалось чёткостью определённой цели, правильным её пониманием, твёрдым выполнением задач отделениями, взводами, ротами, батальонами, полками и т.д.7 и разделялось на взаимодействие на тактическом, оперативном и стратегическом уровнях. Каждому уровню было присуще что-то своё, но несогласованность на каком-то из них влияла не только на согласованность действий на других уровнях, но и на решение задач, достижение целей операции в частности и планов войны в целом.
Сущностью взаимодействия являлся обменный процесс, в ходе которого разрешалось противоречие между взаимодействовавшими сторонами. Субъектами взаимодействия являлись взаимодействовавшие элементы и механизмы8.
На тактическом уровне согласование усилий в действиях войск (сил) осуществлялось между (схема 1):
— солдатами и офицерами по знанию, умению и уверенному управлению вверенным оружием и техникой (винтовкой, пулемётом, пушкой, самолётом и т.д.)9;
— стрелками, пулемётчиками, наводчиками и т.д. и командирами отделений (внутри отделений);
— отделениями во взводах, взводами в ротах, ротами в батальонах, батальонами в полках, полками в дивизиях, дивизиями в корпусах10;
— командирами (начальниками) и их органами управления по вертикали сверху вниз от командира корпуса до командира отделения и рядового11;
— командирами корпусов, их штабами и управлениями и вышестоящими органами управления (командующими армиями или фронтами, в случае непосредственного подчинения командующим фронтами).
На оперативном уровне согласование усилий в действиях войск (сил) осуществлялось между:
— органами военного управления фронтов и армий;
— органами военного управления Военного министерства и военных округов;
— органами военного управления Морского министерства и флотов и флотилий;
— органами военного управления фронтов, отдельных армий, флотов и флотилий.
На стратегическом уровне согласование усилий в действиях войск (сил) осуществлялось между:
— органами военного управления Ставки Верховногоглавнокомандующего, фронтов и отдельных армий;
— органами военного управления Ставки Верховногоглавнокомандующего, Военного и Морского министерств;
— органами военного управления Ставки Верховного главнокомандующего, Военного и Морского министерств и правительством, Государственной думой, представителями промышленности;
— органами военного управления Ставки Верховного главнокомандующего и органами военного управления союзников.
Для организации управления и взаимодействия войск (сил) в каждом органе военного управления заблаговременно ещё в мирное время были созданы соответствующие структуры. В Военном министерстве были созданы четыре основных направления (ствола) (схема 2):
1. Главное управление Генерального штаба, начальником которого являлся начальник Генерального штаба. Это управление являлось основным и важнейшим и отвечало за вопросы разработки планов обороны государства и планов войны12, их согласования с другими направлениями (стволами), а также органами государственной власти (правительством, Государственной думой Российской империи и т.д.) и осуществления контроля выполнения утверждённых планов.
Так, план обороны государства включал в себя комплекс мероприятий по созданию и развитию вооружённых сил Российской империи, подготовку их к войне и требовал тщательного анализа деятельности других государств по развитию национальных вооружённых сил, появлению новых образцов вооружения, техники, совершенствованию организационных структур. Важно было учесть все происходившие изменения, не допустить превосходства вероятного противника в каких-либо областях, согласовать деятельность всех органов военного и государственного управления по совершенствованию военной организации Российской империи.
План войны включал в себя все вопросы подготовки государства к обороне, ведению войны и руководства ею13 и требовал тщательного анализа военно-политической обстановки в мире, на различных театрах военных действий и различных стратегических направлениях. Важно было принять все меры по недопущению военных действий против России, а в случае их начала продуманными и спланированными ответными действиями завершить войну по возможности в кратчайшие сроки на условиях, отвечавших интересам государства.
2. Главный штаб отвечал за строительство, развитие и реформирование сухопутных войск и их подготовку.
3. Главные управления (интендантское, артиллерийское и т.д.) отвечали за всестороннюю обеспеченность вооружённых сил в мирное время, при проведении мобилизации и при ведении боевых действий.
4. Управления генерал-инспекторов отвечали за строительство, развитие и реформирование войск и сил по своим линиям подчинённости, их всестороннюю подготовку как в мирное, так и в военное время.
Анализ существовавшей организации Военного министерства России, функциональных обязанностей должностных лиц и их деятельности в межвоенный период (после Русско-японской и до Первой мировой войны) позволил установить, что работа по согласованию усилий по подготовке вооружённых сил, их развитию и реформированию, всестороннему обеспечению в целом проводилась, но, как показала война, к желаемому результату не привела.
Для оперативного планирования и применения войск к началу войны была создана Ставка Верховного главнокомандующего (схема 3), включавшая в себя: управления генерал-квартирмейстера, дежурного генерала, начальника военных сообщений, военно-морского и управления коменданта. С началом войны и в связи с увеличением задач военно-политического и военно-экономического характера, стратегического планирования и взаимодействия, разработки планов военных кампаний, стратегических операций и их тылового обеспечения14 дополнительно были созданы различные управления, задачей которых являлось решение вопросов обеспечения всем необходимым на войне, согласованности в поставках личного состава по мобилизации, перевозок войск к местам сосредоточения, организованной подготовки к боевым действиям и т.д.
К сожалению, тщательно разработанный, всеми согласованный, высочайше утверждённый, проверенный в ходе военной игры (до начала войны) план войны с самого её начала перестал выполняться. Так, с началом войны войска Северо-Западного и Юго-Западного фронтов, имея превосходство в личном составе, в орудиях, других силах и средствах, перейти в наступление согласно плану так и не смогли. Причиной явилась низкая пропускная способность железных дорог, не позволившая в установленные сроки укомплектовать соединения и части шести армий личным составом по штатам военного времени. Германские же части уже 10 августа 1914 года завершили своё развёртывание, в отличие от вооружённых сил России, начавших перевозки только 8 августа и завершившие полностью мобилизационные мероприятия только к 14 сентября (на 45-й день мобилизации)15.
В ходе войны вследствие допущенных ошибок в расчётах по необходимому количеству оружия, боеприпасов, личного состава, невнесения изменений в существовавшие довоенные планы, а также из-за несогласованности действий вооружённые силы Российской империи несли поражение за поражением и к октябрю 1915 года отошли в глубь страны, оставив территории Польши, Галиции, части Прибалтики и Белоруссии16.
Меры, конечно же, принимались. Для выяснения причин сложившегося положения в зону боевых действий выезжали представители Государственной думы. Результатом явились различные доклады, такие как «Всеподданнейший доклад»17 за подписью членов Военно-морской комиссии Государственной думы в августе 1915 года (доклад не помечен датой, но, судя по упоминанию о сдаче г. Ковно, он не мог быть представлен ранее августа 1915 г.), расширенный доклад Верховной комиссии «О численном составе войск, ружей, пулеметов, патронов и выводах из этих сведений»18 от 13 августа 1915 года.
Принятые меры по выявлению причин, согласованию усилий в действиях вооружённых сил и промышленности (по изготовлению и производству оружия и боеприпасов) позволили несколько стабилизировать линию фронта и внести коррективы в планы проведения боевых действий, операций армий, фронтов и кампаний. Невероятные усилия и напряжение всех сил при подготовке и последовательном проведении ряда кампаний позволили частично вернуть уверенность в достижении целей войны19. Военные кампании по сути представляли собой сумму операций фронтов и отдельных армий, боевых действий отдельных корпусов и дивизий, на приморских направлениях флотов и флотилий, проводившихся по единому замыслу и плану Верховного главнокомандующего20.
Главными являлись, конечно же, согласованность и взаимосвязанность в действиях каждого фронта и отдельной армии по целям, задачам, месту, времени и способам выполнения определённых задач. Операция фронта, в свою очередь, представляла собой сумму армейских операций, проводившихся по общему плану и замыслу главнокомандующего армиями фронта21. Операция армии представляла собой сумму боевых действий и сражений корпусов и дивизий, проводившихся по общему плану и замыслу командующего армией.
Подготовка операций проходила в сложной военно-политической и стратегической обстановке, при постоянном давлении противника, недостатке материальных средств, особенно оружия и боеприпасов. По опыту проведённой операции, определённой в приказе главнокомандующего армиями Западного фронта генерала от инфантерии А.Е. Эверта № 723 от 15 апреля 1916 года и в приложении к нему «Недочеты операции 2-й армии в период боев с 5-го по 18-е марта 1916 г.»22 вопросы согласования действий различных родов войск по этапам подготовки операции включали в себя:
I. На этапе подготовки операции (в тактическом отношении):
а) При ведении разведки противника.
Учёт особенностей обороны противника и влияние его действий на согласование усилий войск при подготовке к атаке переднего края. Так, неприятельская позиция была вскрыта не полностью, что не позволило выработать твёрдый план атаки и осуществить её артиллерийскую подготовку. Недостаточное изучение укреплённой полосы, условий местности, начертания переднего края и рубежей в глубине обороны, а также игнорирование использования аэрофотосъёмок будущих участков прорыва, определённых ещё за 2 месяца, не позволили эффективно применять артиллерию в интересах пехоты, что и привело к неоднократной смене направлений атак23.
б) При подготовке исходных районов для наступления.
Подготовка исходных положений была осуществлена поверхностно и нецелесообразно, без учёта защитных свойств местности. Так, для первой линии атакующих защитные укрытия были подготовлены частично, для второй и последующих не приготовлены вообще, также не были предусмотрены порядок и маршруты перемещений и перехода из одного положения в другое (после убытия первой линии для атакующих действий и занятия этих позиций войсками второй линии)24.
в) Позиционные дороги и колонные пути не были обустроены в полном объёме, указатели направлений вывешены не были25.
г) Командные пункты для командиров корпусов, начальников дивизий, командиров бригад и полков были выбраны нецелесообразно26. Вследствие чего наблюдение за полем боя и влияние на изменения обстановки осуществлялось несвоевременно и несогласованно из-за отсутствия старших артиллерийских начальников совместно с командирами корпусов и начальниками дивизий на наблюдательных пунктах27.
д) Телефонная связь не была продумана и не обеспечивала своевременное доведение приказов и приказаний до войск28.
е) Недостатки в обучении войск не позволили в последующем при проведении атак укреплённых позиций противника правильно выбирать и выдерживать направление движения, а при занятии окопов после штурма правильно организовывать охранение, оборону, «переворачивание» окопов в нужном направлении и окончательную их очистку от врага29.
ж) Порядок корректировки артиллерийской стрельбы по самолётам показал крайне низкую эффективность и неспособность вести борьбу с воздушными целями30.
з) Слабое знание свойств тяжёлой артиллерии (пехотными командирами и некоторыми артиллерийскими начальниками) не позволяло эффективно применять её в интересах пехотных подразделений и частей31.
II. Управление войсками
а) Размещение наблюдательных пунктов командиров и начальников было далеко от войск из-за опасения потерять телефонную связь со старшим начальником. Такое размещение оказывалось бесполезным на поле боя, т.к. командиры и начальники не могли оказать какого-либо влияния на ход боя и не имели представления о действиях своих батальонов на поле боя в течение нескольких часов32.
б) Командиры бригад на поле боя были не у дел (оказывались в роли простых зрителей), так как начальники дивизии руководили полками напрямую, минуя командиров бригад и не обременяя их какими-либо задачами33.
в) Управление боем часто было пассивным. Обозначившийся успех энергичными действиями соседей не поддерживался, резервы для развития успеха своевременно не вводились.
г) Управление не было спокойным. Старшие начальники постоянно вмешивались без особой надобности. Создавали нервозность и постоянно суетились34.
д) Гибкость управления была ненадлежащей.
е) Расчёт времени на бой был произведён недостаточно тщательно. Вследствие чего время сосредоточения в районах было увеличено в разы.
ж) Постановка задач войскам не всегда была ясна и определённа. Имели место противоречивые указания по ведению наступления разным частям. Так, цели для атаки и границы наступления полков на местности не указывались, отчего полки нередко сбивались с направления, разрывались и скапливались в нескольких местах. Артиллерии давались неопределённые задачи по обстрелу окопов без указания конкретных целей, по переносу огня в тыл без привязки к определённым районам и целям. Цели для стрельбы назначались в широких секторах (100-250 сажен на батарею), что приводило к разбрасыванию огня.
з) Направления и время атак выбиралось неудачно и не обеспечивало согласованных действий всех подразделений, частей и родов войск в интересах достижения целей боевых действий35.
и) Распределение сил и средств не отвечало задачам боевых действий. Так, в ударных корпусах тяжёлая артиллерия отсутствовала и участия в огневом поражении не принимала.
III. Связь
В данном приказе выделенная как «Связь», а по сути подразумевавшая нарушения согласованности в действиях войск, к которым относились:
а) Дополнительные способы управления и взаимодействия разработаны не были. Такие как: пешая летучая почта, сборные (с разных частей) и закрытые (для своих частей) посты для донесений, разработанные сигналы для оповещения осветительными ракетами.
б) Имели место случаи крупных упущений в ориентировании подходивших подкреплений. Отсутствовало их информирование об обстановке и о предстоявших задачах старшим начальником, а также сами командиры прибывавших подразделений не проявляли достаточной инициативы.
в) Имела место неразбериха в доведении боевых приказов и приказаний. Так, в 10.00 6 марта 1916 года части одной дивизии вышли на рубежи атаки, а в 10.45 пришло извещение из штаба о том, что атака соседнего корпуса отложена и потому откладывается атака и частей дивизии.
г) Утратились понятия об огневой поддержке наступающих частей и осуществлении манёвра частями и подразделениями («огневой и манёвренной связи»36) в целях обхода или охвата противника.
IV. Боевые действия
а) Разведке должного места в операции не отводилось. Задач по определению сил и средств противника на переднем крае и в глубине не ставилось ни в приказах (приказаниях), ни на совещаниях. Имели место лишь отдельные случаи высылки разведчиков некоторыми дивизиями. Сама разведка отдельным периодом боевой деятельности не являлась.
б) Построение пехоты перед атакой не всегда отвечало условиям беспрерывности её поддержки. В некоторых частях даже резервы для наращивания усилий не использовались. В одном из корпусов, наоборот, три полка были выстроены друг за другом, что вначале привело к перемешиванию, а затем к затруднению и нарушению управления и взаимодействия.
в) Движение пехоты не было безостановочным. Согласованность в действиях линий цепей и резервов была низкая. Было много неразберихи и разнонаправленных действий, усугублявшихся беспрерывным огнём противника.
г) Замена частей и подразделений при повторных атаках не проводилась. Закрепление в занятых окопах осуществлялось без огневой поддержки артиллерии и поддержки следующих линий пехоты.
д) Артиллерия располагалась далеко (особенно тяжёлая), а случаев перемещений орудий, хотя бы для моральной поддержки, не было37. Артиллерийский огонь не всегда имел достаточную гибкость. Артиллерийские группы располагались скученно на сравнительно тесном пространстве, причём фланговый и косвенный огонь не получали должного развития. Перенос огня с атакованных участков вперёд для поддержки наступавших из опасения поражения своей пехоты часто носил случайный характер38.
е) Использование пулемётных и ружейных батарей для сопровождения атак, особенно во фланг, было низким. Пулемёты принимали весьма малое участие в закреплении захваченных окопов.
V. Применение вспомогательных средств
а) Гренадеры использовались не по назначению, в большей степени как рядовые бойцы. Их место должно было быть перед фронтом рот, за цепью разведчиков, звеньями по несколько человек для разрушения заграждений и для забрасывания гранатами противника в окопах, а также для прочного занятия выходов из захваченных окопов (из ходов сообщения) и окончательной очистки их от противника. Часть гренадеров предназначалась для атаки совместно с полковым резервом второй полосы неприятельских позиций.
б) Резчики колючей проволоки предусмотрены были не везде, хотя должны были быть распределены равномерно в отделениях передовых рот и полковом резерве.
в) Бомбомёты применялись в единичных случаях. Хотя и имели высокую эффективность, особенно для закрепления флангов.
г) Пироксилиновые заряды, эффективные при уничтожении заграждений, были заготовлены в малом количестве.
VI. Закрепление в захваченных окопах
а) Вследствие слабой подготовленности, непродуманности и недостаточной согласованности в действиях закрепление осуществлялось плохо, без учёта необходимости «переворота» окопов в другую сторону, артиллерийской поддержки и удержания флангов.
б) Организация рабочих команд по подносу шанцевого инструмента для оборудования занятых окопов не была продумана.
Все вышеперечисленные недостатки указывают на упущения командиров (начальников) всех степеней и их штабов, на недостаточную продуманность и согласованность в действиях всех частей и родов войск на этапах подготовки и ведения операций, отсутствие различных форм, способов, методов и приёмов организации взаимодействия, поддержания его в ходе ведения боевых действий, а в случае потери — быстрого восстановления. Как показали результаты рассмотренной операции, имевшиеся некоторые наработки по организации и поддержанию взаимодействия не обеспечили в полном объёме согласованности войск при решении стоявших задач.
Проведённый краткий анализ положений руководящих документов (Устав полевой службы 1912 г., Положения о полевом управлении 1914 г.), функциональных обязанностей должностных лиц Военного министерства, Ставки Верховного главнокомандующего, некоторых архивных документов до начала и в ходе Первой мировой войны позволяет сделать следующие выводы:
1. Взаимодействие войск играло важную роль как при строительстве, развитии и совершенствовании вооружённых сил Российской империи, так и при их подготовке к ведению войны.
2. Имевшиеся структуры органов военного управления всех уровней позволяли в целом согласовывать усилия сил и средств по подготовке к Первой мировой войне, но череда фатальных ошибок и неправильных решений привела к последующему коллапсу, связанному с недопоставками вооружения (винтовок, пулемётов, пушек), боеприпасов к ним и в конечном итоге к неудачам, потере огромных территорий Российской империи.
3. Взаимодействие войск, его организация, поддержание в ходе подготовки к войне, при проведении мобилизации, подготовке операций и боевых действий занимало ключевое место.
4. От успешного согласования усилий в действиях всех структур государственной власти в интересах обороны страны, строительства, развития и совершенствования вооружённых сил, их планомерной подготовки и эффективного применения зависела обороноспособность Российской империи.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 История военной стратегии. М.: Кучково поле; Полиграфресурсы, 2000. С. 93.
2 Там же.
3 Там же. С. 95.
4 Меликов В.А. Стратегическое развёртывание (по опыту Первой мировой империалистической войны 1914—1918 гг. и Гражданской войны в СССР). Т. 1. М.: Гос. воен. издат. Наркомата обороны СССР, 1939. С. 28.
5 Ростунов И.И. Русский фронт Первой мировой: исследование опыта стратегического руководства вооружёнными силами. Дисс. … докт. ист. наук. М., 1974. С. 31.
6 Устав полевой службы 1912 г. СПб.: Военная типография, изд-во Главного штаба, 1912. С. 7.
7 Там же.
8 Микрюков В.И. Теория взаимодействия войск. М.: Вузовская книга, 2006. С. 22.
9 Там же. С. 23.
10 Там же.
11 Там же.
12 Российская государственная библиотека. Ф. 114/159. С. 1, 22—23, 114—119, 123—124, 131—132.
13 История военной стратегии… С. 95.
14 Там же. С. 122.
15 Там же. С. 106.
16 Вооружённые силы России в Первой мировой войне (1914—1917). Т. 2. М.: Мегаполис, 2014. С. 121—124.
17 Головин Н.Н. Военные усилия России в мировой войне. Жуковский; М.: Кучково поле, 2001. С. 333.
18 Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 2000. Оп. 2. Д. 2290. Л. 4—25, 121.
19 История военной стратегии. С. 116.
20 Там же.
21 Там же. С. 118.
22 РГВИА. Ф. 2067. Оп. 1. Д. 161. Л. 107—113 об.
23 Там же. Л. 107.
24 Там же. Л. 107 об.
25 Там же.
26 Там же.
27 Там же. Л. 108.
28 Там же.
29 Там же.
30 Там же. Л. 108 об.
31 Там же.
32 Там же.
33 Там же. Л. 109.
34 Там же.
35 Там же. Л. 110.
36 Там же. Л. 111.
37 Там же. Л. 111 об.
38 Там же. Л. 112 об.