Военно-морские игры в академической учёбе кадров отечественного флота в 1896—1929 гг.

Аннотация. Статья освещает роль и значение военно-морских игр, проведённых в Николаевской морской академии в 1896—1914 гг. и в Военно-морской академии РККФ в 1920—1929 гг., в подготовке флотских кадров, освоении ими военно-морской географии и военно-морской статистики, формировании навыков и умений применять эти знания на практике в ходе подготовки и ведения боевых действий.

Summary. The article covers the role and importance the naval games, that were hold in Nikolaev Maritime Academy in 1896—1914 and in Naval Academy of Workers and Peasants Red Navy in 1920—1929; in the preparations in naval personnel; in mastering of naval geography and naval statistics; in formation of skills and ability to apply the knowledge in practice.

КУЛИКОВ Сергей Валерьевич — преподаватель кафедры истории войн и военного искусства Военного учебно-научного центра ВМФ «Военно-морская академия имени Адмирала Флота Советского Союза Н.Г. Кузнецова», капитан 2 ранга запаса

«Драгоценнейшее пособие при изучении стратегии и военной географии»

Военно-морские игры в академической учёбе кадров отечественного флота в 1896—1929 гг.

В статье1, опубликованной в апреле нынешнего года, «Военно-исторический журнал» осветил этапы развития в Николаевской морской академии Российской империи военно-морских игр как эффективной формы обучения флотских офицеров прикладной морской стратегии, военно-морской географии и военно-морской статистике. Но данная тема не исчерпана. Предлагаемая вниманию читателей статья продолжает её освещение, представляет результаты анализа дореволюционного опыта проведения стратегических игр и их использования в 1920-е годы для подготовки флотских кадров, изучения театров военных действий, на которых могла начаться агрессия против нашей страны, и отработки способов боевого применения Военно-морских сил РККА для отражения агрессии.

Признанию военно-морских игр эффективной формой обучения и их включению в учебные программы Артиллерийского офицерского класса морского ведомства2 (с 1885/86 учебного года) и затем — Николаевской морской академии (с 1895/96 учебного года) способствовал активный интерес к ним видных деятелей русского флота.

Главной особенностью эволюции стратегических военно-морских игр во флотском военном вузе до 1929 года была их неразрывная связь с развитием военно-морской географии и военно-морской статистики3. Роль игр в развитии этих отраслей военно-профессиональных знаний в конце XIX — первые десятилетия XX столетия высоко оценивали отечественные и зарубежные военно-морские специалисты. Так, в начале XX века профессор военно-морского колледжа США контр-адмирал Г.К. Тейлор отозвался о стратегической военно-морской игре как «о драгоценнейшем пособии при изучении стратегии и военной географии»4.

Хотя с 1896 года до начала Первой мировой войны в Николаевской морской академии преподавались курсы «Вооружённые силы или военные флоты», «Театры»5 и «Военно-морская статистика»6, наиболее полное комплексное представление о военно-морской географии и военно-морской статистике, а также навыки практической военно-профессиональной деятельности слушатели получали именно в ходе подготовки и проведения стратегических военно-морских игр.

Темы трёх из них в 1895/96, 1899/00 и 1902/03 учебные годы — война с Японией. Ещё трёх в 1896/97, 1900/01 и 1903/04 учебные годы — с Германией. Одной в 1897/98 учебном году — с Британией на Тихом, Индийском океанах и в восточной части Средиземноморья. В 1901/02 учебном году темой игры стал захват русскими силами Верхнего Босфора. В ней участвовали представители армейского командования7.

Игры проводились в соответствии с «Инструкцией для ведения практических занятий по прикладной морской стратегии в Николаевской морской академии»8, утверждённой начальником академии в 1902 году9.

За 3 месяца подготовки к стратегической военно-морской игре её участники выполняли значительный объём работ. Например, перед игрой 1903/04 учебного года на тему «Война России с Германией при настоящем состоянии сил морских и сухопутных (весной 1904 г.)» слушатели подготовили10 таблицы элементов русской и германской эскадр, разработки о Финском заливе (в том числе статистическую карту угольных складов по портам залива с таблицами запасов каменного угля казённых и частных складов, записку о почтовых пароходных сообщениях и статистическую карту) и о германском побережье Балтийского моря (в том числе статистическую карту, таблицу судостроительных и машинных мастерских, размеров главных доков).

Для подготовки справочных материалов использовали сведения, полученные по официальным и неофициальным каналам, в том числе донесения военных и военно-морских агентов за границей, доклады о результатах обследований русскими офицерами различных районов. Так, при подготовке и проведении игр, посвящённых войне с Японией, использовали данные, собранные а 1895—1896 гг. по инициативе контр-адмирала С.О. Макарова, который командовал Средиземноморской эскадрой, прибывшей на Тихий океан11. Они включали описания 16 участков корейского, китайского и японского побережий, в том числе12 укреплений проливов Урага и Симоносеки (донесение командира клипера «Разбойник» капитана 2 ранга И.К. Григоровича от 15 июля 1895 г. № 523), Токийского залива и острова Цусима (донесения Генерального штаба полковника К.И. Вогака), портов Цуруга и Аомори, острова Цусима (донесение вахтенного офицера броненосного крейсера «Адмирал Нахимов» лейтенанта А.К. Небольсина от 26 сентября 1895 г.), рейда Гензана (донесение командира крейсера «Адмирал Нахимов» капитана 1 ранга А.К. Кашерининова); острова Каргодо (донесение командира крейсера «Забияка» капитана 2 ранга Г.Г. Кизеветтера), бухты Киау-Чау (донесение начальника эскадры Тихого океана контр-адмирала Е.И. Алексеева).

Одним из источников, использованных для составления таблиц с детальной информацией о боевых кораблях и коммерческих судах, подлежавших мобилизации, стали сведения, собранные по приказу командующего отдельным отрядом судов Балтийского моря контр-адмирала Н.И. Скрыдлова от 21 мая 1897 года № 513 офицерами крейсера 1 ранга «Россия», который, участвуя в торжествах по случаю 60-летнего юбилея царствования британской королевы Виктории, находился на одном рейде с большим числом военных кораблей разных стран.

Возобновление стратегических игр в Николаевской морской академии после 1905—1909 гг., когда они не проводились, связано с реформированием системы военно-морского образования, приведшим к изменениям в военном вузе14. С созданием в академии в 1910 году вместо прежнего курса военно-морских наук военно-морского отдела (факультета) с двухлетним сроком обучения, а также дополнительного семимесячного курса для слушателей, добившихся особо выдающихся результатов в учёбе, окончание которого давало право назначения в Морской генеральный штаб, в программу курса (учебной дисциплины) «Учение о войне» была включена стратегическая игра под названием «Двустороннее выполнение операций». Она проводилась на дополнительном курсе с активным привлечением слушателей младшего и старшего курсов15.

Темы игр в 1910/11 учебном году — война со Швецией, в 1911/12 учебном году — с Германией на Балтийском море (условно — в 1915 г.), в 1912/13 учебном году — с Турцией и Австрией на Чёрном море, в 1913/14 учебном году — России и Франции против коалиции — Австрии, Италии, Турции (условно — в 1918 г.). Замысел последней игры включал совместные с армейскими группировками операции Черноморского флота и основных сил Балтийского флота, развёрнутых в Средиземноморье, во взаимодействии с французским флотом16.

Переработанная «Инструкция для ведения практических занятий по прикладной стратегии в Николаевской морской академии», введённая в 1912 году, была дополнена новым разделом о методике военно-географического и военно-статистического описания театра военных действий (ТВД). Эти знания и навыки слушатели приобретали на первом году обучения, когда составляли описания ТВД и флотов, оформляли военно-статистические карты, на которые с помощью специальной системы условных знаков наносили сведения, необходимые для стратегической игры, — разработки планов войны, кампаний17. Данные, которые невозможно было нанести на карты, оформляли планами, схемами, графиками, таблицами и пояснительными записками18. Так, старший лейтенант Б.Б. Жерве (будущий капитан 1 ранга, военно-морской теоретик, историк и педагог, в 1920—1921 и 1923—1930 гг. начальник Военно-морской академии19), руководивший в ходе игры 1911/12 учебного года «германской партией», подготовил пояснительную записку «Материалы для составления плана кампании Германии на Балтийском морском театре против России на случай войны в 1915 году». В ней ёмко и кратко изложена информация по разделам: политико-экономическая обстановка, создание германской морской силы (историческая справка), судовой состав германского флота, предполагавшийся состав германского флота к 1915 году, характеристики его боевых кораблей, личного состава, управление морским ведомством, организация флота, мобилизация, германский торговый флот20.

Раздел записки «Географическая обстановка» включал оценки ключевых районов Балтийского моря — побережья Германии, Киля, Данцига, русского побережья, Либавы, Виндавы, Рижского залива, берегов Финляндии, шхер, Або-Оландского района21.

Раздел «Экономический обзор» аккумулировал данные о промышленности и торговле Германии, её заводах, доках, финансах, специально-военных (финансовых) средствах, торговле. Среди них наибольший интерес представляют анализ и оценка специально-военных средств — финансовых возможностей ведения Германией войны: «Для первых дней войны имеется специальный военный фонд, выделенный из французской контрибуции и хранящийся специально для нужд войны. Металлический фонд Имперского банка 1 300 000 000 марок, затем предусмотрен выпуск кредитных билетов на 2,5 миллиарда марок, и установленная денежная повинность, и увеличение налогов. Но всё это хватит на 2—3 месяца, а затем неизбежно военный заём, так как день войны будет стоить свыше 12-ти миллионов рублей <…> Если же и придётся прибегнуть к внешнему займу, то и он будет для Германии сравнительно лёгок, потому что в руках немцев находится до 16-ти миллиардов иностранных ценных бумаг»22.

Наряду с играми новая организация учебного процесса предусматривала ещё одну форму освоения военно-морской географии и военно-морской статистики. После окончания младшего курса академии слушателей в летнее время командировали на Балтийский или Черноморский флоты. Они собирали и дополняли материалами свои выполненные ранее теоретические военно-географические и военно-статистические работы. В 1910 году слушатели подготовили военно-морское географическое и статистическое описание побережья Швеции23, в 1911-м — побережья Балтийского моря24, в 1912 году — побережья Чёрного моря25.

После возобновления в Николаевской морской академии стратегических военно-морских игр её слушатели, как и ранее, участвовали в играх штабов войск гвардии и Санкт-Петербургского военного округа. Перед одной из них зимой 1913/14 года старший лейтенант Б.Е. Тягин подготовил объёмный доклад «О действиях Балтийского флота на случай вооружённого восстания в Финляндии»26. В него наряду с оперативными планами вошли разделы, отражавшие особенности Балтийского ТВД, его оборудование, сведения о составе и состоянии морских сил России и вероятных противников на Балтийском море, портах и якорных стоянках, военно-таможенных постах, маяках, ограждениях фарватеров, службе связи, средствах наблюдения и др.

О практическом значении разработок слушателей академии к играм свидетельствует то, что Морской генеральный штаб накануне Первой мировой войны и с её началом с марта по ноябрь 1914 года запросил и получил более 40 из них с военно-географическими и военно-статистическими описаниями Черноморского и Балтийского ТВД27.

В годы Первой мировой войны и революционных потрясений занятия в военно-морском отделе (на факультете) не проводились, но руководству академии удалось сберечь костяк его научно-педагогических кадров, что обеспечило преемственность образовательных программ и сохранение роли военно-морских игр в учебном процессе. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Домошенкин С.В., Куликов С.В., Лепаев В.Н. «Для успешности действий русской эскадры необходимо иметь возможно полные сведения»: место и роль военно-морской географии и военно-морской статистики в стратегических играх Николаевской морской академии // Воен.-истор. журнал. 2018. № 4. С. 20—25.

2 Подробнее см.: Артиллерийский офицерский класс морского ведомства // Военная энциклопедия в 18 т. СПб.: Типография т-ва И.Д. Сытина, 1911. С. 107, 108; сайт Российской государственной библиотеки: https://dlib.rsl.ru.

3 До 1917 г. военно-морская география рассматривалась как неотъемлемая часть военно-морской статистики, позже военно-морскую статистику изучали как часть военно-морской географии.

4 Витте А.Г. Очерк устройства управления флотом в России и иностранных государствах СПб.: Тип. А.С. Суворина, 1907. С. 424.

5 До 1914 г. под термином «театр военных действий», как гласила Энциклопедия военных и морских наук, изданная в 1883—1897 гг., понимали пространство, ограниченное политическими или естественными рубежами, на котором существуют и состязаются армии, имеющие один и тот же предмет действий (Театр военных действий // Энциклопедия военных и морских наук в 8 т. Т. 7. СПб., 1895. С. 453). В 1920-е гг. театром военных действий называли часть местности, на которой преимущественно происходят, или могли происходить военные действия (Жерве Б.Б. Стратегическая терминология. Л., 1929. С. 2, 4), морским театром военных действий (по Б.Б. Жерве) — «всё морское пространство, разделяющее побережья воюющих государств». Например, в Черноморский морской театр военных действий входили Чёрное море, прилегающие к нему побережье и районы, в которых были возможны совместные действия армии и флота, в Днепровско-Припятский речной театр — реки Днепр, Припять, прилегающие районы побережья и т.д. В документах стратегических военно-морских игр и военно-географических описаниях, как правило, использовали сокращённые названия ТВД, например, Балтийский театр вместо полного — Балтийский морской театр военных действий. Терминология в статье соответствует применявшейся в документах описываемого периода.

6 Егорьев В.Е. Военно-морское географическое и военно-морское статистическое изучение государств. Пг.: Морская академия, 1920. С. 41.

7 Российский государственный архив ВМФ (РГА ВМФ). Ф. 2. Оп. 1. Д. 32. Л. 1—26; Д. 210. Л. 108; Ф. 433. Оп. 1. Д. 107. Л. 1; Д. 194. Л. 4, 5; Д. 271. Л. 4, 5; Д. 322. Л. 1; Д. 351. Л. 3; Д. 362. Л. 99—105; Ф. 1236. Оп. 1. Д. 2. Л. 1, 2.

8 Кладо Н.Л. Инструкция для ведения практических занятий по прикладной морской стратегии в Николаевской морской академии. СПб.: Тип. Морского министерства в Главном адмиралтействе, 1902. С. 10.

9 Подробнее см.: Домошенкин С.В., Куликов С.В., Лепаев В.Н. Указ. соч.

10 Война России с Германией в 1904 году: материалы для составления отчёта о практических занятиях по стратегии в Николаевской морской академии в продолжении зимы 1903—1904 года. Собраны стратегическою частью военно-морского учёного отдела Главного морского штаба. СПб.: Тип. Морского министерства в Главном адмиралтействе, 1905. С. 40—46.

11 РГА ВМФ. Ф. 417. Оп. 1. Д. 1536. Л. 1.

12 Там же. Л. 3.

13 Приказ командующего отдельным отрядом судов Балтийского моря мая 21 дня 1897 года № 5 и Инструкция о собирании сведений об иностранных флотах и группировки их для составления донесений (отдельный оттиск). Б.м., 1897. 53 с.

14 Подробнее см.: Домошенкин С.В., Куликов С.В., Лепаев В.Н. Указ. соч.

15 Кладо Н.Л. Инструкция для ведения практических занятий по прикладной стратегии в Николаевской морской академии. СПб.: Экономическая типо-литография, 1912. С. 1, 2.

16 РГА ВМФ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 32. Л. 1—26; Д. 210. Л. 108; Ф. 27. Оп. 1. Д. 9. Л. 2; Ф. 433. Оп. 1. Д. 107. Л. 1; Д. 194. Л. 4, 5; Д. 271. Л. 4, 5; Д. 322. Л. 1; Д. 351. Л. 3; Д. 362. Л. 99—105; Д. 10. Л. 2; Ф. 1236. Оп. 1. Д. 2. Л. 1, 2.

17 Кладо Н.Л. Указ. соч. С. 4, 5.

18 Там же. С. 9.

19 Жерве // Военная энциклопедия (ВЭ) в 8 т. Т. 3. М.: Воениздат, 1995. С. 180.

20 РГА ВМФ. Ф. 433. Оп. 1. Д. 322. Л. 1—100.

21 Материалы стратегической игры, проведённой в Николаевской морской академии (январь 1912 г.). Т. 1. Русская партия. СПб.: Николаевская морская академия, 1912. С. 7.

22 Там же. С. 26.

23 РГА ВМФ. Ф. 418. Оп. 1. Д. 3971. Л. 1—129.

24 Там же. Ф. 433. Оп. 1. Д. 425. Л. 12—14.

25 Там же. Д. 377. Л. 212.

26 Там же. Д. 350. Л. 1—3.

27 Там же. 1. Д. 377. Л. 38, 42, 210, 212.

Место и роль военно-морской географии и военно-морской статистики в стратегических играх Николаевской морской академии

Аннотация. В статье рассматриваются место и роль военно-морской географии и военно-морской статистики в стратегических играх Николаевской морской академии Российской империи.

Summary. The article considers the place and role of naval geography and naval statistics in strategic games of the Nikolayev Naval Academy of the Russian Empire.

Читать далее