Впредь верхом, чтобы не подвергать жизнь опасности, не ездить

Аннотация. В статье исследуется служебный и боевой путь одного из русских авиационных военачальников полковника П.А. Самойло.

Summary. This article investigates the service and battle way of one of the Russian Aviation Commanders Colonel P.A. Samoylo.

Читать далее

ВОИНСКОЕ ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ В ЭМИГРАЦИИ

Русское военное зарубежье

Щупленков Олег Викторович — старший преподаватель кафедры истории Ставропольского государственного педагогического института (E-mail: oleg.shup@gmail.com)

Воинское обучение и воспитание в эмиграции

Многие наши соотечественники, выходцы из военного сословия, оказавшиеся в начале прошлого века по разным причинам вдали от Родины, всё же считали себя полноправными представителями российской культуры. Одну из главных своих задач они видели в том, чтобы и на чужбине не прекращать собственную профессиональную подготовку и образование подрастающего поколения — носителя корневых традиций.

Получившее широкое распространение среди эмигрантов общественно-педагогическое движение способствовало созданию соответствующей целостной системы, включавшей в себя комплекс учебных заведений и внешкольных учреждений русской эмиграции, возникновению детско-юношеских и молодёжных организаций за рубежом, координации усилий отдельных сообществ: объединения русских учительских организаций, педагогического бюро по делам средней и низшей школы за границей, академического союза.

Отразилась последовательная целеустремлённость истинных патриотов и на воссоздании кадетских корпусов, составлявших основу отечественной военной школы за рубежом, обеспечивавших наиболее благоприятную для формирования чувства любви к Родине воспитательную среду. Приоритет этих военно-учебных заведений предопределялся рядом обстоятельств. Во-первых, в эмиграции оказалось значительное количество не завершивших обучение бывших кадетов, а также воевавшей на стороне Белой армии гражданской молодёжи, которой требовалось дать систематическое образование. Во-вторых, в эмиграции оказалось много высококвалифицированных военных учёных и военачальников, обладавших большим профессиональным и преподавательским опытом. В-третьих, идея создания военной русской школы поддерживалась государственными и общественными органами в странах пребывания наших соотечественников, прежде всего в Югославии и Болгарии и частично во Франции. В-четвёртых, ярко выраженное стремление русских эмигрантов сохранить особую социально-психологическую, языковую и культурную среду не могло длительное время удовлетворяться только за счёт старшего поколения, требовалась поддержка со стороны соответствующим образом подготовленной молодёжи. В-пятых, кадетские корпуса помимо выполнения своей образовательно-воспитательной роли должны были стать настоящими центрами и хранителями русской эмигрантской военной культуры за рубежом, сгруппировать вокруг себя военных теоретиков и практиков.

Воспитательная деятельность зарубежных кадетских учебных заведений опиралась на лучшие традиции отечественной военной школы. Одной из них являлось понятие офицерской чести. «Обладать честью во все времена было признано необходимостью для офицерского кадра, — можно прочитать в книге одного из авторов того времени. — При всех остальных хороших служебных качествах офицер не может быть терпим, если он неразборчив в добывании средств к жизни и марает мундир. Кто не может возвыситься до истинного понимания чести, тот пусть лучше откажется от звания офицера, необходимейшему и первому требованию которого он не удовлетворяет»1. Огромную роль в офицерской среде играл патриотизм. «Хороший гражданин может оказаться плохим офицером (без соответствующей специальной подготовки), в том нет ничего удивительного; но горе той стране, где офицеры — плохие граждане»2, — отмечал А.К. Абданк-Коссовский. В необходимости формирования этого чувства у будущих офицеров лежал глубокий педагогический смысл.

По данным достаточно разобщённых источников, в 1922 году за границей (Египет, Тунис, Китай, Югославия) насчитывалось примерно 2000 кадет, обучавшихся в девяти кадетских корпусах. В 1926-м находящиеся в Югославии три учебных заведения свели воедино. В том же году во Франции, в Версале, был основан корпус-лицей имени императора Николая II. После окончания Гражданской войны продолжали функционировать кадетские корпуса также в Финляндии, Литве, Латвии, Польше, Бессарабии. Являясь общеобразовательными учебными заведениями, они предназначались главным образом для подготовки воспитанников к поступлению в военные училища, хотя обучение в них и не носило военно-профессиональной направленности. Учебная программа кадетских корпусов, рассчитанная на 7 лет, включала следующие предметы: Закон Божий (2 ч в неделю), русский язык и словесность (4—5 ч), французский (2—6 ч. в зависимости от класса) и немецкий (2—6 ч) языки, математику (5—7 ч), физику (2—4 ч), естественную историю (2 ч), географию (2 ч), историю (2—4 ч), законоведение (2 ч в неделю в старших классах) и др. Во всех классах значительную часть учебного и внеучебного времени занимала гимнастика.

Ориентиром для организаторов учебного процесса являлись программы 1915 года, в которые вносились изменения, учитывающие социокультурные особенности и условия стран проживания. При разработке и обсуждении учебных планов возникали острые дискуссии. Так, многие педагоги (А.П. Дехтерев, И.М. Малинин и др.) считали, что эмигрантская школа за обучением забыла о куда более важной задаче — воспитании подрастающего поколения. «Не воспитывающее обучение, а обучающее воспитание должно быть целью школы, — утверждал В.В. Зеньковский. — Главная задача школы состоит не в сообщении определённой суммы знаний, а в сохранении и укреплении духовных сил ребёнка»3.

Школа, по мнению наставников, должна была не только обучать, но и помогать ребёнку выжить в иной социокультурной среде. Так, в Крымском корпусе, находившемся в Королевстве сербов, хорватов и словенцев (К.С.Х.С.), в Белой Церкви, в программу обучения были введены дополнительные курсы сербского языка, истории литературы, географии, истории К.С.Х.С. Чтобы облегчить кадетам-выпускникам поступление в местные государственные высшие учебных заведения, в августе 1922 года здесь был введён 8-й класс, предназначенный для дополнительной подготовки воспитанников к экзаменам на аттестат зрелости. Планы обучения в версальском корпусе-лицее были приближены к программам, существовавшим в средних учебных заведениях Франции и позволявшим выпускникам после окончания 8-го (дополнительного) класса во французских гимназиях поступать в вузы этой страны. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Андогский А. Как создавалась Красная армия Советской России. Владивосток, 1921. С. 27, 28.

2 Абданк-Коссовский А.К. Русская эмиграция. Итоги за 35 лет. Париж, 1956. С. 121, 122.

3 Зеньковский В.В. Воспитательная работа в школе (в нескольких книгах). Прага, 1925. Кн. 9. С. 15—18.