Аннотация. Статья посвящена участнику Отечественной войны 1812 года, офицеру-квартирмейстеру Якову Петровичу Гавердовскому. Он прошёл служебный путь от подпрапорщика до полковника Свиты Его Императорского Величества по квартирмейстерской части. Квартирмейстерская служба в начале XIX века — это вспомогательный орган военного управления, который занимался размещением и перемещением войск, учётом личного состава, разведкой противника и местности, выбором места сражения. Я.П. Гавердовский как офицер-квартирмейстер организовывал разведывательную экспедицию в Бухару, участвовал в Русско-шведской войне 1808—1809 гг., проводил топографические съёмки на западной границе Российской империи. Наиболее ярко дарования Гавердовского раскрылись в ходе Отечественной войны 1812 года. Накануне Бородинского сражения он был назначен генерал-квартирмейстером 1-й Западной армии.
Ключевые слова: Я.П. Гавердовский; П.П. Коновницын; квартирмейстерская служба; Русско-шведская война 1808—1809 гг.; Отечественная война 1812 года; Бородинское сражение.
Summary. This paper is dedicated to Yakov P. Gaverdovskiy, a veteran of the Patriotic War of 1812 and Quartermaster Officer. He rose through the ranks from Ensign to Colonel in the Imperial retinue, serving in the Quartermasters Unit. In the early 19th century, the Quartermastery Service played a vital role in the military, responsible for troop deployment, movement, personnel records, reconnaissance of enemy forces and terrain, and selection of battlefields. As a quartermaster, Ya.P. Gaverdovskiy led a reconnaissance mission to Bukhara and participated in the Russo-Swedish War of 1808—1809, conducting topographic surveys along the western border of the Russian Empire. His skills were most evident during the Patriotic War of 1812, when he was appointed general quartermaster for the 1st Western Army ahead of the Battle of Borodino.
Keywords: Ya.P. Gaverdovskiy; P.P. Konovnitsyn; quartermaster service; Russo-Swedish War of 1808-1809; Patriotic War of 1812; Battle of Borodino.
ПОЛКОВОДЦЫ И ВОЕНАЧАЛЬНИКИ
НАЗАРЯН Елена Анатольевна — старший научный сотрудник Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ, кандидат исторических наук (Москва. E-mail: sarlen@list.ru).
«ОДИН ИЗ ЛУЧШИХ ОФИЦЕРОВ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА»
Служебная биография полковника Я.П. Гавердовского (1789—1812 гг.)
Среди офицеров квартирмейстерской службы в Российской империи первой четверти XIX века в особом ряду стоит Яков Петрович Гавердовский. Его яркая, наполненная событиями жизнь оборвалась в 1812 году, а имя навечно вписано в пантеон героев Бородинского сражения. Однако нашим современникам он малоизвестен. Сведения о его жизни и службе пришлось по крупицам собирать в фондах архивов и отделов письменных источников, знакомиться с воспоминаниями и письмами современников, анализировать научные труды, в т.ч. те, автором которых был офицер Свиты Е.И.В. Я.П. Гавердовский.
В фондах Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА) удалось выявить два послужных списка Якова Гавердовского1, из которых стало известно, что службу он начал 28 декабря 1789 года в Оренбургском пограничном суде в должности канцеляриста. 30 мая 1793 года перешёл в Оренбургскиий 6-й пехотный батальон подпрапорщиком, по истечении двух месяцев стал сержантом. В ходе переформирования полков в 1799 году Гавердовский перешёл в Рыльский пехотный полк, получив чин сначала портупей-прапорщика, а потом и прапорщика. В феврале 1799 года он был произведён в подпоручики, а в декабре 1800 года уволен от службы в звании поручика2.
Мы затрудняемся сказать, какие были планы на будущее у 30-летнего младшего офицера, но судьба явно предоставила ему шанс. В июле 1801 года в Санкт-Петербурге на должность управляющего Свитой Е.И.В. по квартирмейстерской части был назначен инженер-генерал П.К. Сухтелен, который пригласил на службу в Свиту Е.И.В. по квартирмейстерской части многих грамотных офицеров3. И уже в августе 1801 года Яков Гавердовский был «принят в службу и назначен в Свиту Е.И.В. по квартирмейстерской части»4. В его послужном списке указано, что он «по-российски читать и писать умеет, часть математических наук, фортификации и рисовать знает»5.
Видимо, в тот период Гавердовский женился на Василисе Ивановне Рейхель. В браке у них родились две дочери — Анна и Дарья. Одним из первых заданий для молодого офицера на новом месте службы стало направление с караваном и небольшим военным отрядом в Бухарское ханство. Как указывалось в послужном списке, «1802 г. ноября 26 находился в бухарской комиссии от российской границы на 800 верст»6. Экспедиция получила название «караван Гавердовского», или «посольство Гавердовского». 23 июля 1803 года посольство численностью 50 человек отправилось в путь, полтора месяца продвигалось по западному региону казахской степи, пока на караван не напали казахи шымырского рода из Младшего жуза. В результате ожесточённого боя «посольство Гавердовского» было разграблено, удалось спасти лишь дипломатические документы и часть товаров. 21 сентября 1803 года миссия добралась до Орской крепости. Следует отметить, что история экспедиции достаточно подробно освещена в отечественной и казахской литературе7. Наряду с торговыми и дипломатическими целями подпоручик Я. Гавердовский и сопровождавшие миссию колонновожатые Г. Иванов и И. Богданович должны были исследовать местность с военно-топографической точки зрения (рельеф, состояние фортификационных укреплений Оренбургской линии, наличие водных ресурсов; расстояние между населёнными пунктами, возможные маршруты прохождения войск и проч.) Известно, что перед поездкой Гавердовского консультировали профессора Московского императорского университета. Получил он и инструкцию из Министерства коммерции8. Кроме того, накануне отъезда у него была встреча с инженер-генералом П.К. Сухтеленом, на которой ему были даны указания о проведении военно-топографических исследований9. За время экспедиции был составлен «Журнал, веденный Свиты Его Императорского Величества поручиком Гавердовским и колонновожатыми Ивановым и Богдановичем во время следования их по высочайшему повелению чрез Киргизскую степь в провинцию Бухарию…»10. По возвращении в Санкт-Петербург Яков Петрович написал «Записки» с описанием Киргиз-кайсацкой степи11, подготовил исторический очерк о торговле с Бухарой, составил списки киргиз-кайсацких родов12.
Кроме того, им были составлены «Примечания о рассмотрении Оренбургского края»13, содержащие подробное описание крепостей Оренбургской пограничной укреплённой линии. При этом он сделал неутешительный вывод: «По всему пространству Оренбургской линии, зачиная от самого начала и до Сибирской границы, ни одной нет крепости, которая бы соответствовала наименованию оной». По мнению Я.П. Гавердовского, «таковые крепости не только не в состоянии защищаться от нападения, но даже и самые малые набеги киргисцев могут вредить оным»14. Характерной иллюстрацией этого печального вывода Гавердовского являлась Татищева крепость. Кроме того, в «Примечаниях» содержался проект реформирования Башкиро-мещерякского войска.
Помимо прочего Я.П. Гавердовский занимался военно-аналитической и научной работой. Он составил две аналитические записки, касавшиеся проблем военного дела: «Рассуждения о средствах распространить и привести в совершенство военную науку» и «Предначертание для заведения военного ученого общества»15.
В 1808 году капитан Гавердовский принял участие в Русско-шведской войне. В то время русской армией командовал генерал от инфантерии Ф.Ф. Буксгевден. 20 января 1808 года дежурным генералом к нему был назначен генерал-майор П.П. Коновницын. Вероятно, они обсуждали кадровые вопросы и Буксгевден вспоминал совместную службу с Гавердовском во время объявленной в 1807 году Англо-русской войны. Через несколько дней военному министру А.А. Аракчееву от Буксгевдена поступила просьба (зарегистрирована в журнале от 24 января) следующего содержания: «Квартирмейстерской части капитана Гавердовокого желаю я иметь при себе. По отличной его способности и знаниям он весьма нужен для службы по части мне вверенной. Находясь в Кронштадте в команде моей, я имел много случаев испытать его и узнать как офицера с отличными способностями»16. И уже 1 февраля 1808 года Гавердовский был внесён «в список чинам квартирмейстерской части, командированным в армию генерала от инфантерии Буксгевдена»17.
24-тысячный корпус Ф.Ф. Буксгевдена 9(21) февраля вступил в шведскую Финляндию. Главные силы шведов стояли за р. Форсбю. Под сильным напором русских войск они отступили к Тавастгусу18. В приграничных сражениях 9—12 февраля принимал участие и Яков Гавердовский, который «за выполнение разных поручений награжден орденом Святого Владимира 4-й ст. с бантом»19. Также он «находился в сражениях» за Гельсинфорс, Тавасгуст, Свеаборг. За отличие в сражении между русским и шведским флотами в районе островов Рунсало и Хирвисало был награждён орденом Св. Анны 2-го класса20. Также принимал участие в морском сражении вблизи острова Кимито, за что получил высочайшее благоволение21. В январе 1809 года вернулся в Санкт-Петербург.
Как майор Свиты Е.И.В. по квартирмейстерской части Гавердовский находился при штабе командующего и стал свидетелем конфликта Буксгевдена с недавно поставленным во главе военного министерства А.А. Аракчеевым. В декабре 1808 года генерал был отставлен от должности. А 13 сентября 1809 года Буксгевден написал Аракчееву обличительное письмо, в котором высказал своё несогласие с методами руководства военного министра22. Известно, что на русский язык это послание переводил Яков Гавердовский. Возможно, это послужило поводом его современникам приписывать авторство письма самому Якову Петровичу. Послание разошлось в списках и произвело сильное впечатление той смелостью, с которой в нём была изображена «картина… властоначалия» Аракчеева23.
24 апреля (6 мая) 1809 года начальником 3-й пехотной дивизии был назначен П.П. Коновницын. К нему в качестве дивизионного квартирмейстера получил назначение и Гавердовский. В одном из примечаний к «Дневнику партизанских действии 1812 года» Денис Давыдов писал: «Он (Коновницын. — Прим. авт.) приобрёл отличного руководителя и наставника в квартирмейстерском полковнике Гавердовском, авторе знаменитого письма графа Буксгевдена к графу Аракчееву»24. В связи с участием России в континентальной блокаде Англии и ограничением действий её флота дивизия Коновницына охраняла берега Балтийского моря, она входила в состав 3-го пехотного корпуса (генерал-лейтенант Н.А. Тучков) 1-й Западной армии и располагалась в районе Вильно.
В связи с приближавшейся войной с Наполеоном остро стоял вопрос о топографическом обеспечении войск. Начиная с 1809 года офицеры квартирмейстерской части исследовали местность, дороги в западных губерниях России. А впоследствии на основании этих материалов была составлена военно-дорожная карта под редакцией А.И. Хатова. Соответственно Гавердовский подготовил карту Виленской губернии25. Кроме того, он составил описания дорог и селений по маршрутам: Гатчина — Великие Луки — Орша — Минск; дороги Вильно — Дисно; границы между Россией и герцогством Варшавским, дороги в районе Гродно и др.26 С 1810 года этой работой руководил назначенный на должность управляющего Свитой Е.И.В. по квартирмейстерской части П.М. Волконский. Так, 6 ноября 1811 года Я.П. Гавердовский, описывавший переправы на р. Неман, получил уточняющее указание П.М. Волконского провести военное обозрение дороги от «Вильны к Вилейке», Гавердовскому было сказано: «…чрез мест. Лавришки, Жоздшики, Нароч до Вилейки <….> на обратном вашем пути от Дисны к Вильне можете осмотреть дорогу, идущую от Вилейки на Сморгонь, Соллы, Кену в г. Вильну, стараясь равномерно изыскать могущия быть по сей дороге важныя позиции, которыя снять инструментально»27. Последнее указание было выполнено к 19 ноября28.
Находясь на западной границе империи, квартирмейстеры выполняли самые разнообразные поручения командования. Например, по приказу корпусного командира генерал-лейтенанта Н.А. Тучкова 1-го они выполняли задачу «…в скорейшем времени исправить и сделать удобопроходимыми как для войска, так и обозов, и артиллерии, следующие коммуникационные дороги… занимаемые войсками 3-й пехотной дивизии»: имелись в виду дороги, соединявшие г. Трок с местечками Дауг, Меречь, Ораны, Олита, Олкеники и т.д.29 Кроме того, поручик Свиты Е.И.В. по квартирмейстерской части Григорий Тимофеевич Иванов руководил нижними чинами, изготовлявшими плоты. Сохранились несколько его рапортов за апрель 1812 года, адресованных полковнику Гавердовскому30. Возможно, это был тот же Иванов, который вместе с Гавердовским совершил экспедицию в Бухару в 1803 году, а потом стал восприемником (крестным отцом) его дочери Дарьи. И именно поручик Иванов выяснил, что «в деревне Судовое, находящейся на берегу Немана, открыта через границу переправа шпионов, производимая той деревни жителями»31. Как потом выяснилось, для жителей деревни это был единственный способ заработать.
Также квартирмейстеры собирали информацию о том, что происходило в приграничной территории, а именно в герцогстве Варшавском. Занимался сбором разведданных подпоручик Е.И. Траскин32. Он познакомился с помещиком усадьбы Живульчишки Ридзевским и получил от него информацию о передвижении французских войск, заготовке продовольствия, ремонте дорог. Также договорился с Ридзевским, что тот отправится на противоположный берег р. Неман «под видом собственных дел к помещику Милейки, который имеет сведения о течении дел». В РГВИА сохранились 4 письма Ридзевского с подробной и весьма достоверной информацией о передвижении войск Наполеона в мае 1812 года33. Однако Траскин не ограничился информацией, полученной от литовских панов. На территорию герцогства Варшавского под видом купца был направлен еврей Гирш Гордон, который «при отправлении его за границу получил 4 червонца, а по возвращении из Вильны 5 червонных»34. Причём по возвращении Г. Гордон был доставлен на беседу к Гавердовскому, а затем вторично отправлен в герцогство Варшавское. Ещё один информатор — форстмейстер Гано, служивший прежде во Франции в польских легионах, сообщил, что «генерал Прес-Дерн говорил, что супротив Мереча не будет никакого войск стремления, потому что худая позиция к переправе»35. Все полученные разведданные были переправлены в полевой штаб 1-й Западной армии, а затем и в Санкт-Петербург.
В тот же период Гавердовский представил императору Александру I аналитическую записку — «Рассуждения о началах и последствиях военных действий между Россией и Францией 1812 года»36 — это было последнее сочинение Я.П. Гавердовского.
В 1812 году с началом военных действий Гавердовский переводится обер-квартирмейстером во 2-й кавалерийский корпус генерал-майора Ф.К. Корфа. В письме к жене П.П. Коновницын пишет: «Лавров уже не со штабом, был после него Паулучи, а теперь на его месте Ермолов. Мухин прочь, на его месте Толь, Гавердовский не хотел оставаться у Тучкова, и он теперь в авангарде у Корфа, у меня Иванов»37. Отряд Корфа также прикрывал движение армии к Дриссе. Об этом сохранился, например, рапорт от 11 июля 1812 года полковника Гавердовского генерал-майору барону Корфу о деле при м. Бешенковичи38.
При отходе русской армии проходила ротация арьергардных отрядов, поэтому во время арьергардного боя в Петербургском предместье г. Смоленска Гавердовский вновь был под командою П.П. Коновницына. В рапорте командующему 1-й Западной армией генералу от инфантерии М.Б. Барклаю де Толли генерал-лейтенант П.П. Коновницын докладывал: «Силы неприятеля были смешаны, опрокинуты и обращены в бегство за р. Днепр с большим уроном, а тем самым и фоштадт по-прежнему очищен немедленно. Сколь удачному и скорому отражению неприятеля одолжен я был наиболее квартирмейстерской части полковнику Гавердовскому, адъютанту вашего превосходительства гвардейской артиллерии капитану Сеславину, дивизионному адъютанту моему лейб-гвардии Егерьского полка штабс-капитану Ахшарумову и находящемуся при начальнике главного штаба лейб-гвардии Измайловского полка поручику фон Визину, кои, содействуя мне примерами личного мужества, устремили солдат на неприятеля и были виновниками всему успеху»39.
19 августа русский арьергард под Гжатском выдержал 13-часовой бой с тремя корпусами противника. Редко кого хваливший Н.Н. Муравьёв давал такие оценки: «Брат Александр был командирован к ариергарду, в распоряжение генерала Коновницына, у которого был начальником генерального штаба достойный человек, полковник Гавердовский, храбрый, распорядительный и любимый подчиненными»40. 24 августа арьергард русской армии окончательно отступил под преследованием неприятеля от Колоцкого монастыря на восток к селу Бородино.
Не ранее 24 августа 1812 года Гавердовский был назначен исполняющим должность генерал-квартирмейстера 1-й Западной армии. Во время Бородинского сражения он состоял при генерале от инфантерии Барклае де Толли, около 6 часов утра принял участие в контратаке егерской бригады 24-й пехотной дивизии на противника, захватившего с. Бородино. В этом бою был убит.
Н.Н. Муравьёв с печалью написал: «Под Бородиным убит начальник штаба в ариергарде у Коновницына, квартирмейстерской части полковник Гавердовский, под начальством коего служил несколько времени брат Александр. Гавердовский был человек с достоинствами и один из лучших офицеров генерального штаба как по своему уму, так и по знаниям, опытности и храбрости. Он был уважаем начальниками и любим своими подчиненными»41. П.П. Коновницын сразу после сражения написал своей жене: «Раздели печаль мою о моем добром товарище, о славном офицере, о преданном мне человеке. Сейчас мне приводят лошадь моего доброго Гавердовского, он или убит, или в плену. Чтоб достоверно узнать, постараюсь послать парламентера. Как меня сие крепко огорчило. Как он мне служил в авангарде, и был уже генерал-квартирмейстером армии. Какую он славу себе уже приобрел, и армия его лишилась. Потеря, точно, велика. Как я желаю, чтобы он был жив. Но едва ли он живет. Не оставь его жену и детей»42.
Коновницын приложил много усилий, чтобы найти Я.П. Гавердовского или хотя бы его тело, чтобы отдать последние почести, но безуспешно. В одном из писем жене Коновницын рассказывает: «Гавердовской я послал мужнино жалованье с сыном Гурьева министра, он Семеновской офицер. Кажется, 1500 руб., получила ли о чем уведомь. По всем розыскам тело его не найдено, и в госпиталях французских его не отыскано, хотя они все теперь в руках наших, посему полагать можно, что он точно убит. Жаль мне сего достойного товарища и верного друга, я о нем плачу часто. Не оставь ты жену его, уверь, что я ее слуга и детям, и буду стараться о ее благосостоянии. Пансион полного жалованья Государь уже пожаловал, я к ней о сем писал»43.
Действительно, жена и дочери полковника Гавердовского не были оставлены без внимания. Вдове был пожалован пенсион 2700 руб. в год. Причём 1944 руб. 44 коп. платил Департамент государственного казначейства, а остальные деньги доплачивал «Комитет, высочайше утвержденный в 18 день августа 1814 г.» Когда же в 1831 году Дарья Гавердовская, дочь Я.П. Гавердовского, решила вступить в брак, то согласно законам Российской империи она потеряла право на получение пенсиона. Однако император Николай I назначил ей единовременную выплату в 3000 руб. «на выход в замужество»44.
По завершении Отечественной войны 1812 года и Заграничных походов 1813—1814 гг. П.П. Коновницын поставил в парке своей усадьбы в Кярово памятник в честь Якова Петровича Гавердовского. На изваянии было высечено стихотворение, написанное Коновницыным: «В трудах на пользу посвященных,/ В отважных подвигах военных,/ Свою он Славу находил./ Умом высоким одаренный,/ Усердьем к службе отличенный,/ России верным сыном был./ Пускай сие воспоминанье,/ Детей моих влечет вниманье,/ Как я его достоинства чтил».
Я.П. Гавердовский — это не только образец храбрости и мужества, но и офицер, который благодаря упорству, самодисциплине и самообразованию дослужился до звания полковника, отлично проявил себя в квартирмейстерской службе, приобрёл весомый авторитет и уважение в армии.
Изучая биографии офицеров-квартирмейстеров русской армии, исследуя их деятельность, можем понять, как работала квартирмейстерская служба, оценить её роль и значение как одного из ведущих вспомогательных органов управления войсками.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 395. Оп. 136. Отд. 3. Д. 667; Ф. 38. Оп. 3. Д. 1.
2 Там же. Ф. 395. Оп. 136. Отд. 3. Д. 667. Л. 7, 7 об.
3 Столетие военного министерства. 1802—1902. Главный штаб: исторический очерк возникновения и развития в России генерального штаба до конца царствования императора Александра I включительно. Т. IV. Ч. I. Кн. 2. Отд. 1. СПб.: Типография П.Ф. Пантелеева, 1902. С. 202.
4 РГВИА. Ф. 38. Оп. 3. Д. 1. Л. 3 об.
5 Там же. Л. 4.
6 Там же.
7 Рахимов Р.Н. Проекты реформ Башкиро-мещерякского войска. Первая половина XIX века // Victoria. Gloria. Fama: сборник материалов Международной научной конференции, посвящённой 300-летию Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи. Ч. III. СПб.: ВИМАИВ и ВС, 2003. С. 77—81; Водопьянов В. Неудавшееся посольство в Бухару поручика Гавердовского в 1803 г. // Труды Оренбургской ученой архивной комиссии. Вып. III. Оренбург: Типо-литография Губернского правления, 1897. С. 1—23; Халфин Н.А. Россия и ханства Средней Азии (первая половина XIX в.). М.: Наука, 1974. 406 с.; Стромов П.А. Рукопись Я.П. Гавердовского «Примечания о рассмотрении Оренбургского края» // Вестник Оренбургского государственного педагогического университета. Электронный научный журнал. 2023. № 1(45). С. 184—199; и др.
8 Инструкция отправляющемуся в Бухарию поручику Гавердовскому от министра коммерции // Внешняя политика России XIX и начала XX в. Серия 1. Т. 1. М.: Госполитиздат, 1960. С. 332—337.
9 Журнал, веденный Свиты Его Императорского Величества поручиком Гавердовским и колонновожатыми Ивановым и Богдановичем во время следования их по высочайшему повелению чрез Киргизскую степь в провинцию Бухарию… // История Казахстана в русских источниках. Т. V: Первые историко-этнографические описания казахских земель. Первая половина XIX в. Алматы: Дайк-Пресс, 2007. С. 9.
10 Там же.
11 Общее обозрение местоположения Киргиз-кайсацкой степи (Извлечение из Записок г. Гавердовского) // Сибирский вестник. 1823. Ч. 3. С. 43—60.
12 Отдел письменных источников Государственного исторического музея (ОПИ ГИМ). Ф. 260 (Я.П. Гавердовский). Д. 2, 3.
13 Отдел рукописей. Российская государственная библиотека. Ф. 68. № 226.
14 Там же. Л. 11.
15 ОПИ ГИМ. Ф. 260 (Я.П. Гавердовский). Д. 12.
16 Борисевич А.Т. Заметки по поводу последних исследований о русско-шведской войне 1808—1809 гг. // Военный сборник. 1909. № 8—10. С. 98.
17 Там же. С. 100.
18 Герих П.Х. Завоевание Финляндии: история русско-шведской войны 1808—1809 г. СПб.: Типо-литография С.Н. Цепова, 1904—1905. С. 199.
19 РГВИА. Ф. 38. Оп. 3. Д. 1. Л. 4.
20 Там же.
21 Там же.
22 Чтения в Императорском обществе истории и древностей российских при Московском университете. Январь—март. Кн. 1. М.: Университетская типография, 1858. С. 133—137.
23 Греч Н.И. Записки о моей жизни // URL: http://fershal.narod.ru.
24 Давыдов Д.В. Военные записки. М.: Военное изд-во, 1982. С. 162.
25 РГВИА. Ф. 846. Оп. 16. Д. 3469. Л. 49 об., 50.
26 ОПИ ГИМ. Ф. 260 (Я.П. Гавердовский). Д. 8—11; РГВИА. Ф. 846. Оп. 16. Д. 3520. Л. 52—53; Д. 3505. Л. 27—30; Д. 3496. Л. 76—77.
27 Отечественная война 1812 года: материалы Военно-ученого архива. Т. 6. СПб.: Б.и., 1900. С. 236.
28 Там же. С. 312, 313.
29 Бумаги, относящиеся до Отечественной войны 1812 года, собранные и изданные П.И. Щукиным. Ч. VIII. М.: Товарищество типографии А.И. Мамонтова, 1898. C. 150, 151.
30 Там же. C. 152—154.
31 Там же. C.153.
32 Там же. C. 155.
33 Более подробно о биографии и боевом пути Я.П. Траскина см.: Назарян Е.А. Под сильным огнём расставляли войска в самых выгоднейших местах // Военно-исторический журнал. 2022. № 12. С. 58—65.
34 Бумаги, относящиеся до Отечественной войны 1812 года, собранные и изданные П.И. Щукиным. Ч. VIII. C. 159.
35 Там же. С. 160; Кто такой генерал Прес-Дерн, не установлено, возможно, речь идёт о генерале Пьер Дери.
36 РГВИА. Ф. 846. Оп. 16. Д. 3483. Л. 5—12.
37 Бумаги, относящиеся до Отечественной войны 1812 года, собранные и изданные П.И. Щукиным. Ч. VIII. C. 100.
38 Поликарпов Н.П. Боевой календарь-ежедневник. Ч. 1 // Труды Московского отдела императорского Русского военно-исторического общества Т. IV. Материалы по Отечественной войне. М.: Печать А.И. Снегиревой, 1913. С. 137.
39 Поликарпов Н.П. Указ. соч. С. 343.
40 Муравьёв-Карсский Н.Н. Собственные записки. 1811—1816. М.: Кучково поле, 2015. С. 146.
41 Муравьёв-Карсский Н.Н. Указ. соч. С. 170.
42 Бумаги, относящиеся до Отечественной войны 1812 года, собранные и изданные П.И. Щукиным. Ч. VIII. C. 110.
43 Там же. C.114.
44 РГВИА. Ф. 395. Оп. 136. Отд. 3. Д. 667. Л. 7—12 об.