Аннотация. В статье раскрывается деятельность российской эскадры в Средиземном море в 1893—1894 гг. Показаны встречи начальника эскадры Ф.К. Авелана с главами государств региона, заинтересованность зарубежных стран в сотрудничестве с Россией. В январе 1894 года было окончательно завершено оформление русско-французского союза. «Франко-русская дружба, — отмечал в 1895 году “Вестник Европы”, — сделалась залогом мира, а не орудием вражды». Укрепление сотрудничества с Францией, лавирование между Грецией и Турцией с целью предотвращения конфликта в Восточном Средиземноморье требовали совместных усилий дипломатов и военных моряков.
Ключевые слова: международные отношения; военно-морское присутствие; Средиземное море; дипломатия и дальнее плавание; франко-российское сотрудничество; С. Карно; А.И. Нелидов; Ф.К. Авелан; Георг I; Аббас II; Абдул-Хамид II; землетрясение на о. Эвбея; режим плавания в Черноморских проливах; броненосец «Император Николай I»; крейсер «Память Азова».
Summary. This paper explores the activities of the Russian squadron in the Mediterranean Sea in 1893-1894. It describes meetings between squadron commander Fyodor K. Avelan and regional leaders and the interest of foreign countries in cooperation with Russia. In January 1894, the Russo-French alliance was formalized. «Franco-Russian friendship” was noted by the Vestnik Yevropy (Bulletin of Europe) in 1995 as a “guarantee of peace, not an instrument of hostility». Strengthening cooperation with France and avoiding conflict in the Eastern Mediterranean through diplomatic and naval efforts required the joint actions of diplomats and officers.
Keywords: international relations; Naval presence; Mediterranean Sea; diplomacy and long-distance navigation; Franco-Russian cooperation; S. Carnot; A.I. Nelidov; F.K. Avelan; George I; Abbas II; Abdul Hamid II; Euboea earthquake; navigation regime in the Black Sea straits; battleship Emperor Nicholas I; cruiser Pamyat Azova.
РУКАВИШНИКОВ Евгений Николаевич — профессор кафедры военно-политической работы в войсках (силах) Балтийского высшего военно-морского училища имени адмирала Ф.Ф. Ушакова, капитан 1 ранга в отставке, доктор военных наук, профессор (г. Калининград. Е-mail: ren1956.39@mail.ru).
«ФРАНКО-РУССКАЯ ДРУЖБА СДЕЛАЛАСЬ ЗАЛОГОМ МИРА, А НЕ ОРУДИЕМ ВРАЖДЫ»
Представительская миссия российской эскадры под командованием контр-адмирала Ф.К. Авелана (1893—1894 гг.)
После завершения Крымской войны 1853—1856 гг. Российский императорский флот стремился обеспечить постоянное военно-морское присутствие в Средиземном море. Эскадры и отдельные корабли, сменяя друг друга, выполняли задачи в длительных заграничных походах. В конце ХIХ века отечественный флот по общему водоизмещению боевых кораблей вышел на третье место в мире, уступая пальму первенства военно-морским силам Великобритании и Франции1. Российские моряки получили возможность более активно защищать интересы своей страны в стратегически важных регионах мира.
20 июня 1893 года генерал-адмирал великий князь Алексей Александрович назначил контр-адмирала Ф.К. Авелана командующим очередной Средиземноморской эскадрой. Её планировали сформировать к 10 августа в испанском порту Кадис. В состав эскадры назначались вышедшие из Нью-Йорка эскадренный броненосец «Император Николай I», крейсера «Адмирал Нахимов» и «Рында», а также стоявшая в Пирее канонерская лодка «Терец». Авелан на крейсере «Память Азова» должен был прибыть в Кадис из Кронштадта2.
Корабли европейских государств активно посещали порты Средиземного моря. Планировались встречи Ф.К. Авелана с лидерами стран различной политической системы — от республики до абсолютной монархии. Моряки готовились представлять Россию в приморских городах с жителями различных национальностей и религий.
Эскадре предстояло зайти с визитом в Тулон, что являлось ответом на посещение Кронштадта французской эскадрой в 1891 году. 25 июля в главную военно-морскую базу Балтийского флота России прибыли четыре броненосца, минный крейсер, канонерская лодка и два миноносца3. Визит эскадры контр-адмирала А.А. Жерве открыто продемонстрировал укрепление франко-российского сотрудничества. Пресса оценивала это событие как нечто большее, чем акт вежливости4. Морское министерство России тщательно готовилось к предстоявшему мероприятию, имевшему важное значение для формирования франко-российского союза. Командование флота рекомендовало командующему и офицерам эскадры соблюдать осторожность и сдержанность в разговорах с иностранцами на политические темы. 18 августа глава морского ведомства адмирал Н.М. Чихачёв обратился к министру иностранных дел Н.К. Гирсу с просьбой об уточнении инструкции Авелану по общению с членами французского правительства и президентом республики. Российский МИД одобрил представленный проект инструкции, отметив необходимость согласования организационных вопросов между контр-адмиралом Ф.К. Авеланом и послом России в Париже бароном А.П. Моренгеймом.
21 августа 1893 года Главный морской штаб направил командующему эскадрой утверждённый текст инструкции. В ней, между прочим, отмечалось, что назначение эскадры заключается главным образом в поддержании политического влияния России в странах Средиземноморского региона.
16 сентября 1893 года Ф.К. Авелан на крейсере «Память Азова» прибыл в Кадис, а 1 октября в соответствии с программой визита российская эскадра в полном составе вошла в порт Тулона. Многочисленные толпы французов восторженно встречали российских моряков. Последовал обмен протокольными визитами Авелана и представителей местной военной и гражданской администрации. В первый же день визита президент Французской Республики С. Карно и российский император Александр III обменялись телеграммами, в которых визит нашей эскадры оценивался как подтверждение союза двух держав5.
В последующие дни в Тулон прибывали пароходы из Марселя, поезда из городов Юга Франции с делегациями муниципалитетов, общественных организаций и частными лицами, желавшими встретиться с русскими моряками6. Российское посольство в Париже получало множество телеграмм от французов, которые выражали свои симпатии к сближению Франции с Россией, имевшего историческое значение7. В телеграммах писали о появлении надежды на устранение военной угрозы в Европе благодаря усилиям двух держав8.
Вечером 3 октября Ф.К. Авелан и 52 офицера с кораблей эскадры согласно программе визита на двух курьерских поездах отправились в Париж9. В день прибытия моряки были представлены президенту Французской Республики, который приветствовал россиян, отметив единство двух государств как гарантию мира. Церемония проходила в Золотом зале Елисейского дворца. В последующие дни моряков принимали законодатели Сената и палаты депутатов, руководство военного, морского и других министерств, мэрии Парижа и другие официальные лица. Президент Франции неоднократно присутствовал на торжественных мероприятиях, встречаясь с Авеланом.
12 октября С. Карно пригласил моряков в Елисейский дворец на торжественный завтрак по случаю отъезда гостей из столицы. Президент и его супруга тепло распрощались с Авеланом. На следующий день российских моряков приветствовали в Лионе, где они остановились по пути в Тулон.
15 октября Ф.К. Авелан принимал президента Франции, главу правительства, морского министра и главу МИД Франции на борту эскадренного броненосца «Император Николай I». Затем президент и его свита посетили крейсер «Адмирал Нахимов»10. Мероприятия с участием С. Карно и Ф.К. Авелана продолжались в Тулоне до позднего вечера. 16 октября 1893 года президент Французской Республики убыл в Париж, а на следующий день российская эскадра покинула Тулон.
Визит эскадры Ф.К. Авелана во Францию имел большой политический резонанс. Сближение Франции и России создавало мощный военно-политический блок, способный противостоять в Европе Тройственному союзу, состоявшему из Германской, Австро-Венгерской империй и Королевства Италия. Английское адмиралтейство расценило это событие как резкое изменение соотношения сил в Средиземноморском регионе. Последовали обсуждение и острые дискуссии по поиску путей восстановления господства английского флота в Средиземном море. В решении проблемы участвовали лорд Т. Брассей, известный морской теоретик Ф. Коломб, адмиралы Д. Хорнби, Э. Сеймур, Д. Фишер и другие.
После непродолжительной стоянки на Корсике эскадра Ф.К. Авелана утром 27 октября подошла к порту Пирей. Греческие власти отменили карантин для российских моряков и выделили места для безопасной стоянки кораблей в гавани11. 29 октября командующий эскадрой и командиры кораблей были представлены в афинском дворце греческому королю и принцу Георгу. Монарх был одет в форму Российского императорского флота.
3 ноября Авелан и 30 офицеров эскадры были приглашены во дворец на торжественный обед. После его завершения король Георг I беседовал с российскими моряками в неофициальной обстановке. Спустя два дня монарх с супругой, наследным принцем и принцессой посетили флагманский корабль Ф.К. Авелана. Король, в российской военной форме, осмотрел внутренние помещения эскадренного броненосца, а затем побывал на остальных кораблях эскадры. 7 ноября греческая королева Ольга Константиновна, дочь генерал-адмирала Российского императорского флота великого князя Константина Николаевича, с принцами и принцессами присутствовала на богослужении, а затем на завтраке в кают-компании крейсера «Память Азова»12. До конца ноября обмен визитами неоднократно повторялся на официальных приёмах, богослужениях и балах в королевском дворце, здании российской дипломатической миссии в Афинах и на кораблях эскадры в Пирее.
Россия, как и другие великие державы, была заинтересована в развитии отношений с Грецией в целях сохранения политической стабильности на Балканах и предотвращения международных конфликтов13. Российские моряки, находясь у берегов Греции, продолжали боевую подготовку, включая учебные артиллерийские стрельбы, совершенствовали профессиональные навыки на выходах в море. 16 января 1894 года согласно директиве Морского министерства крейсеры «Адмирал Нахимов» и «Рында» убыли на Тихий океан. С 3 марта по 10 апреля эскадренный броненосец «Император Николай I», крейсер «Память Азова» и канонерская лодка «Терец» для демонстрации военно-морского присутствия России посетили греческие и турецкие порты на берегах Малой Азии и Ближнего Востока14.
20 марта 1894 года русские корабли прибыли в Александрию. Из российской дипломатической миссии в Каире пришла телеграмма о запланированной встрече правителя Египта хедива Аббаса II c командованием российской эскадры. Ф.К. Авелан и командиры кораблей на поезде прибыли из Александрии в Каир, где 23 марта были приняты хедивом15. Правитель Египта любезно беседовал с моряками и выражал свои симпатии к России. На следующий день начальник эскадры посетил премьер-министра Риаза-пашу и министра иностранных дел Египта. Пребывание Авелана в Каире продолжалось по настойчивой просьбе российского генерального консула А.И. Кояндера. Утром 26 марта иностранные дипломаты, аккредитованные в Каире, поздравили хедива с праздником Ураза-байрам. После официальной церемонии Ф.К. Авелан был удостоен конфиденциальной беседы. Правитель Египта вновь проявил крайнюю любезность при общении с российским контр-адмиралом. На следующий день Авелан убыл на поезде в Александрию. На каирском вокзале его провожал придворный церемониймейстер хедива Аббаса II. К 10 апреля российские корабли вернулись в Пирей. Во время плавания эскадра неоднократно наблюдала английские и французские отряды кораблей, демонстрировавшие своё присутствие в портах Восточного Средиземноморья.
8 апреля 1894 года в Греции произошло землетрясение, которое повторилось спустя неделю. Наибольшие разрушения с человеческими жертвами отмечались на острове Эвбея. Греческое правительство выделило средства для помощи пострадавшим. Россия через свою дипломатическую миссию в Афинах передала грекам 6000 франков, а офицеры российской эскадры внесли дополнительно 500 франков из своих личных сбережений. Греческая королева пожелала, чтобы российские корабли первыми пришли на помощь греческому населению. В полдень 22 апреля крейсер «Память Азова» под флагом контр-адмирала Ф.К. Авелана был уже у острова Эвбея, куда вскоре подошла канонерская лодка «Терец». По просьбе руководства российской дипломатической миссии в Афинах «Терец» 21 апреля срочным порядком принял на борт в Пирее 950 пудов муки и мяса, около 3000 штук лесоматериалов для пострадавших от землетрясения.
Стихия разрушила около 1100 домов в семи населённых пунктах, при этом погибли 215 человек. Греческие король и королева прибыли в район бедствия на мореходной яхте, которую сопровождал крейсер «Память Азова». Монархи посещали разрушенные деревни, общались с местными жителями и оценивали степень ущерба. При этом подземные толчки продолжались и слышался гул. Трещины в земле достигали глубины пять метров. Часть побережья погрузилась в море. Безопасность греческих монархов в период их пребывания на острове обеспечивали сопровождавшие их офицеры крейсера «Память Азова».
С 24 по 28 апреля моряки канонерской лодки «Терец» под руководством старшего офицера корабля капитана 2 ранга М.Г. Афанасьева доставляли местным жителям продовольствие, восстанавливали дома, строили временные бараки для размещения тех, кто лишился своего жилища. Завершив гуманитарную миссию, русские моряки вернулись в Пирей и продолжили плановую деятельность.
Ранее, 17 марта начальник Главного морского штаба вице-адмирал О.К. Кремер направил Ф.К. Авелану секретную телеграмму с информацией о планировавшемся на начало мая визите начальника российской эскадры в Константинополь для встречи с султаном Османской империи. 3 мая российский посол А.И. Нелидов секретным письмом сообщил Ф.К. Авелану о переносе визита на конец мая, т.к. ситуация в турецкой столице изменилась16. В дальнейшем сроки прибытия российских моряков в Константинополь неоднократно уточнялись.
Министерству иностранных дел и Морскому министерству России приходилось учитывать множество возникавших нюансов. В российско-турецких отношениях главной проблемой по-прежнему оставался вопрос о режиме плавания в Черноморских проливах. Россия старалась восстановить доверие султана и не допустить эскалации кризиса, охватившего Османскую империю. Принимались меры для нейтрализации угрозы появления английской эскадры в Дарданеллах17.
12 сентября 1894 года российские дипломаты в Афинах сообщили Авелану о просьбе Нелидова подготовиться к переходу эскадры из Пирея к проливу Дарданеллы. Утром 19 сентября контр-адмирал должен был прибыть в пролив Босфор на канонерской лодке «Кубанец», входившей в состав эскадры. 15 сентября была окончательно согласована программа визита с перечнем мероприятий, расписанных на четыре дня.
Утром 18 сентября 1894 года эскадренный броненосец «Император Николай I» и крейсер «Память Азова» прибыли в Безикскую бухту, где к ним присоединилась канонерская лодка. Туда же пришёл из Константинополя российский военный пароход «Колхида» с военным и морским агентами (атташе), а также переводчиком из посольства, присланными А.И. Нелидовым. В 14 часов «Кубанец» с Ф.К. Авеланом на борту в сопровождении «Колхиды» подошёл к Дарданеллам, где нашим кораблям салютовали орудия крепости Чанак-кале. Там же российских моряков встретил Ахмет Али-паша, генерал-адъютант султана. Утром 19 сентября корабли прибыли в Буюкдере на Босфоре и заняли место недалеко от российского посольства18. После полудня для Авелана и сопровождавших его офицеров была организована прогулка по городу, а затем состоялся приём моряков в российском посольстве.
Утром 20 сентября контр-адмирал Ф.К. Авелан и офицеры в сопровождении генерал-адъютанта Ахмет Али-паши продолжили знакомство с турецкой столицей, осмотрели Святую Софию и другие достопримечательности, на пароходе «Колхида» были доставлены на Принцевы острова, где совершили прогулку. Вечером в резиденции султана состоялся торжественный обед для контр-адмирала Ф.К. Авелана и 15 офицеров его эскадры, включая командиров «Колхиды» и «Кубанца». На мероприятии присутствовали российский посол А.И. Нелидов с супругой, великий визирь, министр иностранных дел, командование армии и флота Османской империи. Всем российским морякам, присутствовавшим на приёме, вручили турецкие ордена. Ф.К. Авелан был награждён орденом Меджидие 1-й степени. За обеденным столом султан беседовал с Нелидовым и Авеланом. После обеда Абдул-Хамид II продолжил общение с российскими дипломатом и адмиралом в присутствии великого визиря в отдельной комнате, где гостям предложили кофе. По окончании беседы султан вышел в зал, где находились российские офицеры, чтобы попрощаться с ними.
21 сентября для российских моряков была организована поездка в район Сан-Стефано для торжественного молебна в часовне, посвящённой российским воинам, павшим во время Русско-турецкой войны 1877—1878 гг. Затем последовали морская прогулка по бухте Золотой Рог, осмотр главной мечети турецкой столицы и приём у великого визиря.
На следующий день российские моряки побывали в сокровищнице и музее Старого Сераля, посетили резиденцию морского министра Османской империи, куда были приглашены на торжественный завтрак. Вечером был организован приём в российском посольстве, где турецкую сторону представлял министр иностранных дел.
Утром 23 сентября Ф.К. Авелан и группа офицеров были приглашены в один из дворцов столицы, чтобы присутствовать при выезде султана и его свиты в ближайшую мечеть. Выезд султана сопровождался построением 6000 военнослужащих различных родов войск. Российские моряки наблюдали за церемонией из окон дворца, в котором в отдельной комнате был накрыт стол для гостей. После выхода Абдул-Хамида II из мечети войска прошли торжественным маршем мимо окон дворца, у которых стояли контр-адмирал Ф.К. Авелан и султан. Парадная колонна последовательно отдавала воинское приветствие своему монарху и российскому моряку. Такой чести не удостоился командующий английской эскадрой контр-адмирал Э.Х. Сеймур, который ранее также побывал в Константинополе19. По завершении парада султан более получаса беседовал с Ф.К. Авеланом и А.И. Нелидовым в отдельной комнате, после чего лично вручил контр-адмиралу золотой портсигар, украшенный бриллиантами. Затем Абдул-Хамид II перешёл в комнату, в которой находились российские офицеры, чтобы попрощаться с ними и пожелать счастливого пути. В тот же день канонерская лодка «Кубанец» покинула Константинополь. 24 сентября Ф.К. Авелан перенёс свой флаг на эскадренный броненосец «Император Николай I», и вся эскадра направилась в Пирей.
Моряки продолжили свою службу у берегов Греции, занимаясь боевой подготовкой и ремонтом кораблей. Периодически в состав эскадры прибывали корабли Балтийского флота, которые вскоре продолжали свой путь в воды Тихого океана. 2 декабря 1894 года Ф.К. Авелан передал эскадру контр-адмиралу С.О. Макарову20. Это была плановая смена командования перед тем как эскадренный броненосец и крейсер убыли к берегам Дальнего Востока, где разгорелся военный конфликт между Японией и Китаем21.
Непродолжительное пребывание эскадры контр-адмирала Ф.К. Авелана в Средиземном море соответствовало основным направлениям внешней политики Российской империи конца ХIХ века. Укрепление сотрудничества с Францией, лавирование между Грецией и Турцией с целью предотвращения конфликта в Восточном Средиземноморье требовали совместных усилий дипломатов и военных моряков. В сотрудничестве с Россией, являвшейся активным участником европейской политики, были заинтересованы многие страны. Это наглядно подтвердили встречи контр-адмирала Ф.К. Авелана с президентом Французской Республики, с монархами Королевства Греция и султаном Османской империи.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 Бескровный Л.Г. Русская армия и флот в ХХ веке. М.: Наука, 1973. С. 511, 520.
2 Российский Государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Ф. 417. Оп. 1. Д. 1097. Л. 1.
3 Там же. Д. 719. Л. 9—10.
4 Манфред А.З. Образование русско-французского союза. М.: Наука, 1975. С. 322.
5 Богданович Е.В. Кронштадт — Тулон. Русские моряки во Франции. Октябрь 1893 года. СПб.: Типография Голике, 1894. С. 12.
6 Лапицкий Н.Г. Русская эскадра во Франции. СПб.: Чтение для солдат, 1894. С. 29.
7 Архив внешней политики Российской империи. Ф. 187. Оп. 524. Д. 2047. Л. 70.
8 Там же. Д. 1959. Л. 125.
9 Елец Ю. Русская эскадра во Франции в октябре 1893 года. Варшава: Типография Варшавского учебного округа, 1893. С. 30.
10 РГА ВМФ. Ф. 417. Оп. 1. Д. 1097. Л. 182 об.
11 Там же. Ф. 544. Оп. 1. Д. 4. Л. 22 об.
12 Там же. Л. 28.
13 Соколовская О.В. Основные проблемы внешней политики Греции в конце XIX века // В «пороховом погребе Европы». 1878—1914. М.: Индрик, 2003. С. 234.
14 РГА ВМФ. Ф. 544. Оп. 1. Д. 22. Л. 117.
15 Там же. Ф. 417. Оп. 1. Д. 1097. Л. 431.
16 Там же. Ф. 544. Оп. 1. Д. 25. Л. 4.
17 Россия и Черноморские проливы (XVIII — XX столетия). М.: Международные отношения, 1999. С. 238.
18 РГА ВМФ. Ф. 417. Оп. 1. Д. 1097. Л. 547.
19 Там же. Л. 552 об.
20 Там же. Ф. 544. Оп. 1. Д. 2. Л. 55.
21 Русские флотоводцы. С.О. Макаров. Документы в 2 т. Т. 2. М.: Воениздат, 1960. С. 161.