Становление производства ракет семейства Р-11 в г. Златоусте Челябинской области в 1955—1960 гг. 

Аннотация. В статье анализируется процесс организации производства баллистических ракет типа Р-11 на Южном Урале во второй половине 1950-х годов. Публикация основывается на рассекреченных архивных документах. Целью статьи является изучение опыта освоения нового сложного производства на резервных промышленных мощностях. Выявлено, что ускоренная мобилизация производства на выпуск ракетной техники в условиях незавершённости процесса конструирования может привести к временному снижению качества изделий, нарушениям техники безопасности и режима секретности. Сделан вывод, что сохранение финансирования, усиление кадрового потенциала с привлечением квалифицированных инженеров и конструкторов, исправление конструктивных дефектов позволили в течение двух—трёх лет организовать стабильный серийный выпуск новой ракетной техники. При этом объёмы выпуска изделий на ранее неиспользованных мощностях могли быть от двух до пяти раз меньше, чем рассчитывалось в перспективных планах.

Ключевые слова: оборонная промышленность; ракетостроение; баллистические ракеты; конструкторские разработки; Р-11; атомный боеприпас; запуск ракет с подводной лодки; Опытный завод в Златоусте; морские ракеты Р-11ФМ; серийное прозводство вооружения; макеевская школа ракетостроения; С.П. Королёв; Н.А. Пилюгин; М.В. Хруничев; Д.Ф. Устинов; А.М. Исаев; В.П. Макеев; Е.М. Ушаков.

Summary. This paper analyzes the organization of R-11 ballistic missile production in the Southern Urals during the second half of the 1950s, based on declassified archival documents. The goal of the study is to examine the experience of establishing a new production facility using existing industrial capacities. It was found that accelerating the mobilization of resources for missile production, while the design process was incomplete, could lead to a temporary decrease in product quality and safety issues, as well as potential security breaches. However, by maintaining funding, recruiting qualified engineers and designers, and addressing design flaws, it was possible to establish stable production of new missiles within two to three years. At the same time, production volumes from previously unused capacities may be two to five times lower than estimated in long-term plans.

Keywords: Keywords: defense industry; rocket production; ballistic missiles; design developments; R-11; nuclear munition; submarine-launched missile; Zlatoust Experimental Plant; R-11FM naval missiles; serial production of weapons; Makeyev School of Rocketry; Sergey P. Korolyov; Nikolay A. Pilyugin; Mikhail V. Khrunichev; Dmitriy F. Ustinov; Alexey M. Isayev; Viktor P. Makeyev; Yevgeniy M. Ushakov.

ИЗ ИСТОРИИ ВООРУЖЕНИЯ И ТЕХНИКИ

БУДАНОВ Андрей Вячеславович — независимый исследователь, кандидат исторических наук (г. Челябинск. E-mail: andreybudanov@yandex.ru).

«ВСЕ КОНСТРУКТИВНЫЕ И ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ УЛУЧШЕНИЯ ПО ИЗДЕЛИЮ Р-11 БУДУТ ВНЕДРЕНЫ И НА ИЗДЕЛИЯХ Р-11ФМ, ИЗГОТАВЛИВАЕМЫХ ЗАВОДОМ № 385»

Становление производства ракет семейства Р-11 в городе Златоуст Челябинской области в 1955—1960 гг.

В середине XX века в СССР началась военно-техническая революция, превратившая страну в мощную ракетно-ядерную державу. Значимым техническим достижением тех лет стало конструирование оперативно-тактических ракет семейства Р-11. Первый, но аварийный пуск Р-11 состоялся 18 апреля 1953 года, а уже к концу мая ракеты стали попадать в заданный район. Всего в ходе экспериментальных пусков, доводочных и пристрелочных стартов, а затем при зачётных испытаниях отстреляли 35 этих изделий1. В итоге 13 июля 1955 года постановлением Совета министров СССР № 1313-747 ракета Р-11 была принята на вооружение Советской армии. Новое оружие обладало меньшими габаритами, чем первые советские баллистические ракеты Р-1 и  Р-2, основанные на немецких технологиях, и заправлялось более стабильными и пригодными для длительного хранения топливными компонентами: керосином и азотной кислотой. По сравнению с Р-1 новая ракета стала более компактной: длина сократилась с 14,27 до 10,49 м, диаметр — с 1,65 м до 88 см, вес в незаправленном состоянии — с 4,03 до 1,66 т, не менее важным было уменьшение стоимости с 632 (Р-1) до 400 тыс. руб. (Р-11)2.

Эти характеристики позволяли реализовать новаторскую идею о вооружении баллистическими ракетами подводных лодок. С.П. Королёв с энтузиазмом возглавил конструкторские работы над приспособлением Р-11 для морских запусков. Таким образом, ракеты этого вида стали базой для развития двух направлений в ракетостроении: оперативно-тактических жидкостных баллистических ракет на долгохранимых компонентах топлива для Сухопутных войск и морских баллистических ракет для вооружения подводных лодок. В историографии обычно описывается либо сухопутная3, либо морская модификация ракет этого семейства4. При этом авторы сосредоточивают внимание на тактико-технических характеристиках, но тоже далеко не исчерпывающе, например, нет сведений о скорости подлёта ракеты к цели5, что важно для оценки её боевых качеств. Процесс организации промышленного производства этих ракет почти не описан даже в ведомственных изданиях6. Всё же опыт ускоренной мобилизации промышленности на выпуск необходимой для обороны ракетной техники должен быть подробно изучен, особенно в условиях нестабильной военно-политической ситуации XXI века.

Всего существовали четыре версии ракеты Р-11, если не учитывать «академическое» использование изделий, когда вместо боевого заряда в ракету помещали приборы для исследований атмосферы и космических явлений (модификация Р-11А)7. Базовая ракета Р-11 с обычным взрывчатым веществом имела индекс Главного артиллерийского управления (ГАУ) «8А61». Затем изделие доработали и приспособили под установку ядерного боезаряда, этот вариант стали называть Р-11М, где «М» означала модернизированная (индекс ГАУ 8К11). Эта модификация конструировалась на основе совершенно секретного Постановления ЦК КПСС и Совета министров СССР № 1048-607 «О ходе работ по использованию ракеты Р-11 для транспортировки атомного заряда (ракета Р-11М)», изданного 26 мая 1955 года. Первый запуск изделия 8К11 в ходе лётно-конструкторских испытаний состоялся 30 декабря 1955 года и закончился аварией. После сделанных доработок следующий старт ракеты Р-11М 9 января 1956 года прошёл почти идеально. В итоге 1 апреля 1958 года Постановлением Совета министров СССР № 380-182 ракета Р-11М была принята на вооружение Советской армии. Однако установка дополнительного оборудования и доработка конструкции повысили стоимость ракеты до 545 тыс. руб.

Следующим логическим шагом стала разработка универсальной ракеты Р-11МУ, способной нести как атомный боеприпас, так и обычное взрывчатое вещество. Эту модификацию начали конструировать в 1957 году уже на новой площадке в Специальном конструкторском бюро № 385 (СКБ-385), на тот момент находившемся в г. Златоусте Челябинской области. В июне 1957 года после одобрения проекта Советом министров СССР главный конструктор организации В.П. Макеев поручил эту тему группе конструкторов во главе с Ю.А. Бобрышевым. В результате получилась новая, более совершенная ракета Р-17 для Сухопутных войск. 1 апреля 1958 года советское правительство постановлением № 378-181 одобрило конструирование новой ракеты Р-17 вместо Р-11МУ, что привело к созданию эффективного и востребованного в войсках оперативно-тактического ракетного комплекса «Эльбрус»8.

Особую роль в истории отечественного ракетостроения сыграла морская модификация ракеты Р-11 с атомной боеголовкой. Она разрабатывалась на основе Постановления Совета министров СССР от 26 января 1954 года «О проведении проектно-экспериментальных работ по вооружению подводных лодок баллистическими ракетами дальнего действия и разработке на базе этих работ технического проекта большой подводной лодки с ракетным вооружением». Морская версия ракеты именовалась  Р-11ФМ, где «Ф» означало флотская. Однако установка ядерного боеприпаса усложняла конструкцию ракеты и увеличивала вес, что привело к снижению дальности полёта Р-11М и Р-11ФМ до 150 км по сравнению с базовой версией 8А61. При этом модель Р-11ФМ стартовала только в надводном положении, что было серьёзной проблемой, понижавшей потенциальную живучесть подлодок9. Другим недостатком стало повышение цены изделия до 650 тыс. руб. из-за установки дополнительного оборудования, но к 1960 году удалось снизить себестоимость до 470 тыс. руб. Первые, ещё «сухопутные», запуски Р-11ФМ на полигоне Капустин Яр начались в апреле 1955 года. Первоначально три ракеты запустили с макета рубки подводной лодки, установив в нём разработанное заместителем С.П. Королёва А.П. Абрамовым подъёмное оборудование, прозванное моряками и ракетчиками «рогами и копытами». Затем из морского Центрального конструкторского бюро № 34 (ЦКБ-34) главного конструктора Е.Г. Рудяка на полигон доставили качающийся стенд для имитации морских условий и произвели еще 11 пусков. Осенью 1955 года было решено проводить запуски уже с подлодки, для чего заводом № 88 были изготовлены 7 ракет. В итоге все завершилось первым запуском ракеты с подводной лодки Северного флота проекта В-611 под номером Б-67, которой командовал капитан 2 ранга Ф.И. Козлов. Пуск был произведён 16 сентября 1955 года в 17 ч 32 мин. в акватории Белого моря на морском ракетном полигоне «ноль-девятка» (в/ч № 09703) под руководством С.П. Королёва и конструктора подлодок Н.Н. Исанина10. Окончательно после всех доработок длину ракеты сократили до 10,3 м, а вес забрасываемой атомной боеголовки увеличился до 975 кг, платой за это стала меньшая дальность — в 150 км. В итоге ракета Р-11ФМ была принята на вооружение 20 февраля 1959 года в составе комплекса Д-1 и использовалась на боевых дизель-электрических подлодках проектов 611АВ и 629 до 1967 года.

На ракетах типа Р-11 отрабатывались различные технические инновации. Определялись предельные возможности различных технологий, например, вытеснительной системы подачи топлива и окислителя в двигатель, которая имела заметные ограничения по сравнению с турбонасосным агрегатом. При конструировании морской модификации ракеты было найдено много новых и полезных технических решений в рамках реализации межотраслевой исследовательской темы «Волна». Двигатели для ракет Р-11 конструировал талантливый конструктор А.М. Исаев. При создании «морского» двигателя для Р-11ФМ модели С2.253А он нашёл решение проблемы опасных высокочастотных колебаний в камере сгорания за счёт приваривания к форсуночному основанию крест-накрест перегородки высотой около 10 см11. В итоге его ОКБ-2 стало основным разработчиком двигателей для морских ракет дальнего действия. Автономную систему управления для изделия Р-11ФМ (радиоуправление рядом с территорией вероятного противника было недопустимо) разрабатывал В.П. Финогеев — заместитель знаменитого Н.А. Пилюгина. Другой ученик Пилюгина — Н.А. Семихатов был направлен в Свердловск в качестве главного конструктора Специального конструкторского бюро № 626 (СКБ-629), переименованного в декабре 1958 года в НИИ-592, где он руководил разработкой радиоэлектроники и систем управления для морских ракет различных поколений12.

Первоначально ракеты Р-11 всех типов собирались на опытном заводе № 88 при Научно-исследовательском институте № 88 у подмосковной станции Подлипки (ныне г. Королёв). Здесь же отрабатывалась технология организации производства модернизированных версий ракет. Свободных мощностей для реализации всех ракетных проектов не хватало, и сроки выпуска опытных изделий постоянно срывались. В этих условиях министр оборонной промышленности СССР Д.Ф. Устинов решил передать серийное производство ракет на Южный Урал, где имелись резервные конструкторские и производственные ресурсы. К тому же опытный завод № 385 уже поставлял отдельные комплектующие для Р-11. Однако быстро наладить производство этих изделий на новой площадке не получилось. За 1955 год завод № 385 в г. Златоусте изготовил лишь 9 ракет Р-11, и то из узлов, переданных от организации № 8813.

Ситуация осложнялась тем, что С.П. Королёв вынужден был отказаться от морской тематики, т.к. это отнимало много времени и ресурсов, необходимых для конструирования межконтинентальных и космических ракет. Неслучайно подчинённые С.П. Королёва шутили, что «маленькая Р-11 подняла такую высокую “волну”, что может смыть большую Р-7»14. Сергей Павлович начал поиск достойной кандидатуры для продолжения работ, советовался со своим другом Н.А. Пилюгиным. В итоге выбор остановился на молодом талантливом конструкторе В.П. Макееве. Королёв предложил ему возглавить это направление и уехать из Москвы в город Златоуст в Челябинской области, где на базе Специального конструкторского бюро № 385 (СКБ-385) и его опытного завода было решено начать серийную сборку ракет семейства Р-11. В итоге 3 июня 1955 года Макеев приступил к своим конструкторским обязанностям на новом месте, став впоследствии основным разработчиком советских баллистических ракет для вооружения подводных лодок15. За молодость и амбициозность более опытные конструкторы, многим из которых тогда было около 50 лет, прозвали его «пионером».

Всё же руководство оборонно-промышленного комплекса недооценило сложность организации серийного выпуска новой ракетной техники. В докладной записке М.В. Хруничева в Президиум ЦК КПСС от 2 октября 1954 года предполагалось, что к январю 1958 года на Урале удастся создать производственные мощности по выпуску 2000 ракет Р-11 в год16. Ожидания были явно завышенными, и уже 20 июня следующего года М.В. Хруничев и В.М. Рябиков предложили руководству страны проект пятилетнего плана 1956—1960 гг. с общим выпуском 1000 ракет типа Р-11 за пятилетку или в среднем 200 шт. в год, а морской модификации    Р-11ФМ всего 150 шт. с началом выпуска первых 18 ракет в 1957 году. При этом на 1956 год было предложено выдать промышленности задание на выпуск 150 ракет Р-11, в т.ч. заводу № 385 не менее 100 шт.17

Даже урезанный план 1956 года не был выполнен. Опытный завод № 385 в г. Златоусте изготовил в первом полугодии 46 ракет Р-11, однако военные отказались принимать их, т.к. на зачётных испытаниях в апреле и в июне 1956 года две ракеты упали, пролетев 24 и 19 км соответственно. Причины неудач были связаны с недоработкой конструкции и технологии изготовления. Так, повышенные пульсации в камере сгорания приводили к вибрациям, нарушавшим работу системы управления изделием. В конце 1956 года Министерство обороны СССР приняло от опытного завода № 385 6 учебных и 6 стандартных ракет. В январе 1957 года в счёт прошлогоднего плана златоустовцы изготовили ещё 6 ракет. Они испытывались на Государственном центральном полигоне с 4 января по 20 февраля 1957 года, но из семи стартов три оказались неудачными. Специальная комиссия определила, что причиной аварий стали производственные дефекты: разрывы топливных баков и неправильное срабатывание отсечного клапана окислителя18. В итоге Президиум ЦК КПСС 2 апреля 1957 года обязал министра оборонной промышленности Д.Ф. Устинова в течение двух месяцев устранить недостатки и укрепить СКБ-385 новыми инженерно-техническими кадрами, после чего в мае—июне 1957 года провести новые испытания 10—12 ракет и доложить в ЦК КПСС. При этом опытный завод № 385 государство поддержало финансово, выделив 20 млн руб. на подготовку ракет для испытаний. Также в план по валовой продукции разрешили включить не принятые ракетчиками изделия, что позволило формально выполнить валовое задание 1956 года на 108 проц., т.е. в объёме 105 млн 179 тыс. руб. без налога с оборота19. Руководство страны осознавало необходимость инвестиций и поблажек для нового технологичного производства. Фактически все ракеты Р-11, которых за период 1955 — начала 1957 года в г. Златоусте выпустили всего 21 штуку, не считая 6 учебных и 46 забракованных, были опытными и использовались для испытаний и отработки конструкции и технологии.

Стало ясно, что нужна принципиальная доработка ракет семейства Р-11. Д.Ф. Устинов направил в СКБ-385 специалистов НИИ-88 и его опытного завода. Министр обещал ЦК КПСС, что «все конструктивные и технологические улучшения по изделию Р-11 будут внедрены и на изделиях Р-11ФМ, изготавливаемых заводом № 385». К решению проблем подключились главные конструкторы С.П. Королёв, А.М. Исаев, Н.А. Пилюгин. Для предотвращения разрывов баков была увеличена толщина их переднего днища и внедрена двухсторонняя сварка наиболее ответственных швов. В конструкции бачков блока и трубопроводов сталь марки 12Х5МА заменили на нержавеющую. Пиропатроны были герметизированы во избежание выброса пламени и горячих газов в межбаковое пространство. Специалисты из НИИ-885 и ОКБ-897 Министерства радиотехнической промышленности изучили причины нарушений функционирования автомата стабилизации полёта ракеты и изменили схему подачи электропитания к приборам управления, а на входе прибора 8Л238 в каналах тангажа и рыскания установили индуктивно-ёмкостные фильтры. Для проверки эффективности изменений были проведены лабораторные и стендовые испытания топливных отсеков. В итоге на испытаниях в сентябре 1957 года одна из трёх ракет не долетела до цели 40,4 км, и доработки продолжились. В ноябре—декабре 1957 года запустили ещё 13 ракет, из которых три — на дальность 56 км, а остальные — на 256 км. Все пуски оказались успешными: по расстоянию большинство ракет отклонились от цели менее чем на километр, а две ракеты имели боковое отклонение всего 5 и 7 м. В итоге ракеты, произведённые в г. Златоусте, в начале 1958 года были признаны надёжными для использования в войсках и закладки в боезапас арсеналов ГАУ20.

Всего в 1957 году опытный завод при СКБ-385 серийно выпустил 97 ракет базовой модели 8А61, что составляло 70 проц. от запланированного количества в 134 шт.21 Предприятие не выполнило план 1957 года по валовой продукции и вместо запланированных 108 млн руб. отчиталось о 100 млн 257 тыс. руб. в действовавших ценах того года, что в формате сравнимых цен на 1 июля 1955 года составляло 87 млн 747 тыс. руб. Это был худший показатель в отчёте Государственного комитета Совета министров СССР по оборонной технике, которому СКБ-385 было подчинено в ходе управленческой реформы 1957 года. Интересным фактом является то, что план по товарной продукции при этом был выполнен на 100,8 проц. и составлял 135 млн 659 тыс. руб. в действовавших ценах, или 123 млн 149 тыс. руб. в сравнимых ценах 1955 года22. Это можно объяснить реализацией изделий, изготовленных ранее, но не сданных заказчику, например, узлов и деталей не принятых государством в 1956 году 46 ракет 8А61.

В этих непростых условиях необходимо было начать организацию серийного производства более сложных ракет типа  Р-11М и Р-11ФМ. В Златоусте подготовка выпуска ракет для подводного флота началась на основании распоряжения Совета министров СССР № 6095рс от 27 сентября 1956 года. Для помощи в освоении опытного производства двигателей модели С2.253А на территории СКБ-385 был создан филиал исаевского ОКБ-2, который возглавил А.А. Яковчик23. Для систематической помощи в освоении нового производства на опытном заводе № 385 в 1957 году В.П. Макеев внедрил практику контроля процессов изготовления узлов и агрегатов, а также финальной сборки ракет инженерными бригадами, сформированными из специалистов  СКБ-38524. В распоряжение конструкторского бюро государство стало направлять выпускников профильных столичных вузов, например, Московского высшего технического училища имени Н.Э. Баумана, но больше всего молодых специалистов поступило из Казанского авиационного института, где в своё время обучался В.П. Макеев, а весной 1945 года была создана одна из первых ракетостроительных кафедр. Вскоре подготовку кадров для макеевской организации начали в Челябинском политехническом институте, где в 1957 году были созданы профильные кафедры, а вскоре и факультет. В итоге численность персонала конструкторских подразделений СКБ-385 стабильно возрастала: с 426 человек, включая 274 инженера, в 1956 году до 638 сотрудников в 1957 и 665 в 1958 году, а число инженеров со среднемесячной зарплатой в 1300 руб. достигло 520 человек25. Численность рабочих Опытного завода № 385 в г. Златоусте в 1957 году превысила 2000 человек. Месячный доход этой категории трудящихся превышал 980 руб.26

Интенсивный труд заводчан в условиях освоения производства новой техники привёл к росту производственного травматизма в 1957 году на 69,8 проц. по сравнению с 1956 годом27. В результате от главного инженера опытного завода № 385 Д.К. Андреева руководство Госкомитета потребовало срочно принять меры28. Напряжённый график освоения новых изделий отрицательно сказывался также на состоянии противопожарной безопасности. Проверка, проведённая Управлением внутренних дел Челябинского облисполкома в середине 1958 года, выявила, что складское хозяйство было переполнено, и горюче-смазочные материалы хранились в неприспособленных помещениях. В организации было всего два пожарных гидранта, питавшихся от временной насосной станции соседнего завода № 66. На территории, предоставленной филиалу ОКБ-2 НИИ-88 для проверки двигателей морских ракет, склады кислот и горючих жидкостей не были обеспечены пенообразователем и пенопорошком; бетонные полы под цистернами, расположенными под навесом, были разрушены и не ремонтировались; отсутствовали сточные канавы для раздельного отвода горючих жидкостей и кислот в случае аварии. В итоге Седьмое управление Госкомитета по оборонной технике обязало начальника СКБ-385 Е.А. Гульянца, директора завода № 385 Е.М. Ушакова и начальника филиала ОКБ-2 НИИ-88 А.А. Яковчика в течение двух недель устранить эти недостатки29.

Режим секретности при спешной организаторской работе нарушался не менее грубо. Например, в 1955—1957 гг. не проводились обязательные ежегодные проверки наличия всех секретных документов. Главный конструктор В.П. Макеев и директор опытного завода Е.М. Ушаков часто направляли засекреченные материалы в другие ракетостроительные организации не через спецсвязь Министерства связи или фельдсвязь МВД, а с выезжавшими в командировки сотрудниками без соответствующей охраны. В течение 1957 года таким способом в Москву, воинские части и на полигоны были направлены 34 пакета с грифами «секретно» и «совершенно секретно». Например, сотрудники П.А. Алексеев, В.Р. Серов, Л.М. Милославский и другие возили с собой такие секретные материалы, как расчёт регулирования соотношения расходов компонентов топлива изделия 8А61 (ракета Р-11), структурная схема СКБ-385 и другие документы, которые могли быть похищены в пути. По аппарату ВЧ в условиях спешки секретные сведения о количестве отправлявшихся изделий и вагонов, станциях назначения, номерах полевой почты предприятий, изменениях в технологическом процессе, результатах испытаний изделий часто передавали открытым текстом. Даже испытания часто проводились без учёта секретности. Например, 10 марта 1958 года на испытательной станции СКБ-385 «изделие» было видно со стороны. Эту ситуацию взял под контроль секретарь Челябинского обкома КПСС Н.В. Лаптев30, а начальник Седьмого управления Госкомитета по оборонной технике Л.А. Гришин 23 июня 1958 года подписал приказ № 20с, которым объявил Макееву, Ушакову и начальнику Первого отдела СКБ-385 Федосову выговор. Начальника конструкторского бюро Е.А. Гульянца и его заместителя по режиму В.А. Глебова руководство обязало до 1 августа устранить все недостатки31.

При этом государство системно наращивало инвестиции в разработки ракетной техники в СКБ-385. Так, в 1956 году из средств госбюджета на проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по ракетной тематике в Златоусте было выделено 32 млн руб., в 1957 году — 62 млн 743 тыс. руб., в 1958 году — 89 млн 720 тыс. руб., т.е. за три года рост составил 280 проц.32

В 1958 году завод № 385 получил плановое задание на производство 175 ракет Р-11 (8А61) и 60 модернизированных носителей атомного боеприпаса Р-11М (8К11) для Сухопутных войск, а также 59 — морских Р-11ФМ, 46 более современных опытных ракет Р-13 и 7 экспериментальных ракет для отработки подводного старта. Однако завод был рассчитан на выпуск 30 ракет 8А61 в месяц, а эти объёмы с перерасчётом на сложность соответствовали 50 ракетам. Задание пришлось сократить33. Ценой напряжённого труда новый план был выполнен на 102 проц. и достиг рекордного показателя в 172 млн 168 тыс. руб. в формате оптовых сравнимых цен; товарной продукции произвели в 1958 году на 164 млн 591 тыс. руб. в сравнимых ценах, или на 144 млн 177 тыс. руб. в действовавших ценах, что составляло 108,6 проц. к плану. При этом товарный выпуск оборонной продукции увеличился со 119 млн 357 тыс. руб. в 1957 году до 162 млн 180 тыс. руб. в 1958 году34. Всего в 1958 году опытный завод № 385 в Ново-Златоустовском районе изготовил 60 ракет Р-11М из 92, произведённых в СССР; поставил флоту 59 шт. морских ракет Р-11ФМ, а Советской армии — 88 шт. 8А61 (Р-11)35.

Для решения проблемы перегрузки производственных мощностей руководство ракетостроительной отрасли приняло три принципиальных решения. Во-первых, в ведение СКБ-385 постановлением Совета министров СССР № 312-150 от 20 марта 1958 года был передан строившийся в 30 км севернее г. Миасс ракетный завод № 139, а его директор Е.А. Гульянц ещё ранее — 14 декабря 1957 года — стал начальником СКБ-385. С 1959 года начался переезд важнейших подразделений СКБ-385 в Миасс, где впоследствии будет создан современный государственный ракетный центр. Во-вторых, в сентябре—октябре 1958 года к опытному заводу № 385 был присоединён крупный соседний Златоустовский машиностроительный завод № 66. Численность работников объединённого предприятия составляла теперь около 11 тыс. человек, включая 8578 рабочих и 1450 инженеров, а потенциальные возможности годового выпуска оборонных изделий теперь превышали 350 млн руб., но на предприятии сохранялись гражданское производство и выпуск пулемётов36. В-третьих, производство уже устаревавших ракет семейства Р-11 было решено передать на заводы уральских совнархозов. Ракеты Р-11М ещё в 1957 году предложили выпускать в Оренбурге, на машиностроительном заводе № 47, а 8А61 — на Воткинском машзаводе № 235 в Удмуртии. Реализовать план на оренбургских мощностях не удалось, зато серийное производство ракет семейства Р-11, прежде всего модели 8А61, с 1959 года стали налаживать на Воткинском машзаводе, куда В.П. Макеев командировал своего заместителя по серийному производству ракет Р-11 А.М. Ваганова.

В 1959 году в Златоусте произвели последнюю партию из 100 ракет типа Р-11М, т.к. предприятие всё более специализировалось на создании ракет для вооружения подводных лодок. В 1959 году здесь изготовили 55 морских ракет Р-11ФМ. В целом по итогам 1959 года общий объём выпуска валовой продукции объединённого предприятия составил более 329 млн 80 тыс. руб. в сравнимых ценах 1955 года, а товарной — 295 млн 640 тыс. руб. в действовавших оптовых ценах, в т.ч. оборонной — 234 млн 360 тыс. руб., а опытных работ по созданию новой ракетной техники выполнили на 66 млн 750 тыс. руб.37 В 1960 году на заводе № 385 были выпущены последние 50 ракет Р-11ФМ, терявших своё боевое значение38. Выпуск ракет типа Р-11М продолжался в Удмуртии до 1964 года.

Таким образом, г. Златоуст поставил государству не менее 536 ракет семейства Р-11, не считая выпуска запасных частей, комплектующих и изделий, не принятых военной приёмкой. Ракет типа 8А61 для Сухопутных войск в 1955—1958 гг. произвели 212 шт., носителей ядерной боеголовки Р-11М в 1958—1959 гг. — 160 шт., ракет для вооружения подводных лодок Р-11ФМ в 1958—1960 гг. изготовили 164 шт. При этом производство налаживалось в условиях конструктивной доработки ракетной техники и сопровождалось ростом кризисных явлений. Несмотря на это, государство продолжало финансировать новые разработки, требовало от конструкторов и руководителей исправлять выявленные недостатки.

Однако у промышленной площадки в Златоусте был принципиальный недостаток — она располагалась в долине среди гор, что физически мешало расширению производственных мощностей. В итоге с 1959 года конструкторское бюро было постепенно перебазировано в соседний город Миасс, а серийная сборка новых моделей ракет была передана первоначально на Воткинский машзавод в Удмуртии, а затем в г. Красноярск. Производственные мощности завода № 385 стали использовать для выпуска высокотехнологичных элементов ракетной техники. Например, с 1962 года началось производство двигателей для космических аппаратов: пилотируемого космического корабля «Восток», разведывательного спутника «Зенит» и др. Здесь по сей день собирают важные агрегаты и отдельные ступени современной ракетной техники, а также востребованную гражданскую продукцию. В настоящее время завод АО «Златмаш» входит в систему Госкорпорации «Роскосмос» и является градообразующим предприятием.

Опыт организации производства и доработки ракет семейства Р-11 на Южном Урале стал основой для дальнейшего совершенствования макеевской школы ракетостроения. СКБ-385 стало создавать передовые образцы межконтинентальных баллистических ракет для вооружения подводных лодок, например, ракеты Р-29 комплекса «Д-9». В XXI веке здесь были сконструированы такие комплексы, как Р-29РМУ2 «Синева», РС-28 «Сармат».

Опыт современных военных конфликтов показал, что оперативно-тактические ракеты весьма востребованы в войсках. Международная обстановка диктует необходимость в короткие сроки мобилизовать промышленность на увеличение выпуска ракетной техники, в т.ч. за счёт перепрофилирования ряда предприятий. В этом плане опыт 1950-х годов остаётся востребованным и нуждается в подробном изучении. И такая работа ведётся: оборонные предприятия собирают исторические материалы и издают книги на их основе. В Государственном ракетном центре в Миассе действует кабинет-музей В.П. Макеева, где проводятся патриотические мероприятия и экскурсии для молодёжи. Важно сохранить наработанные компетенции по организации ускоренного производства необходимой стране техники.

_____________________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Задача особой государственной важности: из истории создания ракетно-ядерного оружия и Ракетных войск стратегического назначения (1945—1959 г.): сборник документов / Сост. В.И. Ивкин, Г.А. Сухина. М.: РОССПЭН, 2010. С. 1006—1014.

2 Там же. С. 367.

3 Постников А.Г., Титов А.А. Первая оперативно-тактическая ракета Сухопутных войск: история создания и принятия на вооружение // Военно-исторический журнал. 2021. № 11. С. 54—63.

4 Каторин Ю.Ф. Первые советские морские баллистические ракеты // Вестник КИГИТ. 2014. № 6(47). С. 84—95; Дегтярь В.Г. Баллистические ракеты морских стратегических ядерных сил СССР и России, 1947—2012: каталог. Миасс: ГРЦ Макеева; М.: Оружие и технологии, 2012. 108 с.; Черток Б.Е. Ракеты и люди. Подлипки — Капустин Яр — Тюратам. М.: РТСофт, 2011. 656 с.

5 На ракетах семейства Р-11 головная часть ещё не отделялась от корпуса.

6 СКБ-385, КБ машиностроения, ГРЦ «КБ им. Академика В.П. Макеева» / Сост. Р.Н. Канин, Н.Н. Тихонов; под общ. ред. академика РАРАН В.Г. Дегтяря. М.: КБ имени Академика В.П. Макеева; Военный парад, 2007. 408 с.

7 Глушко В.П. Развитие ракетостроения и космонавтики в СССР. 3-е изд., перераб., доп. М.: Машиностроение, 1987. С. 65.

8 СКБ-385, КБ машиностроения, ГРЦ «КБ им. Академика В.П. Макеева»… С. 50, 55.

9 Апальков Ю.В. Подводные лодки советского флота 1945—1991 гг. Т. I. М.: МОРКНИГА, 2009. С. 27.

10 Черток Б.Е. Указ. соч. С. 252—261.

11 Дегтярь В.Г. Указ. соч. С. 16.

12 По материалам музея ПНО «Автоматика».

13 Задача особой государственной важности… С. 507, 547.

14 «Волна» — название советской секретной исследовательской темы по созданию ракетных вооружений для подводных лодок в 1950-х гг.

15 Объединённый государственный архив Челябинской области (ОГАЧО). Ф. П-288. Оп. 189. Д. 1363. Л. 4 об.

16 Задача особой государственной важности… С. 363.

17 Там же. С. 476, 547.

18 Там же. С. 546—548.

19 Российский государственный архив экономики (РГАЭ). Ф. 298. Оп. 1. Д. 189. Л. 18.

20 Задача особой государственной важности… С. 565, 618—624.

21 РГАЭ. Ф. 298. Оп. 1. Д. 1295. Л. 53; Д. 13. Л. 29; Задача особой государственной важности… С. 624.

22 РГАЭ. Ф. 298. Оп. 1. Д. 13. Л. 36.

23 Там же. Д. 567. Л. 21.

24 Литвинов Б.В. Грани прошедшего (триптих). М.: ИздАТ, 2006. С. 431.

25 РГАЭ. Ф. 298. Оп. 1. Д. 1295. Л. 74.

26 Там же. Д. 13. Л. 25, 35, 36.

27 Там же. Д. 567. Л. 7.

28 Там же. Л. 7—9.

29 Там же. Л. 45—47.

30 ОГАЧО. Ф. П-288. Оп. 42. Д. 70. Л. 62—64.

31 РГАЭ. Ф. 298. Оп. 1. Д. 567. Л. 35—36.

32 Там же. Д. 1295. Л. 72.

33 Задача особой государственной важности… С. 695.

34 РГАЭ. Ф. 298. Оп. 1. Д. 157. Л. 10.

35 Задача особой государственной важности… С. 745; РГАЭ. Ф. 298. Оп. 1. Д. 1295. Л. 53.

36 Буданов А.В. Златоустовский машиностроительный завод: приобщение к ракетному проекту // Архив в социуме — социум в архиве: материалы восьмой Всероссийской научно-практической конференции, Челябинск, 19 сентября 2025 г. Челябинск: Б.и., 2025. С. 153.

37 РГАЭ. Ф. 298. Оп. 1. Д. 2578. Л. 15.

38 Там же. Л. 17.