Создание первых советских подводных лодок во второй половине 1920-х годов 

Аннотация. Статья посвящена120-й годовщине образования подводных сил России и 100-летию утверждения эскизного проекта подводной лодки «Декабрист». Изложена история создания первой ПЛ советской постройки, показан вклад в это конструкторов и судостроителей. После окончания Гражданской войны в России состояние подводных сил РККФ в составе немногочисленных подводных лодок дореволюционной постройки было плачевным, что требовало принятия неотложных мер по их обновлению. Однако реальная возможность для осуществления планов строительства новых подводных лодок появилась только в середине 1920-х годов. Научно-техническим комитетом морского ведомства был разработан эскизный проект первой подводной лодки, а Техническим бюро — документация для её строительства. Несмотря на объективные трудности, судостроителям удалось создать подводную лодку, не уступавшую по своим тактико-техническим показателям зарубежным образцам того периода. Тем самым была возрождена отечественная школа подводного судостроения. В статье использованы материалы из фондов Российского государственного военного архива и Российского государственного архива ВМФ.

Ключевые слова: РККФ; Морские силы РККА; Балтийский судостроительный завод; научно-технический комитет морского ведомства; НТКМ; проектирование подводных лодок; оперативно-технические требования к кораблям; оперативно-тактическое задание; эскизный проект корабля; технический проект; подводная лодка I серии «Декабрист»; испытания подводной лодки; остойчивость и живучесть кораблей; Б.М. Малинин; А.Н. Гарсоев; П.З. Голосовский; С.А. Базилевский.

Summary. This paper is dedicated to the 120th anniversary of the establishment of the Russian submarine fleet and the 100th anniversary of the approval of the preliminary design for the Dekabrist submarine. It tells the story of the first submarine built in the Soviet Union and highlights the contributions of designers and engineers. After the Russian Civil War ended, the submarine fleet of the Red Navy was in a dire state, with only a few pre-revolutionary submarines available. Urgent measures were needed to modernize the fleet. However, it was not until the mid-1920s that plans for new submarines became feasible. The Scientific and Technical Committee of the Naval Department created a preliminary design for the first submarine. Then, the Technical Bureau produced construction documentation for it. Despite some challenges, the shipbuilders managed to build a submarine that had performance characteristics comparable to foreign designs of that time. This success revitalized the domestic submarine construction industry. This paper is based on materials from the collections of the Russian State Military Archive and the Russian State Navy Archive.

Keywords: Workers’ and Peasants’ Red Navy (RKKF); Naval forces of the Red Army (RKKA); Baltic Shipyard; Scientific and Technical Committee of the Naval Department; NTKM; submarine design; operational and technical requirements for ships; operational and tactical assignment; ship draft design; technical design; Dekabrist, a submarine of the 1st series; submarine trials; stability and survivability of ships; Boris M. Malinin; Alexander N. Garsoyev; Pyotr Z. Golosovskiy; Sergey A. Bazilevskiy.

ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

КОРЯКОВЦЕВ Алексей Анатольевич — профессор кафедры строительства и применения ВМФ Военной академии
Генерального штаба ВС РФ, капитан 1 ранга, доктор исторических наук
(Москва. E-mail: rtm6711989@ yandex.ru);

ТАШЛЫКОВ Сергей Леонидович — профессор кафедры истории войн и военного искусства Военной академии Генерального штаба ВС РФ, капитан
1 ранга, доктор исторических наук (Москва. E-mail: stashlykov@yandex.ru).

«НЕОБХОДИМО ПРИСТУПИТЬ К ПОСТРОЙКЕ ПОДВОДНЫХ ЛОДОК КАК МОЖНО СКОРЕЕ…»

Создание первых советских подводных лодок во второй половине 1920-х годов

В начале XX века в России был накоплен определённый опыт строительства подводных лодок (ПЛ), что позволило создать подводные силы, которые приняли участие в боевых действиях на Балтийском и Чёрном морях во время Первой мировой войны1. К окончанию Гражданской войны и иностранной военной интервенции в России в составе Рабоче-крестьянского Красного флота (РККФ) оставалось всего 13 подводных лодок дореволюционной постройки типа «Барс» и «АГ». В начале 1920-х годов финансовые средства, выделявшиеся на развитие РККФ, расходовались на восстановление и достройку кораблей, заложенных в годы Первой мировой войны, при этом финансирование неоднократно подвергалось сокращению. Поэтому ни о какой постройке новых кораблей не могло быть и речи. В то же время ведущие европейские государства приступили к обновлению своих подводных сил сразу же после окончания Первой мировой войны.

В процессе создания любого корабля, как правило, соблюдается следующая последовательность: органы управления флота определяют оперативно-технические требования к новым кораблям и готовят оперативно-тактические задания (ОТЗ) проектным организациям, на основании которых последние разрабатывают эскизные проекты (варианты проектов). После утверждения одного из вариантов конструкторские бюро приступают к разработке технического проекта, который ложится в основу технической документации, необходимой для постройки. Однако к началу второго десятилетия XX века у руководства РККФ не было чёткого понимания того, какие корабли нужны флоту.

Первая попытка определить направления дальнейшего развития советских подводных сил была предпринята в 1921 году Морской подкомиссией по восстановлению военной промышленности, которая посчитала необходимым иметь в составе РККФ крупные быстроходные подводные крейсера с сильным артиллерийским вооружением, подводные минные заградители с большим запасом мин и эскадренные подводные лодки водоизмещением около 1000 т2.

Разработка перспективных проектов была возложена на отдел подводного плавания Балтийского судостроительного и механического завода. Работой отдела руководил морской инженер (инженер-судостроитель) Б.М. Малинин, ставший впоследствии известным советским конструктором в области подводного кораблестроения3. Сотрудники отдела помимо выполнения задач по обеспечению судоремонта и достройки подводных лодок по собственной инициативе занимались проектированием перспективных ПЛ в надежде, что когда-нибудь эти проекты найдут своё применение.

Из перечня подклассов ПЛ, предложенных Морской подкомиссией, сотрудники отдела подводного плавания при разработке эскизных проектов основное внимание уделили конструированию крейсерских скоростных подводных лодок большого водоизмещения. Свои варианты представили Б.М. Малинин и группа инженеров: В.Л. Поздюнин, Н.И. Казанский и В.Ф. Попов. Так, Б.М. Малинин предложил проект подводного крейсера водоизмещением 7300 т (подводное) с надводной скоростью 25 узлов и мощным торпедным (десять торпедных аппаратов) и артиллерийским (девять 100-мм и 130-мм орудий) вооружением. Не менее масштабным был проект подводного минного заградителя водоизмещением 2000 т с запасом 120 мин. Однако это не соответствовало реальным возможностям советских судостроительных заводов и не могло быть обеспечено финансами. В этой связи комиссия отвергла предложенные проекты. По этим же причинам был отклонён проект подводного крейсера водоизмещением 5750 т, представленный инженерами В.Л. Поздюниным, Н.И. Казанским и В.Ф. Поповым. В то же время эти проекты имели практическое значение, поскольку они раскрывали возможность создания будущих подводных лодок подобных подклассов. В реальных условиях 1920-х годов советскому флоту необходимы были более простые и дешёвые подводные лодки, но не уступавшие по своим характеристикам зарубежным образцам.

Для подготовки оперативно-тактических заданий на проектирование отечественных подводных лодок 19 августа 1923 года была создана комиссия, которую возглавил главный подводник Штаба РККФ Н.А. Зарубин. Комиссия выработала общие требования для советского подводного кораблестроения. Было признано целесообразным строить подводные лодки в первую очередь для Балтики, затем для Чёрного моря4.

В сентябре того же года были подготовлены ОТЗ для эскадренной подводной лодки и подводного минного заградителя. В соответствии с заданием подводные лодки должны были иметь полную надводную скорость 16,5 узлов, подводную — 9 узлов; дальность плавания экономическим ходом — не менее 3500 миль в надводном и 110 миль в подводном положении. Предельную глубину погружения следовало довести до 120—140 м, время срочного погружения — до 30 с. Вооружением ПЛ должны были стать четыре носовых, шесть траверзных и два кормовых торпедных аппарата калибром 533 мм, а также два 102-мм орудия. Реализация вышеперечисленных требований виделась в создании лодок с двухкорпусной архитектурой и с обязательным делением на водонепроницаемые отсеки5.

С получением оперативно-тактического задания в отделе подводного плавания началась подготовка эскизного проекта эскадренной подводной лодки. В ходе работы авторы проекта — руководитель отдела подводного плавания Б.М. Малинин и технический директор завода В.К. Скорчеллеттис столкнулись с проблемами, которые не позволяли выполнить все требования ОТЗ. Главными из них являлись отсутствие двигателей необходимой мощности и 553-мм торпед.

В результате разработанный в 1924 году проект предусматривал создание подводной лодки надводным водоизмещением 755 т с расчётной надводной скоростью 14 узлов и подводной — 12 узлов. Вооружение ПЛ включало девять торпедных 455-мм аппаратов. Достоинствами проекта являлись устранение ряда недостатков, присущих лодкам типа «Барс», и улучшенные технические характеристики. Кроме того, в отличие от «Барса» архитектура новой ПЛ была двухкорпусная, а прочный корпус делился на отсеки водонепроницаемыми переборками.

Несмотря на достоинства проекта, по общему мнению командования ВМС и Научно-технического комитета морского ведомства (НТКМ)6, он не отвечал требованиям ОТЗ и подлежал доработке с учётом перспектив создания отечественных дизелей, серийного производства 533-мм торпед, а также другого оборудования.

Однако дальнейшая работа над проектом была приостановлена. Причиной тому являлись не экономические или технические проблемы, а следствия резкого сокращения численности РККА и РККФ в ходе начавшейся военной реформы. Во второй половине 1924 года отдел подводного плавания был расформирован, часть его персонала уволилась, а оставшиеся конструкторы перешли в механическое бюро завода, где занимались вопросами ремонта. Это грозило полной утратой отечественного опыта в области создания подводных лодок. Тем не менее по инициативе опытного офицера-подводника А.Н. Гарсоева работы по проектированию подводных лодок были продолжены в возглавлявшейся им секции подводного плавания, входившей в состав НТКМ, где под его руководством проводились проработки оперативно-тактических требований и проектов новых лодок. Примечательно, что своих проектантов в НТКМ не было, и для разработки проектов в сверхурочное время привлекались бывшие сотрудники отдела подводного плавания Балтийского завода. Следовательно, насущной проблемой, которая требовала своего решения, являлось отсутствие в РККФ специального органа по проектированию подводных лодок.

А.Н. Гарсоев считал, что от теоретических разработок необходимо переходить к их практической реализации. В одной из служебных записок, адресованных командованию РККФ, он писал: «Необходимо приступить к постройке подводных лодок как можно скорее… вследствие старости и небольшого количества наших подводных лодок “Барс” и их конструктивной ненадёжности. Полагая, что у нас есть на случай войны боевые подводные суда, мы только обманываем себя»7. Его мнение разделяли большинство советских подводников, однако решение этого вопроса находилось в ведении высшего военного руководства.

О возобновлении отечественного подводного кораблестроения было объявлено народным комиссаром по военным и морским делам (наркомвоенмор) М.В. Фрунзе 3 марта 1925 года на совещании командиров РККФ, в ходе которого было принято принципиально важное решение об отказе закупок лодок за границей и их постройке на советских судостроительных заводах. По ходатайству НТКМ техническим руководителем проектирования подводных лодок был избран инженер
Б.М. Малинин, который по глубине знаний конструкции и технологии постройки дореволюционных ПЛ являлся самым компетентным специалистом в этой области8.

Вместе с тем руководство РККФ понимало, что восьмилетний перерыв в строительстве отечественных подводных лодок требует изучения опыта подводного кораблестроения ведущих европейских государств, которые к середине 1920-х годов приступили к серийному строительству ПЛ по разработанным послевоенным проектам. В этой связи Б.М. Малинин в сентябре 1925 года в составе комиссии Судотреста был направлен в заграничную командировку. Однако подробно ознакомиться с подводным судостроением не удалось, поскольку во Франции и Италии допуск на корабли не был разрешён. Вместе с тем Малинин сумел приобрести чертежи общего расположения одной из строившихся итальянских подводных лодок. Впрочем, после детального их изучения было сделано заключение, что этот, далеко не лучший образец зарубежного подводного судостроения, не удовлетворяет потребностям РККФ. Таким образом, советским конструкторам и судостроителям предстояло самостоятельно решить сложнейшую задачу по созданию ПЛ нового поколения, не уступавшей лодкам иностранных флотов.

31 января 1925 года Оперативным управлением Штаба РККФ были разработаны очередные оперативно-тактические задания, в которых были определены требовавшиеся тактико-технические элементы океанского подводного крейсера, эскадренной подводной лодки и подводного минного заградителя9. С учётом предложений офицеров-подводников, высказанных на совещании командиров РККФ, в ОТЗ были внесены некоторые уточнения. Так, для эскадренной подводной лодки считалось необходимым иметь: водоизмещение — около 1000 т; надводную скорость — 20 узлов, подводную — 12 узлов; дальность плавания экономическим ходом — 5000 миль в надводном и 200 миль — в подводном положении; 6 носовых и 2 кормовых торпедных аппарата с запасом 14 торпед. По сравнению с ОТЗ 1923 года требования по скорости и дальности плавания были повышены. В то же время отсутствовали чёткие указания по предельной глубине погружения, что объяснялось необходимостью проведения дополнительных исследований и расчётов прочности корпуса.

Отсутствие специальной организации по проектированию подводных лодок не позволяло развернуть полномасштабную работу по реализации этих требований. В этой связи с января 1926 года научно-исследовательская работа и разработка нового эскизного проекта проводилась в Научно-техническом комитете. Руководство осуществлял председатель секции подводного плавания А.Н. Гарсоев. В работе принимали участие Н.А. Зарубин, инженеры-механики Н.И. Казанский и Л.А. Белецкий, инженеры-судостроители Б.М. Малинин, К.И. Руберовский, А.Н. Щеглов, инженер-электрик В.И. Говорухин, конструкторы К.В. Кузьмин, Ф.З. Фёдоров и А.К. Шлюпкин. В качестве консультанта по части расчётов прочности был привлечён профессор П.Ф. Папкович10.

Ввиду сложности реализации тактического задания и проблем, связанных с выбором энергетической установки, проект разрабатывался в двух вариантах — водоизмещением 890 и 1440 т. 19 сентября оба варианта эскизного проекта были вынесены на совещание в Военно-морской академии под председательством начальника Военно-морских сил РККА Р.А. Муклевича с участием начальников управлений УВМС, командования Морскими силами и бригады подводных лодок Балтийского моря. Совещание одобрило первый вариант в 890 т как наиболее предпочтительный для Балтики. 15 октября 1926 года этот вариант эскизного проекта для первых подводных лодок советской постройки был утверждён новым наркомвоенмором К.Е. Ворошиловым.

1 ноября 1926 года на Балтийском заводе было сформировано Техническое бюро № 4, которому отныне поручались проектирование и сопровождение строительства советских подводных кораблей. Заведующим бюро был назначен Б.М. Малинин. Из числа специалистов, занимавшихся вопросами проектирования в НТКМ, в бюро перешёл А.Н. Щеглов. Помимо этого в состав бюро были включены: инженер-механик Э.Э. Крюгер, три конструктора-практика — А.И. Коровицин, Ф.З. Фёдоров, А.К. Шлюпкин, а также четыре молодых специалиста без опыта работы — А.В. Зайченко, В.А. Михайлов, А.С. Торошенко, И.М. Фёдоров.

Коллективу Технического бюро предстояло выполнить огромный объём работ по разработке общего технического чертежа и около 12 тыс. рабочих чертежей. Изготовить такое количество технической документации в срок сотрудники бюро были просто не в состоянии, и их разработка шла параллельно со строительством корабля.

26 ноября 1926 года постановлением Совета труда и обороны СССР была утверждена Программа строительства Морских сил РККА, в т.ч. шести подводных лодок так называемой I серии11. 5 марта 1927 года на Балтийском заводе в Ленинграде состоялась официальная закладка первых трёх подводных лодок советских проектов — «Декабрист», «Красногвардеец» и «Народоволец» для Морских сил Балтийского моря, а 14 апреля в Николаеве были заложены подводные лодки «Революционер», «Спартаковец» и «Якобинец» для Морских сил Чёрного моря12. С этого времени сотрудники Технического бюро под руководством Б.М. Малинина приступили к работе по сопровождению их строительства.

Б.М. Малинин позднее отмечал в своей автобиографии: «Приходилось одновременно решать три задачи, тесно связанные друг с другом: вести разработку и постройку лодок, тип которых у нас был до того времени неизвестен; создавать и немедленно практически использовать теорию подводных лодок, которой у нас в Союзе также не было; воспитывать в процессе проектирования кадры конструкторов-подводников»13.

Наиболее сложным было воплощение научных идей и технических решений в создание механизмов и устройств, большинство из которых являлись новым словом в отечественном подводном кораблестроении. В их числе следует отметить: применение двухкорпусной архитектуры, установка водонепроницаемых переборок, размещение аккумуляторной батареи в герметичной яме, оснащение подводной лодки цистерной быстрого погружения, средствами регенерации воздуха и другими, которые до сих пор используются в отечественном подводном кораблестроении. Впервые в практике мирового кораблестроения при постройке ПЛ I серии была внедрена двойная система вентиляции аккумуляторных батарей и создан комплекс спасательных средств, ставший впоследствии обязательным для всех проектов подводных лодок14.

В обстановке развёрнутой в стране кампании «по борьбе с вредительством» от создателей корабля требовалась смелость в принятии новых технических решений. Следует отметить, что не все сотрудники бюро изначально являлись специалистами в области подводного судостроения, однако основательные знания, полученные ими в советских высших учебных заведениях, успешно применялись при создании нового оборудования для ПЛ. Примером тому являются П.З. Голосовский и С.А. Базилевский, принятые в бюро в 1927 году. Так, выпускник Московского высшего технического училища инженер-конструктор самолётов П.З. Голосовский занимался разработкой конструкций кингстонов, носовых горизонтальных рулей с приводами, проектировал воздушную систему высокого давления и др. Причём в те годы конструкторы делали всё самостоятельно, до рабочих чертежей всех деталей включительно. Много лет спустя, став уже видным специалистом и признанным научным авторитетом, П.З. Голосовский говорил: «Нам тогда приходилось рассчитывать то, за что я не рискнул взяться бы и теперь»15. С.А. Базилевский после окончания Ленинградского политехнического института занимался постройкой надводных кораблей. С прибытием в бюро он в весьма короткий срок освоился с новой для него областью подводного судостроения и проявил недюжинные способности конструктора-новатора. Значительную помощь в дальнейшем проектировании и постройке ПЛ I серии оказал главный механик Балтийского судостроительного завода К.И. Руберовский.

Несмотря на естественные трудности постройки, связанные с отсутствием необходимых материалов, новизной дела, перманентной корректировкой проекта и др., головную лодку «Декабрист» удалось спустить на воду через 20 месяцев после начала постройки — 3 ноября 1928 года.

Весной 1930 года в ходе сдаточных испытаний двух головных кораблей — «Декабрист» и «Революционер» были выявлены ряд недостатков, из которых наиболее существенным являлось возникновение большого крена при погружении. Это указывало на серьёзную ошибку, допущенную при проектировании, и стало поводом для обвинения коллектива бюро в сознательном подрыве обороноспособности страны. Главный конструктор Б.М. Малинин и ряд ведущих инженеров были арестованы органами ОГПУ и осуждены. Устранение недостатков велось в тесном сотрудничестве Балтийского завода, НТКМ и самих «вредителей», отбывавших наказание в Особом техническом бюро экономического отдела ОГПУ Ленинградского военного округа. Вместе с Малининым здесь работали К.И. Руберовский, С.А. Базилевский, Э.Э. Крюгер, П.Г. Гойнкис и др.

В тот период инженером С.А. Базилевским были выявлены причины возникновения крена, что позволило принять меры по устранению этого недостатка. Более того, он сумел смоделировать и математически описать процесс погружения и всплытия подводной лодки, который до этого не был изучен и не имел теоретического обоснования. Это стало большим вкладом в теорию остойчивости и живучести кораблей.

В сентябре—ноябре 1931 года ПЛ «Декабрист» с целью проверки качества устранения недостатков была подвергнута расширенным испытаниям, которые показали, что по своим тактико-техническим элементам она отвечает проекту: вооружение и все механизмы работают исправно, корабль послушен управлению и обладает хорошими мореходными и манёвренными качествами. Приёмной комиссией был сделан вывод, что «Декабрист» по вооружению, дальности плавания и глубине погружения находится на уровне высших достижений мирового кораблестроения и не уступает зарубежным подводным лодкам того же периода постройки. По результатам испытаний начальник управления ВМС РККА 7 декабря утвердил окончательный приёмный акт, а 26 декабря приказом РВС СССР лодка была включена в состав ВМС РККА с зачислением в бригаду подводных лодок Морских сил Балтийского моря16. Вскоре в состав ВМС РККА были включены остальные подводные лодки типа «Декабрист».

К тому времени Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение об ограничении преследования специалистов, поскольку, по заявлению И.В. Сталина, период разгара вредительства завершился, и старая интеллигенция повернулась в сторону советской власти. Б.М. Малинин и осуждённые сотрудники Технического бюро были освобождены и продолжили свою деятельность по сопровождению достройки ПЛ I серии и разработке проектов подводных лодок последующих серий.

В дальнейшем судьба подводных лодок I серии сложилась следующим образом. В 1933—1934 гг. балтийские подводные лодки перешли на Север, где продолжили службу в составе образованной в 1933 году Северной военной флотилии (с 1937 г. — Северного флота). ПЛ, построенные в Николаеве, вошли в состав Морских сил Чёрного моря (с 1935 г. — Черноморского флота).

В 1934 году для всех подводных лодок I серии были введены буквенно-цифровые обозначения: «Декабрист» — Д-1, «Народоволец» — Д-2, «Красногвардеец» — Д-3. «Революционер», «Спартаковец» и «Якобинец» стали называться соответственно Д-4, Д-5 и Д-6. При этом прежние наименования продолжали применяться как в повседневной деятельности, так и в официальных документах17. В 1936—1941 гг. пять лодок I серии прошли капитальный ремонт и модернизацию. 13 февраля 1938 года подводная лодка Д-3, участвуя в операции по снятию со льдины полярной станции «СП-1» во главе с Д.И. Папаниным, впервые совершила подлёдное плавание18.

Д-1 во время Советско-финляндской войны 1939—1940 гг. совершила три боевых похода. 13 ноября 1940 года она погибла при невыясненных обстоятельствах в Мотовском заливе. Во время Великой Отечественной войны Д-2 участвовала в боевых действиях на Балтике, Д-3 — на Севере. Обе совершили по несколько боевых походов. В июне 1942 года Д-3 погибла, подорвавшись на мине у входа в Кольский залив. На Чёрном море активное участие в боевых действиях принимали подводные лодки Д-4 и Д-5, которые совершили 34 боевых похода, из них 8 рейсов в осаждённый Севастополь, доставив туда свыше 500 т грузов. В декабре 1943 года Д-4 погибла от глубинных бомб в Каламитском заливе. ^.Д-6, получившая повреждение при бомбардировке Севастополя, находилась в доке, где по приказу командования была взорвана 26 июня 1942 года19.

В середине 1950-х годов Д-5 была выведена из состава ВМФ и сдана на слом. Д-2 с 1956 года использовалась как учебно-тренировочная станция для балтийских подводников. В 1989 году после восстановительного ремонта она была установлена в Шкиперском протоке, неподалёку от площади Морской Славы, в Санкт-Петербурге в качестве корабля-музея — филиала Центрального военно-морского музея имени императора Петра Великого, а по сути — памятника тем людям, которые сделали реальностью возрождение российской школы подводного кораблестроения.

_____________________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Более подробно см.: Ташлыков С.Л., Коряковцев А.А. Создание и развитие отечественных подводных сил // Военно-исторический журнал. 2016. № 3. С. 3—9.

2 История отечественного судостроения в 5 т. Т. 4: Судостроение в период первых пятилеток и Великой Отечественной войны 1925—1945 гг. СПб.: Судостроение, 1996. С. 100.

3 Б.М. Малинин — морской инженер, конструктор советских подводных лодок первых серий. В 1914 г. окончил кораблестроительное отделение Петроградского политехнического института. Работал наблюдающим инженером на достройке ПЛ типа «Барс». С 1917 г. заведовал техническим бюро подводного плавания, занимался достройкой подводных лодок. С ноября 1926 г. — заведующий Техническим бюро № 4, главный конструктор. Руководил разработкой ПЛ типа «Декабрист», «Ленинец», «Щука».

4 Летопись Российского флота. От зарождения мореходства в Древнерусском государстве до начала века в 3 т. Т. 2. 1901—1945 гг. СПб.: Наука, 2012. С. 280.

5 Морозов М.Э., Кулагин К.Л. Советский подводный флот 1922—1945 гг. О подводных лодках и подводниках. М.: АСТ, 2006. С. 17, 18.

6 Научно-технический комитет Морского ведомства (НТКМ) образован приказом Реввоенсовета СССР № 2475 от 8 ноября 1923 г. для рассмотрения и разработки проектов новых кораблей и судов для РККФ // Российский государственный архив ВМФ (РГА ВМФ). Ф. Р-1483. Оп. 1. Д. 261. Л. 25—29.

7 Там же. Ф. Р-303. Оп. 2. Д. 889. Л. 9.

8 Летопись Российского флота… С. 293, 294.

9 РГА ВМФ Ф. Р-1. Оп. 3. Д. 2426. Л. 12.

10 История отечественного судостроения. Т. 4. С. 103.

11 Российский государственный военный архив. Ф. 4. Оп. 1. Д. 491. Л. 35—37.

12 РГА ВМФ. Ф. Р-1483. Оп. 1. Д. 26. Л. 45.

13 Цит по: Стволинский Ю.М. Конструкторы подводных кораблей: Документальные рассказы о создателях советского флота морских глубин. Л.: Лениздат, 1984. С. 134.

14 Буров В.Н. Отечественное военное кораблестроение в третьем столетии своей истории. СПб., 1995. С. 76—79.

15 Цит по: Стволинский Ю.М. Указ. соч. С. 152.

16 Березовский Н.Ю., Бережной С.С., Николаева З.В. Боевая летопись Военно-Морского Флота. 1917—1941. М., 1992. С. 577.

17 История отечественного судостроения… Т. 4. С. 109.

18 Красавкин В.К., Филоненко В.Н. Штаб Северного флота (1916—1998) Историко-документальный очерк. СПб., 1998. С. 445.

19 Березовский Н.Ю., Бережной С.С., Николаева З.В. Указ. соч. С. 21, 36, 38, 67, 68, 70, 72, 91, 334, 336, 355, 365, 369, 419; Боевая летопись Военно-Морского Флота. 1943. М., 1993. С. 554, 570, 583.