1

Женщины в частях Тихоокеанского флота и Амурской флотилии в годы Великой Отечественной войны

Аннотация. На основе комплекса архивных документов и материалов представлена численность и социально-демографическая характеристика девушек-добровольцев, призванных на военную службу в части Военно-морского флота СССР, их количественный и качественный состав на Тихоокеанском флоте, Амурской флотилии в годы Великой Отечественной войны.

Summary. On the basis of archival documents and materials the article presents the number and socio-demographic characteristics of female volunteers who were called up for military service to units of the USSR’s Navy, their quantitative and qualitative personnel in the Pacific Fleet and Amur Flotilla during the Great Patriotic War.

ТКАЧЁВА Галина Анатольевна — ведущий научный сотрудник Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН, доктор исторических наук

(г. Владивосток. E-mail: tkacheva@bmail.ru).

 

ЖЕНЩИНЫ В ЧАСТЯХ ТИХООКЕАНСКОГО ФЛОТА И АМУРСКОЙ ФЛОТИЛИИ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

 

Мобилизации, проведённые в начале Великой Отечественной войны (в соответствии со ст. 49 Конституции СССР (1936) и ст. 72 Закона «О всеобщей воинской обязанности» (1939)), при наличии примерно 31,5 млн человек (16,4 проц. населения страны), годных к военной службе, и 19,8 млн — состоявших на учёте, позволили призвать на военную службу до 14 млн человек 32 возрастов, развернуть воинские формирования, укомплектовать личным составом дивизии второго стратегического эшелона и внутренних округов1.

К началу 1942 года мобилизационные возможности страны составили (без учёта забронированных) приблизительно 2,7 млн человек (550 тыс. военнообязанных 1922—1923 гг. рождения, 1063 тыс. — в возрасте до 40 лет, 425 тыс. — до 45 лет, 627 тыс. — до 50 лет), которых было явно недостаточно для восполнения боевых потерь действующей армии и формирования новых войсковых соединений. По расчётам военного командования для этих целей требовалось около 7,5 млн человек, и даже при условии почти поголовной мобилизации военнообязанных запаса, в том числе из Средней Азии, Закавказья и ограниченно годных к военной службе, при сокращении штатов тыловых и запасных частей можно было обеспечить не более 58 проц. потребности2. И в условиях отсутствия ресурсов для накопления резерва рядового, сержантского и старшинского состава из молодых возрастов, годных к строевой службе, началась массовая мобилизация женщин для замены красноармейцев и младших командиров в частях противовоздушной обороны и связи, Военно-воздушных сил и Военно-морского флота (ВМФ) СССР.

По данным управления кадров ВМФ СССР, на 1 марта 1942 года в Красную армию были переданы 146,9 тыс. человек, безвозвратные потери флота составили 88 тыс. человек. В результате на боевых кораблях, в частях авиации, береговой и противовоздушной обороны флота недоставало 35,8 тыс. человек рядового и младшего начальствующего состава3. Для замены мужчин-военнослужащих, направленных в действующие боевые части, и покрытия дефицита квалифицированных специалистов предусматривалась комсомольско-молодёжная мобилизация 25 тыс. женщин 19—25 лет с 5—9-классным образованием (постановление ГКО № 1703сс от 5 мая 1942 г.). Возложенное на ЦК ВЛКСМ выполнение этой задачи планировалось осуществить поочерёдно: 15 тыс. призвать к 15 июня 1942 года, 10 тыс. — по мере возможности. Однако в связи с началом военных действий на юге страны, повсеместным сокращением призывного контингента и напряжённостью продовольственного снабжения в военно-морских частях численность призывавшихся женщин второй очереди уменьшили, а сроки мобилизации установили до августа—сентября 1942-го.

Отбор желавших служить в ВМФ проводился персонально на основании социального положения, возрастного и образовательного уровней, физического и нравственно-психологического состояния кандидаток с обязательным прохождением ими медицинского освидетельствования. В соответствии с действовавшим положением на всех этих женщин оформлялись призывные карты и составлялись характеристики, в которых были представлены их политические и деловые качества.

Мобилизации не подлежали беременные и женщины, на иждивении которых находились дети или нетрудоспособные члены семьи, а также лица немецкой, польской, финской, румынской, греческой, болгарской, турецкой, японской, корейской и китайской национальностей; осуждённые к лишению свободы на срок свыше двух лет и отбывшие наказания за контрреволюционные или тяжкие преступления, имевшие родственников, которые были репрессированы за контрреволюционную и шпионско-вредительскую деятельность или проживали за границей4.

Несмотря на то, что такой призыв осуществлялся впервые, и не имелось опыта в проведении подобной крупномасштабной мобилизации, поставленная задача решалась весьма оперативно. С учётом всех корректировок флот должен был принять 20 507 женщин, но удалось мобилизовать на 5,4 проц. больше — 21 610 человек (по разнарядке первой очереди — 16 047, второй — 5563). Этому способствовал как патриотический настрой молодёжи, воспитанной на героических примерах, так и активная организационно-политическая работа ЦК ВЛКСМ и местных комсомольских организаций.

Женщин доставили во флотские экипажи для дальнейшего направления в части, где по разным причинам отсеяли 1284 человек (5,9 проц.), а 20 326 распределили по подразделениям для замещения мужчин-военнослужащих: 9803 (49 проц.) — на флот, 5330 (26) — в береговую оборону, 2909 (14) — в авиационные части и 2284 (11 проц.) — в сухопутные. Для военно-морских частей Дальневосточного региона предназначалось 30,2 проц. добровольцев. На Тихоокеанский флот (ТОФ) должны были прибыть 5157 женщин, из них по мобилизации первой очереди — 4200 человек (из Алтайского и Красноярского краёв — по 1100, из Иркутской области — 900, Читинской — 600, из Приморского края — 500), второй очереди — 957 человек (из Алтайского и Красноярского краёв — по 400, остальные — из Приморья). Краснознамённая Амурская флотилия (КАФ) должна была принять только из Хабаровского края 1050 женщин (по мобилизации первой очереди — 800, второй — 250).

В итоге наряды на призыв по краям и областям Сибири и Дальнего Востока перевыполнили, но очерёдность поэтапной мобилизации нарушалась. В регион прибыли 1569 женщин из Алтайского края и 1513 — из Красноярского, 1388 — из Иркутской области и 1187 — из Читинской, а 724 женщины являлись жительницами Приморского края. Приёмные комиссии провели переосвидетельствование 7498 человек (ТОФ — 6381, КАФ — 1117) и возвратили в военкоматы 429 женщин (5,7 проц.), включая 325 (5 проц.), прибывших на ТОФ, и 104 (9,3 проц.) — на КАФ.

Самый высокий процент не прошедших отбор пришёлся на тех, кто направлялся в части Амурской военной флотилии. По Тихоокеанскому флоту не соответствовали предъявлявшимся требованиям: из Читинской области — около 9 проц. мобилизованных женщин, из Иркутской — 5,3 проц., из Красноярского края — 3,5 проц., Алтайского — 2,3 проц. и Приморского — 3,2 проц. Среди лиц, отправленных по месту жительства, 80 проц. не прошли отбор по состоянию здоровья, 8 проц. — по образованию, 5 проц. — по морально-политическим качествам, 5 проц. — по семейным обстоятельствам, 2 проц. — по возрасту и другим причинам5.

Несмотря на некоторые упущения при подборе кандидаток для службы в ВМФ, большинство из них по физиологическому развитию, состоянию здоровья и социальному положению соответствовали критериям и были зачислены на действительную военную службу (ТОФ — 6056, КАФ — 1013 человек). В части флота направили 31 проц. женщин-новобранцев Тихоокеанского флота и 33 проц. — Амурской флотилии, в части береговой обороны — соответственно 19 проц. и 42 проц., в Военно-воздушные силы — по 25 проц., в сухопутные части — 25 проц. только из ТОФ. Таким образом, большую часть нового пополнения ТОФ распределили на флот, а КАФ — в береговую оборону. В авиационные части направили из первого набора на ТОФ 10 проц. женщин и всех — из второго (см. табл. 1). Учитывая сложности с бытовым устройством женщин, в части их отправляли группами по 5—10 человек, а в отдалённые районы (в частности, в Петропавловск-Камчатский и Ногаево) и вовсе не направляли.

Отчётные материалы, даже при наличии разночтений в абсолютных показателях, позволяют составить общую социально-демографическую характеристику женщин-добровольцев. Среди призванных на действительную военную службу в 1942 году преобладала молодёжь: 19—21-летние составляли приблизительно 68 проц. по ВМФ, 70 проц. — по ТОФ и 57 проц. — по КАФ, 22—24-летние — соответственно 19, 18, 25 проц. Наличие женщин, не подлежавших призыву по возрасту, объясняется недостаточностью призывного контингента. Лиц возрастных категорий 25—29 лет имелось сравнительно немного — 3 проц., 17—18-летних значительно больше — 9,6 проц. по ВМФ, 9,8 проц. — по ТОФ и 15 проц. — по КАФ.

Среди зачисленных в военно-морские части женщин члены ВКП(б) составляли не более 1 проц., ВЛКСМ 60—61 проц., беспартийные 38—39 проц.; высшее образование имели 1 проц., среднее — 23 проц., окончили 7—9 классов — 53 проц., 5—6 классов — 20 проц., 4 класса — 3 проц. По сравнению с общефлотскими показателями на ТОФ прибыло меньше лиц со средним и больше с 5—6-классным образованием. По КАФ лица со средним и незаконченным средним образованием составляли 56 проц. против 70 проц. — по ТОФ и 76 проц. — по ВМФ, а с начальным образованием — 7 проц., в то время как по флоту — 3 проц.

В целом уровень образования молодёжи, направленной в военно-морские части Дальневосточного региона, оставался высоким, что объяснялось не только спецификой службы, требовавшей определённой подготовки, но и особенностью социального состава мобилизованных женщин: служащие в ВМФ — 60 проц., в ТОФ — 63 проц., в КАФ — 57 проц.; рабочие — соответственно 26, 25 и 28 проц.; колхозники — соответственно 6, 4, 7 проц., учащиеся — по 8 проц. Только 3—4 проц. прибывших в регион женщин могли использовать ранее приобретённые ими трудовые навыки, из них 53 человека имели специальность слесаря, 71 — токаря, 90 — шофёра, 17 — счётного работника, 23 — радиста, 8 — машиниста и 4 — водника6. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Великая Отечественная без грифа секретности. Книга потерь: Новейшее справочное издание. М., 2009. С. 35.

2 Война: 1941—1945 // Вестник Архива Президента Российской Федерации. М., 2010. С. 123, 124.

3 Центральный военно-морской архив Министерства обороны Российской Федерации. Ф. 864. Оп. 1. Д. 73. Л. 12.

4 Там же. Д. 1108. Л. 5, 6.

5 Там же. Д. Л. 34—36, 57, 69, 88 (подсчитано автором).

6 Там же. Л. 43, 90, 92 (подсчитано автором).