1

Укрепления Киева во второй половине XVII века

К.С. НОСОВ — Укрепления Киева во второй половине XVII века

K.S. NOSOV – Strongholds of Kiev in the second half of the XVII century

Аннотация. В статье на основе многочисленных описей воссоздаётся облик русских укреплений Киева в первую половину столетия после присоединения его к России (вторая половина XVII в.). Существенно дополняет данные уже известных описей новый документ — недавно введённая в научный оборот так называемая «Строельная книга по укреплениям Киева 1679 г.». Рассмотрение описей в хронологической последовательности позволило проследить этапы работ над Киевской крепостью, изменение конструкций и терминологии в период с 1654 по 1700 гг.

Summary. The article, on the basis of numerous inventories, recreates the appearance of the Russian fortifications of Kiev in the first half of the century after its annexation to Russia (second half of the 17th century). And it substantially complements the data of already known inventories with a new document – the so-called ‘Building Book on the fortifications of Kiev in 1679’ recently introduced into scientific circulation. The consideration of the inventories in chronological order allows us to trace the stages of works at the Kiev fortress, modifications of structures and terminology in the period from 1654 to 1700.

После присоединения Украины к России в 1654 году важнейшим вопросом было закрепиться в Киеве. В близких к царю кругах даже возникла идея перенести в Киев столицу Российского государства1. Но Киев находился слишком близко к границе и долгое время оставался в центре военных действий, что заставило отказаться от реализации этой идеи. А после разорения Киева в 1651 года войсками Я. Радзивилла городские укрепления находились в плачевном состоянии. Поэтому неудивительно, что царь Алексей Михайлович сразу же, ещё в 1654 году, озаботился организацией обороны города. Необходимо было заменить устаревшие и уже не соответствовавшие новым военным реалиям деревянные стены и башни на мощные земляные укрепления.

Сложной была ситуация в 1670-е годы и на Украине. Гетман Правобережной Украины П. Дорошенко в 1669 году объявил себя подданным Османской империи. В 1672 году турецкий султан отправил на помощь вассалу армию, началась Польско-турецкая война (1672—1676 гг.). Но П. Дорошенко претендовал также на Киев и Левобережную Украину, принадлежавшие России. Набеги совершали и крымские татары. После окончания войны с Речью Посполитой турки переключились на Россию, началась Русско-турецкая война (1676—1681 гг.). В 1679 году было опасение, что турецкая армия двинется от Чигирина на Киев. Ситуация осложнялась ещё и тем, что приближалось окончание срока действия Андрусовского перемирия, заключённого с Речью Посполитой в 1667 году на 13,5 лет. А Киев ещё не был окончательно присоединен к России. Этим объясняется важность и спешность работ по укреплению Киева. Только по «вечному миру» с Речью Посполитой 1686 года Киев окончательно присоединялся к Русскому государству, Москва заплатила за него 146 тыс. рублей компенсации.

Вплоть до конца 1970-х годов сведения об укреплениях Киева во второй половине XVII века были отрывочными и неполными, использовались лишь отдельные документы2. Всё изменилось с находки Г.В. Алфёровой и В.А. Харламова3. Им удалось обнаружить в Российском государственном архиве древних актов и опубликовать неизвестные ранее документы, касающиеся строительства укреплений в Киеве. Однако по крайней мере один документ остался вне поля зрения исследователей4. Так называемая «Строельная книга по укреплениям Киева 1679 г.» не так давно была нами обнаружена и опубликована5. Она существенным образом дополняет сведения о строительстве киевских укреплений и опровергает возникшие ещё в XIX веке домыслы о проведённых в Киеве в тот год работах6. В настоящей статье на основе новых сведений мы делаем попытку воссоздать полную картину строительства и конструкции киевских укреплений во второй половине XVII века, в общем очерченную Г.В. Алфёровой и В.А. Харламовым.

23 февраля (здесь и далее по ст. ст.) 1654 года в Киев прибыло русское войско, возглавляемое воеводами Ф.С. Куракиным и Ф.Ф. Волконским7. Для расположения русских войск воеводы выбрали Верхний город. На тот момент территория Верхнего города лежала в руинах, он был почти заброшен, а административный центр и большинство жителей переместились на Подол8. Именно Верхний город стали укреплять новыми оборонительными сооружениями. Какой «город» (в смысле укрепление) следовало строить — земляной, деревянный или острог — решать должны были сами воеводы. Работы начались незадолго до начала наступления польских войск, которые уже 17 марта 1654 года взяли Бородёнки, расположенные в 30 верстах от Киева. В связи с потенциальной опасностью киевские воеводы докладывали царю: «И мы, холопы твои, острог и всякие крепости делаем всеми людьми, днем и ночью, и стоим совсем наготове…»9. Уже 31 марта 1654 года работы были завершены. Скорость работ вкупе с отписками воевод позволили предположить, что в то время был произведён лишь ремонт старых укреплений. Укрепления, видимо, представляли деревянные стены с башнями, частично поставленные на валах, со рвом перед ними10. Тем не менее, и эти укрепления немало удивили П. Алеппского, проезжавшего через Киев летом 1654 года. Он записал, что крепость «укреплена деревянными стенами, рвами и крепкими башнями: Московитяне имеют светлый ум, подобно франкам, так как они изобрели приспособления для укрепления своей крепости, которых мы не видели в других странах. Они установили вокруг рва бревна, похожие на длинную ось водяного колеса, очень большие, и переплели их жердями, заостренными подобно кинжалам и копьям, которые выступают с четырех сторон оси в виде креста, как коловороты в наших колодцах. Бревна эти поставлены в два яруса, которые над землей имеют высоту полтора роста. Когда враг нападет, он не найдет дороги ни на земле, ни сверху, а если повиснет на верхних бревнах, то погибнет, потому что упадет на заостренные нижние колья, которые вонзятся в его тело, и могила станет его домом. Мосты у ворот этого города и крепости поднимаются на цепях. Вся земля вокруг них имеет подземные хода, которые заполнены большим количеством пороха. На каждых воротах висит большой колокол: когда что-либо приключится, в него бьют, чтоб дать знать всем, кто пребывает в крепости. Такое же во всех крепостях. В этой крепости много пушек, одна над другой, сверху и внизу. В ней два воеводы, уполномоченных царем»11. Таким образом, уже в 1654 году в Киевской крепости были подъёмные мосты у ворот, многочисленные подземные ходы, артиллерия в два яруса и особенно поразившие П. Алеппского противопехотные заграждения у рвов. Последние, судя по описанию, представляли собой установленные в два уровня «вертляные рогатки», упоминаемые также в описях 1673 и 1677 гг.

Первый период строительных работ, характеризовавшийся лишь ремонтом разрушенных укреплений, по мнению Г.В. Алфёровой и В.А. Харламова, продолжался с 1654 по 1672 гг.12 И действительно, укрепления ветшали, их чинили, но масштабные работы не предпринимали. Так, росписной список 1661 года свидетельствует, что ратных людей в городе было мало («всего 4499 человек»), недостаточно как для обороны, так и для восстановления пришедших в негодность укреплений13. В этом же списке рекомендуется поставить три городка на трёх «горах» на расстоянии 145—260 саженей от города (напротив Печерских ворот и Михайловской калитки)14. Но эти работы остались на бумаге. В 1665 году в донесении царю киевские воеводы сообщали о проведённом ремонте стен («худые стены, которые осыпались, велели мы, холопи твои, поделать разных полков стрелцам и солдатом»15). Помимо «городовых стен» в этом донесении сообщается ещё о строительстве или ремонте 6 роскатов. Эти сооружения имели размеры (периметр) от 8,5 саженей (18,4 м) до 30 саженей (64,8 м), высоту («вверх») от 2 саженей 1 аршина (5 м) до 4 саженей и 1,5 аршина (9,7 м) (сажень трёхаршинная, что указано в конце документа). В то время роскаты имели обламы, так как про один сообщается: «Роскат, что за Лвовы вороты, делан по обламы»16.

В 1672 году, предвидя опасность войны с Османской империей, русское правительство усиливает внимание к Киеву. Сюда воеводой назначается князь Ю.П. Трубецкой, прибывший вместе с войсками 13 февраля 1673 года. Этот год стал переломным в организации обороны города. С этого времени начинается коренная реконструкция его укреплений. Создаются и отсылаются в Москву многочисленные подробные описи состояния укреплений, делаются чертежи и даже изготовляются макеты («образцы») как на отдельные городские постройки, так и на целые части города17. Первая подробная опись укреплений, которая была направлена в Москву носит название «Азбучной росписи» и датируется 1673 года18. Составитель росписи — воевода Ю.П. Трубецкой. Возможно, именно ему принадлежит идея замены деревянных укреплений на земляные19. Военными инженерами при нём были полковник Николай фон Зален и его сын, майор Николай фон Зален. В тот же 1673 году последовало ещё одно подробное описание укреплений с предложениями их дальнейшей реконструкции — документ, подписанный фон Заленом (видимо, отцом)20.

Согласно росписям 1673 года работы велись по всему периметру Верхнего города. Линия новых укреплений проходила в основном по трассе валов древнерусского времени21. Основу новых укреплений, согласно описаниям 1673 года, составляли валы, рвы, земляные выводы и роскаты. Укрепления предшествовавшего времени уже не соответствовали требованиям эпохи, да к тому же сильно обветшали и развалились22. Со стороны города вал укрепляли плетнем, о чём мы узнаём по более поздним описаниям («вал… внутри обделан плетнем и насыпан был землею: и тот плетень розвалился и земля осыпалась»23). Расширение верхней части вала до 3 саженей было необходимо для транспортировки и установки там орудий.

Для перевода древнерусских величин в метрические нужно знать, какая использовалась сажень. Во многих описях киевских укреплений указаний на это нет. Только в документах 1665, 1679, 1695 и 1700 гг. оговорено, что применена трёхаршинная сажень. Хотя в царствование Алексея Михайловича трёхаршинная сажень (2,16 м) была объявлена казённой и именно её предписывалось применять положениями Соборного уложения 1649 года, на практике во второй половине XVII века зачастую использовали другие виды саженей. Например, в описях XVII века Ладожской крепости доказано применение косой сажени (2,48 м)24. В описи киевских укреплений 1673 года есть место, которое заставляет усомниться в том, что там использована трёхаршинная сажень25. Установить, какая была использована сажень, нам позволило одно место в описи 1675 года: «Первый вывод длиною кругом 27 сажень. От подошвы в вышину до зубцов пол 3 сажени трехаршинных»26. «На валу класть дубовые зубцы, на зубцах бой земляной вышиною и шириною сажень, снутри города взкласть дерхом, перед боем учинить ступень вышиною пол аршина, шириною пол сажени» – так рекомендовал возводить укрепления фон Зален27. И действительно, в описях 1673 года уже построенных укреплений не раз встречается указание на устроенный поверх вала на «зубцах» «земляной бой» («на валу бой земляной», «сверх зубцов земляной бой», «на валу сверх зубцов земляной бой»28). По мнению Г.В. Алфёровой и В.А. Харламова, дубовые зубцы представляли собой уложенные поперек всей верхней площадки вала бревна, «заострённый край которых консольно выступал в сторону поля, образовывая, таким образом, заострённый карниз», а поверх бревенчатого настила возводился земляной бруствер («земляной бой»)29. Одним из значений слова «зубец» в XVII веке, действительно, было острый выступ по краю чего-либо (например, теса кровли)30. Высота и ширина земляного бруствера («земляного боя») обычно была по 1 сажени (1,8 м), но встречались отклонения31.

Перед валом и земляными выводами был устроен ров, ширина и глубина которого в 1673 году варьировались в очень широких пределах32. Правда, фон Зален настойчиво и неоднократно отмечал в описи требование «учинить ров глыбше и шире»33. Ров был сухим, никаких указаний на заполнение его водой нет.

Между рвом и основным валом, как правило, возводили ещё один невысокий вал, называвшийся «нижним боем»34. Поверх внешнего невысокого вала устанавливали рогатки35.

«Потайные ходы» из «нижнего боя» в ров были очень распространены. Они были довольно широкими (1,5—2 сажени, т.е. 2,7—3,6 м), что позволяло делать вылазки значительным контингентом, и порой весьма длинными — в одном случае потайной ход имел длину 72 сажени (129,6 м)36. «Потайные ходы» закрывались воротами «с решеточными дверми»37. Помимо этого упоминаются и «вылазы» (у Архангельского вывода и у Золотых ворот38). Размеры «вылаза» более скромные (высота 1,8 м и около 1 м в ширину), чем у «потайных ходов»39.

В описи 1673 года, составленной фон Заленом, описываются также три «закрытых хода»: у Архангельского вывода, перед Львовскими воротами и у Малого городка на Печерской горе. Причём во всех трёх описаниях упоминается как образец некий «закрытый ход», уже сделанный за рвом у Печерских ворот. Как ни странно, ни в этой, ни в большинстве других описей у Печерских ворот нет упоминаний «закрытого хода». Только в описи 1682 года упоминается и «подлаз» и «ход в ров» у Печерских ворот40. Три «закрытых хода» фон Зален, видимо, считал необходимым построить, но они так и остались на бумаге41.

Тот же фон Зален рекомендовал создать «закрытый ход» и под дорогой, соединявшей Большой город с Малым городком на Печерской горе42. Но этот колоссальный проект подземных работ, видимо, также остался лишь на бумаге, так как никаких намёков на подземную дорогу в более поздних описях нет. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Шевченко Ф.П. Київ у перший рік після возз’єднання України з Росією. // Український історичний журнал. 1980. №. 2. С. 64.

2 Например, Н.М. Закревский цитирует одну из отписок киевского воеводы Ю.П. Трубецкого царю от 1673 г. и использует опись города 1682 г. (Закревский Н.М. Описание города Киева. Т. I. М., 1864. С. 59—63; Т. II. М., 1868. С. 900—904), но этих отрывочных сведений оказывается совершенно недостаточно для воссоздания полной картины. Авторы «Истории Киева» делают выводы о строительстве оборонительных сооружений лишь на донесении первых киевских воевод Ф.С. Куракина и Ф.Ф. Волконского (История Киева. Т. I. Киев, 1963. С. 160), из-за чего складывается впечатление, что работы были начаты и закончены в 1654 г.

3 Алфёрова Г.В., Харламов В.А. Крепостные укрепления Киева во второй половине XVII века // Вопросы истории. 1979. № 7. С. 61—75; они же. Киев во второй половине XVII века. Киев, 1982.

4 Российский государственный архив древних актов (РГАДА). Ф. 210 (Разрядный приказ). Оп. 5 (Смотренные списки). Д. 53. Л. 179—186. (Строельная книга по укреплениям Киева, 1679 г.).

5 Носов К.С., Сухова А.С. Строельная книга по укрепления Киева 1679 г. // Вопросы истории фортификации. 2012. № 3. С. 5—9.

6 Предположения разных исследователей о работах в Киеве в 1679 г. собраны и изложены в монографии: Каргер М.К. Древний Киев: очерки по истории материальной культуры древнерусского города. Т. 1. М.; Л., 1958. С. 247, 248.

7 Акты, относящиеся к истории Южной и Западной России (АЮЗР), собранные и изданные Археографической комиссиею. Т. X. СПб., 1878. С. 386.

8 Алфёрова Г.В., Харламов В.А. Киев во второй половине XVII века. С. 37.

9 АЮЗР. Т. X. С. 399, 400.

10 Алфёрова Г.В., Харламов В.А. Крепостные укрепления Киева… С. 67.

11 Алеппский П. Путешествие антиохийского патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном архидиаконом Павлом Алеппским. М., 1896. С. 74.

12 Алфёрова Г.В., Харламов В.А. Крепостные укрепления Киева… С. 65.

13 Роспись Киеву 1661 года, июля 13 // Сборник материалов для исторической топографии Киева и его окрестностей. Киев, 1874. С. 87.

14 Там же.

15 Донесение царю Алексею Михайловичу киевских воевод о совершенных ими работах с целью восстановления киевских укреплений. 1665, августа 29 // Сборник материалов для исторической топографии Киева и его окрестностей. С. 88.

16 Там же. С. 89.

17 Алфёрова Г.В., Харламов В.А. Киев во второй половине XVII века. С. 10.

18 Азбучная роспись состоит из двух частей: чистовой (начало) и черновой (конец). Хранятся отдельно: первая — РГАДА. Ф. 137. Оп. 2. Д. 70. Л. 1—15 об.; вторая — РГАДА. Ф. 229. Оп. 5. Д. 77. Л. 1—14 об. Обе росписи опубликованы: Алфёрова Г.В., Харламов В.А. Киев во второй половине XVII века. С. 98—102.

19 Алфёрова Г.В., Харламов В.А. Киев во второй половине XVII века. С. 11.

20 РГАДА. Ф. 124. Оп. 5. Д. 25. Л. 1—50. Опубликован: Алфёрова Г.В., Харламов В.А. Киев во второй половине XVII века. С. 102—108. Как установлено Г.В. Алфёровой и В.А.Харламовым порядок листов был нарушен. Исследователи восстановили последовательность листов. Отсюда в дальнейшем употребляемая нами двойная нумерация листов: первая цифра соответствует № листа по Г.В. Алфёровой и В.А. Харламову, вторая — первоначальная архивная.

21 Алфёрова Г.В., Харламов В.А. Киев во второй половине XVII века. С. 31.

22 РГАДА. Ф. 124. Оп. 5. Д. 25. Л. 19/24, 15/5 и 4 соответственно.

23 Росписной список 1677 г. // Дополнения к актам историческим, собранным и изданным Археографической комиссией. Т. VII. № 28 (1677 г.). С. 170.

24 Гусева О.Г., Коляда М.И., Мильчик М.И. Ещё раз о реконструкции Ладожской крепости // Новгородский исторический сборник. 1993. Вып. 4 14). С. 247—250.

25 РГАДА. Ф. 137. Оп. 2. Д. 70. Л. 6 об.

26 Там же. Д. 20-а. Л. 997 об.

27 Там же. Ф. 124. Оп. 5. Д. 25. Л. 4/4.

28 Там же. Ф. 137. Оп. 2. Д. 70. Л. 3, 6 об., 7 об., 10 об., 15 об.

29 Алфёрова Г.В., Харламов В.А. Киев во второй половине XVII века. С. 31.

30 Словарь русского языка XI—XVII вв. Вып. 6. М., 1979. С. 67 («Зубецъ»), 69 («Зубчатый»).

31 РГАДА. Ф. 137. Оп. 2. Д. 70. Л. 4, 12.

32 Там же. Л. 1—15 об.

33 Там же. Ф. 124. Оп. 5. Д. 25. Л. 33/46.

34 Там же. Ф. 137. Оп. 2. Д. 70. Л. 11, 8 об., 15 соответственно.

35 Там же. Л. 6.

36 Там же. Л. 12 об.

37 Там же. Л. 6, 8 об.

38 Там же. Л. 13.

39 Лебединцев П.Г. Росписной список г. Киева 1700 г. // Чтения в историческом обществе Нестора летописца. Кн. VI. Киев, 1892. Отд. III. С. 80 (послесловие); Толочко П.П. Тайны киевских подземелий. Киев, 1971. С. 18—26.

40 Роспись Киеву 1682 г. // Сборник материалов для исторической топографии Киева и его окрестностей. С. 98.

41 РГАДА. Ф. 124. Оп. 5. Д. 25. Л. 24/23.

42 Там же. Л. 49/36, 50/37.