1

Укрепление обороны советского Дальнего Востока в 1939 году.

Аннотация. В статье представлены результаты анализа развития группировок советских войск и сил флота на Дальнем Востоке в 1939 году. Он показал, что решения политического и военного руководства СССР, нацеленные на укрепление его обороны Дальнего Востока, базировались на верной оценке военной опасности со стороны Японии. Выполнение этих решений обеспечило стратегическое сдерживание вероятного противника.

Summary. The paper offers the results of analyzing the development of Soviet Navy troop and force groupings in the Far East in 1939. The analysis showed that decisions of the Soviet political and military leadership aimed at strengthening the defenses in the Far East rested on a correct assessment of military threat from Japan. Carrying out those decisions ensured strategic deterrence of the potential adversary.

КОЛЕСНИЧЕНКО Кирилл Юрьевич — доцент департамента социальных наук Дальневосточного федерального университета, кандидат политических наук

(г. Владивосток. E-mail: kolesnichenko.kyu@dvfu.ru).

ПРОТИВНИК «ИСПОЛЬЗУЕТ МИРНЫЕ ПЕРЕГОВОРЫ ДЛЯ СОСРЕДОТОЧЕНИЯ СИЛ С ЦЕЛЬЮ ПЕРЕХОДА К АКТИВНЫМ ДЕЙСТВИЯМ»

Укрепление обороны советского Дальнего Востока в 1939 году

В конце 1938 — первой половине 1939 года в Азиатско-Тихоокеанском регионе нарастала военно-политическая напряжённость. Япония после установления военного и политического контроля над северной частью Китая вела агрессивную войну за завоевание всей страны и превращение её в колонию. В феврале—марте 1939 года японские войска захватили остров Хайнань и архипелаг Спратли в Южно-Китайском море. В июле министр иностранных дел Японии Х. Арита и британский посол в Токио Р. Крейги подписали соглашение1 о признании Великобританией «специальных нужд» японских вооружённых сил в Китае. Для сохранения своих позиций на Дальнем Востоке Великобритания признала оккупацию Японией части Китая и право японских войск подавлять действия, мешавшие удовлетворению их нужд, взяла на себя обязательство не предпринимать и не поощрять антияпонских действий. Соглашение, заключённое в условиях эскалации вооружённого конфликта на реке Халхин-Гол, гарантировало безопасность тылов японских войск, действовавших против СССР и Монгольской Народной Республики (МНР)2.

В оценке международной обстановки советское руководство исходило из возможности вооружённого конфликта между СССР и Германией, Польшей, Италией на западе и Японией на востоке.

В январе 1939 года Разведывательное управление РККА сообщило начальнику Генерального штаба о переводе Квантунской армии на военное положение, 3 марта информировало наркома обороны о возможной подготовке японцами новых провокаций против СССР3.

Столкновение интересов Японии и СССР в первой половине 1939 года вызвал пересмотр советско-японской рыболовной конвенции 1928 года на переговорах об этом, проходивших ноябре 1938 — марте 1939 года. Разведывательный отдел Тихоокеанского флота (ТОФ) в марте 1939 года сообщал о продолжении мобилизации в Японии и на периферии, переброске войск и военных грузов в порты Кореи, Маньчжурии, Китая и Южного Сахалина. В сводке от 15 марта отмечалось: «Японская военщина проводит усиленную кампанию среди местного населения за осуществление “свободного лова” (под охраной вооружённых кораблей) в районах Камчатки, Сахалина и Советского Приморья… сосредоточение значительного количества военных кораблей в северных водах и в районах северных берегов Кореи под видом проведения каких-то тактических учений является лишь манёвром прикрытия развёртывания частей флота для обеспечения этих “операций”»4.

Советское правительство заявило, что СССР будет рассматривать попытку «свободного лова» рыбы в советских водах как нападение на Советский Союз. 2 апреля 1939 года был подписан протокол о продлении рыболовной конвенции на год на условиях советской стороны. Острым также был вопрос о японских нефтяной и угольной концессиях на Сахалине5.

Зимой и весной 1939 года обстановка на советско-маньчжурской границе была крайне напряжённой. В январе—апреле 1939 года разведывательные органы НКВД отмечали активизацию японских разведывательных, контрразведывательных органов и штаба Квантунской армии. Японские и маньчжурские подразделения регулярно устраивали боестолкновения с советскими пограничниками6. 23 мая 1939 года Главный военный совет РККА (ГВС) направил военному совету 2-й Отдельной Краснознамённой армии директиву о недопущении японо-маньчжурских судов вниз по рекам Амур и Уссури ниже протоки Казакевичева к Хабаровску7.

В 1938—1939 гг. противоречия в японской политической элите и командовании вооружённых сил, конкуренция армии и военно-морского флота Японии затрудняли определение районов и масштабов возможных провокаций против СССР. Достоверно установленные советской разведкой численность, состав и дислокацию группировок армии Японии (см. таблицу 1) свидетельствовали о необходимости дальнейшего укрепления обороны советского Дальнего Востока.

По решению ГВС от 31 августа 1938 года приказом наркома обороны СССР № 0040 от 4 сентября 1938 года был упразднён Дальневосточный Краснознамённый фронт (ДКФ), из его войск созданы 1-я и 2-я Отдельные Краснознамённые армии (1 и 2 ОКА) с непосредственным подчинением наркому обороны. В 1 ОКА (штаб в городе Ворошилов, ныне Уссурийск Приморского края) вошли войска, дислоцированные на территориях Уссурийской, части Хабаровской и Приморской областей (разграничительная линия со 2 ОКА — по реке Бикин). Военному совету 1 ОКА в оперативном отношении был подчинён Тихоокеанский флот (ТОФ). 2 ОКА (штаб в Хабаровске) объединила войска на территориях Нижне-Амурской, Хабаровской, Приморской, Сахалинской, Камчатской и Еврейской автономной областей, Корякского и Чукотского национальных округов. Военному совету 2 ОКА в оперативном отношении была подчинена Амурская Краснознамённая военная флотилия (АКВФ). Управления Хабаровской оперативной группы и 2-й армии ДКФ были расформированы и обращены на восстановление управлений 18-го (Куйбышевка) и 20-го (Биробиджан) стрелковых корпусов (ск)8.

К началу 1939 года численность 1 ОКА составляла 228 тыс., 2 ОКА — 153 тыс., ТОФ — 74,4 тыс., АКВФ — 10,4 тыс. военнослужащих. В регионе дислоцировались строительные соединения и части (99,7 тыс. человек), а также Особый корпус железнодорожных войск (ОКЖДВ) — 62,4 тыс. человек9.

Границу охраняли созданные 20 марта 1939 года Хабаровский и Приморский округа пограничных войск Наркомата внутренних дел (НКВД), включавшие соответственно 9 (из них 2 морских) и 7 (из них 3 морских) погранотрядов общей численностью 21,7 тыс. человек10. В войсках НКВД по охране железнодорожных сооружений и промышленных предприятий, оперативных и конвойных войсках насчитывалось около 10 тыс. военнослужащих11.

В 1939 году 1 ОКА возглавлял командарм 2 ранга Г.М. Штерн, 2 ОКА — комкор (с февраля 1939 г. — командарм 2 ранга) И.С. Конев, ТОФ — флагман 2 ранга Н.Г. Кузнецов, АКВФ — флагман 2 ранга Ф.С. Октябрьский, после назначения в марте 1939 года Кузнецова первым заместителем наркома ВМФ, Октябрьского — командующим Черноморским флотом, ТОФ возглавил флагман 1 ранга И.С. Юмашев, АКВФ в июле 1939 года — капитан 1 ранга (с июля — флагман 2 ранга) А.Г. Головко12.

Боевой состав 1 и 2 ОКА представлен в таблице 2.

В начале 1939 года на вооружении 1 и 2 ОКА находились 2800 танков и танкеток, 283 бронеавтомобиля13.

В ТОФ с главной военно-морской базой (ГВМБ) во Владивостоке входили две бригады надводных кораблей, четыре — подводных лодок и одна — торпедных катеров, а также несколько отдельных дивизионов надводных кораблей, катеров и подлодок14. В состав ТОФ также входила дивизия ПВО, прикрывавшая район ГВМБ ТОФ15. Береговая оборона ТОФ включала укрепрайоны: Владивостокский (ВУР), Шкотовский (ШУР), Сучанский (СУР), Владимиро-Ольгинский (ВОУР), Совгаваньский (СГУР) и Камчатский (КУР)16. Корабельный состав флота насчитывал 2 эсминца («Сталин» и «Войков»), 6 сторожевых кораблей типа «Ураган», 71 подводную лодку, 9 тральщиков, более 70 торпедных катеров17.

В начале 1939 года в состав АКВФ с базой в Хабаровске входили бригада мониторов, по одному дивизиону тральщиков и канонерских лодок, отряд глиссеров, Хабаровский, Иманский, Сретенский, Зейский, Бурейский отряды кораблей, 117-й авиаполк (ап), 6-й стрелковый полк (сп) и другие части18. АКВФ насчитывала более 90 боевых кораблей, в т.ч. 7 мониторов типа «Шквал», 5 канонерских лодок, 4 тральщика, минный заградитель, 41 бронекатер, 22 торпедных катера, 13 глиссеров19.

Пограничные части НКВД, обеспечивавшие охрану морских и речных границ, имели 3 пограничных сторожевых корабля, 48 сторожевых катеров типа МО-4, 4 бронекатера проекта 1124, более 200 сторожевых и вспомогательных катеров различных типов20.

В 1939 году ВВС 1 и 2 ОКА, ТОФ и авиация АКВФ продолжали переход на новую организационную структуру (эскадрилья — полк — бригада) и перевооружались на новую материальную часть. В ВВС 1 и 2 ОКА входили соответственно шесть и четыре авиабригады (абр), ряд отдельных авиаполков, авиаэскадрилий (аэ) и отрядов, в совокупности насчитывавшие к началу 1939 года более 1700 самолётов21. В ВВС ТОФ — истребительная и бомбардировочная авиабригады, отдельный морской разведывательный авиаполк, пять отдельных аэ и два авиаотряда, всего более 600 самолётов.

На Дальнем Востоке в 1939 году завершилось перевооружение частей дальних бомбардировщиков на новые самолёты ДБ-3. Их 1 августа в 5-й авиабригаде 1 ОКА в составе 10-го (Чернышёвка) и 14-го (Воздвиженка) дальнебомбардировочных авиаполков (дбап) насчитывалось 95, в 8-м (Хабаровск) и 27-м (Куйбышевка) дбап 2 ОКА — 110. На вооружении 4-го минно-торпедного авиаполка ВВС ТОФ (Романовка) находились 72 торпедоносца ДБ-3т.

Бомбардировочные и разведывательные авиационные части получали на вооружение бомбардировщики СБ. На Дальний Восток и в Забайкальский военный округ (ЗабВО) были отправлены большинство из выпущенных в 1938—1939 гг. более 600 истребителей И-16 тип 10 и более 120 И-16 тип 1722.

В 1939 году были сформированы в ВВС 2 ОКА два истребительных авиаполка (иап), в ВВС 1 ОКА — штурмовой и истребительный авиаполки. В июне 1939 года из Сибирского военного округа (СибВО) был передислоцирован 5 иап (без матчасти), вошедший в состав 72 абр ВВС 1 ОКА.

В 1930-е годы СССР и Япония, как и другие державы, готовились к возможному применению химического оружия. В 1 и 2 ОКА запасы иприта 1 сентября 1939 года составляли соответственно 1080 и 1136 т, ядовито-дымных шашек (ЯД-шашек) — 223 и 184 тыс. штук23.

В число строительных частей на Дальнем Востоке входили Особый строительный корпус Наркомата обороны (НКО), включавший 14 военно-строительных батальонов (около 13 тыс. военнослужащих), строительные батальоны Главного управления военного строительства (Главвоенстроя) при Совнаркоме СССР (СНК), а также части, входившие в состав ТОФ, 1 и 2 ОКА. Основной задачей Особого строительного корпуса на 1939 год была постройка судостроительного завода в Комсомольске-на-Амуре (завода №199) и ряда других объектов24. ОКЖДВ строил и ремонтировал железнодорожные пути, включая линию Барановский — Посьет, спешно возводившуюся после конфликта у озера Хасан. В связи с большим объёмом строительных работ на Дальнем Востоке к их выполнению привлекались гражданские подрядные организации, заключённые исправительно-трудовых лагерей Главного управления лагерей НКВД.

Основными проблемами войск на Дальнем Востоке были некомплект командно-начальствующего состава, вызванный наряду с другими причинами массовыми репрессиями 1937—1938 гг., недостатки в боевой подготовке, слабость ремонтной базы, трудности расквартирования, продовольственного снабжения, накопления мобилизационных запасов, нехватка аэродромов, полигонов и складов, неразвитость транспортной инфраструктуры.

Задачи формирования группировки войск на Дальнем Востоке ГВС определил в мае—июне 1938 года, затем скорректировал в сентябре—декабре по итогам вооружённого конфликта у оз. Хасан. В 1938—1939 гг. планировалось усилить укрепрайоны (УРы) 1 и 2 ОКА, построить Иманский, Шуфанский, Посьетский и Славянский УРы, Усть-Бурейский отдельный опорный пункт, 20 аэродромов и 6 гидроаэродромов, ряд шоссейных и железных дорог, линий связи, нарастить потенциал военной промышленности и расширить продовольственную базу Дальнего Востока25.

Планы развития ТОФ на 1939 год были определены постановлениями Комитета обороны при СНК СССР (КО), решениями ГВС и Главного военного совета ВМФ. В сентябре 1938 года ГВС принял решение установить силами Наркомата ВМФ (НКВМФ) четыре батареи  береговой обороны (130-мм орудий) в Посьетском районе, что положило начало созданию Посьетского укреплённого сектора ВУР, в котором в 1939—1941 гг. предстояло построить батареи береговой обороны: башенную — 180-мм орудий, три — 130-мм орудий, одну — 100-мм, а также семь позиций для 45-мм пушек и разместить дивизион 76-мм зенитных орудий. Наряду со строительством новых продолжалось совершенствование оборудования батарей береговой обороны, введённых в строй ранее, в т.ч. расположенной на о. Русский во Владивостоке береговой башенной батареи № 981 имени наркома обороны СССР К.Е. Ворошилова, вооружённой шестью орудиями калибра 305 мм26.

Всего в 1939 году по планам НКВМФ следовало построить и дооборудовать 42 батареи береговой обороны ТОФ и 7 — АКВФ27. Кроме того, были запланированы постройка базы подлодок в бухте Тарья (Камчатка), где с осени 1938 года базировался  дивизион подлодок типа «Л», развитие баз ТОФ, строительство 13 аэродромов, складов, дорог и линий связи28.

Общая сумма кредитов, выделенных ТОФ в 1939 году, составила 675,7 млн рублей против 557,4 млн, выделенных в 1938 году, основная часть средств предназначалась для закупки вооружения, техники и военного строительства29. Постановлениями СНК и ЦК ВКП(б) от 4 марта 1939 года № 252 и КО № 80сс от 2 апреля 1939 года НКВМФ на строительство в 1939 году были выделены 736 млн рублей, из них 247,6 млн рублей для ТОФ30. После дополнительных ассигнований общие суммы, выделенные ТОФ и АКФВ на строительство в 1939 году, составили соответственно 287 млн и 38,1 млн рублей31.

Тихоокеанский флот активно пополнялся кораблями. Постановлением КО № 81сс от 3 апреля 1939 года НКВМФ разрешалось перевести во Владивосток по 4 новых базовых тральщика из состава Черноморского (ЧФ) и Краснознамённого Балтийского (БФ) флотов32. Они прибыли во Владивосток соответственно 17 мая и 28 августа. Летом и осенью 1939 года по железной дороге на ТОФ были перевезены 7 подлодок типа «М» (2 с БФ и 5 с ЧФ). Во второй половине года в строй вступили 3 подлодки типа «Л», в сентябре — 7 сторожевых катеров типа МО-4, в октябре — эсминец «Рьяный», в декабре — лидер эсминцев «Орджоникидзе» (в сентябре 1940 г. переименован в «Баку»)33.

Значительное внимание уделялось организации взаимодействия войск и сил флота при обороне побережья и укреплению обороны северных районов советского Дальнего Востока. Базовое строительство, развёрнутое в 1936—1938 гг. в бухте Советская Гавань, Николаевске-на-Амуре и Де-Кастри, позволило перебазировать туда часть сил ТОФ: 17 мая в Советскую Гавань передислоцировался 25-й дивизион подлодок (типа «М») 2-й бригады ПЛ, 9 июля — 31-й дивизион подлодок (типа «Щ») 3-й бригады ПЛ с плавбазой «Саратов»34.

14 февраля 1939 года КО принял постановление № 30сс35 об укреплении береговой обороны побережья Камчатки и Охотского моря, проект которого 1 февраля наркомы обороны и ВМФ Маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов и командарм 1 ранга М.П. Фриновский представили секретарю ЦК ВКП(б) И.В. Сталину и председателю СНК В.М. Молотову.

В соответствии с ним НКВМФ должен был построить на временных основаниях к 15 мая 1939 года в Петропавловске-Камчатском две батареи береговой обороны 130-мм орудий, четыре — 45-мм орудий и одну — 76-мм зенитных орудий, к 1 июня — ещё одну — 130-мм — в бухте Нагаева (Магадан) и 100-мм — в Охотске. В Усть-Большерецке и Усть-Камчатске планировалось развернуть по одному подвижному артиллерийскому дивизиону (в каждый входили две батареи 152-мм пушек-гаубиц образца 1934/37 гг. и две батареи 45-мм пушек) и по одной зенитной батарее 76-мм орудий из состава 2 ОКА.

Кроме того, планировалось в мае 1939 года разместить смешанный авиаполк в составе истребительной (истребители И-15) и бомбардировочной (бомбардировщики СБ) эскадрилий в Петропавловске-Камчатском и отдельные бомбардировочные авиационные отряды (по 6 самолётов СБ в каждом) в Усть-Большерецке, Нагаево и Охотске. ТОФ отвечал за доставку личного состава и грузов из Владивостока в пункты назначения, их перевозили суда Дальневосточного государственного морского пароходства36.

По решению ГВС, принятому в июне 1938 года, в городе Сучан (ныне Партизанск Приморского края) было сформировано управление 59-го стрелкового корпуса (ск). НКВМФ передал Наркомату обороны части ТОФ численностью 12,6 тыс. человек для формирования трёх отдельных стрелковых бригад (осбр) с дислокацией во Владивостоке (1 осбр), пос. Шкотово (2 осбр) и в районе бухт Ольга — Владимир на севере Приморского края (3 осбр).

1 и 2 осбр были переименованы в 4, 5 осбр и вместе с Сахалинской стрелковой дивизией (сд), переименованной в 79-ю горнострелковую дивизию вошли в состав 59 ск. Весной и летом 1939 года были сформированы корпусной артполк, а также батальоны — сапёрный и связи 59 ск37.

В соответствии с постановлением КО от 27 мая 1939 года для лучшего использования стрелковых частей 59 ск при обороне берегов Тихого океана из него в состав ТОФ были переданы 3 осбр, 193, 232 и 297 сп общей численностью 11 875 человек. Оставшиеся в составе 59 ск четыре сп были сведены в две сбр с дислокацией в районах Владивостока и Сучана — Екатериновки38. В августе 1939 года управление 59 ск было передислоцировано из Сучана в село Галенки Уссурийской области с выводом из его состава всех сбр и подчинением ему Гродековского, Полтавского УРов и 105 сд39. Таким образом, для защиты побережья 1 ОКА выделяла три осбр: 1 (Владивосток), 4 (Шкотово — Промысловка) и 5 (Сучан).

Во 2 ОКА за оборону побережья отвечал 45 ск, в его состав входили Де-Кастринский (ДКУР) и Нижне-Амурский (НАУР) укрепрайоны.

2 апреля 1939 года нарком обороны Маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов обратился в ЦК ВКП(б) и СНК (к И.В. Сталину и В.М. Молотову) с предложением ввиду возросшей угрозы внезапного нападения Японии, неоднократных попыток японских войск нарушить границу СССР и МНР «для предотвращения упреждения японцами нас в сосредоточении войск» усилить с мая по сентябрь 1, 2 ОКА и ЗабВО четырьмя стрелковыми дивизиями, в частности, войска на Дальнем Востоке — путём развёртывания 78 сд (СибВО) до штатов военного времени и формирования на её базе за счёт приписного состава 107 сд, перебросить 78 сд в район посёлка Иман Приморского края, 107 сд — в район Благовещенска и разместить их лагерями до 1 сентября 1939 года40.

Соответствующее решение было принято два месяца спустя, в день, когда советский 57-й особый корпус (ок), находившийся в Монголии согласно Протоколу о взаимной помощи 1936 года, совместно с монгольскими частями выбил с территории МНР вторгшиеся накануне (28 мая) японские войска41. КО постановлением № 126сс от 29 мая 1939 года для усиления на летний период 1939 года 1, 2 ОКА и ЗабВО обязал Наркомат обороны за счёт призыва 56 тыс. человек приписного состава на учебные сборы сроком 4 месяца (с 1 июня по 1 октября) развернуть по штатам военного времени четыре стрелковые дивизии (три из них — из полков) и перевести в 1 ОКА (район — Иман) 78 сд (СибВО), во 2 ОКА (район — Благовещенск) — стрелковую дивизию, которую было предписано развернуть из полка 82 сд (УРВО), в ЗабВО — 109 сд, разворачивавшуюся из полка 73 сд, входивший в ЗабВО 51 сп развернуть в 93 сд. Наркомат путей сообщения был обязан выделить НКО с 10 июня по 5 июля для перевозки указанных дивизий к местам дислокации 7596 вагонов и столько же в сентябре для их обратной перевозки42.

В мае 1939 года в городе Ворошилов было сформировано управление 31 ск 1 ОКА с подчинением ему 66 сд, дислоцированной в районе города Иман (ныне Дальнереченск Приморского края), где строился Иманский укрепрайон43. 39 сд передислоцировалась из района Шкотово — Владивосток в район озера Ханка. В состав 1 ОКА вошёл 3-й дивизион бронепоездов (станция Ворошилов-Уссурийский), передислоцированный из Орловского военного округа. К августу того же года Гродековский, Полтавский, Барабашский и Благовещенский укрепрайоны в соответствии с решением ГВС получили по одному отдельному стрелковому полку44.

Содержание боевой подготовки в 1939 году отражало характер военных угроз. ТОФ отрабатывал организацию минно-артиллерийской позиции (МАП) и обороны укрепрайонов, ведение боя на подходах к МАП и на ней, у уреза воды и на берегу, оборону ГВМБ, побережья Татарского пролива, Сахалина и перевозок в северные укрепрайоны (до Камчатки), действия подлодок на коммуникациях противника. В течение года ТОФ 111 дней находился в повышенной оперативной готовности, что помешало выполнению ряда запланированных мероприятий боевой подготовки45.

Командующий 1 ОКА командарм 2 ранга Г.М. Штерн приказом от 14 июня поставил задачи командирам стрелковых корпусов и отдельных дивизий армии совместно с начальниками погранотрядов определить возможные направления и районы японских провокаций, разработать планы противодействия и уничтожения противника при попытках нарушения границы, проверить боевую готовность частей погранподдержки, обеспечить связь с ними и пограничниками; комендантам укрепрайонов — активизировать боевую подготовку прибывших стрелковых полков, артдивизионов и обеспечить надёжное прикрытие строительных частей, ведших работы в укрепрайонах, прилегавших к границе46.

Ранее, в начале 1939 года командирам дивизий 1 ОКА было приказано к концу февраля оборудовать на наиболее выгодных в тактическом отношении высотах 13 наблюдательных пунктов и организовать с них наблюдение силами комсостава разведрот, батальонов, подразделений стрелковых и артиллерийских полков47. К маю постоянные гарнизоны 1 ОКА занимали 7 укреплённых высот в Хасанском районе48.

22 июня 1939 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление о взаимодействии пограничных войск НКВД и частей РККА в пограничной полосе. В том же месяце решением военного совета 1 ОКА погранотрядам были приданы дополнительные подразделения поддержки, размещавшиеся на высотах по линии границы: Гродековскому — 6 стрелковых и 2 стрелково-пулемётных взвода (спв), Комиссаровскому — 3 стрелковых и 2 спв, Хасанскому — 3 спв49.

В июне—июле ряд соединений и частей, в т.ч. 26, 66, 105 сд 1 ОКА, 12 сд 2 ОКА были выведены в районы сосредоточения для прикрытия границы и работ по оборонительному строительству50.

По решению Главного военного совета от 5 июля 1939 года для объединения действий 1 и 2 ОКА, ЗабВО, 57-го особого корпуса (сформирован приказом НКО № 0037 от 4 сентября 1937 г. на территории МНР с оперативным подчинением НКО) во время боевых действий на р. Халхин-Гол была образована фронтовая (Читинская) группа (приказ НКО № 0030 от 5 июля 1939 г.) во главе с командармом 2 ранга Г.М. Штерном51. Командующим 1 ОКА был назначен начальник её штаба комдив (с августа 1939 г. — комкор) М.М. Попов52.

13 июля Г.М. Штерн направил наркому обороны докладную записку с предложениями усилить 57 ок в Монголии, 1 и 2 ОКА, в т.ч. передать армиям положенные им по мобилизационному плану местные ресурсы, провести отмобилизование частей внутренних военных округов, предназначенных планами мобилизационного развёртывания для переброски на восток, а также немедленно передать 2 ОКА две дивизии в Свободный и Хабаровск, оставив их на зимний период в составе этой армии.

В дополнение к 78 сд, которая по приказу наркома обороны от 6 июня 1939 года была отмобилизована и 19 июня отправлена из Новосибирска (СибВО) в Хабаровский край53, в августе—октябре из Симферополя в СибВО была передислоцирована 3 сд, развёрнута до штатов военного времени и в ноябре отправлена в состав 2 ОКА с дислокацией на станции Магдагачи54.

По приказу НКО № 0036 от 19 июля 1939 года 57-й особый корпус был переформирован в 1-ю армейскую группу55 во главе с комдивом (с 31 июля комкором) Г.К. Жуковым56. Доклад о замысле её наступления 28 июля командарм 2 ранга Г.М. Штерн направил наркому обороны. Чтобы не дать японцам стянуть к границе МНР силы из всей Маньчжурии, он считал необходимым сосредоточить у границы войска 1, 2 ОКА и ЗабВО, хотя бы частично отмобилизованные в порядке сборов за счёт местных ресурсов. Штерн писал: «Мы много не знаем в международной обстановке, но мы думаем, что если даже для помощи нашей группе войск в МНР был бы в соответствующий момент произведён авиацией 1-й и 2-й армий и ЗабВО удар по ряду японских авиабаз и желдоробъектов, то ещё не означало бы непременно открытия войны Японией в полном объёме»57. При этом он настаивал на усилении группировки советских войск в Монголии только за счёт военных округов, дислоцированных в европейской части страны, за исключением переброшенных в Монголию 212-й воздушно-десантной бригады 2 ОКА и ряда авиаэскадрилий.

В сводке от 29 июля 1939 года разведотдел 2 ОКА отметил переброску в Маньчжурию части японских войск с фронтов в Северном и Центральном Китае для наращивания сил на границе МНР и приморском направлении, а также сообщил, что «японцы готовятся к новым провокациям и в ближайшее время могут перейти от боевых действий на границе МНР, носящих пока местный характер, к широким военным операциям на границе МНР и нашей советской границе»58.

31 июля было принято постановление КО № 273сс о формировании Северной Тихоокеанской флотилии (СТОФ) с главной базой в Советской Гавани. Ей подчинялись морские части и береговая оборона НАУР и ДКУР, 31-й и 25-й дивизионы ПЛ. СТОФ возглавил флагман 2 ранга М.И. Арапов. Флотилия должна была не допустить прорыва противника в устье Амура, оборонять Камчатку, Северный Сахалин и Татарский пролив.

В тот же день нарком обороны Маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов и начальник Генерального штаба РККА командарм 1 ранга (с мая 1940 г. — Маршал Советского Союза) Б.М. Шапошников направили командованию фронтовой (Читинской) группы, военным советам 1, 2 ОКА и ТОФ директиву о приведении в боевую готовность Сахалинской сд и Охинского сп, СГУР, ДКУР и НАУР в связи с провокационными действиями японских военных кораблей в Татарском проливе. Из состава 2 ОКА на Сахалин передислоцировалась эскадрилья на истребителях И-16. Командующему СТОФ была поставлена задача ускорить оборудование аэродрома в Советской Гавани и по завершении перебросить туда эскадрилью бомбардировщиков СБ. Для усиления разведывательной авиации из 117-го авиаполка АКВФ были переброшены по одной эскадрилье в Николаевск-на-Амуре и Советскую Гавань. Командование 2 ОКА и ТОФ должно было организовать авиационную разведку Татарского пролива и побережья Сахалина. На аэродроме в Хабаровске предписывалось держать две эскадрильи ДБ-3 с бомбами крупного калибра в готовности к вылету по распоряжению наркома обороны59.

9 августа командарм 2 ранга Г.М. Штерн направил наркому обороны описание плана ликвидации группировки противника на восточном берегу реки Халхин-Гол, в котором отмечал, что для обеспечения наиболее выгодных условий выполнения этой задачи желательно принять меры, «чтобы японцы не притянули на фронт новые войска и авиацию»60.

Наряду с другими мерами Г.М. Штерн вновь предложил подтянуть к границе часть сил 1 и 2 ОКА, организовать групповые налёты авиации обеих армий в районе границы и провести дезинформацию японцев о наших намерениях на Дальнем Востоке. 10 августа нарком обороны одобрил план ликвидации группировки противника и сообщил, что предложения действий войск и авиации 1 и 2 ОКА «несвоевременны и нами не предусматриваются»61.

Тем не менее советские войска и силы флота на Дальнем Востоке находились в повышенной боеготовности. В апреле—декабре 1939 года на позиции в районе Посьета постоянно находилась одна подлодка ТОФ. В августе—сентябре для отработки учебных задач и обеспечения перелётов сил ВВС 1, 2 ОКА и ТОФ в Охотском море был развёрнут 14-й дивизион 1-й бригады подлодок ТОФ (типа «Щ»). Подводные лодки вышли из Владивостока 14 августа, с 25—27 августа по 10 сентября находились на позициях на линии — город Александровск-Сахалинский — посёлок Большерецк (Камчатка) в готовности к применению оружия. 5—6 сентября 20 ДБ-3 14-го и 8-го дальнебомбардировочных авиаполков совершили перелёт по маршруту Хабаровск — Камчатка — Сахалин. АКВФ 26—28 августа провела большое учение с участием отдельных дивизионов мониторов, канонерских лодок, тральщиков, бронекатеров, 117 ап и 6 сп62.

В соответствии с постановлением КО № 329сс от 9 сентября и приказом наркома обороны от 4 октября 1939 года63 № 0154 была создана Северная армейская группа войск (штаб в городе Николаевск-на-Амуре) с подчинением военному совету 2 ОКА. В её состав вошли сухопутные войска в укрепрайонах Николаевска-на-Амуре и Де-Кастри, на Камчатке и Сахалине, в оперативном отношении ей была подчинена СТОФ64. В тот же день была сформирована береговая оборона СТОФ в составе СГУР, ДКУР, НАУР, КУР и Нагаевского укреплённого сектора65.

7 октября КО в развитие своего постановления № 273сс от 31 июля 1939 года принял постановление № 373сс, которым НКВМФ получил задачу, чтобы закрыть вход в Амурский лиман, обеспечить охрану перевозок на Сахалин и перекрыть северную часть Татарского пролива, построить четыре батареи береговой обороны (130-мм орудий), подготовить площадки и материальную часть для таких же батарей в районах посёлков Москальво, Оха на Сахалине, развернуть два зенитных дивизиона в Советской Гавани и один в Де-Кастри. По три 130-мм орудия были установлены на гидрографических судах «Охотск» и «Океан». ТОФ получил ряд мощных радиопередатчиков различных наркоматов66. В октябре в Советскую Гавань был передислоцирован 26-й дивизион подлодок (8 ПЛ типа «М»), в декабре 25, 26 и 31-й дивизионы ПЛ свели в 5-ю бригаду подлодок.

Окончание боевых действий в Монголии в сентябре 1939 года не означало снижения напряжённости. К 15 сентября численность Квантунской и Корейской армий достигла 466 тыс. человек, в них насчитывались 2058 орудий, 406 танков и 990 самолётов67. В разведсводке штаба 1-й армейской группы от 27 сентября 1939 года отмечалось продолжение переброски войск и техники из Японии в Маньчжурию и Северный Китай, в связи с чем не исключалось, что противник «использует мирные переговоры для сосредоточения сил с целью перехода к активным действиям»68.

Анализ изменения группировок советских войск и сил ВМФ на Дальнем Востоке в 1939 году показал, что их усиление было адекватно наращиванию потенциала японских армии и флота. Выполняя план оборонительного строительства, укрепрайоны 2 ОКА освоили 32,6 млн руб.69 К началу 1940 года в укрепрайонах 1 ОКА построили 368 долговременных огневых точек (из 481 по плану) и 314 различных сооружений70. На Сахалине, Камчатке и в Николаевске-на-Амуре были размещены смешанные авиаполки ВВС 2 ОКА. На ТОФ число ПЛ возросло до 81, ввели в строй 13 батарей береговой обороны, 7 из них с орудиями калибра 130 мм71.

Ряд трудностей (нехватка кадров, рабочей силы, транспорта, строительных материалов) не позволил войскам полностью выполнить задачи на 1939 год. По его итогам командующий 2 ОКА отмечал низкое качество и слабую организацию командирской подготовки, проведение учений без должного напряжения, недовыполнение программы полевых и штабных занятий зимой, неумение совершать длительные марши и вести боевые действия ночью, недостаточную инициативу красноармейцев и командно-начальствующего состава в учебных боях72. В боевой учёбе ТОФ в 1939 году отмечались недостаточная подготовка к учениям, их проведение вблизи своих баз, отсутствие системы повторения учений после неудовлетворительного выполнения учебных задач, недостаточная инициатива командно-начальствующего состава, недостатки в работе штабов73.

Тем не менее решения политического и военного руководства СССР, базировавшиеся на верном прогнозе военной политики Японии, и их выполнение войсками и силами флота позволили существенно укрепить оборону дальневосточных рубежей нашей страны. Стратегическое сдерживание вероятного противника в регионе достигалось в 1939 году не только успешной операцией в Монголии, но и боевой мощью и боеготовностью советских войск и сил флота на Дальнем Востоке.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Арита — Крейги соглашение 1939 // Большая российская энциклопедия: электронная версия (БРЭ): https://bigenc.ru.

2 См.: Национально-освободительная война в Китае против японских захватчиков 1937—45 // Там же.

3 Военная разведка информирует. Документы Разведуправления Красной Армии. Январь 1939 — июнь 1941 г. М.: Демократия, 2008. С. 47.

4 Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ) Ф. Р-1090. Оп. 1. Д. 484. Л. 53.

5 Халхин-Гол. Исследования, документы, комментарии. К 70-летию начала Второй мировой войны. М.: Академкнига, 2009. С. 188, 189.

6 Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне: сборник документов в 8 т. Т. 1. Накануне. Кн. 1 (ноябрь 1938 — декабрь 1940). М.: Академия ФСК, 1995. С. 40, 41, 46.

7 Там же. С. 48, 49.

8 Приказ НКО СССР № 0040 от 4 сентября 1938 г. «О результатах рассмотрения Главным военным советом вопроса о событиях на озере Хасан и мероприятиях по оборонной подготовке Дальневосточного театра военных действий» // Русский архив: Великая Отечественная: приказы народного комиссара обороны СССР. (Приказы НКО) Т. 13 (2—1). M.: TEPPA, 1994. С. 56—61.

9 Всесоюзная перепись населения 1939 года: основные итоги / Под. ред. Ю.А. Полякова. М.: Наука, 1992. С. 241—244.

10 Кондратенко Б.Б. Кадровый потенциал пограничных войск НКВД СССР на Дальнем Востоке (1939—1945 гг.) // Россия и АТР. 2019. № 4. С. 114.

11 Войска НКВД в Великой Отечественной войне в 3 т. Т. I. Войска НКВД накануне Великой Отечественной войны (1939—1941). М., 2015. С. 112—127; Кондратенко Б.Б. Указ. соч. С. 114.

12 Лурье В.М. Адмиралы и генералы Военно-Морского Флота СССР в период Великой Отечественной и Советско-японской войн (1941—1945). СПб., 2001. С. 57, 58, 163, 164, 247, 248.

13 Российский государственный военный архив (РГВА). Ф. 31811. Оп. 2. Д. 862. Л. 1—8.

14 РГА ВМФ. Ф. Р-1012. Оп. 2. Д. 91. Л. 10—15.

15 Там же. Ф. Р-1943. Оп. 2. Д. 1. Л. 1—8.

16 Там же. Ф. Р-1012. Оп. 2. Д. 91. Л. 6—14.

17 Там же. Л. 36, 37; Ф. Р-1090. Оп. 1. Д. 378. Л. 4—7.

18 Там же. Ф. Р-417. Оп. 9. Д. 13. Л. 1—4.

19 Там же. Д. 14. Л. 62.

20 Сутормин В.А. Пограничные корабли, катера и суда (1873—1945 гг.) // Морская кампания. 2019. № 8. С. 12—14, 20, 21, 33—76.

21 Горбунов Е.А. Восточный рубеж. ОКДВА против японской армии. М.: Вече, 2010. С. 282, 283, 380, 381.

22 Тимин М.Н. Трамплин майора Савицкого // Интернет-ресурс: https://warspot.ru.

23 Фёдоров С. От хлора и фосгена до «Новичка». М.: Родина, 2018. С. 297, 298.

24 Государственный архив Хабаровского края. Ф. П-35. Оп. 1. Д. 230. Л. 34.

25 Главный военный совет РККА. 13 марта 1938 — 20 июня 1941 г.: документы и материалы. М.: Российская политическая энциклопедия, 2004. С. 81—83.

26 Калинин В.И. и др. Ворошиловская батарея. Башни линкора «Полтава» в береговой обороне. Владивосток: Дальнаука, 2011. С. 99—101.

27 РГА ВМФ. Ф. Р-1678. Оп. 1. Д. 95. Л. 4—9.

28 Там же. Л. 5—9.

29 Зайцев Ю.М. Базовое строительство и оборона Дальнего Востока СССР в 1932—1945 гг.: теория, планы, проблемы, решения. Владивосток: ТОВВМИ имени С.О. Макарова, 2009. С. 95.

30 РГА ВМФ. Ф. Р-1678. Оп. 4. Д. 16. Л. 131—133.

31 Там же. Л. 184, 185; Ф. Р-1009. Оп. 1. Д. 61. Л. 3, 4.

32 Там же. Ф. Р-1678. Оп. 4. Д. 16. Л. 134, 135.

33 Там же. Ф. Р-1014. Оп. 5. Д. 1. Л. 75; Ф. Р-1012. Оп. 2. Д. 91. Л. 10—15.

34 Зайцев Ю.М. Указ. соч. С. 92.

35 Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Ф. 558. Оп. 11. Д. 435. Л. 150—170.

36 РГА ВМФ. Ф. Р-1088. Оп. 1. Д. 126. С. 34; Ф. Р-1090. Оп. 1. Д. 484. Л. 12.

37 Центральный архив Министерства обороны РФ (ЦАМО РФ). Ф. 948. Оп. 1. Д. 1. Л. 1, 2.

38 РГА ВМФ. Ф. Р-1678. Оп. 4. Д. 16. С. 150, 151.

39 ЦАМО РФ. Ф. 948. Оп. 1. Д. 1. Л. 1, 2.

40 Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ). Ф. Р. 8418. Оп. 28. Д. 67. Л. 82—84 // Интернет-ресурс: https://www.prlib.ru/item/1295893.

41 Халхин-Гол // Военная энциклопедия (ВЭ) в 8 т. Т. 8. М.: Воениздат, 2004. С. 309.

42 ГА РФ. Ф. Р.8418. Оп. 28. Д. 67 Л. 76, 77; Постановление № 126сс Комитета Обороны при СНК Союза ССР 29 мая 1939 г. // Интернет-ресурс: http://www.rkka.ru/handbook/doc/ko-290539.htm.

43 ЦАМО РФ. Ф. 6241. Оп. 134230с. Д. 1. Л. 14.

44 Там же. Ф. 6248. Оп. 48100с. Д. 1. Л. 2—12.

45 РГА ВМФ. Ф. Р-1090. Оп. 2. Д. 128. Л. 10.

46 Вооружённый конфликт в районе реки Халхин-Гол. Май—сентябрь 1939 г. Документы и материалы. М., 2014. С. 102, 103.

47 Гайдук Н.В. Укрепление пограничных войск Дальнего Востока в связи с агрессивными происками империалистической Японии. 1931—1941 гг. Алма-Ата, 1973. С. 105.

48 Пограничные войска СССР. 1939—1941. Сборник документов и материалов. М.: Наука, 1970. С. 583—600.

49 Гайдук Н.В. Указ. соч. С. 111.

50 ЦАМО РФ. Ф. 6369. Оп. 233941с. Д. 1. Л. 11.

51 РГВА. Ф. 4. Оп. 15. Д. 21. Л. 28; Приказы НКО. Т. 13 (2—1). С. 321; Приказ народного комиссара обороны Союза ССР № 0030. 5 июля 1939 г. // Интернет-ресурс: https://www.soldat.ru.

52 Там же; Попов Маркиан Михайлович // Портал Минобороны РФ: https://encyclopedia.mil.ru.

53 Голиков В.И. История формирования стрелковых частей и соединений Красной Армии в Сибирском военном округе (1939—1943 гг.). Дисс. … канд. истор. наук. Томск, 2005. С. 75, 76.

54 ЦАМО РФ. Ф. 6316. Оп. 452586с. Д. 1. Л. 4.

55 Приказы НКО. Т. 13 (2—1). С. 321.

56 Халхин-Гол // ВЭ. С. 309.

57 Смыслов О.С. Халхин-Гол. За кулисами забытого конфликта. М.: Вече, 2017. С. 212, 213.

58 РГА ВМФ. Р-1090. Оп. 1. Д. 484. Л. 398, 399.

59 РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 436. Л. 33—35.

60 Смыслов О.С. Указ соч. С. 230, 231.

61Там же.

62 РГА ВМФ. Ф. Р-417. Оп. 14. Д. 33. Л. 126—134.

63 ЦАМО РФ. Ф. 238. Оп. 1584. Д. 53. Л. 4.

64 Фронты, армии, группы войск Дальнего Востока (1929—1941 гг.) // Путеводитель: Центральный государственный архив Советской армии в 2 т. Т. 1. 1991. Интернет-ресурс: http://guides.rusarchives.ru.

65 РГА ВМФ. Ф. Р-1090. Оп. 1. Д. 413. Л. 163, 164.

66 Там же. Ф. Р-1678. Оп. 4. Д. 16. Л. 415, 416.

67 Горбунов Е.А. Схватка с чёрным драконом. Тайная война на Дальнем Востоке. М.: Вече, 2002. С. 427.

68 РГВА. Ф. 32113. Оп. 1. Д. 458. Л. 167.

69 Там же. Ф. 34725. Оп. 1. Д. 222. Л. 132—136.

70 Там же. Ф. 37299. Оп. 1. Д. 287. Л. 47, 70.

71 РГА ВМФ. Ф. Р-1088. Оп. 1. Д. 107. Л. 29.

72 Дайнес В.О. Маршал Конев. М.: Вече, 2014. С. 32, 33.

73 РГА ВМФ. Ф. Р-1090. Оп. 2. Д. 128. Л.10—12, 45, 46.

Иллюстрации с сайтов: https://warspot.ru; https://historicus.ru; https://elitsy.ru; http://s-vesti.ru; https://dv.land; https://vk.com; https://ulan.mk.ru