Гренадер Лейб-гренадерского полка. 1802—1805 гг.

Присвоить особое отличие в обмундировании…

Аннотация. В статье на исторических примерах показана история возникновения и развития коллективных награждений воинских частей русской армии путём использования для этих целей деталей униформы  или особых знаков на головные уборы.

Summary. On the base of historical examples the article shows the history of origin and development of collective awards for military units of the Russian army through the using details of uniforms or special symbols on the hats.

Читать далее

«ЕСЛИ БЫ НЕ ДОБРОЕ СЕРДЦЕ РУССКОГО СОЛДАТА»

АРМИЯ И ОБЩЕСТВО

Котков Вячеслав Михайлович — профессор Военной академии связи, доктор педагогических наук (194064, г. Санкт-Петербург, К-64, Тихорецкий пр-т, д. 3)

«Если бы не доброе сердце русского солдата»

Дочери российских полков во второй половине XIX века

В жизни русской императорской армии была традиция усыновления воинскими частями осиротевших из-за войны детей. Среди известных случаев усыновления есть нетипичные. Одна особенность их заключалась в том, что дети принадлежали к народам, с армиями которых сражались русские воины, всегда отличавшиеся милосердием и состраданием к побеждённым. Другая, — что это были девочки.

Первый из таких случаев произошёл во время покорения Кавказа — 25 августа* 1859 года при штурме аула Гуниб в Дагестане. Тогда один из солдат Ширванского полка вынес из горящей сакли девочку от роду несколько месяцев. Крещённая в православие с именем Мария, получив фамилию Ширванская, она воспитывалась в семье командира полка, вышла замуж за офицера, впоследствии дослужившегося до чина генерала.

Также счастливо сложились судьбы многих дочерей полков — Марии Семёновской, Марии Дегужи-Нижегородской, Софьи Ватропиной и др.

Более всех известна история дочери Кексгольмского гренадерского его величества императора австрийского полка Марии Константиновны Кексгольмской1. Во время Русско-турецкой войны 1877—1878 гг., вскоре после взятия города Филиппополя, в январе 1878 года русская армия развернула наступление на Адрианополь2. Кексгольмский полк, покрывший себя неувядаемой славой под Телишем и в ночном бою под Карагачем, буквально пробивал себе дорогу среди охваченных паникой, погибавших от голода и холода беженцев. Во время остановки у селения Кадыкей рядовой 11-й роты Михаил Дмитриевич Саенко, получив порцию горячей каши, вдруг обнаружил потерю заветной иконки Казанской Божией Матери, которую всегда носил на груди. Солдат, не долго думая, направился к месту последней остановки полка, где и нашёл святыню. А возвращаясь, набрёл на группу окоченевших людей, заснувших вечным сном у потухшего костра. Внимание солдата привлекла одна женщина в богатом турецком наряде, возле неё он заметил девочку лет трёх. Саенко подошёл к мёртвой турчанке и взял ребёнка на руки. Запахнул полой своей шинели и принёс на бивак**. Случилось это 12 января 1878 года у сгоревшей деревни Курчешма3.

Малютка могла сказать только своё имя — Айше. Нижние чины роты во главе с фельдфебелем Григорием Косаревым показали девочку офицерам, чтобы решить, как быть дальше. Сначала хотели пристроить найдёныша в какую-нибудь болгарскую семью, но вскоре все так к ней привязались, что расстаться с сироткой уже не смогли. Патронную двуколку для неё переоборудовали в походную кроватку, всё вокруг заделали войлоком, а сверху накрыли брезентом. Наиболее сведущего офицера командировали в Константинополь для приобретения необходимой одежды. Он купил самое, на его взгляд, лучшее — шикарное дамское платье и высокую шляпу, украшенную крупными цветами. Закутанная в этот великолепный наряд Айше быстро освоилась в незнакомой ей среде и важно гуляла среди палаток на биваках. Унтер-офицер Киселёв как нянька ухаживал за девочкой во время похода.

Весну и лето 1878 года полк провёл «под стенами Царьграда», в 25 верстах от Константинополя. Там же на общем собрании офицеров полка единогласно решили признать Айше дочерью полка, взять её с собой в Россию и принять на себя все заботы о её воспитании и образовании. Временно девочку поместили в ближайший женский монастырь, а с первой отходившей партией раненых Айше отправили в Варшаву, где с 1862 года был расквартирован Кексгольмский полк4.

Когда полк вернулся на родину, совершилось таинство крещения девочки. 13 мая 1879 года в офицерском собрании полковой священник Стефан Мещерский крестил малютку в купели, украшенной ветками сирени, и нарек её Марией в честь императрицы Марии Александровны. Крёстным отцом был избран молодой поручик Константин Николаевич Коновалов (по его имени дали отчество Машеньке), в крёстные матери пригласили супругу командира полка Софью Алексеевну Панютину. Четверо офицеров составили опекунский совет, который возглавил один из них — капитан Александр Константинович Рейхенбах. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Елец Ю. Дочь Кексгольмского полка. Варшава, 1893. С 6 декабря 1894 г. название полка лейб-гвардии Кексгольмский его императорского и королевского величества императора австрийского Франца Иосифа I полк; с 1 августа 1914 г. — лейб-гвардии Кексгольмский полк.

2 Ныне город Эдирне в Турции.

3 Такая же версия представлена в журнале «Верность»: «Турки, узнавши о переходе русскими Балкан, бросились со своими семьями спасаться к стенам Константинополя. Знаменитое Адрианопольское шоссе было сплошь усеяно мёртвыми и умирающими. У деревни Кургешмы рядовой нестроевой роты Михаил Саенко, желая прикурить у потухающего костра, услышал детский плач. Ни минуты не размышляя, Саенко бросился к куче мёртвых тел, среди которых заметил умирающую женщину, что-то, по его выражению, “лопотавшую”, и принял от неё замерзавшее дитя». См.: Верность. 1910. № 61. С. 48.

4 Там же. С. 48, 49.

* Все даты в статье даны по старому стилю.

** Нем. Biwak, фр. bivouac — лагерь; расположение войск на отдых вне населённых пунктов.

ГИМНАСТЁРКА

ИЗ ИСТОРИИ ВОЕННОГО ОБМУНДИРОВАНИЯ И СНАРЯЖЕНИЯ

Печейкин Александр Валерьевич — ведущий научный сотрудник Центрального пограничного музея, кандидат исторических наук (E-mail: woka345@mail.ru)

Гимнастёрка

Утверждается, что название «гимнастёрка» было внедрено в официальный оборот только в марте 1942 года по личному распоряжению главного интенданта Красной армии генерал-майора интендантской службы П.И. Драчёва1. До этого решения в официальной документации применялся термин «рубаха», а ещё раньше — «гимнастическая рубаха».

На сегодняшний день ни один исследователь не назовёт с определённостью дату, которую можно считать точкой отсчёта существования гимнастёрки как предмета воинского обмундирования. Большинство авторов сходятся во мнении, что гимнастическая рубаха была введена в конце 50 — начале 60-х годов XIX века для гимнастических упражнений и хозяйственных работ. Однако конкретный приказ о её учреждении пока не обнаружен. Видимо, причина в том, что гимнастическая рубаха на деле представляла собой солдатскую нательную рубаху, а она, в свою очередь, видоизменённую крестьянскую исподнюю одежду. Вне строя, в местах расквартирования солдаты носили нижнюю рубаху без мундира с надетой (накинутой) на неё шинелью, с фуражкой на голове. В боевых условиях в местах с жарким климатом нательная рубаха становилась «строевой одеждой». Начальство смотрело на подобные вольности сквозь пальцы. На знаменитой акварели М.Ю. Лермонтова и Г.Г. Гагарина, запечатлевшей эпизод сражения при реке Валерик на Кавказе, русские солдаты изображены в белых холщовых рубахах, белых полотняных штанах и с белыми чехлами на бескозырках.

Достоверно известно, что 7 мая 1856 года приказом по военно-учебным заведениям воспитанникам было предписано «летом, в знойное время» носить «белые полотняные матросские рубашки» без погон. Сам же термин «гимнастическая рубаха» впервые встречается в приказе военного министра от 18 июня 1860 года, которым для генералов и офицеров вводился белый полотняный китель по образцу уже существовавшего в кавалерии. В приказе упоминается, что офицеры пехоты должны носить эти кители «на службе только в тех случаях, когда нижние чины надевают установленные для гимнастических упражнений рубашки».

Гимнастическая рубаха имела простой и функциональный покрой, как и большинство народных изобретений: кусок полотна перегибался пополам и сшивался по бокам, затем вырезалась горловина, оформлявшаяся невысоким стоячим воротником и неглубокой застежкой спереди с крючками или пуговицами. К «стану» пришивались рукава без обшлагов. Срок службы определялся одним годом.

В приказе по военному ведомству № 149 от 26 апреля 1869 года для всех чинов войск Туркестанского военного округа вводились белые гимнастические рубахи в качестве одного из постоянных предметов летней походной формы одежды. На рубахи пристёгивались плечевые мундирные погоны образца 1868 года. Несмотря на то что приказ действовал только в пределах ТуркВО, они постепенно стали распространяться и в других местах2.

Александр III в рамках возрождения «русского» стиля, имевшего весьма отдалённое отношение к реальным российским традициям, переодел армию в так называемый народный мундир, что в те годы вызвало много споров и даже приводило к отставкам офицеров, не желавших носить «мужицкой одежды». Не вступая в полемику, отметим, что для «мужицкого» мундира «мужицкая» же гимнастическая рубаха пришлась как нельзя более кстати и стала летней формой одежды — 1 мая каждого года русская армия переодевалась в белое.

Печальный опыт Русско-японской войны 1904—1905 гг. привёл к военным реформам 1905—1912 гг., в ходе которых армия переоделась в защитное обмундирование. В 1907 году для нижних чинов вводится походная хлопчатобумажная гимнастёрка зеленовато-серого цвета, а в 1912 году появляется походная рубаха русского покроя — косоворотка без карманов, с воротником, застёгивавшимся у левого плеча, справа налево. Ещё через год вводится гимнастёрка с нагрудными накладными карманами с планкой.

Походной одеждой офицера стал однобортный, на 5 пуговицах, защитного цвета китель образца 1907 года. После начала Первой мировой войны приказом по военному ведомству № 598 от 1914 года офицерам, врачам и военным чиновникам было разрешено заменить свои походные кители суконными рубахами образца 1912 года3. Наиболее приметным внешним отличием офицерской рубахи от солдатской того же образца было наличие карманов. Впрочем, в годы войны офицеры носили и обычные солдатские рубахи, а солдаты позволяли себе и неуставные предметы одежды. В целом, что естественно, на фронте носили всякие рубахи.

«Рубаха летняя» входила в перечень первых четырёх образцов единого обмундирования, утверждённого приказом РВСР4 от 8 апреля 1919 года № 628. В дальнейшем появлялись рубаха летняя для всех родов войск (1922 г.), рубаха суконная (1922 г.), суконная рубаха-френч (1924 г.), рубаха зимняя (1929 г.) и т.д. Изменялись покрой, материал, расположение карманов и прочие детали, но, не считая нового парадно-выходного мундира образца 1941 года, гимнастёрка до 1943 года оставалась принадлежностью всех видов формы одежды военнослужащего.

Великую Отечественную войну наши войска встретили в гимнастёрках образца 1935 года.

15 января 1943 года приказом НКО СССР № 25, вводившего новое обмундирование и погоны, в качестве предмета парадной формы одежды гимнастёрка была заменена мундиром, оставшись принадлежностью только повседневной и полевой форм одежды5, разумеется, слегка изменившись: в частности, вместо отложного воротника она получила стоячий, лучше подходивший для ношения погон. В послевоенное время гимнастёрка существенных изменений не претерпела, оставаясь основным предметом повседневной и полевой форм одежды всех категорий военнослужащих. 26 июля 1969 года были введены новые «Правила ношения военной формы одежды военнослужащими Советской Армии и Военно-Морского Флота». Они начинали действовать с 1 января 1970 года, а с 1 января 1972 года ношение прежней формы было запрещено. Ушла в прошлое и гимнастёрка, несмотря на то, что её ещё долго продолжали донашивать.

Около ста лет гимнастёрка верно служила нашим защитникам Отечества. Выдержанная в национальном стиле, она являлась почти идеальной полевой одеждой российского солдата.

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Кибовский А.В., Степанов А.Б., Цыпленков К.В. Униформа российского военного воздушного флота: В 2 т. Т. 2. Ч. 1. М., 2007. С. 150.

2 Петров А.А. Белые рубашки // Армии и битвы. 2007. № 7. С. 30—42.

3 Аранович А.В. Русский военный костюм 1907—1917: Учебное пособие. СПб., 2005. С. 38—45.

4 Харитонов О.В. Форма одежды и знаки различия Красной и Советской Армии (1918—1945 гг.). Л., 1960. Репринтное издание, М., 1993. С. 7.

5 Там же. С. 39—42.