Местная противовоздушная оборона Тулы в 1941—1942 гг.

Аннотация. В статье на основе ранее не публиковавшихся документов из Архива УМВД России по Тульской области рассматриваются основные направления деятельности местной противовоздушной обороны в первые годы Великой Отечественной войны; описываются методы подготовки личного состава и работа штабов МПВО.

Summary. Based on previously unpublished documents from the Archives of the Ministry of Internal Affairs of Russia for the Tula Region, the article considers the main areas of the local air defenc activities in the first years of the Great Patriotic War; the methods of training personnel and the work of headquarters of the LAD are described.

Читать далее

«Война и нас покрыла своим крылом». Немецкие авиационные удары по Горьковскому автозаводу (1941—1943 гг.)

Великая Отечественная война 1941—1945 гг.

ГОРДИН Алексей Александрович — доцент Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета, кандидат исторических наук

(г. Нижний Новгород. E-mail: alexei.gordin@mail.ru)

КОЛЕСНИКОВА Наталья Витальевна — директор Музея истории ОАО «ГАЗ»

(г. Нижний Новгород. E-mail: KolesnikovaNV@gaz.ru)

«Война и нас покрыла своим крылом»

Немецкие авиационные удары по Горьковскому автозаводу (1941—1943 гг.)

В годы Великой Отечественной войны Горьковский автозавод являлся ведущим предприятием машиностроительной отрасли страны. История автогиганта, его исключительная роль в обеспечении Красной армии боевой техникой и автомобилями1 получили достаточное освещение в работах В.Я. Доброхотова, В.П. Киселёва, В.Н. Окорокова и др.2 Вместе с тем ещё недостаточно изученной темой являются условия, в которых заводчанам приходилось выпускать столь необходимую фронту продукцию. Ведь ГАЗ — один из немногих крупных тыловых промышленных центров страны, который подвергался массированным бомбардировкам германской авиации. Бомбежки нанесли серьёзный урон производству, унесли жизни сотен заводчан и вместе с тем явились могучим стимулом для роста его производственной активности.

Понимая значение ГАЗа как важного промышленного центра Советского Союза, враг планировал уничтожить его, прежде всего с помощью авиации. То, что противник попытается вывести из строя такой мощный центр производства вооружения и техники, понимало и руководство страны, вооружённых сил, ГАЗа. Поэтому буквально с первых дней войны на автозаводе началась подготовка к отражению возможных авиационных ударов противника. Уже 25 июня 1941 года в районе приступили к подготовительным работам по сооружению бомбоубежищ. Автозаводцы совместно с рабочими «Стройгаза» рыли укрытия — «щели», укрепляли их. На предприятии и в районе проводилась работа по светомаскировке.

2 июля 1941 года вышло постановление СНК СССР «О всеобщей обязательной подготовке населения к противоздушной обороне». Согласно этому документу все мужчины в возрасте от 16 до 60 лет и женщины от 18 до 50 лет в обязательном порядке привлекались к строительству бомбоубежищ и к работе в группах самозащиты, формировавшихся на предприятиях, в учреждениях и домоуправлениях3.

После принятия этого постановления в цехах и отделах завода развернулась активная работа по формированию отрядов МПВО, проводилось обучение групп самозащиты. Такие же организации создавались и в Соцгороде автозавода. Дальнейшие события показали, что проводившиеся мероприятия по защите завода от ударов с воздуха не были напрасными.

Первый налёт на Автозаводский район немцы совершили 4 ноября 1941 года. Н.В. Надеждина отмечала: «Вспоминается первый налёт на ГАЗ в ноябре 1941 года… Успели лишь сообщить в штаб о приближающихся самолётах, а чьи они были, убедили всех три взрыва, последовавших один за другим в ремонтно-механическом цехе»4.

Вот как зафиксировал хронику событий в дневнике инженер И.А. Харкевич: «6 ноября. Ну, наконец, война и нас покрыла своим крылом. Пережили жуткие дни. Началось 4 ноября часа в 3 дня. Была объявлена воздушная тревога… Били зенитные орудия заградительным огнём и по всему городу. Вскоре над инструментальным посёлком вывалился самолёт Ю-88 (двух-моторный) с крестами и свастикой на хвосте… “Немец” спокойно развернулся и пошёл заходом на “Двигатель Революции”. Вскоре раздался грохот сброшенных бомб, и поднялись столбы дыма и пламени… зенитки не могли доставать его за крышами домов… Немец вёл себя хозяином и бомбил на выбор… Всю ночь была бомбёжка автозавода, 12 часов просидели в щели и вышли лишь под утро, когда объявили отбой. Возник ряд пожаров, бомбы попали в цеха автозавода, несколько попали в ТЭЦ, но не взорвались»5.

Во время бомбёжки вечером 4 ноября часть рабочих побежала к проходным завода, попав под огонь немецких самолётов. Из воспоминаний Л.А. Титовой: «Перед концом смены налетели на наш завод три самолёта… Разбомбило ремонтно-механический корпус — прямое попадание. Нас же из второго механического корпуса не выпускали. Все рвутся домой, у всех дети в яслях, в садиках»6.

День 5 ноября прошёл спокойно. Ночью налёт повторился.

Ночью с 6 на 7 ноября и днём 7 ноября налётов не было. В последующие дни они повторились, но бомбардировки автозавода были уже намного слабее.

Во время ноябрьских налётов пострадали главная контора завода, гараж, кузница, штамповочный корпус, профтехкомбинат (в результате пожара здания погибла часть заводского архива), опытные мастерские, ремонтно-механический цех, механический цех № 2, ТЭЦ № 2, колёсный цех, моторный цех № 2, цех литейный серого чугуна, прессовый цех, ДОЦ № 1, часть жилого массива района и др.

В результате немецких бомбёжек погибли и получили ранения не только жители района, но и эвакуированные, приехавшие из Москвы. Автозаводцы, как вспоминал Г.М. Сурьянинов, увидели жуткую картину после очередного налёта немцев: «На месте нынешнего КЭО от разорвавшейся бомбы валялись разлетевшиеся в сторону остатки машин, а на проводах висели куски одежды. Бомба попала в группу машин остановившихся на ночь эвакуируемых из Москвы»7.

К сожалению, пока исследователи не располагают данными о количестве жертв ноябрьских налётов.

Противник, нанося удары по автозаводу, пытался не только разрушить предприятие, но и оказать моральное воздействие на советских трудящихся. С вражеских самолётов разбрасывались листовки угрожающего содержания, чтобы люди дальше уходили от завода. Отчасти врагу удалось посеять панику среди населения.

В ноябрьские дни часть рабочих и инженерно-технических работников (ИТР) престала выходить на работу. Население стало покидать «опасный район». Приведём колоритную зарисовку из дневника автозаводского художника И.И. Пермовского (20 ноября 1941 г.): «Люди панически бегут из Соцгорода, из бараков, которые вблизи завода. Бегут с места работы»8.

Во время бомбёжек люди, охваченные паникой, стремились покинуть заводские цеха. И.И. Пермовский записал в дневнике: «В наш [колёсный] цех не бросили ни одной [бомбы], но паника поднялась страшная. В дверях давка… каждому хочется первому из цеха [вылезти]»9.

Бомбёжки оказывали не только демотивирующее воздействие на трудовой коллектив, но и выступали в качестве мощного стимула для роста его производственной активности. Чувством гнева и ненависти к немцам пронизаны строки из дневника В.А. Лапшина, в которых он описывает картину района, пострадавшего от бомбёжек: «Видя эти разрушения, сделанные фашистами, — зло берёт. А в особенности вспомнишь об убитых во время бомбардировки — ещё больше обозлишься и хочется, чтобы поскорее уничтожить всех этих сволочей»10. И такое отношение было у большинства инженеров и рабочих.

В ноябрьские дни 1941 года, как писали автозаводцы, враг «безнаказанно бомбил завод», «немец хозяйничал не спеша, летал низко и бил наверняка». В чём же причины этого? Постараемся выделить важнейшие из них.

Во-первых, несмотря на важность объекта, силовое прикрытие автозавода оказалось недостаточным. Зенитные расчёты не были в полной мере готовы к отражению ударов противника. Любопытные сведения, характеризующие степень боеготовности сил ПВО, оставил в дневнике автозаводец И.А. Харкевич, работавший в годы войны на смежном предприятии ГАЗа — «Красной Этне»: «6 ноября. По городу же и заводам пулемёты, видимо, отсутствовали, и это так: сегодня зенитчики у механика заказывали ещё треноги для зенитных пулемётов»11.

Во-вторых, невысокая степень подготовки гражданского населения. Работа, проводившаяся по линии местной противовоздушной обороны (МПВО), шла медленно и не всегда эффективно.

5 июля 1941 года на заседании парткома, после обсуждения доклада начальника МПВО завода Соснина было принято постановление, в котором отмечались крупные недочёты в области МПВО: несоблюдение светомаскировки, совершенно неудовлетворительная подготовка укрытий (щелей), слабо организованная подготовка населения к противовоздушной обороне12.

Основными средствами защиты населения от бомбёжек были щели. К выполнению работ приступили в конце июня 1941 года.

В-третьих, отсутствовали чёткие и скоординированные действия со стороны «командного состава» предприятия: дирекции завода, начальников цехов, партийных функционеров. В чрезвычайных условиях люди попросту растерялись (что вполне естественно).

Таким образом, выявляется целый комплекс факторов, который привёл к трагическим последствиям ноябрьских бомбардировок для промышленного района. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См. подробнее: Гордин А.А. «Мы у станка стоим, как у орудий. Мы в цехе, как на линии огня!»: Горьковский автозавод в годы Великой Отечественной войны (1941—1945 гг.) // Великая война и Великая Победа народа. Ч. II. М., 2010. С. 104—150.

2 Горьковский автомобильный / Редколл.: И.И. Киселёв, В.Я. Доброхотов, А.В. Новиков и др. М., 1981; Киселёв В.П. Горьковский автозавод в годы Великой Отечественной войны // Вопросы истории. 1981. № 5. С. 79—90; Окороков В.Н. Над крышей дома своего. Документальные очерки о противоздушной обороне в годы Великой Отечественной войны. Нижний Новгород, 1992.

3 Якиманский Н.Я. Постановления ГКО по совершенствованию противовоздушной обороны страны // Воен.-истор. журнал. 1975. № 10. С. 24.

4 Забвению не подлежит. Страницы нижегородской истории (1941—1945 годы). Кн. 3. / Сост. Л.П. Гордеева, В.А. Казаков, В.П. Киселёв, В.В. Смирнов. Нижний Новгород, 1995. С. 379.

5 Харкевич И.А. Дневник. Музей истории ОАО «ГАЗ».

6 Жулина С.Н., Травкина И.Л. Автозавод — моя судьба. Нижний Новгород, 2006. С. 33.

7 Сурьянинов Г.М. Как это было. Летопись организации строительства, проектирования, выполнения строительства, расширения, восстановления и реконструкции Горьковского автозавода, Социалистического города и Автозаводского района в 1929—1980 годах (документальные данные, комментарии). С. 74 // Музей истории ОАО «ГАЗ».

8 Пермовский И.И. Дневник. Музей истории ОАО «ГАЗ».

9 Там же.

10 Дневник В.А. Лапшина. Музей истории ОАО «ГАЗ».

11 Харкевич И.А. Дневник. Музей истории ОАО «ГАЗ».

12 Забвению не подлежит… С. 543; Государственный общественно-политический архив Нижегородской области (ГОПАНО). Ф. 39. Оп. 1. Д. 709. Л. 85, 86.

В Москве 1941-го

Якушев Володар Игнатьевич — участник Великой Отечественной войны, полковник в отставке

(Москва. E-mail: volodar_yakushev@mail.ru)

В Москве 1941-го

В июне 1941 года преподаватели Московского энергетического института, не подлежащие мобилизации по возрасту (старше 1905 года рождения), в том числе мой отец И.Р. Якушев, подали заявления с просьбами отправить их на фронт добровольцами. Такую возможность им предоставило начавшееся в столице с первых дней войны создание добровольческих воинских формирований, а затем принятое 4 июля 1941 года постановление Государственного комитета обороны «О добровольной мобилизации трудящихся Москвы и Московской области в дивизии народного ополчения»1, для которых был установлен 55-летний возрастной «потолок». Преградой для части добровольцев старшего возраста стала медкомиссия. Не удалось пройти её и моему отцу — по зрению. Как ни доказывал, что это не помешало ему воевать в Гражданскую, работники военкомата были неумолимы: «Знаем, Игнатий Романович, что вы воевали батарейцем на Южном фронте, но с вашим зрением допустить в ополчение не можем. Будете работать в местной противовоздушной обороне».

Так он стал командиром одной из 6000 групп, созданных на каждом предприятии, в каждом дворе и доме по постановлению Совнаркома СССР от 2 июля 1941 года «О всеобщей обязательной подготовке населения к противовоздушной обороне» и Положению о группах самозащиты жилых домов, учреждений и предприятий, утверждённым НКВД СССР 3 июля 1941 года.

Москвичи начали подготовку к защите родного города с первого дня войны. Приказом начальника МПВО г. Москвы № 1 от 22 июня 1941 года2 в городе и области было объявлено угрожаемое положение. В те дни, когда жители столицы готовились к отражению вражеских ударов, в Журнале боевых действий верховного командования вермахта было зафиксировано решение Гитлера «стереть Москву и Ленинград с лица земли». 8 июля 1941 года начальник генштаба сухопутных войск вермахта Ф. Гальдер записал в своём служебном дневнике: «Непоколебимо решение фюрера сровнять Москву и Ленинград с землёй, чтобы полностью избавиться от населения этих городов… Задачу уничтожения этих городов должна выполнить авиация… Это будет “народное бедствие, которое лишит центров не только большевизм, но и московитов (русских) вообще”»3.

Директивой № 33 «Дальнейшее ведение войны на Востоке», подписанной Гитлером 19 июля 1941 г., он потребовал «по возможности быстрее начать силами 2-го воздушного флота, временно усиленного бомбардировочной авиацией с Запада, воздушные налёты на Москву»4, и в ночь с 21 на 22 июля фашисты совершили первый налёт на неё.

Каждый раз по сигналу воздушной тревоги — около 40 школьников 7—9 классов — бойцы группы № 25 по Цветному бульвару, получившей название по зоне ответственности, под командованием И.Р. Якушева занимали посты на чердаках и крышах. Килограммовые электронно-термитные (из электрона — сплава магния, алюминия и других химических элементов, при горении развивающего температуру до 2800°С5) зажигательные бомбы сбрасывали с крыши во двор, где их тушили наши товарищи. Нередко такие «зажигалки» пробивали крышу. Самыми опасными были те, которые застревали в стропилах. Искры летели во все стороны — не подойти. Их сбивали длинным шестом и тушили песком, но вскоре убедились, что это ненадёжно. Более эффективно было, подхватив лопатой, бросить «зажигалку» в бочку с водой. Попав в неё, горящая бомба шипела и «плевалась». У ребят бывали ожоги.

Фашисты сбрасывали на Москву и более опасные «зажигалки» весом в десятки килограммов. Они пробивали несколько межэтажных перекрытий, разбрасывали на расстояние до 30 м горящую смесь, которая прилипала к стенам, создавая многочисленные очаги горения. Залитая водой, эта смесь была способна воспламеняться вновь. Потушить её было очень трудно.

Такая бомба попала в наш дом и, пробив верхние этажи, горела между первым и вторым этажами. Бойцам-подросткам справиться с ней было не под силу, поэтому И.Р. Якушев вызвал пиротехников, которыми командовал сержант Ш.М. Фридбург. Они быстро справились с бомбой.

Вскоре случай вновь свёл нас с сержантом. Наряду с дежурствами на чердаках и крышах нашу группу привлекали в оцепление при обезвреживании неразорвавшихся бомб. В один из дней штаб МПВО приказал срочно прибыть на Колхозную площадь. Там мы получили приказ стать цепью от кинотеатра «Форум», никого не пропускать.

Весть о том, что на площади после очередной бомбёжки осталась неразорвавшаяся бомба, встревожила жителей. Они представляли степень угрозы, так как ранее взрывом подобной тысячекилограммовой бомбы было разрушено несколько зданий на Овчинниковской набережной.

Большая и Малая Колхозные (ныне Сухаревские) площади густонаселённые. Рядом институт имени Н.В. Склифосовского, который в годы войны был военным госпиталем, вокруг — жилые дома. Из них вывели жителей, прилегающие улицы оцепили.

На обезвреживание бомбы прибыл знакомый нам сержант Ш.М. Фридбург с пиротехническим взводом. Раскопки бомбы, ушедшей в землю, начали железными лопатами, затем сменили их на деревянные, чтобы при случайном касании к бомбе не высечь искру. Когда сержант открыл доступ к взрывателю, был объявлен режим молчания, так как громкий звук мог спровоцировать взрыв. Один из солдат флажком подал команду: «Все в укрытие!»

В яме остался только сержант. Он определил тип взрывателя, оценил возможность его удаления из бомбы на месте. Чтобы беззвучно передать свои выводы, написал их на бумаге и привязал записку к верёвочке, спущенной в яму. Его товарищи, подняв её, доложили заключение сержанта в штаб МПВО города.

Взрыватель оказался не деформирован, поэтому штаб одобрил предложение Фридбурга обезвредить бомбу на месте. Позже появились дистанционные извлекатели взрывателя, а в то время пиротехники вынуждены были использовать нехитрый инструмент — молоток и зубило. Вооружившись ими, сержант приступил к работе. Каждое движение требовало ювелирной точности, так как малейшая промашка могла привести к взрыву. Томительно тянулись минуты поединка со смертью.

Наконец, мы услышали, что пиротехники заговорили в полный голос. Это означало: взрыватель извлечён, опасность миновала. Кран поднял обезвреженную бомбу. Её на грузовике вывезли за пределы города. Оцепление сняли. Площадь ожила. Жители окружили пиротехников. Всем хотелось увидеть ставшего к тому времени известным немалому числу москвичей «маленького сержанта», как они прозвали Фридбурга, поблагодарить его. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Постановление Государственного Комитета Обороны № ГКО-10 от 4 июля 1941 г. «О добровольной мобилизации трудящихся Москвы и Московской области в дивизии народного ополчения». См.: Горьков Ю.А. Государственный Комитет Обороны постановляет (1941—1945). Цифры, документы. М.: ОЛМА-Пресс, 2002. С. 497—499.

2 Приказ № 1 начальника МПВО г. Москвы по МПВО г. Москвы и Московской области «Об объявлении в городе и области угрожаемого положения». См.: Интернет-ресурс http://velikvoy.narod.ru.

3 Гальдер Ф. Военный дневник. Ежедневные записи начальника Генерального штаба Сухопутных войск 1939—1942 гг. М.: Воениздат, 1968—1971.

4 Дашичев В.И. Банкротство стратегии германского фашизма: Исторические очерки, документы, материалы. Т. 2: Агрессия против СССР. Падение «Третьей империи». 1941—1945. М.: Наука, 1973. С. 209.

5 Зажигательные вещества / Военная энциклопедия: В 8 т. М.: Воениздат, 1995. Т. 3. С. 210.