РАЗВИТИЕ ТРАДИЦИИ АРТИЛЛЕРИЙСКИХ СОСТЯЗАНИЙ В КРАСНОЙ АРМИИ

Воинское обучение и воспитание

ДЯТЛОВ Владимир Васильевич — начальник Михайловской военной артиллерийской академии, генерал-майор, кандидат исторических наук

Развитие традиции артиллерийских состязаний в Красной армии

Традиция состязаний в отечественной артиллерии зародилась в XVI столетии. Пушкари Ивана Грозного соревновались в меткости стрельбы, демонстрируя её москвичам и иноземным гостям. Перед Отечественной войной 1812 года русские артиллеристы состязались в стрельбах по щитам, размер которых соответствовал всаднику на лошади, с дистанции 600—850 м. Каждый унтер-офицер (фейерверкер) или номер расчёта должен был самостоятельно навести орудие и поразить цель. На каждого отпускалось по три боеприпаса.

Состязательные артиллерийские стрельбы оказались востребованными в период военных реформ 1860—1870-х годов. Так, в декабре 1872 года в приказе по военному ведомству и артиллерии говорилось: «Для доведения искусства цельной стрельбы полевой артиллерии до возможной степени совершенства и заинтересования нижних чинов установить ежегодные по особой… программе состязательные стрельбы между наводчиками действующих батарей пешей, конной и казачьей артиллерии»1.

Состязания проводились в конце лагерного сбора. Сначала соревновались наводчики, затем батареи. Победители награждались ценными призами — серебряными часами с цепочкой (по одному призу на три батареи) и деньгами (14 рублей для пеших, 10 рублей для конных и мортирных батарей). Особым почётным призом был нагрудный знак из позолоченной бронзы в виде крестообразно сложенных стволов пушек.

Состязательные задачи соответствовали особенностям артиллерийских подразделений. Так, расчёты крепостных орудий должны были за полчаса произвести 12 выстрелов, «для получения приза Генерал-Фельдцейхмейстера требовалось получить не менее трёх попаданий в цель»2. Особенности проведения состязаний и оценки за выполнение огневых задач обсуждались на страницах «Артиллерийского журнала»3.

К организации состязаний русские артиллеристы подходили творчески. В 1901 году был предложен новый способ состязательной стрельбы. Чтобы приблизить её условия к боевым, две батареи вели своеобразную дуэль. Находясь рядом на огневых позициях, каждая из них вела огонь по цели, изображавшей батарею противника (орудия, номера расчётов, офицер). О результатах стрельбы докладывали наблюдатели, громко называя результат и поражённые элементы цели. Телефонисты передавали результаты стрельбы на соседнюю батарею посреднику, который выводил из состязания «поражённых» командиров и солдат. Побеждал тот, кто быстрее выводил из строя всю батарею «противника». Выяснилось, что батарея способна заставить другую прекратить стрельбу за 5—7 минут. Успеха достигала та из них, которая раньше открывала огонь и стреляла точнее.

Приказом по артиллерии № 124 от 27 июля 1905 года генерал-инспектор артиллерии свиты Его Величества генерал-майор великий князь Сергей Михайлович внёс изменения в правила состязательных стрельб4. Новые правила стрельбы были разработаны под руководством начальника Офицерской артиллерийской школы генерала А.Н. Синицына. Состязательные стрельбы стали проводить всеми батареями лагерного сбора артиллерии. От каждой батареи полевых, горных пушек и полевых гаубиц назначалось по одному орудию с шестью номерами (в лёгких, конных и мортирных батареях — с восемью номерами). Каждый из них в качестве наводчика производил по 7—9 выстрелов за 6—10 минут. Состязательные стрельбы наряду с другими мерами, предпринятыми в ходе военных реформ 1905—1912 гг., позволили заметно поднять выучку русских артиллеристов.

Во время Первой мировой и Гражданской войн артиллерийские состязания не поводились. Переход к планомерной боевой учебе мирного времени вызвал необходимость возрождения боевой подготовки как системы, стимулирования бережного отношения к вооружению и стремления к профессиональному росту. Для этого в трудных условиях послевоенной разрухи было принято решение о проведении артиллерийских состязаний с премированием личного состава. Если об артиллерийских состязаниях в дореволюционной Русской армии известно достаточно5, то об их организации и проведении в РККА сведений мало.

В возрождении этой традиции участвовал начальник артиллерии РККА Ю.М. Шейдеман. Кадровый военный, артиллерист высокой квалификации, он понимал необходимость внедрения в войсковую практику артиллерийских состязаний как эффективной формы стимулирования боевой подготовки. Организуя новое для РККА дело, он добивался выделения средств на награждение победителей состязаний. 5 августа 1922 года в письме начальнику инспекции главного начальника снабжений доказывал: «Всякое премирование за отличное знание соответствующей отрасли службы должно преследовать:

а) воспитательную, в военном смысле, цель;

б) развитие духа соревнования, опять-таки военного, а не коммерческого;

в) развитие стремления получать такой вид награды, который, являясь внешним отличием, свидетельствовал бы о выдающемся знании соответствующей отрасли военного дела и указывал бы на специальность таковой. Наконец, с внешней стороны, премирование должно выражаться в присвоении отличия, заключающего в себе идею общеармейского масштаба.

Ни одному из перечисленных принципов проектируемые… денежные отпуска не отвечают»6.

Ю.М. Шейдеман настаивал на увеличении количества призов. Он считал, что число окружных призов должно быть из расчёта по одному на каждую специальность каждой третьей из участвующих в состязании батарей.

Доклады из военных округов свидетельствуют, что число призов было значительным. К примеру, начальник артиллерии Московского военного округа в июле 1922 года докладывал: «Для производства состязательной стрельбы артиллерии МВО в текущем году требуется 14 призов состязательных из 14 часов и 70 нагрудных знаков»7. Общая призовая сумма на состязания, в которых должны были участвовать 42 орудия, составляла 126 тысяч рублей. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Чернухин В.А. Традиции отечественной артиллерии. СПб.: Михайловская военная артиллерийская академия, 1996. С. 75.

2 Правила для производства состязательной стрельбы, применяемые в Карской крепостной артиллерии // Артиллерийский журнал. 1899. № 9. С. 805.

3 Карпов Я. К вопросу о состязательной стрельбе фейерверкеров в крепостной артиллерии // Артиллерийский журнал. 1900. № 1. С. 77—84; Капитан Аксёнов. Ещё к вопросу о состязательной стрельбе фейерверкеров в крепостной артиллерии, а также о состязательном вооружении // Артиллерийский журнал. 1901. № 9. С. 907—912.

4 Правила состязательной стрельбы полевой артиллерии // Артиллерийский журнал. 1905. № 10. С. 216—224.

5 Ибнояминов Р. Из истории артиллерийских состязаний // Военный вестник. 1985. № 2. С. 64, 65; Чернухин В.А. Указ. соч. С. 74—77.

6 Российский государственный военный архив. Ф. 20. Оп. 7. Д. 23. Л. 2.

7 Там же. Л. 5.

Русская артиллерия в Азовских походах Петра I и осаде Азова в 1736 году

ВОЕННАЯ ЛЕТОПИСЬ ОТЕЧЕСТВА

Манойленко Юрий Евгеньевич — ведущий специалист Российского государственного исторического архива

(Санкт-Петербург. E-mail: historic2009@mail.ru)

Русская артиллерия в Азовских походах Петра I и осаде Азова в 1736 году

В нынешнем году исполнилось 315 лет со времени успешного окончания Азовских походов Петра I и 275 лет со дня взятия крепости Азов в ходе Русско-турецкой войны 1735—1739 гг. В них существенную роль сыграла русская артиллерия, действия которой позволили овладеть крепостью без штурмов и избежать людских потерь.

В конце XVII века Россия находилась в состоянии войны с Турцией. После безуспешных походов русских войск против её вассала — крымского хана в 1687 и 1689 годах Пётр I решил выступить против турецкой крепости Азов, чтобы защитить южнорусские земли от набегов турок и татар, а также получить выход к Азовскому и Чёрному морям.

6 февраля* 1695 года на военном совете, состоявшемся на Пушечном дворе в Москве, был утверждён план похода, согласно которому осадная артиллерия (44 пищали и 106 мортир)1 должна была следовать вместе с полками А.М. Головина и Ф. Лефорта2 на 40 стругах до Царицына, затем по суше до Паншина, оттуда на судах по Дону до Азова. С орудиями осадной артиллерии предполагалось отправить 14 тыс. бомб, 9100 ядер, 1 тыс. гранат и 16 600 пудов пороха3.

Полевая артиллерия (10 мортир, 12 дробовиков и 31 фальконет4 с 6 тыс. пудов пороха, 4600 ядер и 4 тыс. гранат)5 должна была следовать к Азову по суше в составе отряда П. Гордона6. Для перевозки орудий и боеприпасов предполагалось использовать 4 тыс. подвод7.

Главным начальником артиллерии был назначен стольник И.Н. Вельяминов-Зернов8. Обслуживание орудий во время предстоящей осады возлагалось на бомбардирскую роту и артиллеристов Преображенского и Семёновского полков. Московские пушкари должны были помогать им.

1 марта полевая артиллерия в составе войск П. Гордона выступила из Москвы. Осадная артиллерия была отправлена водным путем 27 апреля и к 6 июня прибыла в Царицын. Так как лошади практически полностью отсутствовали, перевозить оттуда орудия и снаряды по суше приходилось силами пехоты. В Паншине осадная артиллерия за пять дней была погружена на заранее подготовленные суда и отправлена к Азову.

21 июня Пётр I дал указания П. Гордону, приближавшемуся к Азову по суше, к прибытию осадной артиллерии подготовить на Дону «пристань удобнейшую, где бы лутче и безопасней людем, паче же алтиллерии, которой о величестве сам ведаешь»9. Она была построена в 16 км от Азова при впадении в Дон реки Койсуги.

27 июня войска П. Гордона прибыли под Азов10, располагавшийся на вершине обширной возвышенности со скатом к Дону, поэтому вся внутренняя часть крепости была видна с противоположного берега. Она представляла собой четырёхугольник, обнесённый каменной стеной с одиннадцатью башнями, земляным валом и глубоким рвом. Внутри была каменная цитадель. Подходы прикрывали две каменные башни-каланчи на берегах Дона в 3 км выше крепости и укрепленный форт Лютик с четырьмя восьмиугольными башнями, валом и рвом.

4 июля под Азов прибыла осадная артиллерия. Орудия и боеприпасы были размещены в укреплениях близ пристани, где находилась полевая артиллерия под началом бомбардира Л. Хабарова11. В тот же день под стенами крепости была построена первая батарея** на четыре пищали и одну мортиру12.

После того как 5 июля под Азовом сосредоточились основные силы русской армии, началась осада крепости. Отряд П. Гордона располагался в центре, А.М. Головина — на правом фланге, Ф. Лефорта — на левом. Каждому из них подвозили осадную и полевую артиллерию из лагеря Л. Хабарова. Каждый из трёх военачальников распоряжался приданной артиллерией по своему усмотрению, координации её действий не было.

С 6 по 10 июля на трёх участках строили батареи, с которых по мере установки орудий начинался артиллерийский обстрел крепости. Всего было установлено 53 пищали и 42 мортиры13.

В результате обстрелов в Азове вспыхнули пожары и обрушилась сторожевая башня, с которой осаждённые наблюдали за действиями русских войск. В письме толмачу Посольского приказа А.Ю. Кревету от 17 июля Пётр I писал о действиях артиллерии: «Верхней бой мало не весь збили и бомбами город разорили и выжгли, что и взятые языки сказывают, что от одной бомбы проподала человек по сороку и больше»14.

14—16 июля русские войска захватили башни-каланчи, гарнизон которых обстрелами препятствовал подвозу орудий и боеприпасов из лагеря Л. Хабарова. Первую взяли приступом, «под другую же каланчу бысть пушечная стрельба и метание бомб»15. Были взяты трофеи — 32 медные пушки, значительное количество пороха и ядер16.

Несмотря на интенсивные обстрелы Азова, его гарнизон продолжал сопротивление. Осажденные восстанавливали разрушенные укрепления и батареи крепостной артиллерии, сбитые огнём русских орудий. 15 июля турки предприняли вылазку на позиции осаждавших, им удалось захватить и испортить ряд орудий17.

В конце июля на правом берегу Дона, со стороны которого была видна внутренняя часть крепости, отряд под командованием князя Я.Ф. Долгорукого построил батарею на 4 пищали и 4 мортиры18. После этого «пущей промысел чинить начали со всех стран, и на 30 число весь город в огне был, и достальное пожгли»19. Но гарнизон отказывался капитулировать, что было связано с постоянным подвозом в крепость живой силы и боеприпасов с моря.

Попытки штурма Азова 5 августа и 25 сентября оказались неудачными. В числе причин — то, что за длительный период обстрела русской артиллерии не удалось полностью подавить крепостную артиллерию, а также проделать бреши в стенах крепости.

После этого было принято решение о снятии осады, и 2 октября началось отступление русских войск из-под Азова. При этом в захваченных каланчах был оставлен гарнизон под командованием воеводы Я. Ржевского в составе 3 тыс. человек при 40 орудиях20.

Таким образом, действия артиллерии в первом Азовском походе оказались недостаточно эффективными по следующим основным причинам.

Места расположения батарей были выбраны без учёта условий местности и особенностей крепостных укреплений. В результате огонь основной части орудий был сосредоточен против хорошо укреплённых бастионных фронтов, что затрудняло пробивание брешей. В то же время против открытой с противоположного берега Дона части Азова использовалось незначительное количество орудий. Кроме того, не были перекрыты артогнём подходы к крепости с моря, что позволяло туркам беспрепятственно снабжать осаждённый гарнизон.

Артиллерия, использовавшаяся под Азовом, отличалась разнокалиберностью. Так, из 106 мортир осадной артиллерии было 20 ½-пудовых, 12 пудовых, 33 2-пудовых, по 4 2½-пудовых, 4-пудовых и 4½-пудовых, 26 3-пудовых, одна 6-пудовая, 2 8-пудовых21. Не для всех орудий были подходившие по калибру боеприпасы. Вероятно, по этой причине около 60 мортир не использовались в обстреле крепости. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Колосов Е.Е. Развитие артиллерийского вооружения в России во второй половине XVII в. // Исторические записки. Т. 71. М., 1962. С. 267; Устрялов Н.Г. История царствования Петра Великого. Т. 2. Потешные и Азовские походы. СПб., 1858. С. 229.

2 Лефорт Франц (1655—1699), российский военный деятель, адмирал, сподвижник Петра I. Выходец из Швейцарии. С 1678 г. на службе в русской армии. Участник Крымских (1687, 1689) и Азовских (1695—1696) походов. В 1697—1698 гг. вместе с Ф.А. Головиным и П.Б. Возницыным возглавлял Великое посольство в Западную Европу.

3 Российский государственный архив древних актов (РГАДА). Ф. 1470. Оп. 1. Д. 348. Л. 1; Д. 354. Л. 1—4.

4 Речь идёт о полковых пищалях, по всей видимости, 2-фунтовых.

5 Лунин Б.В., Потапов Н.И. Азовские походы Петра I (1695—1696 гг.). Ростов-на-Дону: Ростиздат, 1940. С. 17.

6 Гордон Патрик (1635—1699), российский военный деятель, генерал-аншеф и контр-адмирал, один из сподвижников Петра I. Выходец из Шотландии. На службе в русской армии с 1661 г. Участник Чигиринских (1677, 1678), Крымских (1687, 1689) и Азовских (1695—1696) походов.

7 Устрялов Н.Г. Указ. соч. С. 226.

8 Архив Санкт-Петербургского института истории Российской академии наук (Архив СПбИИ РАН). К. 249. Оп. 1. Д. 97. Ст. 26.

9 Там же. К. 277. Оп. 1. Д. 24. Л. 1.

10 Gordon P. Passages from the diary of general Patrick Gordon of Auchleuchries in the years 1635—1699. Aberdeen, 1859. P. 184.

11 Ратч В.Ф. Азовский поход 1695 г. // Артиллерийский журнал. 1857. № 5. С. 39.

12 Ласковский Ф.Ф. Материалы для истории инженерного искусства в России. Ч. 2. Опыт исследования инженерного искусства в царствование императора Петра Великого. СПб., 1861. С. 38.

13 Из отчёта об осаде Азова в 1695 и 1696 годах генерала Гордона, командовавшего значительной частью армии (Британский источник XVIII в. об Азовских походах Петра I) // Исторический архив. 1997. № 3. С. 196, 197; Новые документы о Петре Первом. Публикация А. Бабкина // Новый журнал. Т. 44. Кн. 158. Нью-Йорк, 1985. С. 185; Походный журнал 1695 года. СПб., 1853. С. 21.

14 Письма и бумаги императора Петра Великого. Т. 1. (1688—1701). СПб., 1887. С. 40.

15 Там же. С. 38, 39.

16 Там же. С. 39.

17 Архив князя Ф.А. Куракина. Кн. 1. СПб., 1890. С. 252; Gordon P. Op. cit. P. 184.

18 Богословский М.М. Пётр I. Материалы для биографии. Т. 1. Детство. Юность. Азовские походы (30 мая 1672 — 6 марта 1697 г.). М.: Соцэкгиз, 1940. С. 237, 239; Походный журнал 1695 года. СПб., 1853. С. 23.

19 Архив СПбИИ РАН. К. 47. Оп. 2. Д. 346. Сст. 1.

20 Там же. Д. 353. Сст. 1.

21 См.: Колосов Е. Е. Указ. соч. С. 267.

* Здесь и далее даты — по старому стилю.

** Здесь и далее слово «батарея» употребляется в том значении, в котором оно использовалось первоначально, — позиция, на которой временно сосредотачивалось различное количество орудий (См.: Батарея / Военная энциклопедия: В 8 т. М.: Воениздат, 1997. Т. 1. С. 385).

КОЛОКОЛЬНЫЕ СБОРЫ В ПЕРИОД СЕВЕРНОЙ ВОЙНЫ 1700—1721 ГГ.

АРМИЯ И ОБЩЕСТВО

Манойленко Юрий Евгеньевич — аспирант кафедры русской истории Российского государственного педагогического университета имени А.И. Герцена (г. Санкт-Петербург), магистр социально-экономического образования (E-mail: historic2009@mail.ru)

Колокольные сборы в период Северной войны 1700—1721 гг.

Сбор колоколов от церквей и монастырей для литья орудий после Нарвского поражения 1700 года — достаточно известный исторический факт. Упоминание об этом событии встречается во многих изданиях, посвящённых Северной войне. Вместе с тем отдельные аспекты восстановления артиллерии исследованы недостаточно.

Ранее автор этих строк ввёл в научный оборот документы, позволяющие осветить ряд вопросов, относящихся к указанной теме1. В результате дальнейших архивных поисков обнаружились сведения, позволяющие дополнить и уточнить приведённые ранее данные.

В Центральном архиве Нижегородской области сохранился указ митрополита Нижегородского и Алатарского Исайя властям Печерского мужского монастыря о присылке четвёртой части колоколов для отправки в Москву на Пушечный двор2. Этот документ позволяет наиболее полно реконструировать текст петровского указа «о колоколах», поскольку в нём приводится копия первоначального распоряжения, отправленного из Пушкарского приказа в Монастырский приказ. По этому документу также можно определить предполагаемую дату появления указа (4 февраля 1701 года*), до настоящего времени остававшуюся неустановленной: «В нынешнем 1701-м году, февраля в 4 день, в указе великого государя в Монастырской приказ из Пушкарского приказу за приписью дьяка Никиты Полунина написано: указал великий государь по имяному своему великого государя указу, для нынешнего воинского случая, по переписке из Приказу Большого дворца на Москве, и в подмосковных монастырях, и в Московском уезде, и во всех городах у соборных и у прихоцких церквей, и во архиерейских и боярских домах, и в монастырях, и в вотчинниковых сёлах у церквей взять на Пушечной двор в пушечное и в мазжерное литье ис колоколов весом четвёртую часть, сколько по весу пудов, где в котором звону во всех колоколах явится»3.

Согласно указу колокола должны были прислать в Москву к 12 февраля 1701 года. За несоблюдение этого срока предусматривалось взимание пени: по 2 рубля с каждого пуда4. Однако доставить колокола к установленной дате было практически невозможно. Указы об их присылке направлялись из Монастырского приказа главам епархий, а затем рассылались от их имени в церкви и монастыри. Всё это занимало достаточно продолжительное время (в частности, приведённый выше указ был направлен властям Печёрского монастыря лишь 20 февраля). Не меньший срок требовался для «определения» четвёртой части колоколов, сбора подвод для перевозки и отправки их на Московский Пушечный двор. Таким образом, можно констатировать, что колокольный сбор помимо непосредственного получения меди имел целью изыскание дополнительных финансовых средств для покрытия значительных расходов в период Северной войны.

Указом церковным властям предоставлялась возможность присылки вместо четвёртой части колоколов соответствующего количества красной (чистой) меди и «аглинского» олова (из расчёта 6 фунтов на пуд меди). Так, по решению архиепископа Вологодского и Белозерского Гавриила от соборной Софийской церкви в Вологде в Москву было отправлено 259 пудов 31 фунт 24 золотника красной котловой меди, олова и разбитых колоколов, «да сверх тое четвёртой части послано ещё меди котловой 200 пуд для пополнения»5. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Манойленко Ю.Е. Вклад русских монастырей в восстановление артиллерии в 1701 г. // Вопросы истории. 2010. № 2. С. 155—157.

2 Центральный архив Нижегородской области (ЦАНО). Ф. 579. Оп. 589. Д. 581. Л. 1—4 об.

3 Там же. Л. 1, 2.

4 Там же. Л. 2.

5 Государственный архив Вологодской области (ГАВО). Ф. 496. Оп. 1. Д. 5. Л. 35.

* Здесь и далее даты приводятся по старому стилю.