1

Сыграть на раздробление и обессиливание России, чтобы обратить её… в страну-колонию

Аннотация. Статья освещает отношение российских политических сил, находившихся в ходе Гражданской войны на одной стороне с бывшими союзниками по Антанте, к их военной интервенции в России, которая противоречила национально-государственным интересам нашей страны, поскольку была направлена на её расчленение и полное подчинение Западу.

Summary. The article highlights the attitude of the Russian political forces, which were during the Civil War on the same side with the former Entente allies, to their military intervention against Russia. This intervention contradicted national and state interests of our country, because it was aimed at its partition and total submission to the West.

ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА

 

ХОЛЯЕВ Сергей Владимирович — доцент кафедры гуманитарных наук Ярославского государственного технического университета, кандидат исторических наук

(г. Ярославль. E-mail: holyaevsv@ystu.ru).

 

«СЫГРАТЬ НА РАЗДРОБЛЕНИЕ И ОБЕССИЛИВАНИЕ РОССИИ, ЧТОБЫ ОБРАТИТЬ ЕЁ… В СТРАНУ-КОЛОНИЮ»

 

Делёж территории России не только её противники в Первой мировой войне — Центральные державы (Четверной союз — Германия, Австро-Венгрия, Болгария и Турция), но и союзники по Антанте начали сразу после Октябрьской революции. С ноября 1917 года страны Антанты на совещаниях и конференциях решали вопросы разграничения зон интересов, поддержки контрреволюции и военных действий в России1. «Русский вопрос» стал главным на открывшейся в Париже 17(30) ноября 1917 года конференции союзников по Антанте2. Вскоре на англо-французской конференции в Париже 9—10 (22—23) декабря 1917 года3 было заключено секретное соглашение о разделе России на «зоны действия» — английскую (Дон, Кубань, Кавказ, Средняя Азия и северная часть европейской территории России) и французскую (Украина, Крым и Бессарабия), была поставлена задача «убедить южную русскую армию возобновить войну»4 и с этой целью предоставить субсидии контрреволюционным силам, признано необходимым, чтобы в расходах участвовали США. Позже договорились признать Сибирь и Дальний Восток преимущественно зонами действия США и Японии.

В военной интервенции в России наряду с её противниками в мировой войне участвовали вооружённые силы Великобритании, Греции, Дании, Италии, Канады, Китая, Латвии, Литвы, Польши, Румынии, Сербии, США, Финляндии, Франции, Чехословакии, Швеции, Эстонии, Японии5.

Анализ взаимоотношений бывших союзников России по Антанте с силами, которые противостояли большевикам в Гражданской войне, проливает свет на истинные цели интервентов.

Одним из эпизодов этих взаимоотношений была предпринятая в начале 1919 года попытка президента США В. Вильсона собрать на Принцевых островах в Мраморном море конференцию с участием представителей всех государственных образований, возникших на территории бывшей Российской империи6. Её идея, по свидетельству У. Черчилля, возглавившего в то время британское военное министерство, принадлежала премьеру Британии Д. Ллойд-Джорджу, предложившему, «чтобы представители Москвы, а также и тех государств и генералов, с которыми Москва воевала, были приглашены… «подобно тому, как Римская империя приглашала военачальников плативших ей дань государств для того, чтобы они давали отчёт в своих действиях»»7. Эта формулировка говорит о том, что британскому премьеру была желанна Россия, раздробленная на вассалов и данников Запада.

Но внешне цель конференции выглядела благородно. Военные действия в России на всех фронтах должны были прекратиться на две недели. Воевавшим сторонам предлагалось не перегруппировывать силы, чтобы не обеспечить себе более выгодное положение по сравнению с тем, которое было к началу перемирия. Все российские силы должны были сохранить контроль над занимаемыми территориями и взять обязательство не пытаться насильственно свергнуть правительства, которые подпишут итоговый документ конференции, иностранные войска — полностью покинуть Россию, правительства на её территории — приступить к сокращению своих армий до размеров мирного времени8.

Представители белых правительств почти единодушно отказались приехать на конференцию. Мотивировки были разные. В том числе непримиримое отношение к советской власти. Руководитель одного из белых правительств (Северной области) генерал-лейтенант Е.К. Миллер, признав, что «мир в Европе и во всей вселенной невозможен, пока его нет в России»9, категорически отказался садиться за стол переговоров с большевиками. А основной причиной отрицательного отношения белых к инициативе США стало понимание национально-государственных интересов, состоявших в сохранении единства страны. По мнению Миллера, предложения Вильсона вели к расчленению России, в случае успеха конференция дала бы иностранным представителям право решать, кто получит автономию (независимость)10. Миллер оценил это как неприемлемое покушение на территориальную целостность страны, пояснив, что границы и независимость территорий России относятся к её внутренней политике и не являются прерогативой «Лиги народов»11.

Белые политики в 1919 году относились к Западу весьма критично, уже не поддерживали его так рьяно, как до революции и вскоре после неё, когда прошедший в Москве 7—16 мая 1918 года VIII совет партии эсеров, активно выступавшей за продолжение войны с Германией, принял решение в поддержку иностранной военной интервенции12. Эсер В.М. Зензинов, участвовавший в переговорах с союзниками об их вторжении в Россию, пояснил, почему партия эсеров активно зазывала в неё войска стран Антанты: «Для нас, не признавших Брестского мира… борьба союзников с немцами и большевиками на территории России была не интервенцией, а войной»13. По его мнению, роль союзников в борьбе с Германией и большевиками ничем не отличалась от роли русских войск, отправленных на Западный фронт, во Францию для борьбы с Германией.

Резолюция VIII совета о международной политике настаивала на том, что у союзников после прихода к власти большевиков были лишь два пути: перенесение боевых действий в Россию с согласия законной власти или путём прямой оккупации русских территорий. Эсеры считали желательным первый путь, так как из «критического военного положения немыслимо выйти без всякой помощи извне»14. Высадка интервентов на севере России и Дальнем Востоке, возможность активной борьбы с большевиками и Германией вдохновляли эсеров. «…Мы доверяли обещаниям союзников и на этих обещаниях строили и свои планы, в которые ангажировали многие тысячи людей», — подчёркивал Зензинов15.

Российские сторонники иностранной военной интервенции обосновывали её необходимостью возобновить участие России в мировой войне, не допустить немцев к российским ресурсам и использовать их в продолжавшейся вооружённой борьбе.

Британский премьер-министр Д. Ллойд-Джордж с гордостью сообщил, что противники большевиков создали свои армии «по нашему предложению и в значительной мере, несомненно, на наши деньги», утверждая, что иначе немцы дошли бы «до житниц Дона, до рудников Урала, до нефти Кавказа»16.

Казалось бы, завершение мировой войны должно было лишить западные державы интереса к внутрироссийскому противостоянию, но случилось иначе. К окончанию войны Антанта приняла формулу председателя Верховного совета Антанты премьер-министра Франции Ж. Клемансо: «России больше нет». Он заявил: «Россия — нейтральная страна, которая заключила сепаратный мир с нашими врагами. Друзья наших врагов — наши враги»17.

Накануне Парижской мирной конференции 1919—1920 гг. английская делегация, отвергая французский проект программы её работы, заявила, что надо заниматься проблемами в порядке их срочности, и «с этой точки зрения следует заняться сначала вопросом о России»18. «Большая четвёрка» («Совет четырёх» из премьер-министров Великобритании, Италии, Франции и президента США), занятая переустройством мира, понимала, что стабилизировать его не удастся без решения «русского вопроса». Поэтому «русский вопрос» занял на конференции ведущее место. «Большая четвёрка» приглашала и заслушивала представителей Русского политического совещания19 — бывшего главу царского МИДа С.Д. Сазонова, бывшего посла Временного правительства в Париже В.А. Маклакова и бывшего председателя «Северного правительства» Н.В. Чайковского20.

В Версальском мирном договоре (28 июня 1919 г.) нашей стране посвящён отдел XIV «Россия и русские государства». Статьёй 116 договора Германия признала «независимость всех территорий, входивших в состав бывшей Российской империи к 1 августа 1914 года»21, отмену Брестского мира и всех других договоров с большевистским правительством. Статья 117 поставила под сомнение легитимность советской власти, обязав Германию признать все договоры и соглашения союзных и объединившихся держав с государствами, которые «образовались или образуются на всей или на части территорий бывшей Российской империи… и признать границы этих государств, как они будут соответственно этому установлены»22.

Таким образом, Версальским договором «Большая четвёрка» не только закрепила передел мира в свою пользу, но и создавала условия для признания раздела и уничтожения России как единого государства.

Бывшие союзники обсуждали возможность полномасштабной агрессии против России. Военный министр Британии У. Черчилль намеревался использовать в войне с Советской Россией высвободившиеся в результате завершения мировой войны основные силы английской и французской армий при поддержке и участии чехов, поляков и финнов. Не менее решительно был настроен французский маршал Ф. Фош, с апреля 1918 года занимавший пост верховного главнокомандующего союзными войсками, один из активных организаторов интервенции в Россию. Ему понравился план одного из лидеров партии эсеров, террориста Б.В. Савинкова, использовать для интервенции выводившиеся из Франции польские войска генерала Ю. Галлера как прелюдию для последующего полномасштабного вторжения в Россию западных союзных сил23.

Французов интересовал Юг России, англичан — Кавказ с бакинской нефтью, американцы и японцы мечтали о дележе Дальнего Востока и Транссибирской магистрали24.

В этой империалистической цепи самым слабым звеном оказались США. Американский сенатор от штата Калифорния Х. Джонсон выступил с жёсткой критикой интервенции в Россию, заявив на заседании Сената25, что США должны стремиться к скорейшему возвращению домой американских солдат: «Я вовсе не хочу, чтобы американская кровь пролилась в пользу какой бы то ни было партии какого бы то ни было иностранного государства… Я заинтересован в… судьбе молодых солдат республики, которые вот уже несколько месяцев забыты, кажется, совсем нашим правительством»26. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Подробнее см.: Интервенция Антанты в России 1918—22 / Военная энциклопедия: В 8 т. М.: Воениздат, 1995. Т. 3. С. 357.

2 Васюков В.С. Предыстория интервенции. М.: Политиздат, 1968. С. 237.

3 Степанов А.И. Россия в первой мировой войне: геополитический статус и революционная смена власти. М., 2000. С. 190.

4 Васюков В.С. Указ. соч. С. 247.

5 Там же.

6 Цветков В.В. Как Врангель и Ленин чуть не объявили войну Англии // Родина. 2011. № 2. С. 104.

7 Черчиль В. Мировой кризис. М.; Л.: Госвоениздат, 1932. С. 107. См. интернет-ресурс: http://militera.lib.ru.

8 Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ). Ф. Р-5867. Оп. 1. Д. 25. Л. 14—16.

9 Там же. Д. 16. Л. 98, 99.

10 Там же. Л. 99, 100.

11 Там же. Л. 4 об., 5.

12 Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Ф. 274. Оп. 1. Д. 1. Л. 3.

13 Зензинов В.М. Борьба российской демократии с большевиками в 1918 году. Москва — Самара — Уфа — Омск. Партия социалистов-революционеров в первые годы Советской власти // Вопросы истории. 2006. № 6. С. 11.

14 РГАСПИ. Ф. 274. Оп. 1. Д. 1. Л. 18.

15 Зензинов В.М. Указ. соч. С. 12.

16 Никонов В.А. Молотов: Молодость. М., 2005. С. 415.

17 Там же. С. 190, 193, 194.

18 Версальский мирный договор 1919 / Дипломатический словарь. М.: Госполитиздат, 1948. См. интернет-ресурс: http://dic.academic.ru; Катасонов В. Генуэзская конференция в контексте мировой и российской истории. М.: Кислород, 2015. См. интернет-ресурс: http://www.litres.ru.

19 Русское политическое совещание в Париже создано в конце 1918 г. для международного представительства и реализации внешнеполитического курса Белого движения.

20 Версальский мирный договор 1919...; Катасонов В. Указ. соч.

21 Мирный договор между союзными и объединившимися державами и Германией (Версальский договор; подписан в г. Версале 28 июня 1919 г.). См. интернет-ресурс: http://www.lawrussia.ru.

22 Там же.

23 Никонов В.А. Указ. соч. С. 450.

24 ГА РФ. Ф. Р-5827. Оп. 1. Д. 86. Л. 1; Никонов В.А. Указ. соч. С. 449.

25 РГАСПИ. Ф. 274. Оп. 3. Д. 98. Л. 3, 4.

26 Там же. Л. 1, 2.