1

Русско-турецкая война 1877—1878 гг. глазами полкового священника Вакха Гурьева

Аннотация. В статье рассматривается жизненный путь полкового священника Вакха Гурьева и анализируются письма, написанные им во время Русско-турецкой войны 1877—1878 гг.; показаны роль военного духовенства в русской армии, значение религии для солдат и офицеров, проблемы, стоявшие перед дивизионным лазаретом, к которому был прикомандирован автор писем.

Summary. The article narrates the life way of Chaplain Vakh Guryev and analyzes letters written by him during the Russian-Turkish war of 1877-1878; shows the role of the Chaplains in the Russian army, the importance of religion for soldiers and officers, the problems facing the divisional infirmary, to which the author of the letters was attached.

АРМИЯ И ОБЩЕСТВО

 

МЕЛЬНИКОВА Любовь Владимировна — ведущий научный сотрудник Института российской истории РАН, кандидат исторических наук

(Москва. E-mail: melnikova-lv@mail.ru).

 

РУССКО-ТУРЕЦКАЯ ВОЙНА 1877—1878 гг. ГЛАЗАМИ ПОЛКОВОГО СВЯЩЕННИКА ВАКХА ГУРЬЕВА

 

В Российской империи военное духовенство представляло собой особую категорию духовного сословия. Полковые священники делили со своей паствой все тяготы военной службы. Они не только удовлетворяли религиозные потребности солдат и офицеров через совершение богослужений и исполнение христианских треб (что само по себе было важно для моральной поддержки воинов в напряжённой военной обстановке), но также являлись для них духовной опорой. Православная составляющая имела огромное значение в воспитании русского воинства, в укреплении его боевого духа. По словам «последнего протопресвитера русской армии и флота» Г.И. Шавельского, у священника в армии «почтенная и ответственная роль, роль молитвенника, просветителя и вдохновителя русского воинства»1.

История военного духовенства изучена недостаточно. Помимо общих работ, освещающих возникновение и постепенное развитие этого ведомства, а также жизнь и деятельность обер-священников армии и флота2, в историографии существуют лишь несколько монографий, в которых комплексно исследуется конкретное участие полковых священников в отдельных военных кампаниях3. Источники по теме представлены в основном послужными списками армейских священников и приказами об их награждениях — как правило, в силу своей специфики слишком краткими и лаконичными. Документов личного происхождения (писем, мемуаров, дневников), вышедших из-под пера представителей военного духовенства, за весь имперский период известно крайне мало. Одним из таких исключений являются письма священника 9-го гренадерского Сибирского полка, благочинного 3-й гренадерской дивизии Вакха Гурьева, написанные во время Русско-турецкой войны 1877—1878 гг. и опубликованные в журнале «Русский вестник» в 1880 году4. Через три года вышла в свет уже отдельная книга5, а в 2007-м её переиздала Государственная публичная историческая библиотека России6. Несмотря на троекратную публикацию писем (все издания — без предисловия и научных комментариев), они до сих пор мало используются исследователями, а об их авторе можно найти лишь самую краткую информацию в справочной литературе. Между тем упомянутые материалы содержат ценные наблюдения высокообразованного человека за происходившими во время похода событиями и позволяют приоткрыть не исследованную прежде страницу истории Русско-турецкой войны — её духовно-религиозную составляющую. Безусловно, интересна и сама личность автора писем — священника, богослова, писателя и публициста.

Вакх Васильевич Гурьев родился 6 октября 1830 года в слободе Новая Меловатка Богучарского уезда Воронежской губернии в семье священника. В 1851 году с отличием («с аттестатом 1-го разряда») окончил Воронежскую духовную семинарию, после чего в течение нескольких лет преподавал сначала в Бирюченском, а затем в Воронежском духовных училищах. 20 декабря 1853 года он был рукоположен в священники и определён к Благовещенской церкви Новой Меловатки, в сентябре 1854-го перемещён к Богословской церкви слободы Попасная того же Богучарского уезда7.

В августе 1856 года Гурьев переехал в Томск и стал священником городской Знаменской церкви. Вскоре благодаря своим природным дарованиям, отличному образованию и стараниям он привлёк к себе внимание томского епархиального начальства. 27 ноября 1856 года «за отличную ревность к служению церкви Божией» отец Вакх был награждён набедренником*, а 18 декабря 1858 года «за составление назидательных Катехизических поучений» получил благословение Томского епископа Парфения (Попова)8. В октябре следующего года священника утвердили в должности законоучителя Томской губернской мужской гимназии, в июне 1861 года назначили членом комитета для составления «Церковно-исторического и статистического описания Томской епархии». Также Гурьев был законоучителем Томской Мариинской женской гимназии (с сентября 1863 г.) и священником состоявшей при ней церкви (с 1867 г.; от заведования приходом Знаменской церкви его освободили в 1866 г.). За успешное преподавание Закона Божия в двух гимназиях губернская администрация неоднократно поощряла его довольно значительными денежными средствами. По представлению Святейшего Синода 22 июля 1864 года священник был награждён скуфьёй**. 12 августа 1870-го по собственному прошению Гурьев был освобождён от всех занимаемых должностей и уволен за штат «для приискания нового места служения», получив при этом в награду 400 рублями серебром «за более чем 10-летнюю усердную и ревностную службу в Томских губернских гимназиях»9.

Следующим «местом служения» отца Вакха стало военное ведомство: 19 октября 1871 года его назначили полковым священником 10-го гренадерского Малороссийского генерал-фельдмаршала графа Румянцева-Задунайского полка. Уже в новом качестве 8 апреля 1873 года он получил очередную церковную награду — камилавку***, а 21 октября того же года стал благочинным 3-й гренадерской дивизии. 4 июля 1875 года Гурьев был переведён полковым священником (с оставлением благочинным) в 9-й гренадерский Сибирский его императорского высочества великого князя Николая Николаевича старшего полк, с которым и принял участие в войне России с Турцией в 1877—1878 гг.10

Эта война, начатая императором Александром II в поддержку национально-освободительной борьбы южнославянских народов против власти Порты, пользовалась широкой поддержкой российского общества. Необходимость вооружённого вмешательства России в балканские события ещё с 1875 года обосновывали практически все ведущие органы периодической печати (и консервативного, и либерального направлений), крупнейшие мыслители того времени (Ф.М. Достоевский, К.Н. Леонтьев, И.С. Аксаков и др.), представители Русской православной церкви. С началом военных действий Церковь объявила защиту единоверных нам братьев-славян от турецкого исламского ига священным делом и, по сути, поддержала выдвинутую славянофилами идею об объединении всех православных славянских народов под эгидой России. В горячих общественных дискуссиях конечной, исторической целью начавшегося противостояния, как правило, назывались захват Константинополя и восстановление христианства на Востоке (снятие полумесяца с храма Св. Софии). С теми же мыслями отправился на театр военных действий и Вакх Гурьев.

Участвуя в походе (20 сентября 1877 — 25 сентября 1878 гг.), священник практически всё пережитое и перечувствованное им за это время регулярно («по свежим следам») отражал на страницах своих писем. Эта острота впечатлений и несомненный дар слова придали его запискам удивительный колорит. «Куй железо, пока оно горячо, — отмечает Гурьев, — пиши письма, описывай события, предметы, явления, пока всё это непосредственно действует на твоё воображение, волнует тебе кровь; пропустишь эти неповторяемые моменты — и многое пропадёт. В подогретом супе далеко не тот вкус, что в свежем»11. Все письма (за исключением двух, адресованных врачу А.И. Ваттерну) не содержат имён адресатов (встречается лишь обращение «мой друг»), имеют довольно значительный объём и написаны прекрасным литературным языком, поэтому может показаться, что они вовсе не предназначались каким-то конкретным людям, а являлись всего лишь известным в то время приёмом, использовавшимся в журналистике12. Возможно, что так оно и было. Тем не менее внимательное изучение текстов писем показывает, что все они были адресованы одной и той же женщине («Будь здорова и храни, яко зеницу ока, святую простоту сердца»13), хорошо знавшей особенности и привычки автора (например, его «боязнь высоты»14) и пославшей ему неоднократно упоминавшуюся им пресловутую посылку с пирожками и печеньем, без малого полгода догонявшую своего хозяина15. Скорее всего, это жена Вакха Гурьева — Александра Владимировна. При этом не вызывает сомнений, что перед первыми, состоявшимися ещё при жизни Гурьева публикациями письма прошли авторскую литературную обработку. Об этом, в частности, свидетельствуют небольшое количество содержащихся в них «личных деталей», а также появившиеся во втором (отдельном) издании деление текста на главы и посвящение книги «Памяти назабвенного царя-освободителя, в Бозе почивающего, государя императора Александра Николаевича».

Вакх Гурьев, будучи прикомандированным к подвижному дивизионному лазарету (с 8 августа 1877 г.)16, уделял основное внимание проблемам, с которыми постоянно сталкивались персонал и пациенты этого учреждения. Значительная часть проблем была вызвана не только объективными трудностями, но также непродуманностью и ошибками, допущенными чиновниками различных тыловых служб. В частности, рассказывая об изготовленном в Варшаве накануне войны лазаретном обозе, отец Вакх подчёркивает, что, несмотря на презентабельный вид, тот имел недостатки: линейки (повозки) были слишком тяжёлыми, широкими, громоздкими, неповоротливыми и недостаточно прочными. По словам священника, в походе как нельзя более оправдалась остроумная шутка одного генерала, осмотревшего обоз перед его отправлением: «Нужно будет написать Керим-паше17, чтоб он двигал свои армии только по шоссейным дорогам, потому что наши обозы не пригодны для просёлочных»18. Действительно, по просёлочным дорогам лазаретный обоз двигался крайне медленно, застревал в грязи, часто ломался, не укладывался в маршрутное расписание, постоянно отставая от своей воинской части на несколько переходов. Ситуацию осложняло также качество «перевозочных средств», т.е. состояние лошадей (многие из них оказались старыми и больными). Тем не менее, несмотря ни на что, в течение трёх недель лазарет 3-й гренадерской дивизии преодолел расстояние от г. Люблин до р. Дунай, 10 октября 1877 года благополучно совершил переправу и 24 октября начал свою деятельность в болгарском селении Трестеник-Семерет, в нескольких верстах от Плевны.

Когда 3-я гренадерская дивизия влилась в состав «северо-западного отряда обложения Плевны», осада города была в полном разгаре. Гурьев называет Плевну «ненавистной», «адской геенной, поглотившей столько наших храбрых воинов»19, в то же время осознаёт и подчёркивает несомненную важность происходившего: «Здесь все убеждены, что центр тяжести настоящей войны… у нас, за Дунаем, около Плевны»20. .<…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Шавельский Г. Служение священника на войне // Военный сборник. 1912. № 11. С. 115.

2 Барсов Т.В. Об управлении русским военным духовенством. СПб., 1879; Невзоров Н. Исторический очерк управления духовенством военного ведомства в России. СПб., 1885; Боголюбов А.А. Очерки из истории управления военным и морским духовенством в биографиях главных священников его за время с 1800 по 1901 гг. СПб., 1901; Котков В.М. Военное духовенство России: страницы истории. В 2 т. СПб., 2004 и др.

3 См., например: Мельникова Л.В. Русская Православная Церковь в Отечественной войне 1812 года. М., 2002; она же. Армия и Православная Церковь Российской империи в эпоху наполеоновских войн. М., 2007; она же. Русская Православная Церковь и Крымская война 1853—1856 гг. М., 2012.

4 Гурьев В. Письма священника с похода 1877 и 1878 года // Русский вестник. 1880. Т. 145. С. 648—704; Т. 147. С. 621—664; Т. 148. С. 129—146, 581—611; Т. 149. С. 552—594; Т. 150. С. 120—157, 726—793.

5 Он же. Письма священника с похода 1877—1878 гг. М., 1883.

6 Он же. Письма священника с похода 1877—1878 гг. М., 2007 (далее ссылки на все цитаты даются по этому изданию).

7 Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 806. Оп. 16. Д. 603. Л. 41 об.

8 Там же. Л. 42 об.

9 Там же. Л. 42 об.—46 об.

10 Там же. Л. 46 об.

11 Гурьев В. Указ. соч. С. 57.

12 См., например: Глинка Ф.Н. Письма русского офицера о Польше, Австрийских владениях, Пруссии и Франции, с подробным описанием похода россиян противу французов, в 1805 и 1806, также Отечественной и заграничной войны с 1812 по 1815 год. Ч. 1—8. М., 1815—1816.

13 Гурьев В. Указ. соч. С. 232.

14 Там же. С. 123.

15 Там же. С. 92, 112, 234.

16 РГИА. Ф. 806. Оп 16. Д. 603. Л. 47 об.

17 Абдул-Керим-Надир-Паша (1807—1885) — турецкий маршал (с 1876 г.), с начала войны до 23 июля 1877 г. главнокомандующий турецкими войсками на Дунае.

18 Гурьев В. Указ. соч. С. 256.

19 Там же. С. 28.

20 Там же. С. 45.