1

Поезда-бани русской армии Первой мировой войны

Чистота и гигиена – неизменный спутник русского солдата. Даже на передовой бойцы старались строить прачечные и бани, уделяя последним особое внимание. В своих воспоминаниях фронтовики вспоминают о походных банях, в которых солдаты не только мылись, но и стирались.

Обычай париться в паровой бане – один из наиболее широко распространенных в России. От примитивной крестьянской бани и до благоустроенных городских общественных бань (с душами, ваннами и бассейнами) – в любых условиях русский человек начала 20-го века не отказывал себе в удовольствии попариться в баньке.

В мирное время каждый солдат русской императорской армии раз в неделю мылся в паровой бане, благодаря чему, возможно, и был так невелик процент заболеваемости (особенно кожными болезнями) среди русских солдат — по сравнению с армиями других стран.

Но в походных условиях военного времени русские войска мо­гли пользоваться баней лишь случайно – и это когда воины Действующей армии, неделями и месяцами находясь в окопах передовых позиций, нуждались в этом особенно сильно. А ведь антисанитария приводила к появлению паразитов, которые приносили с собой не только мучительное беспокойство, но и являлись распространителями опасных заболеваний.

В предшествующие войны потери от инфекционных заболеваний часто многократно превосходили потери от огня и оружия противника.

Приведем несколько цифр в доказательство сказанного. Так, например, в Русско-турецкую войну 1877 — 1878 гг. за 1 года и 4 месяца потери русских войск от неприятельского оружия выразились в цифре 36455 человек, а от болезней — 87621 человек; в Крымскую войну 1854 — 1856 гг. французская армия по­теряла от воздействия неприятеля 20210 человек, а от болезней умерло — 75375 человек, а английская армия в ту же войну потеряла от оружия 4604 человека, а от болезней — 17580 человек. И даже австрийский наблюдательный корпус, не принимавший участия в сражениях, потерял от одних болезней 35000 человек.

Еще более убедительным примером служит следующий факт: в Крымскую кампанию, за первую зиму, англичане потеряли от сыпного тифа вдвое больше людей, чем французы — но потом англичане приняли различные по улучшению санитарного состояния своих войск, в то время как французы ничего не сделали, по-прежнему оставив своих солдат зимовать в палатках в прежних антисанитарных условиях. В результате, на 10248 смертей от тифа у французов, у англичан умерло от этой болезни лишь 10 человек.

Эти цифры иллюстрируют ту страшную опасность, которая грозит армии, в которой не принимаются меры по содержанию тела и одежды в чистоте и уничтожению паразитов. А самой радикальной мерой для достижения последнего стало использование воинами бани. Ведь сколько бы не было много сменного белья, какие бы меры не принимались для уничтожения паразитов, грязное тело солдата является благодарной почвой для размножения всевозможных паразитов и распространения заразных заболеваний. И во время ранений случайно попавшая в рану грязь с  тела или белья превращала самую незначительную рану в заражение со многими тяжелыми последствиями.

Русские войска массово создавали стационарные бани. Но командование и правительство думали о том, как охватить максимальное количество и обслуживать воинов максимально быстро и эффективно.

В Главном комитете Ведомства Путей Сообщения по оказанию помощи больным и раненым воинам на заседании 19 октября 1914 г., председательницей комитета Е. Е. Рухловой была высказана мысль оказать помощь Действующей армии путем создания мобильной бани — поезда-бани.

Предложение вызвало живой отклик среди членов комитета, и было решено выбрать особую комиссию по сооружению поезда-бани.

В комиссию вошли: председатель Н. Д. Байдак (председатель правления общества Московско-Виндаво-Рыбинской железной дороги) и члены И. К. Ивановский (начальник Николаевской железной до­роги), Ф. М. Валуев (начальник Северо-Западных железных дорог), В. И. Святицкий (управляющий Петроградской сетью Московско-Виндаво-Рыбинской железной дороги), М. Н. Гротен, доктор М. А. Заусайлов, А. П. Клягин, Г. П. Адашев, П. Н. Котельников, М. М. Иванов, А. О. Чечотт и В. Д. Шеманский.

Получив задание спроектировать и построить поезд-баню (что было абсолютно новым делом), комиссия, при обсуждении вопроса о составе поезда-бани, пришла к заключению, что, помимо собственно бани, раздевалок и одевалок, необходимо создать камеры для уничтожения паразитов на белье и одежде моющихся, а также иметь возможность дезинфицировать белье и одежду. Также было при­знано желательным после бани подавать солдатам горячий чай в специальных вагонах-чайных – чтобы вымывшиеся сразу не попадали на холодный воздух.

Следовало создать в таком поезде и жилые помещения для администрации и экипажа, а также устроить кухню для лиц, обслуживающих поезд, вагоны под склады белья, мыла и др. необходимых принадлежностей. Требовался и вагон-электростанция для освещения поезда, цистерны для воды и т. д.

Т. о., комиссия остановилась на следующем составе поезда-бани: 4 вагона — собственно бани, 2 вагона раздевалки, 2 вагона одевалки, вагон для дезинфекции, вагон для дезинсекции, 3 вагона-чайные и кухни, 2 жилых вагона, 3 вагона кладовых-складов, 2 цистерны для запаса воды, вагон-электростанция и паровоз с тендером для отопления вагонов и нагрева воды для бани.

В итоге, состав поезда-бани — 19 вагонов, 2 ци­стерны и паровоз. На тот случай, если маневрирование поезда вследствие его величины будет затруднительно, что помешает подойти к передовым позициям, т. е. к месту наиболее продуктивной работы, комиссия решила оборудовать поезд таким образом, чтобы он мог быть разделен на 2 самостоятельных поезда-бани.

Для запасы воды были взяты две большегрузные нефтяные цистерны, утепленные войлоком и железом. Кроме того, запас воды имелся в тендере паровоза и в баках собственно вагонов-бань. Для пополнения запасов воды кроме железнодорожного водоснабжения (которое в данной местности может быть испорчено), в поезде имелись 2 переносных насоса со всеми необходимыми приспособлениями — для подачи воды из любого естественного источника, причем при делении поезда на две части один насос мог работать от электростанции, а другой от динамо-машины, установленной на паровозе.

Для отопления всех вагонов поезда-бани, а также для нагревания воды для бани предназначен 8-колесный паровоз с тендером (из числа старых, исключенных со службы). Паровоз служил котлом для пара и согревания воды. На этом паровозе установлена динамо-машина для освещения поезда-бани — одной его части в случае деления, как отмечалось выше. На паровозе имеется также переносный электрический на­сос для подачи воды из ближайшего естественного источника.

Следующая составная часть поезда-бани — вагон дезинсекции – уничтожения паразитов на белье и одежде моющихся. В этом вагоне установлено 6 камер. Каж­дая камера состоит из деревянного ящика, внутри которого на горизонтальной оси помещается 6-гранный барабан из широкопетлистой металлической решетки. Барабаны приводятся в движение ручками, помещенными на концах осей. Каждая камера имеет вентиляционную трубу. Все камеры нагреваются с помощью помещенного внизу змеевика — по которому от паровозного котла проходит пар. Температура в камере достигает 100 и более градусов — что обеспечивает уничтожение паразитов на одежде и белье моющихся воинов.

Способ работы камерах следующий: мешки с бельем нагружаются в барабаны, и барабаны приводятся во вра­щательное движение. Сильно нагретый воздух в течение 10 — 15 минут убивает паразитов. Механизм был испытан 4-го ноября 1914 года — и было установлено, что аппарат хорошо нагревается, и устойчиво поддерживает необходимую температуру.

Казалось бы, что для большего эффекта следовало одежду помещать непосредственно в барабаны-камеры без мешков — но тогда тратится много времени на разборку, сортировку и раздачу вещей каждому солдату. Мешки применялись неплотные – и паразиты качественно уничтожались, причем даже в складках шерстяных вещей.

Каждый солдат, снимая белье и одежду, помещал первое в один, а второе в другой мешок — к которым были привязаны номерки, соответствующие занятым местам. Санитары передавали мишки в дезинсекционный вагон, а после окончания дезинсекции санитары переносили мешки в одевалку, размещая их в соответствии с номерами мест, на которых они были в раздевалке.

Аппараты расположены в средине вагона — через одни двери вагона поступают мешки с грязным бельем и одеждой, а через противоположные -выходят чистые предметы.

Следующая составная часть поезда-бани представляет собой вагон — дезинфекционную камеру японской системы, но усовер­шенствованного типа. Вагон хо­рошо утеплен, снаружи обшит деревом, а внутри стены выложены обложены цинковыми спаянными листами.

Вагон разделен на три части. Первая часть предназначена для склада зараженных белья и одежды, вторая – средняя — соб­ственно дезинфекционная камера и третья служит для размещения обезвреженных предметов. В первом отделении помещен парообразователь системы Симона, дающий большое количество перегретого пара (его преимущество перед неперегретым паром в том, что дезинфицируемые предметы мало увлажнены, и после дезинфекции сразу же готовы к употреблению). Дезинфекция в этой камере требует не менее получаса времени – и служит только для дезинфекции зараженных или подозрительных предметов (а не белья и одежды всех моющихся в бане).

Принцип действия следующий.

Дезинфекционная камера нагревается до 65°. Затем в нее помещают дезинфицируемые предметы – в развешенном состоянии. Затем с помощью форсунки в эту камеру вдувают перегретый пар с добавлением формалина. Для уничтоженья едкого запаха формалина, по окончания дезинфекции таким же способом вводится аммиак – и дезинфицируемые предметы немедленно годны к употреблению.

Освещение поезда – электрическое. Осуществляется от собствен­ной электростанции. Последняя также приводит в движение насос для накачивания воды. На случай порчи электрического освещения поезд оборудован всеми необходимыми устройствами для освещения свечами.

В этом же вагоне размещены сапожная и портняжная мастерские — для производства мелкой починки обуви и одежды. Имеется и необходимый штат сапожников и портных, а также значительный запас инструментов и материалов. В этом же вагоне установлен и переносной электрический насос для подачи воды из источника по пути следования – о чем мы говорили выше.

Далее следуют вагоны-раздевалки.

Для раздевалки взяты товарные 4-осные вагоны. Снаружи они утеплены войлоком, толем и дере­вянной обшивкой.  Эти вагоны имеют двойные полы, которые покрыты линолеумом. Входные двери помещены по одной с каждой стороны. Окна вагонов сделаны на высоте имевшихся люков и рас­положены в шахматном порядке. Остекление – в виде прессо­ваных стекол. В вагонах имеются три потолочных вентилятора – как в обычных пассажирских вагонах.

Оборудование раздевалки состоит из скамеек с нумерованными местами (48 единиц), а для обслуживающего персонала и цирюльников имелись ненумерованные места под окнами. Полки над скамьями и места под ними также занумерованы и служат для размещения снимаемого белья и одежды раздеваю­щихся. Каждое место размером 650 мм, на скамье, полках и под скамьей отделено от другого перегородкой.

Перед входом в раздевалку каждый боец сдает свои ценные вещи на хранение заведующему поездом — под квитанцию. При входе в раздевалку каждый солдат получает металлический номерок, по которому отыскивает и занимает соот­ветствующее место. Снимаемую с себя грязную верхнюю одежду посетитель складывает в один мешок, а белье — в другой. Мешки, с заранее прикрепленными к ним номерами, соответ­ствующими номерам мест хозяев, помещаются под скамьями и на верхних полках.

В раздевалке солдаты могут быть подстрижены и побриты – имеющимися в вагоне цирюльниками. Стрижка производилась механическими или ручными машин­ками.

Так как баня, если ей пользуются заразные больные, может принести обратный эффект (в смысле распространения заразы), фельдшерам и банщикам, находящи­мися в составе администрации поезда-бани, вменяется в строгую обязанность осматривать в раздевалке каждую группу солдат прежде, чем допустить ее в вагон-баню.

Выявленных больных, особенно с кожными заболеваниями, а также подозрительных — фельдшера немедленно изолируют и разрешают пользоваться баней отдельно от здоровых. После этого баня, раздевалка и одевалка тщательно дезинфицируются.

Из раздевалки раздевшиеся и оставившие грязное белье и одежду солдаты через утепленные межвагонные переходы перемещаются в вагоны-бани.

На полу раздевалки и в переходах положены веревочные маты.

Рассмотрим «сердце» поезда-бани — вагон-баню.

При проектировании вагона-бани было принято во внимание основное требование — чтобы при наибольшем объеме помывшихся было истрачено как можно меньшее количество воды и израсходовано наиболее экономно.

С этой целью решено было остановиться на душевой си­стеме, имеющей преимущество в том, что при по­стоянной смене свежей воды, омывающей моющихся, меньше шансов передать заразу от одного лица к другому. Имела значение и относительная дешевизна душевой системы. Привыкнув париться на традиционных для русской бани полках, русский солдат не изменял привычке и в поезде-бане. Парильное отделение позволяло бойцу несколько минуть полежать на полке — пропо­теть и попариться, и затем идти в душ.

Для вагонов-бань были использованы 4-осные пульмановские вагоны 3-го класса — хорошо утепленные снаружи войлоком, толем и обшивкой. Для большей чистоты и прочности, па­нели вагона обиты цинком, а верхняя часть стен, потолок и пол покрыты линолеумом и покрашены масляной краской. Полы, покрытые деревянной решеткой, имели значительный уклон к определенным местам — в которых для отвода воды имелись отверстия, снабженные трубами с водяными сифонами.

Две трети этого вагона занимало мыльное отделение и одну треть —  парильное. В первом отделении, вдоль стен ва­гона были расположены 21 душ и 4 водоразборных крана — два с горячей и два с холодной водой. Души отделены друг от друга перегородками — чтобы предоставить каждому моющемуся изолированное место. Посредине отделения установлены скамьи.

Второе отделение – парильня — имела полок для парки, три душа, также изолированные друг от друга перегородками, и 2 крана.

В парильном отделении были установлены дополнительные батареи отопления — и температура достигала 65 градусов. К каждому душу проведена холодная и горячая вода, смешиваю­щаяся особыми кранами-смесителями. Окна двойные, снабжены прессованными стеклами. С обеих сторон вагонов – утепленные тамбуры (чтобы сохранить как можно более высокую температуру бани). Для предотвращения размыва пути в пунктах стоянки поезда-бани, грязную воду отводилась на значительное расстояние от железнодорожного полотна.

Как происходил процесс мытья?

Раздавшись в раздевалке, солдаты переходили в баню. Здесь каждый из них получал кусок мыла, мочалку и металлически таз (для приготовления мыльной воды). Выдавали инвентарь, наблюдали за порядком в бане и регулировали краны-смесители 2 банщика (на каждый вагон).

Как мы отметили выше, каждый вагон-баня имел 24 душевых места —  следовательно на один вагон раздевалки, вмещавший 48 человек, требовалось два вагона-бани. При этом на мытье отводилось полчаса времени. Пока люди мылись, санитары относили их мешки с бельем и в дезинсекционную камеру (для уничтожения насекомых) и (при необходимости) в дезинфекционную камеру.

Вымывшиеся в бане переходили в одевалку. Она была организована аналогично раздевалке. Войдя в нее, боец по номерку, который был ему выдан ему при входе в разде­валку, легко отыскивал номер своего места (тот же что и в раздевалке) и находил комплект чистого белья и свою одежду, уже обезвреженную и обеззаражен­ную. Грязное же белье, после соответствующей дезинсекции пере­давалось в вагон-склад для грязного белья.

Стирка и починка грязного была организована в центрах, где находились крупные механические прачечные — например, в Варшаве, Вильно, Kиеве, Москве и др. (например, усилиями инженера А. П. Клягнна, в г. Львов была оборудована механическая прачечная, вырабатывающая 6,5 тонн белья за один рабочий день, и, таким образом, обслуживающая лазареты, санитар­ные поезда, а также поезд-баню Юго-Западного фронта).

 Большую роль в вопросе стирки солдатского белья стали играть и поезда-прачечные, на которые возла­гались задачи по очистке от грязи вещей личного состава армии. Будучи прекрасно оборудованы, эти поезда имели значительную суточную производительность. Поезда, как правило, состояли из 5 — 6 вагонов. В отдельных вагонах устраивались прачечные, дезинфекционные ка­меры и бани. Последние придавались к поезду для обслуживания личного состава поезда и войсковых частей, расположенных в районе остановок. Поезда — прачечные работали в районе железнодорожных линий, забирая из армейских складов грязные вещи и снабжая их чистыми. Циркулируя по линиям железных дорог, поезда самостоятельно производили очистку вещей от грязи и имели большое значение в борьбе с распространением эпидемических забо­леваний в период военных действий. Расположение пароформалиновых или вакуум-пароформалиновых камер производилось в вагоне, с устройством в камерах выдвижных тележек — для удоб­ства загрузки и выгрузки дезинфицируемых вещей. Из дезинфек­ционной камеры нижнее белье и портянки поступали в прачечную, оснащенную стиральными машинами, сушильными и гладильными аппаратами.

Возвращаясь к рассмотрению поезда-бани, отметим, что далее следует вагон-склад чистого белья. Вагон утеплен, и по его стенам идут полки на стойках — для складирования и сортировки белья. Чтобы белье всегда было сухим и теплым, вагон отапливается.

Причем вторая секция поезда-бани имела такую же структуру — 2 бани, одевалка, раздевалка – что необходимо в случае деления поезда на два самостоятельных поезда-бани.

Следующие составные части поезда-бани: 1-й вагон — чай­ная, посудная – кухня — столовая; 2-й вагон — чайная.

Вагоны-чайные приспособлены из вагонов 4-го класса. В вагоне установлены 10 поперечных скамеек, рассчитанных на 4 человека каждая. Между скамейками помещены столы, покрытые линолеумом и поднимающееся вверх во время уборки вагона. Вагон имел тамбуры, из которых небольшие дверки вели в кладовые, имеющиеся с обеих сторон вагона. В двух вагонах-чайных свободно помещалось 80 человек, а при некотором стеснении и полный ком­плект вымывшихся — т. е. 48+48=96 человек.

Информация о функционировании поезда-бани иллюстрирует тот факт, что очень немногие солдаты посещают чайные — так как даже в окопах воины всегда имели в избытке чай и сахар.

Для варки пищи чинами администрации поезда-бани, а также в качестве столовой служил вагон – кухня — столовая. Он имел 2 отделения: первое – кухня, где были установлены плита, котлы для варки пищи и кипятильники для воды, поварской стол, мойка для посуды и полки для посуды и провизии; второе — сто­ловая со скамейками и столами. Кроме того, в одном конце ва­гона находилась просторная кладовая, а в другом — клозет.

Далее находились 2 жилых вагона — вагон для администрации и вагон для экипажа. Первый имел 5 купе: одно для заведующего поездом, другое — для заведующего хозяйственной частью, два — для помощников заведующего механическою частью поезда и пятое — для фельдшеров.

В хвосте поезда размещены два товарных вагона, приспособ­ленные: один для склада — кладовой, а другой — для грязного белья.

Поезд-баня был окрашен в защитный цвет.

Разовая полная производительность поезда 96 человек (по 48 человек в каждый вагон-баню). С учетом того что на раздевание и одевание уходит по 15, а на мойку – 30 минут времени, за 20 часов работы можно вымыть около 2000 человек.

Каждая группа находится в чайной то время, пока моется следующая за ней – успевая остыть и не бояться выйти на открытый воздух.

Рассматривая вопрос снабжения поезда-бани бельем, необходимо отметить следующее.

Каждому пользующемуся баней полагался комплекта чистого белья, в то время как грязное белье после дезинфекции складывалось в вагоны-склады грязного белья.

При отправлении первого поезда-бани на фронт Интендантское Ведомство отпустило 120000 комплектов нового белья. Одновременно Главным комитетом Министерства Путей Сообщения было организовано (в больших размерах) шитье белья для воинов Действующей армии.

Грязное белье, после его стирки и починки, также снова поступает в поезд-баню для раздачи моющимся.

Для снабжения поезда-бани чистым бельем и материалами, необходимыми для его функционирования были назначены особые вагоны, которые находились в постоянном движении между Петроградом и поездом-баней — они именовались вагонами-маятниками.

Первый поезд-баня русской Действующей армии был создан и оборудован мастерскими трех железных дорог: Николаевской, Северо-Западных и Московско-Виндаво-Рыбинской. Несмотря на то, что создание этого поезда было первым опытом, несмотря на сложность переустройства и оборудо­вания вагонов, поезд-баня был оборудован за 20 дней.

10-го ноября 1914 г. в 14 часов этот поезд на ст. Петроград Московско-Виндаво-Рыбинской железной дороги был подробно и внимательно осмотрен министром Путей Сообщения статс-секретарем С. Я. Рухловым и его супругой, председательницей Главного комитета Е. Е. Рухловой.

На следующий день поезд отправился в Царское Село и был осмотрен Императором и Императрицей. Поезду было присвоено наименование: «Поезд-баня ведомства путей сообщения имени Е. И. В. Государыни Императрицы Александры Федоровны для воинов Действующей армии. А 12-го ноября в 13 часов на ст. Петроград Николаевской железной дороги было совершено торжественное освящение поезда.

Поезд был предоставлен для обзора публики, а 14-го ноября в 23.30. отправился в Действующую армию.

Верховный Главнокомандующий 18-го ноября сообщал Ведомству Путей Сообщения: «Не имея возможности, за недосугом, лично осмотреть поезд-баню при следовании его к армии, я поручил это Великому Князю Кириллу Владимировичу. По отзыву Его Высочества, устройство поезда-бани, дезинфекционные камеры и широкое снабжение нижних чинов бельем свидетельствуют о том, как много труда и сердца вложено в эту заботу о наших доблестных воинах. За что и прошу Ваше Высокопревосходительство принять Мою искреннюю благодарность. Генерал-адъютант Николай».

Поезд, оправдывая летные отзывы, дойдя до первой же пограничной станции, с успехом перемыл всех, кого только было возможно. А затем был разделен на два самостоятельных поезда — один поезд, после подведения под него полускатов, годных для движения по заграничной колее, отпра­вился на работу к окопам у Мазурских озер, а другой работал на фронте за Варшавой.

Практическая производительность поезда-бани, — т. е. количество моющихся в сутки, пре­взошло ожидания комиссии. Так, уже после разделения поездов, одна часть поезда-бани в течение суток успешно вымыла 2322 че­ловека.

Успех первого поезда-бани привел к тому, что Главный комитет Министерства Путей Сообщения приступить к постройке такого же второго.

Той же комиссией теми же мастерскими был спроектирован и построен также в 20-дневный срок второй поезд-баня, предназначенный для заграничной колеи — для обслуживания войск, находящихся в Галиции.

При сооружении второго поезда-бани в конструкцию были внесены изменения, желательность которых была продиктована практическим опытом эксплуатации первого.

Самое главное нововведение состояло в том, что в вагонах-банях большая часть (2/3 вагона) вагона отведена под парильню, а меньшая часть (1/3 нагона) под мыльню.

Практика эксплуатации первого поезда-бани показала, что большинство моющихся воинов непременно хотят попасть в парильню – и окопную грязь зачастую можно отмыть только при повышенной температуре.

Вместо двух вагонов для дезинфекционной ка­меры было взято 4 вагона. В каждом вагоне, кроме аппаратов для уничтожения паразитов горячим воздухом, были постав­лены камеры, работающие сернистым газом.

Последние были спроектированы доктором Заусайловым, и, после испытаний показали очень xoрошие результаты.

Сернистая камера имела очень простое устройство. Пред­ставьте себе комод, ящики которого имеют решетчатые бока и днища. Внизу, в середине этого комода помещается металлический сосуд, имеющий форму ведра — на некотором расстоянии от его днища поставлена металлическая решетка. Вниз в этот сосуд наливается спирт. Спирт горит, воспламеняя серу на решетке — получается едкий сернистый газ S02.

В ящики этой ка­меры нагружаются мешки с бельем, и сернистый газ, проходя через них, уничтожает паразитов. Камера хорошо вентилируется.

Поезд также спроектирован так, что при необходимости может быть разделен на два самостоятельных поезда-бани: при этом для отопления первого из них может служить паровой котел, на котором поставлена динамо-машина для освещения поезда и насос для подачи воды из естественного источника по пути, а для отопления второго поезда в вагон электростанции добавлен 2-й котел для нагрева воды и отопления поезда. В этом же вагоне размещен пореносной насос для подачи воды в поезд из естественного источника по пути,

Большинство вагонов 2-го поезда бани — товарные, причем выяснилось, что для движения по загра­ничной колей (по габариту) эта вагоны требуют очень незначи­тельной переделки. Вместе с поездом-баней были отправлены и полускаты, приспособ­ленные для движения по заграничной колее.

Второй поезд-баня был освящен 21-го декабря, и 22-го отправлен в Действующую армию.

К лету 1915 г. на Северо-Западном и Юго-Западном фронтах работали уже 3 поезда-бани – детища Главного комитета.

На Северо-Западном фронте поезда-бани приступили к работе 23-го ноября 1914 года. Там действовал поезд-баня имени Ее Императорского Величества Государыни Императрицы Александры Федоровны.

До 12-го декабря этот поезд обслужил 5903 человека. 12-го декабря поезд был разделен на две самостоятельные части, которым были присвоены соответствующие названия: поезд-баня № 1 и поезд-баня № 2.

С момента разделения поезд-баня № 1 обслужил до 1-го января 1915 г. 14581 человека, а поезд-баня № 2 — 15562 человека.

Всего за 1914 год было обслужено 36046 человек.

За январь 1915 г. производительность поездов-бань значи­тельно возрастает: поезд-баня № 1 обслужил 30238 человек, а поезд-баня № 2 — 32230 чел., а всего же за январь — 62468 человек или, в среднем, свыше 2000 человек в день — выше той, на которую рассчитывали при организации поездов.

За февраль – март производительность еще более возрастает — составляя в среднем около 2500 человек в день.

Общая производительность с ноября 1914 г. до 1 апреля 1915 г. выглядела в следующих впечатляющих цифрах – продолжая возрастать.

На галицийском фронте поезд-баня № 3 приступил к ра­боте 3-го февраля 1915 г.

Распоряжением Красного Креста поезду-бане № 1 был придан специальный вагон-прачечная для мытья грязного белья. Кроме выдачи белья производилась починка обуви и смазывание последней мазью, а также давался чай. Также бойцам раздавались: табак, папиросы, кисеты с подарками.

Вышеприведенные цифры достаточно красноречиво указывают на действительную потребность в банях для Действующей армии.

Какую огромную пользу приносили поезда-бани, видно не только из ряда бесхитростных благодарственных писем, ежедневно десятками поступающих от солдат на имя министра Путей Сообщения и в Главный Комитет, но и из ряда отзывов авторитетных лиц.

Так, командарм генерал от инфантерии Р. Д. Радко-Дмитриев телеграммой на имя председательницы Главного Комитета к выражению благодарности добавил отзыв о поезде-бане как о «весьма нужной помощи для облегчения солдатам тягостей войны».

Начальник 4-й Сибирской стрелковой дивизии генерал-лейтенант Н. Ф. Краузе письмом на имя предсе­дателя особой постоянной комиссии, указывая на то, что все находящиеся под его начальством 34000 человек воспользовались баней, и подчеркивал ее громадное гигиеническое и моральное значение.

Особо-уполномоченный Красного Креста А. И. Гучков те­леграммой на имя министра Путей Сообщения уведомлял о пре­восходной работе поезда-бани № 2 и огромном ее значении для нужд армии.

Значение поезда-бани осознается не только рус­скими печатными органами, но и заграничными – как явствует из статьи, посвященной поездам-баням русской армии в английском журнале «Raintlow».

Почин Министерства путей был подхвачен: Курское земство также оборудовало поезд-баню производительностью на 2000 человек.

Каким огромным сочувствием пользовались баня среди широких кругов общества, лучше всего свидетельствует приток пожертвований, который к лету 1915 г. превысил: деньгами 70000 рублей, и вещами до 75000 рублей.

Стоимость переделки и оборудования одного вагона, в зави­симости от его назначения — от 450 до 10000 рублей, а стоимость всего поезда-бани — от 50000 до 65000 рублей (в зависимости от того, какие приспособлены вагоны — пассажирские или товарные).

Стоимость содержания поезда-бани, состоящего из 19 вагонов, 2 цистерн и одного паровоза-котла — около 5000 рублей в месяц (не считая расходов на белье).

Являясь неотъемлемой частью фронтового быта, поезда-бани сыграли не только большую роль в деле поддержания здоровой гигиены русского солдата в годы Первой мировой войны, но и стали важным показателем того — что об этом солдате думали и заботились о его здоровье и досуге.

Алексей Олейников

Иллюстрации и схемы:

Военный сборник, Нива 1914-17 гг., Картины войны. М., 1917.