1

Подготовка кадров отечественной зенитной артиллерии в Первую мировую войну

Аннотация. Статья посвящена вопросам организации подготовки кадров для зенитной артиллерии в Русской Императорской армии в годы Первой мировой войны. По мере накопления опыта борьбы с воздушным противником возникла необходимость в формировании специальных учебных заведений для обучения слушателей азам ведения зенитной стрельбы. Научная работа выполнена на основе архивных источников, а также печатных произведений, раскрывающих историю отечественной зенитной артиллерии. Новизна содержания статьи заключается в последовательном описании процесса подготовки личного состава зенитной артиллерии на театре войны в ходе кампаний 1914—1917 гг.

Summary. The paper focuses on issues of organizing personnel training for AD artillery in the Russian Imperial Army during WWI. With experience gained in fighting the air enemy there emerged the need to set up special schools to teach cadets the ABC of antiaircraft fire. The research work is based on archival sources, and also printed matter telling the history of domestic AA artillery. The novelty of the paper’s content is in consistent description of the process of personnel training for AA artillery at the TOW during the 1914—1917 campaigns.

ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

ЛАШКОВ Алексей Юрьевич — старший научный сотрудник Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ, полковник запаса, доктор исторических наук, доцент

РАСПОЛАГАТЬ КУРСЫ «В РАЙОНЕ ВАЖНОГО УЗЛА, ПОДВЕРГАЮЩЕГОСЯ НАЛЁТАМ ПРОТИВНИКА…»

Подготовка кадров отечественной зенитной артиллерии в Первую мировую войну

Одним из проблемных вопросов в истории Воздушно-космических сил Российской Федерации является генезис организации подготовки кадров для зенитной артиллерии. В отечественной историографии он не получил должного освещения.

Накануне Первой мировой войны стрельба по летательным аппаратам (ЛА) продолжала рассматриваться как специальный вид артиллерийской стрельбы, которому уделялось недостаточное внимание по причине отсутствия реальной опасности из воздушного пространства. Лишь успешное применение ЛА (дирижаблей и самолётов) в региональных войнах 1911—1913 гг. заставило российское командование более внимательно отнестись к вопросу борьбы с воздушным противником. В учебники и учебные пособия ведущих академий страны (Императорская Николаевская военная академия, Михайловская артиллерийская академия), а также артиллерийских училищ и школ был включён специальный раздел: «Стрельба по воздушным аппаратам из существующих орудий»1. Но специальные курсы по подготовке артиллеристов-зенитчиков в тот период отсутствовали.

С началом войны возникла острая необходимость включить в артиллерийскую науку отдельный раздел, касавшийся вопросов ведения зенитной стрельбы. Также было принято решение выделить из состава военно-учебных заведений часть специалистов для становления отечественной зенитной артиллерии (ЗА). В отличие от действующей армии (ДА), где первичные навыки приобретались в борьбе с реальным воздушным противником, в глубоком тылу (в военных округах на театрах военных действий) этот процесс проходил намного спокойнее. Так, при формировании воздушной обороны (ВоздО) российской столицы уже в начале августа 1914 года в состав артиллерии Петербургского (Петроградского) укреплённого района командование Михайловской артиллерийской академии, Константиновского артиллерийского училища и Офицерской артиллерийской школы (ОАШ) выделило наиболее подготовленных офицеров. Общее руководство организацией артиллерийской обороны (включая и зенитную) было возложено на и.о. начальника ОАШ генерал-майора А.А. Шихлинского. Под его началом собрались специалисты, имевшие определённый опыт в области ЗА, такие как полковник В.А. Свидерский (помощник начальника артиллерии Парголовской позиции Петроградского укрепрайона), капитан В.Н. Мальцев (командир одной из нештатных батарей Гатчинского участка), поручик В.И. Гвоздёв (командир батареи № 1) и др.

Развёртывавшиеся для обороны столицы Российской империи, а также на Северо-Западном и Юго-Западном фронтах батареи, приспособленные для зенитной стрельбы, потребовали соответствующей подготовки офицеров и нижних чинов к выполнению своих функциональных обязанностей. В первый год войны она проводилась непосредственно в боевой обстановке.

По мере поступления в действующую армию зенитных подразделений (на штатной основе) начался процесс обучения их личного состава. Преимущественно он организовывался на основе крепостной артиллерии или воздушной обороны крупных военных и административных центров страны. Так, в конце 1914 года одним из первых центров подготовки зенитчиков ДА стала Варшава (столица Царства Польского), ВоздО которой сыграла важную роль в дальнейшем развитии отечественной объектовой воздушной обороны. Именно на базе Варшавской крепостной артиллерии под руководством её начальника полковника П.А. Глазкова2 свои знания получали будущие защитники неба Белостока, Минска, Двинска (Даугавпилса) и других городов и крепостей.

Применительно для крепостной артиллерии Глазков разработал специальные правила стрельбы (1915 г.). Согласно им стрельба по воздушным целям производилась без пристрелки путём постановки плотных завес зенитного огня на трёх дальностях с едиными установками прицела и трубки на всех орудиях батареи для каждой из дистанций. Это позволило измерять дальность до цели с помощью дальномеров. Согласно этим Правилам впервые установки для стрельбы определялись по таблицам. Немного ранее, осенью 1914 года подчинённые полковника П.А. Глазкова разработали ряд новшеств, которые позволяли значительно усовершенствовать зенитную стрельбу из полевых 76,2-мм орудий.

С вынужденным оставлением летом 1915 года русскими войсками территории Польши центр подготовки специалистов-зенитчиков вновь созданного Западного фронта (ЗапФ) был перемещён в г. Минск. На основе бывших зенитных батарей Варшавской крепостной артиллерии был сформирован Отдельный противосамолётный дивизион (с февраля 1916 г. — Сводный дивизион отдельных лёгких батарей для стрельбы по воздушному флоту), который возглавил штаб-офицер для поручений при главнокомандующем армиями ЗапФ полковник Н.М. фон Энден.

Позднее по его инициативе в Минске была открыта артиллерийская школа для стрельбы по воздушному флоту3. На других фронтах подобные учебные заведения не создавались. Преимущественно использовалась практика организации различных командировок офицерского состава зенитных батарей по сбору положительного опыта. Однако уже в ходе кампании 1916 года этого оказалось явно недостаточно. В указанный период произошёл заметный скачок в техническом развитии военного воздушного флота (ВВФ) воевавших государств, что потребовало также заметного совершенствования зенитной стрельбы.

Для эффективной борьбы с воздушным противником ещё в начале Первой мировой войны в составе Русской Императорской армии (РИА) началось формирование мобильных подразделений, вооружённых специальными противосамолётными орудиями. Они могли маневрировать на широком участке русско-германского фронта и одновременно прикрывать несколько объектов. Появление таких батарей потребовало формирования неких универсальных курсов подготовки артиллеристов-зенитчиков.

Первоначально прототипом таких курсов стала Отдельная автомобильная батарея для стрельбы по воздушному флоту, сформированная 18 октября 1914 года по штату военного времени. Её командиром являлся капитан В.В. Тарновский4, один из главных инициаторов создания данного типа зенитных подразделений в отечественных вооружённых силах.

В период формирования батареи и в ходе практической деятельности Тарновский по распоряжению Главного артиллерийского управления (ГАУ) разработал ряд руководящих документов (учебных пособий по зенитной артиллерии): «Устав батарейного учения», «Правила стрельбы автомобильной батареи для стрельбы по воздушному флоту» и «Полевые таблицы стрельбы» и передал их в Главное управление Генерального штаба (ГУ ГШ) и Главное артиллерийское управление для дальнейшего использования5.

В них впервые предлагалось поражать ЛА противника не одиночными выстрелами, а разрывами одновременно нескольких шрапнелей, которые образовывали целую сферу поражения. В пояснительной записке к указанным документам В.В. Тарновским были подробно описаны и проанализированы до десяти различных случаев из опыта стрельб по аэропланам в первые месяцы войны. В дальнейшем ГАУ распорядилось издать эти документы отдельным тиражом6. Перед отправкой на театр войны были проведены батарейные учения. В дальнейшем обучение и тренировки расчётов Отдельной батареи проводились в различных условиях боевой обстановки.

Позднее, учитывая острую необходимость РИА в мобильных зенитных средствах, руководство ГУ ГШ и ГАУ приняло решение продолжить формирование подразделений подобного типа (по штату, утверждённому в приказе Верховного главнокомандующего (ВГК) от 30 августа 1915 г. № 704)7. В ноябре того же года батарея капитана В.В. Тарновского приказом начальника штаба ВГК за № 172 получила нумерацию (№ 1) в связи с началом формирования второго аналогичного подразделения8. В результате войсковую практику зенитчики, как правило, проходили на базе 1-й Отдельной автомобильной батареи, дислоцированной осенью 1915 года в Минске, а с февраля следующего года — в Двинске на Северном фронте. Именно там получил первичный боевой опыт личный состав 2-й Отдельной автомобильной батареи для стрельбы по воздушному флоту (подполковник Л.В. Хростицкий), включённой в начале 1916 года в состав ВоздО Ставки Верховного главнокомандующего (г. Могилёв).

Тем временем в ходе кампаний 1916—1917 гг. в составе отечественной ЗА наметились существенные структурные изменения, заметно повлиявшие на порядок и способы её боевого применения. В это время появилось много разных инструкций и правил стрельбы по воздушным целям, составленных преимущественно на основании не проверенных опытом теоретических соображений. Эти документы предлагали использовать при ведении зенитного огня массу таблиц и приборов. По мнению начальника Управления полевого генерал-инспектора артиллерии РИА генерал-майора Е.З. Барсукова9, «во всём этом было крайне трудно разобраться»10. Командиры зенитных батарей, нередко предлагаемые им правила и инструкции изменяли в соответствии со своим боевым опытом. В результате сочетания боевой практики с теоретическими выкладками были разработаны различные методы зенитной стрельбы, предложенные видными российскими специалистами в области артиллерии.

К концу 1916 года в РИА уже имелось 87 подразделений (на штатной основе, 256 орудий)11. Это позволило с учётом привлечения части полевой артиллерии и пехотных подразделений развернуть на передовой линии русско-германского фронта так называемую войсковую воздушную оборону. Количественный рост в составе ДА зенитных батарей (включая и временно привлекавшихся для решения задач ВоздО) потребовал начать организацию профессиональной подготовки воинов-зенитчиков. До этого все попытки разрозненного их обучения носили лишь временный характер и не решали основной задачи — выработки единых требований в организации зенитно-артиллерийской обороны на фронте и в тылу.

Существенным шагом в решении данного вопроса стало создание в соответствии с приказом ВГК от 13 мая 1917 года № 236 в составе Северного и Юго-Западного фронтов штатных курсов стрельбы по воздушному флоту12. Они создавались распоряжением штабов указанных фронтов. В частности, предлагалось «Офицеров и солдат артиллерии Западного фронта командировать на курсы Северного фронта, а офицеров и солдат Румынского фронта — на курсы Юго-Западного фронта»13.

Согласно Положению о курсах стрельбы по воздушному флоту они имели следующее назначение: «а) теоретическое и практическое обучение офицеров полевой (лёгкой, конной и горной) артиллерии стрельбе по воздушному флоту; окончившие курсы офицеры должны явиться передатчиками полученных сведений и организаторами воздушной обороны в войсках; б) надлежащую подготовку личного состава вновь формируемых батарей для стрельбы по воздушному флоту; в) ознакомление обучающихся с организацией специальных команд службы связи и наблюдения при стрельбе по воздушному флоту; г) установление тесного взаимодействия артиллерии и авиации при совместной борьбе с воздушным флотом противника; д) ведение опытов и разработку новых способов и правил стрельбы по воздушному флоту; е) выработку способов ведения подготовительных к стрельбе упражнений и правильных приёмов обучения; ж) ведение испытаний вновь предлагаемых приборов и приспособлений»14.

Курсы находились в ведении инспекторов артиллерии армий фронтов, а общая координация их деятельности на различных фронтах осуществлялась полевым инспектором артиллерии. С целью максимально приблизить обучение артиллеристов-зенитчиков к реальным боевым условиям руководящими документами предусматривалось располагать курсы «в районе важного узла, подвергающегося налетам противника, причем батареи, входящие в состав курсов, участвуют в обороне этого узла»15.

Это можно проследить на примере курсов стрельбы по воздушному флоту Северного фронта, созданных на основе 1-й Отдельной автомобильной зенитной батареи (г. Двинск), под руководством подполковника В.В. Тарновского, являвшегося вдохновителем этой идеи. На протяжении 1915—1917 гг. город периодически подвергался налётам германских воздушных сил.

Для создания указанных курсов (в июне 1917 г.) были привлечены часть зенитных и полевых артиллерийских батарей Северного фронта, а также отдельные подразделения Западного и Юго-Западного фронтов (включая французскую зенитную автомобильную команду лейтенанта Вильема)16.

Личный состав курсов подразделялся на постоянный и переменный. Штатную основу составляли три офицера (начальник, заведующий учебной частью и адъютант), три военных чиновника и 89 нижних чинов. При этом кандидатура начальника курсов (в чине полковника) по представлению инспектора артиллерии армий соответствующего фронта (с согласия главнокомандующего армиями фронта) утверждалась приказом армии и флоту. Начальники курсов наделялись правами командира отдельного артиллерийского дивизиона17.

В переменный состав офицеров курсов командировались «по 20 командиров батарей полевой (лёгкой, конной и горной) артиллерии, а также противосамолётных батарей от каждого фронта, обслуживаемого фронта… Кроме того, программу курсов, на общем основании, проходят офицеры прикомандированных вновь сформированных батарей для стрельбы по воздушному флоту»18.

Общая продолжительность обучения на курсах предусматривалась три недели, а в исключительных случаях (боевая обстановка, метеорологические условия) с разрешения инспектора артиллерии армий фронта — до одного месяца.

Начальником курсов для стрельбы по воздушному флоту Северного фронта был назначен подполковник В.В. Тарновский с последующим освобождением его от должностей командира батареи и начальника ВоздО 5-й армии. Свои взгляды о деятельности курсов он изложил в рапорте (от 21 июня 1917 г.) на имя инспектора артиллерии армий Северного фронта генерала от артиллерии В.М. Гаитенова, где отметил следующее: «Подготовка кадров формирующихся отдельных автомобильных, железнодорожных и позиционных батарей для стрельбы по воздушному флоту, вооружённых орудиями образца 1914 г. системы Путиловского завода, велась до сего времени при 1-й Отдельной батарее для стрельбы по воздушному флоту. Согласно пункта “б” параграфов 1 и 26 положения о курсах стрельбы (приказ ВГК с.г. № 236) дальнейшая подготовка должна вестись путём прикомандирования к курсам уже вполне сформировавшихся батарей, после чего они подлежат направлению по фронтам для дальнейшей боевой службы. Впредь до установления на курсах стрельбы Юго-Западного фронта нормального хода занятий полагал бы более целесообразно командировать все вышеуказанные батареи на курсы стрельбы Северного фронта, к постоянному составу которых прикомандирована 1-я [Отдельная] автомобильная батарея»19.

Несмотря на то обстоятельство, что две трети ранее заявленных офицеров и нижних чинов зенитных батарей действующей армии не прибыли в установленный срок, курсы официально начали свою работу 23 июня 1917 года. На них обучение зенитному делу прошли 42 офицера и 149 лиц рядового состава артиллерии Северного и Западного фронтов20.

Программа обучения, получившая одобрение Полевым управлением артиллерии при Ставке Верховного главнокомандующего и управлением инспектора артиллерии армий Северного фронта, включала в себя разделы по авиации и по артиллерии с общим объёмом 132 учебных часа21.

По окончании двухнедельных теоретических курсов офицеры и нижние чины переменного состава получили возможность пройти кратковременную стажировку на передовых позициях 5-й армии с организацией стрельб по воздушному противнику. Только за период с 27 июня по 23 июля 1917 года в ходе практических занятий ими были обстреляны 23 вражеских летательных аппарата22.

В то же время первый месяц обучения выявил ряд существенных недостатков, среди них: слабая материально-техническая база курсов, отсутствие необходимого числа учебных зенитных подразделений, недостаточное финансирование и т.д. Имели место и другие проблемы, которые напрямую были связаны с переменным составом. В частности, 10 проц. прибывших на обучение офицеров оказались абсолютно безразличны к самому процессу обучения и решению учебно-боевых задач. Среди солдат наблюдалась значительная разница в уровне интеллектуального развития, что также существенно влияло на усвоение учебного материала. Это, несомненно, потребовало внесения определённых корректив в план занятий для 2-го учебного курса, который начал свою работу летом того же года.

Всего на курсах стрельбы по воздушному флоту Северного фронта прошли обучение 84 старших и младших офицера, что нашло отражение в приказе главнокомандующего армиями Северного фронта генерала от инфантерии В.А. Черемисова от 7 ноября 1917 года № 82523.

Совместно с руководящим составом зенитных подразделений Сухопутных войск необходимый объём знаний в области борьбы с воздушным противником получали представители морского ведомства из состава артиллерии крепостей Императора Петра Великого (г. Ревель), Свеаборга и Усть-Двинска.

Несмотря на развитие системы подготовки артиллеристов-зенитчиков в форме фронтовых курсов, в Ставке Верховного главнокомандующего было принято решение о создании в рамках ДА единого центра по подготовке специалистов в области зенитной артиллерии — Офицерской школы стрельбы по воздушному флоту. Она формировалась на базе соответствующих курсов Северного фронта. В своём докладе начштаверху начальник Управления полевого генерал-инспектора артиллерии при Верховном главнокомандующем (Упарт) высказался о нецелесообразности размещения указанной школы в Двинске по ряду причин: а) отсутствия целей для стрельбы, т.к. противник будет избегать производить полёты в районе расположения школы, как избегал совершать полёты в районе Двинска в течение двух учебных периодов расположения там курсов Северного фронта, с одной стороны, вследствие рациональной постановки дела стрельбы по воздушным целям на курсах, с другой стороны, вследствие умышленного сокращения полётов немцами с целью парализовать деятельность курсов, существование которых для них не было секретом; б) невозможности надлежащего оборудования школы, размещения и устройства полигона вследствие близости боевой линии; в) зависимости устойчивости размещения школы от стратегической обстановки, могущей вызвать прекращение деятельности школы при изменениях фронта, и невозможности спокойной работы при таких условиях; г) отсутствия постоянного контакта с определёнными авиационными частями, затрудняющего выработку методов и приёмов борьбы с воздушным флотом противника, а также установление основ тесного взаимодействия противосамолётной артиллерии и авиации. Наиболее оптимальным местом размещения школы был предложен г. Евпатория, где в то время формировалась авиационная школа, имевшая специальной целью тактическую и боевую подготовку лётчиков24.

В качестве руководителя Офицерской школы стрельбы по воздушному флоту бесспорно была признана кандидатура В.В. Тарновского25, которому поручалась разработка проектов штата и положения о новом военно-учебном заведении.

В состав Офицерской школы включалась часть личного состава курсов стрельбы по воздушному флоту Юго-Западного фронта, подлежавших расформированию26. Расформировывались также отдельная зенитная пулемётная команда (5-я армия), 7-я отдельная позиционная противосамолётная батарея и электроосветительное отделение при 21-й отдельной лёгкой зенитной батарее. Их «личный и конский состав и имущество» были обращены на формирование учебного заведения и батареи при нём, а «излишек» направлялся на пополнение подразделений для стрельбы по воздушному флоту27.Это было официально закреплено в приказе начальника штаба ВГК от 5 ноября 1917 года за № 788.

Разработанное полковником В.В. Тарновским и введённое в действие приказом начальника штаба ВГК «Положение об Офицерской школе стрельбы по воздушному флоту» определяло весомое предназначение данного военно-учебного заведения. Оно практически копировало задачи бывших фронтовых курсов. При этом штат школы был значительно больше. Постоянный её состав включал 19 обер-офицеров, шесть военных чиновников и 218 нижних чинов28. Должность начальника учебного заведения соответствовала чину генерал-майора и наделялась правами начальника (командира) дивизии. Его кандидатура определялась полевым инспектором артиллерии и утверждалась приказом армии и флоту29. Упарт утверждал планы занятий и отчёты о её учебной деятельности за «истекший курс», представлявшиеся ему начальником учебного заведения.

В управление школы помимо других должностных лиц входили начальники учебной и хозяйственной частей, батареи (учебной), полигона и команды солдат. В частности, состав школьной батареи составлял восемь офицеров и 160 нижних чинов30, что значительно превышало штат обычных позиционных зенитных подразделений действующей армии. На вооружении батареи имелись три противосамолётных орудия (образца 1900, 1902 и 1914 г.) и три пулемёта системы «Виккерс» и «Максим»31.

Основу переменного офицерского состава очередного курса школы составляли командиры (или один из офицеров) зенитных батарей (15 человек) и пулемётных команд (10 человек) Северного, Западного, Юго-Западного и Румынского фронтов32; 15 офицеров «от судов флота, морских крепостей и портов» и пять офицеров от частей ВоздО Петрограда33.

Слушатели осваивали программу теории и практики зенитного дела, подробно изучали организацию службы специальных команд и подразделений воздушной обороны. Этому способствовало наличие в школе хорошей материально-технической базы, обеспеченной необходимым артиллерийским, инженерным и интендантским имуществом. Так, батарея, учебная часть и мастерская школы снабжались различными типами приборов, телефонными аппаратами, станками и инструментами по особому табелю.

В качестве приборов для стрельбы по воздушным целям использовались оптические дальномеры Барра и Струда, а также механические дальномеры системы генерала от артиллерии Н.И. Холодовского, генерал-лейтенанта И.А. Шмидт фон дер Лауница и подполковника В.И. Четыркина. В учебный процесс также активно внедрялись изобретения преподавателей школы. Среди них залповый прибор (командирский упредитель) и угломер-отражатель системы капитана Б.Н. Иванова. Для ведения стрельбы из орудий под большими углами возвышения слушатели использовали установки конструкции генерал-майора М.Ф. Розенберга (переделанную штабс-капитаном В.В. Мак-Киббином), капитана Б.Н. Иванова и завода Наваля (г. Николаев).

Общая продолжительность учебного курса была рассчитана на 1,5 месяца. Вследствие неблагоприятной погоды, существенно влиявшей на практическую сторону занятий, своим решением полевой инспектор артиллерии мог продлить сроки подготовки до двух месяцев. Программа обучения предусматривала широкий спектр различных дисциплин. Приоритет отдавался теории и практике артиллерийской и пулемётной стрельбы по летательным аппаратам, материальной части зенитных средств, организации тесного взаимодействия артиллерии и авиации при совместной борьбе с воздушным флотом противника и т.д.

Значительный вклад в образовательный процесс вносил учебный комитет школы под председательством начальника учебного заведения, который рассматривал все вопросы, касавшиеся организации подготовки кадров для воздушной обороны (за исключением охранной авиации и подразделений воздушного наблюдения и связи).

При аттестации офицерского состава особое внимание обращалось на специалистов, успешно окончивших курс обучения и показавших высокие организаторские способности. Они включались в соответствующие списки (с комментариями), которые готовил начальник школы для последующей рассылки их в различные инстанции: инспекторам артиллерии армий фронтов, в штабы объединений, а также инспектору тяжёлой артиллерии особого назначения (ТАОН) «для назначения офицеров на должности старших офицеров и командиров батарей для стрельбы по воздушному флоту»34.

Такие же сведения отправлялись начальнику военно-морского управления при Верховном главнокомандующем и в штаб Петроградского военного округа на театре военных действий.

Окончившие школу офицеры выступали активными проводниками полученных сведений и организаторами воздушной обороны в войсках (силах флота) и внутренних военных округах.

Слушатели переменного состава из числа нижних чинов были представлены следующими категориями: «солдаты, командируемые в школу для обучения от артиллерии, пулемётных и электроосветительных частей; солдаты, командируемые с офицерами переменного состава в качестве вестовых»35.

В целом предполагалось, что Офицерская школа сможет пропускать во время войны в течение курса до 300 нижних чинов36 в качестве инструкторов зенитного дела. В дальнейшем, по окончании войны, предусматривалось всех «зенитчиков», уходящих в запас, держать на особом учёте и периодически призывать ежегодно на двухнедельные сборы в противосамолётные батареи с целью ознакомления с новыми требованиями для тренировки37.

В тот период полковник В.В. Тарновский представил в Управление полевого инспектора артиллерии свой доклад о перспективности развития организации воздушной обороны в послевоенной России. К сожалению, политические события в стране не позволили реализовать его положения на практике.

В конце 1917 года в ходе начавшейся общей демобилизации действующей армии деятельность Офицерской школы для стрельбы по воздушному флоту была прекращена. Этому способствовало также решение Центральной рады Украинской Народной Республики (УНР, в то время обладавшей широкой автономией в составе Российской Республики), активно боровшейся за создание независимого государства и собственных вооружённых сил. В зону её юрисдикции частично попал и Крымский полуостров, хотя официально территорией УНР на тот момент он не являлся. Украинский парламент своим распоряжением предоставил всем нижним чинам право на трёхнедельный отпуск, что, по сути, легализовало процесс самовольного оставления ими частей и подразделений. По сообщению Бюро военных комиссаров (при наркоме по военным делам Российской Республики), к середине декабря 1917 года в Офицерской школе осталось всего 40—50 человек38. В тот период в Евпаторию прибыл эскадрон Крымского (Мусульманского) конного полка, укомплектованного из местных татар и подчинявшегося штабу Крымских войск (придерживался антисоветских позиций).

В связи с возникшими разногласиями с революционными властями города 23 декабря эскадронцы захватили фонды школ лётчиков-наблюдателей и стрельбы по воздушному флоту с изъятием находившегося там вооружения, в т.ч. шести орудий и 28 пулемётов39. Всех оставшихся солдат под угрозой оружия заставили убыть в отпуск. С этого дня Офицерская школа была официально подчинена начальнику Евпаторийского гарнизона и лишь числилась учебным заведением формально. С оккупацией Крыма германо-украинскими войсками все фонды находившихся в Евпатории военных школ были захвачены и окончательно разграблены. Это привело к ликвидации централизованной подготовки кадров для зенитной артиллерии.

Тем временем начавшаяся на просторах бывшей Российской империи Гражданская война потребовала создания собственной системы воздушной обороны и наполнения её новыми профессиональными кадрами.

В целом в годы Первой мировой войны были заложены основы организации подготовки военных кадров в интересах отечественной зенитной артиллерии, получившие дальнейшее развитие уже в советских Вооружённых силах.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Гобято Л. Артиллерия полевых армий // Лекции, читанные в Императорской Николаевской академии. 1910—1913. Ч. 1. СПб.: Тип. Гр. Скачкова, 1913. С. 251, 252.

2 Глазков Пётр Александрович (16(28) января 1869 — ?) — российский артиллерист, полковник РИА. На военной службе с сентября 1888 г. Окончил Александровский кадетский корпус (1888), 1-е военное Павловское училище (1890, по 1-му разряду). Участник Русско-японской войны (1904—1905). В Первую мировую войну — временно командующий Варшавской крепостной артиллерией (с августа 1914 г.). Позднее формировал тяжёлые артиллерийские дивизионы, затем был командиром 2-го дивизиона в 10-й полевой тяжёлой артиллерийской бригаде (с января 1916 г.).

3 Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 2048. Оп. 7. Д. 26. Л. 12.

4 Тарновский Василий Васильевич (15(27) октября 1880 — 25 октября 1936) — российский артиллерист, конструктор, полковник РИА (1917). Окончил Орловский Бахтина кадетский корпус (1900), Михайловское артиллерийское училище (1902, по 1-му разряду), Офицерскую артиллерийскую школу (1909). В Первую мировую войну: офицер-инструктор Офицерской артиллерийской школы (до марта 1915 г.), командир Отдельной (с ноября 1915 г. — 1-й Отдельной) автомобильной батареи для стрельбы по воздушному флоту (с марта 1915 г.), один из организаторов воздушной обороны аэродрома эскадры воздушных кораблей «Илья Муромец» (1915) г. Минск (1915—1916), г. Двинск (1916—1917). Руководитель Курсов стрельбы по воздушному флоту на Северном фронте (июнь—ноября 1917 г.), Офицерской школы стрельбы по воздушному флоту (ноябрь—декабрь 1917 г.). В годы Гражданской войны в гетманской армии Украинской Державы был командиром противоаэропланного полка, находился в составе Офицерской артиллерийской школы (с 30 ноября 1918 г.). В начале 1919 г. — в составе ВСЮР. С ноября 1920 г. — в эмиграции (Турция, Франция, Чехия).

5 РГВИА. Ф. 504. Оп. 19. Д. 1. Л. 109.

6 Барсуков Е.З. Артиллерия русской армии (1900—1917 гг.) в 4 т. Ч. 3. М.: Воениздат МВС СССР, 1948—1949. С. 364.

7 РГВИА. Ф. 2048. Оп. 1. Д. 1326. Л. 816—817.

8 Майоров В.В. Вооружение войсковой противовоздушной обороны в предметах коллекционирования. Ижевск: Удмуртия, 2020. С. 18.

9 Барсуков Евгений Захарович (16(28) марта 1866 — 21 января 1957) — российский (советский) военный учёный, генерал-майор артиллерии РИА и РККА (1915, 1940), профессор (1941), действительный член Академии артиллерийских наук (1946). На военной службе с 1885 г. Окончил Орловский Бахтина кадетский корпус, Александровское военное училище (1885), и 2 класса Академии Генерального штаба (1895). В Первую мировую войну: начальник Управления полевого генерал-инспектора артиллерии при Верховном главнокомандующем (ВГК, с января 1916 г.) и председатель комиссии по организации тяжёлой артиллерии особого назначения (ТАОН). Начальник артиллерийского управления при ВГК (с декабря 1917 г.). С апреля 1918 г. — в составе РККА. Один из ведущих специалистов в области истории отечественной артиллерии.

10 Барсуков Е.З. Русская артиллерия в мировую войну. Ч. 2. М.: Воениздат, 1938. С. 240.

11 Зенитная артиллерия и зенитные ракетные войска противовоздушной обороны в 2 ч. Ч. 1. М.: Воениздат, 1995. С. 22.

12 РГВИА. Ф. 2003. Ф. 1. Д. 1685. Л. 352.

13 Там же.

14 Там же. Л. 352 об.

15 Там же. Л. 352.

16 Лашков А.Ю., Голотюк В.Л. 100-летие противовоздушной обороны России. 1914—2014 в 2 т. Т. 1. М.: Русские витязи, 2014. С. 131.

17 РГВИА. Ф. 2003. Ф. 1. Д. 1685. Л. 353 об.

18 Там же. Л. 354 об.

19 Там же. Ф. 2011. Оп. 1. Д. 27. Л. 5—75 об.

20 Там же. Л. 93.

21 Там же. Л. 93 об. — 95.

22 Лашков А.Ю. Двинский эксперимент противовоздушной обороны // Военно-исторический журнал. 2009. № 7. С. 24.

23 РГВИА. Ф. 2031. Оп. 1. Д. 10. Л. 1202—1204.

24 Барсуков Е.З. Артиллерия русской армии (1900—1917 гг.). Ч. 4. М.: Воениздат МВС СССР, 1948—1949. С. 133.

25 Брычков А.С., Протасов И.А. Подготовка военных кадров войсковой ПВО: исторический аспект // Военно-исторический журнал. 2020. № 10. С. 42.

26 Курсы стрельбы по воздушному флоту Юго-Западного фронта до конца не были сформированы и практически не функционировали.

27 РГВИА. Ф. 2003. Оп. 1. Д. 25. Л. 111.

28 Там же. Л. 115, 115 об.

29 Там же. Л. 116 об.

30 Там же. Л. 126, 126 об.

31 Там же. Л. 121.

32 В связи с низкой активностью германо-турецкой авиации в составе русского Кавказского фронта противосамолётные батареи на штатной основе, как правило, не формировались.

33 РГВИА. Ф. 2003. Оп. 1. Д. 25. Л. 118, 118 об.

34 Там же. Л. 118 об.

35 Там же. Л. 116 об.

36 Гаврилов А.Д. [и др.] Войсковой противовоздушной обороне России 100 лет: исторический очерк / Под ред. А.П. Леонова. Т. 1. Смоленск: ВА ВПВО ВС РФ, 2015. С. 38.

37 Иванов Б.Н. Борьба с воздушным врагом: по опыту зенитной обороны на Восточноевропейском фронте в 1914—1917 гг. М., Л.: Гос. изд-во. Отдел военной лит-ры, 1930. С. 88.

38 Евпатория в конце 1917 года и в начале 1918 года // Красная летопись. 1922. № 4. С. 372.

39 Там же. С. 373.

Иллюстрации из кн.: Барятинский М., Коломиец М. Бронеавтомобили русской армии 1906—1907 гг. М.: Техника — молодёжи, 2000; Кирилец С.В. Автомобили-зенитки Первой мировой войны. На передовой «войны моторов» М.: Яуза, 2018; Иванов Б.Н. Борьба с воздушным врагом. По опыту зенитной обороны на Восточноевропейском фронте в 1914—1917 гг. М.; Л.: Гос. изд-во.Отдел военой лит-ры, 1930.