1

Подготовка кадров Генерального штаба в русской эмиграции межвоенного периода (1921—1939 гг.)

Аннотация. Статья посвящена истории подготовки кадров Генерального штаба в русской эмиграции в 1921—1939 гг.

Summary. The article is devoted to the history of training of the General Staff’s personnel in the Russian emigration in 1921-1939.

РУССКОЕ ВОЕННОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

 

ГАНИН Андрей Владиславович — старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, редактор российского исторического журнала «Родина», доктор исторических наук

(Москва. E-mail: andrey_ganin@mail.ru).

 

ПОДГОТОВКА КАДРОВ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА В РУССКОЙ ЭМИГРАЦИИ МЕЖВОЕННОГО ПЕРИОДА (1921—1939 гг.)

 

Русская военная эмиграция оказалась той средой, в которой бережно сохранялись традиции российской императорской и белых армий, где сложилась своя особая культура. Потеряв родину, многие офицеры-эмигранты тем не менее стремились профессионально совершенствоваться, передавать знания и опыт новым поколениям. Создавались общества, выпускались книги и периодические издания, открывались военно-учебные заведения. Наибольшее значение и известность приобрели Зарубежные высшие военно-научные курсы генерал-лейтенанта Николая Николаевича Головина1. Лидеры военной эмиграции, придерживавшиеся идеи сохранения русской армии для предстоявшей борьбы с большевиками, надеялись, что благодаря этим курсам будут подготовлены новые командные кадры, изучен опыт Первой мировой и Гражданской войн, а также повышена квалификация офицеров, оказавшихся в изгнании.

Ещё в 1921 году штабом главнокомандующего Русской армией генерала П.Н. Врангеля подготавливался вопрос открытия в Болгарии курсов российской Академии Генерального штаба. В октябре при переводе Русской армии из временных лагерей на Балканы Врангель через начальника своего штаба генерала П.Н. Шатилова обратился к генералу Н.Н. Головину одному из наиболее авторитетных профессоров Николаевской военной академии, оказавшихся в эмиграции, с просьбой открыть курсы Военной академии (аналогичное предложение было направлено и генералу Я.Д. Юзефовичу). Однако тогда Николай Николаевич отказался, поскольку был избран профессором Пражского университета. Он полагал, что опыт Первой мировой ещё не изучен, нет ни подготовленных руководителей, ни учебных пособий. Врангель согласился с этим, но поручил профессору заняться подготовкой открытия академии в перспективе2. Затем болгарское правительство А.С. Стамболийского изменило свою политику в отношении белых и переориентировалось на коммунистов3. Вопрос с открытием академии в Королевстве сербов, хорватов и словенцев (КСХС) также оказался нерешённым.

Головин готовил открытие академии с разных сторон, в том числе посредством создания при участии великого князя Николая Николаевича-младшего обобщающего труда по боевому опыту мировой войны «Мысли об устройстве будущей Российской вооружённой силы»4. Предполагалось, что эта работа станет учебным пособием для подготовки офицерских кадров её главы рассылали по кружкам военного самообразования (созданы Головиным при содействии Врангеля в странах русского рассеяния), объединённым в заочные курсы высшего военного самообразования5. Генерал Головин, находясь в Париже, руководил курсами заочно и одновременно подбирал кадры преподавательского состава для будущей академии.

Согласно утверждённому 9 июля 1923 года генералом Врангелем «Положению о высших курсах военного самообразования» было необходимо «ознакомить участников их с выводами военной науки, сделанными из опыта минувшей большой войны, а также помочь им изучать дальнейшую эволюцию военного дела»6. Занимавшиеся на курсах должны были изучать присылавшиеся им лекции и решать предложенные задачи. Учёба началась в августе 1923 года. В годовой курс входили 12 лекций по стратегии, тактике, службе Генерального штаба и столько же по истории кампании 1914 года на Русском фронте. Все лекционные материалы готовил Головин, часто используя сообщения самих слушателей курсов — по предложенным им темам. Для контроля полученных знаний давались шесть задач.

Предполагалось, что обучаться на курсах смогут лишь слушатели из определённых стран. Всего возникли 15 групп (кружков): шесть в Королевстве сербов, хорватов и словенцев, семь в Болгарии и по одной в Чехословакии и, по всей видимости, во Франции. При этом считалось, что руководитель каждой группы, который выполнял функции корреспондента и вёл переписку с Головиным, «наблюдает за порядком обмена мнений, обращая особое внимание на предоставление всем участникам полной свободы суждений. Необходимо помнить, что в области научного мышления не может быть места никакому насилию над мыслью; поэтому задачей собеседования должно являться не переубеждение кого-либо в чём-либо, а содействие каждому участнику в образовании собственного научного обоснованного мнения»7.

К 1925 году на курсах, довольно быстро ставших популярными, занимались уже более 550 человек, объединённых в 52 группы под руководством опытных специалистов, как правило, офицеров Генштаба. Так, в Югославии группу возглавляли генералы В.Е. Вязьмитинов (Белград), А.Н. фон Розеншильд-Паулин (Новый Сад), В.В. Крейтер (Панчево), В.Н. Доманевский (Суботица), Д.П. Драценко (Загреб), в Бельгии полковник В.Н. Поляков (Брюссель), в Болгарии генералы М.М. Зинкевич (София, Перник), Ф.Э. Бредов (Свищов), полковник П.К. Ясевич (Стара Загора), в Великобритании генерал Б.В. Геруа (Лондон), в Германии генерал А.А. фон Лампе (Берлин), в США генерал А.П. Будберг (Сан-Франциско), во Франции полковник П.Г. Архангельский (Париж), в Финляндии полковник М.Н. Архипов (Фридрихсгам), в Чехословакии генерал М.А. Иностранцев (Прага)8. Занятия проводились в свободное от работы слушателей и преподавателей время.

После того как военную эмиграцию в 1925 году возглавил великий князь Николай Николаевич-младший, финансирование кружков было увеличено. В конце 1926 начале 1927 года в Галлиполийском собрании Парижа Головин прочёл пять лекций о Первой мировой войне, которые имели огромный успех слушатели стояли в проходах и даже за пределами аудитории. Эти выступления стали своего рода проверкой общественного интереса к теме и апробацией будущих очных курсов, о скором открытии которых Головин объявил уже после третьей лекции.

Все желавшие поступить на эти курсы должны были подать соответствующие рапорты со сведениями о службе и с рекомендациями их командиров либо старших представителей военных объединений, в которых состояли заявители. Набор осуществлялся из выпускников военных училищ. Лица, произведённые в офицерский чин за отличия, получали право поступить на курсы только после прохождения военно-училищного курса. Исключение было сделано лишь для двух человек с высшим гражданским образованием, которые посещали курсы как вольнослушатели параллельно с занятиями на военно-училищных, с окончанием которых становились действительными слушателями высших курсов. Так, курсы изначально получили практически академический статус. Наконец, 22 марта 1927 года в Париже в присутствии великого князя Николая Николаевича очные курсы были торжественно открыты. Вступительную лекцию прочитал сам Головин.

За основу деятельности курсов было принято положение об Императорской Николаевской военной академии 1910 года. Выпускники курсов получали право причисления к Генеральному штабу будущей российской армии. По предложению великого князя для них учредили особый академический знак с вензелем и императорской короной. Учебный процесс был рассчитан на 4,5—5 лет, делился на два класса (младший, старший) и дополнительный курс (как и в старой академии, но каждый период обучения длился теперь полтора года из-за сложностей, связанных с совмещением учёбы и трудовой деятельности слушателей).

В младшем классе изучалась военная теория в масштабе дивизии, в старшем уровень корпуса и армии, на дополнительном курсе стратегия в масштабе государства. Головин, который ещё перед Первой мировой войной являлся горячим сторонником прикладного метода обучения в академии, вводил близкие ему теории и на парижских курсах. Единство доктрины преподавания достигалось за счёт того, что Николай Николаевич лично редактировал все лекции по военным предметам и задавал направления практических занятий. Завершалось обучение военной игрой. Слушатели были разделены на шесть учебных групп в соответствии с полученным ими ранее военным образованием и воинскими званиями (кадровые штаб-офицеры и генералы, ранее занимавшиеся в кружках военного самообразования (группа А-1), кадровые офицеры, в кружках не занимавшиеся (А-2 и А-3), офицеры военного времени (А-4 и А-5), офицеры производства Гражданской войны (А-6)). Предполагалось, что именно слушатели будут играть активную роль в процессе обучения самостоятельно устраивать дебаты при разборе задач, формулировать собственные взгляды, а их тактичной корректировкой должны были заниматься руководители. Предоставленные же последними решения задач перед их непосредственным разбором со слушателями проверял лично генерал Головин.

Он предполагал, что учебная нагрузка за весь период обучения составит 50 месяцев это до 800 часов, половину из которых должны были занимать лекции. Кроме того, намечались семинары, решения тактических задач, выезды на местность и военная игра, на которую отводилось 25 занятий. На открытые лекции допускались все члены Русского общевоинского союза (РОВС), на практические занятия только слушатели. Хотя занятия проводились по вторникам и четвергам в удобное время после работы, с 21 до 23 ч, тем не менее около половины слушателей первого набора не выдержали даже этой облегчённой программы.

Среди преподавателей Зарубежных высших военно-научных курсов был не только весь цвет дореволюционного Генерального штаба, но и выпускники других академий, ускоренных курсов и гражданские специалисты9. По оценке самого Головина, курсы держались на четырёх-пяти руководителях, тогда как остальные являлись лишь помощниками. Найти настоящих специалистов вне Франции оказалось проблематично10. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Головин Николай Николаевич (22 февраля 1875 10 января 1944 гг.) до Первой мировой войны возглавлял группу реформистски настроенных преподавателей Николаевской военной академии и был одним из разработчиков прикладного метода обучения тактике будущих генштабистов.

2 Бобарыков И. Парижские военно-научные курсы генерала Головина // Военно-исторический вестник (Париж). 1970. № 3536. Майноябрь. С. 19.

3 Шатилов П. Расселение армии по Балканским странам // Русская армия в изгнании. М., 2003. С. 100.

4 Головин Н.Н. Мысли об устройстве будущей Российской вооружённой силы. Белград, 1925. Эта работа была переиздана в России, см.: Головин Н.Н. Наука о войне: избранные сочинения. М., 2008. С. 817894.

5 Бобарыков И. Указ. соч. С. 19.

6 Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ). Ф. Р-5945. Оп. 1. Д. 1. Л. 35.

7 Там же.

8 Образцов И.В. Н.Н. Головин и высшая военная школа русского зарубежья // Культурное наследие российской эмиграции: 19171940. М., 1994. Кн. 1. С. 370, 371.

9 На курсах вели занятия профессор генерал Н.Н. Головин (стратегия, служба Генерального штаба, общая история мировой войны 19141918 гг.), профессор полковник А.А. Зайцов (общая тактика, высшая тактика, тактика пехоты, обзор классических учений по тактике, общая история мировой войны 19141918 гг., история новейшего военного искусства), профессор генерал П.Ф. Рябиков (служба Генерального штаба), профессор генерал Б.В. Геруа и полковник В.М. Бочаров (тактика броневых сил), генерал В.Н. Доманевский (тактика конницы, общая история мировой войны 19141918 гг.), генералы П.Н. Шатилов и А.В. Черячукин (тактика кавалерии), генерал А.Н. Виноградский и полковник А.Н. Андреев (тактика артиллерии), генерал В.Г. Баранов (тактика воздушных войск), полковник Н.П. Иванов (боевая химия), генерал П.П. Ставицкий (военно-инженерное дело и тактика технических войск, военно-инженерная оборона государства), капитан А.М. Петров (военно-инженерное дело и тактика технических войск), генерал Н.Н. Алексеев (обзор классических учений по тактике, служба снабжения и тыла), генерал П.И. Секретев (служба автомобильных войск), полковник Е.В. Трикоза (служба радиотелеграфа), генерал К.И. Сычёв и полковник Н.В. Пятницкий (русская военная история), профессор адмирал А.Д. Бубнов (современное состояние военно-морского искусства), генерал П.Н. Краснов (военная психология), полковник П.Г. Архангельский (военная география), заслуженный профессор генерал А.А. Гулевич (устройство вооружённых сил главнейших европейских государств), профессор барон Б.Э. Нольде (война и международное право), профессор М.В. Бернацкий (война и экономическая жизнь страны), И.И. Бобарыков (мобилизация промышленности во время Великой войны и подготовка к будущей мобилизации). См.: Зарубежные Высшие Военно-Научные Курсы генерала Головина (Обзор на 1 октября 1930 г.). Париж, 1931. С. 56; Бобарыков И. Указ. соч. С. 20.

10 ГА РФ. Ф. Р-5960. Оп. 1. Д. 62. Л. 5—6.