1

Первый в России адмирал-подводник Э.Н. Щенснович

Аннотация. В статье описываются жизнь и деятельность активного участника Русско-японской войны, руководителя Учебного отряда подводного плавания, члена Адмиралтейств-совета вице-адмирала Э.Н. Щенсновича; оценивается его вклад в развитие подводного флота России.

Summary. The paper describes the life and work of an active participant in the Russo-Japanese War, head of the Submarine Navigation Training Squad, member of the Admiralty Council, Rear Admiral E.N. Shchensnovich; it assesses his contribution to the development of Russia’s submarine fleet.

ИМЕНА И СУДЬБЫ

 

БАДЬЯНОВ Александр Борисович — доцент кафедры гуманитарных и социально-экономических дисциплин Военного института (военно-морского) ВУНЦ ВМФ «ВМА имени Н.Г. Кузнецова»

 

 

«КОМАНДИР ДОЛЖЕН СРОДНИТЬСЯ С МОРЕМ…»

Первый в России адмирал-подводник Э.Н. Щенснович

 

Эдуард Николаевич Щенснович родился 25 декабря 1852 года в семье отставного офицера. В 1867 году в возрасте 15 лет он поступил в Морское училище, директором которого в то время был контр-адмирал Воин Андреевич Римский-Корсаков. Флагманским кораблём корпусной эскадры являлся фрегат «Громобой», на котором гардемарины выходили в свои первые морские походы.

Во время летних эволюций эскадры В.А. Римский-Корсаков нашёл бухту, в которой происходило знаменитое Гангутское сражение, обеспечившее Петру I выход в Балтийское море. С участием членов императорской фамилии и силами воспитанников Морского училища «…на мысу, господствовавшем над бухтой… в конце июня 1870 года был поставлен памятник морякам, погибшим в этом бою»1. Воин Андреевич сумел привить своим подопечным любовь к морю и к военной службе. Э.Н. Щенснович всегда с уважением вспоминал о своём первом наставнике даже будучи уже в высоких адмиральских чинах.

В 1871—1872 гг. на клипере «Жемчуг» под командованием капитан-лейтенанта Геркена гардемарин Э.Н. Щенснович совершил дальний поход с заходом в порта Дании, Франции, Греции и Турции. Посетили кадеты и Ионические острова, где в 1799 году Ф.Ф. Ушаков с моря взял крепость Корфу2. 18 ноября 1872 года после возвращения из плавания Э.Н. Щенснович был произведён по выпуску из училища в мичманы с назначением в 6-й флотский экипаж в городе Кронштадте. В 1875—1876 гг. Эдуард Николаевич проходил обучение в Минном офицерском классе.

1 января 1877 года Э.Н. Щенснович производится по чину в лейтенанты. В этом же году Россия начинает войну против Турции за освобождение балканских народов, что вызывает серьёзные осложнения в отношениях с Англией и Германией, которые не хотят усиления России в этом регионе. Из Лондона начинают поступать недвусмысленные угрозы о начале боевых действий. Естественно, Балтийский флот (БФ) под командованием адмирала Г.И. Бутакова готовится к ответному удару.

Одним из самых важных действий эскадры в боевой обстановке было минирование подступов к Финскому заливу. Лейтенант Э.Н. Щенснович, успевший к тому времени хорошо изучить все прилегающие морские акватории, был назначен одним из организаторов минных постановок на Балтийском флоте. Именно минная опасность заставила англичан отказаться от задуманного ими прорыва к Кронштадту. 1 января 1878 года Э.Н. Щенснович за организацию минных постановок в Финском заливе удостоился ордена Станислава 3-й степени. 1 января 1880 года лейтенанту Э.Н. Щенсновичу была объявлена благодарность в приказе генерала-адмирала за № 1 «за рационализаторскую работу по усовершенствованию минного оружия»3.

13 декабря 1881 года Э.Н. Щенснович был назначен командиром винтовой лодки «Опыт», на которой он прослужил пять лет, после чего принял под своё командование миноносец «Выборг», заказанный Россией на английском заводе Томсона в 1886 году.

Капитан 2 ранга Э.Н. Щенснович, выполняя приказания председателя приёмочной комиссии капитана 2 ранга Мордовина, приступил к тщательной проверке работы механизмов нового судна. Недостатков оказалось немало. Так, во время ходовых испытаний опытный морской офицер выявил неисправность опреснителя. Аппарат не действовал, потому что сифонная трубка, поддерживавшая определённый горизонт воды, была поставлена выше, чем положено, вследствие чего образовавшийся пар переходил в холодильник аппарата вместе с солёной водой. Капитан 2 ранга Э.Н. Щенснович писал: «Вообще при постройке миноносца заводчики обнаружили крайнюю непрактичность… хороший завод оказался неумелым в постройке миноносца…»4. Через пять дней после поднятия флага и вымпела (13 октября) «Выборг» отправился в Россию. 24 октября при 7-балльном ветре и сильном волнении размах качки достиг 47 градусов, оказалась повреждённой носовая оконечность, стрелка прогиба нескольких шпангоутов доходила до 18, а палубных листов — до 13 мм. Опасения в слабости корпуса подтвердились на практике. Повреждения исправляли в Гавре, на заводе Нормана. Лишь 10 декабря корабль прибыл в Ревель5. Англичане же больше всего были удивлены тем, что миноносец «Выборг» успешно прошёл Бискайский залив.

С 1888 по 1896 год Э.Н. Щенснович проходил службу на минных крейсерах и броненосцах береговой обороны. В 1897 году он был произведён в капитаны 1 ранга с назначением заведующим миноносками и их командами 6-го флотского экипажа города Кронштадта6. В 1898 году Эдуард Николаевич был уже известным на флоте офицером. Именно поэтому его назначили председателем комиссии по «наблюдению» за постройкой на заводе В. Крампа в Америке броненосца «Ретвизан» и крейсера «Варяг» вместо капитана 1 ранга А.И. Данилевского.

Э.Н. Щенснович. Филадельфия, 1899 г.
Э.Н. Щенснович. Филадельфия, 1899 г.

В сентябре 1901 года броненосец «Ретвизан» выходил в море и производил проверочные стрельбы, при которых присутствовал американский артиллерист-генерал Бринк. 26 сентября (9 октября) «Ретвизан» вышел из Филадельфии в Бруклин для окраски подводной части. При выходе из Бруклина Крамп предложил провести 12-часовое испытание на полный ход. Как докладывал Э.Н. Щенснович начальнику Главного управления кораблестроения и снабжения вице-адмиралу В.П. Верховскому 15(28) октября 1901 года, испытания прошли «скандально»: В. Крамп не получил от «Ретвизана» 18 узлов скорости. В течение 12 часов броненосец едва имел 17,91 узла, а на мерной линии —17,994 узла. Но каким трудом это было достигнуто! По словам Э.Н. Щенсновича, «краска на дымовых кожухах “горела”, труба “дышала” пламенем»7. При этом В. Крамп просил уплатить ему деньги в счёт последнего платежа. Комиссия, доносил Э.Н. Щенснович В.П. Верховскому, считает, что стоимость незаконченных работ и штрафа заводу «Вильям Крамп и К» составит 300 тыс. рублей (из них 100 тыс. штраф).

Крейсер «Варяг» также «дорого» обошёлся В. Крампу: в апреле 1901 года на крейсере были очищены все цилиндры главных машин, выправлены топочные дверцы, поставлены во всех динамомашинах новые поршни, а старые были отосланы обратно в Америку8.

С прибытием в Россию летом 1902 года броненосец «Ретвизан» был представлен на «высочайший» смотр, затем на неделю введён в док, после чего ушёл в Ревель (Таллин), где 24 июня 1902 года состоялся грандиозный парад по случаю встречи двух императоров: Николая II и Вильгельма II. В сентябре 1902 года «Ретвизан» вошёл в состав практической эскадры под командованием контр-адмирала Э.А. Штакельберга, которая отправилась на Дальний Восток для усиления Тихоокеанской эскадры. Через два года началась Русско-японская война.

26 января (8 февраля) 1904 года в 23 ч 35 мин. капитан 1 ранга Э.Н. Щенснович был внезапно разбужен в своей каюте сильным, непривычным ударом. Одновременно погасло электрическое освещение. Вахтенный офицер лейтенант А.В. Развозов (с июля по декабрь 1917 г. командующий БФ, контр-адмирал. — Прим. авт.) доложил вышедшему на шканцы Э.Н. Щенсновичу, что броненосец «Ретвизан» подбит японской миной под носом с левой стороны. Под пробоину, которая составила 200 квадратных футов, завели парус. Благодаря героическим усилиям команды корабль приткнулся ко дну на внутреннем рейде; течением его развернуло поперёк фарватера. Перекрыв узкий проход, броненосец не давал возможности выйти на внешний рейд остальным кораблям эскадры и вместе с тем представлял лёгкую добычу для неприятеля.

Японцы надеялись брандерами решить исход сражения. Чтобы выбрать наиболее подходящих для рискованной операции людей, вице-адмирал Х. Того обратился с призывом к офицерам и матросам своей эскадры. «Оспаривая первенство друг у друга, свои услуги предложили две тысячи человек. Некоторые из них в пылу воодушевления чисто восточного характера писали заявления “собственной кровью”. Из двух тысяч человек Х. Того отобрал 67»9.

В ночь с 11 на 12 февраля 1904 года на броненосец «Ретвизан» совершили атаку четыре японских брандера. Все они были уничтожены артиллерийским огнём «Ретвизана». Огнём управлял лейтенант К.Ф. Кетлинский (контр-адмирал с 1917 г. — Прим. авт.). За успешное отражение атаки брандеров японского флота Николай II наградил Э.Н. Щенсновича орденом Св. Георгия 4-й степени.

Стремясь уничтожить русский флот на рейде Порт-Артура, вице-адмирал Х. Того принял решение форсировать темпы подготовки экипажей смертников, не дожидаясь, когда вновь войдут в строй отремонтированные броненосцы «Ретвизан» и «Цесаревич». После серьёзной подготовки японские экипажи пароходов «Чио-мару», «Фукуи-мару», «Яхико-мару», «Ионеяма-мару» двинулись к Порт-Артуру, но на подходе к рейду были уничтожены русскими миноносцами. 31 марта (13 апреля) 1904 года к Порт-Артуру подошла уже вся японская эскадра, разделённая на два отряда: один из них составляли шесть эскадренных броненосцев, второй — три броненосных крейсера. В 8 ч 15 мин. с расстояния 50—60 кабельтов японцы открыли огонь. Русская эскадра шла в следующем порядке: броненосец «Петропавловск», за ним в кильватер — «Аскольд», «Диана», «Новик», «Полтава», «Пересвет», «Победа».

В двух милях от берега командующий Тихоокеанской эскадрой вице-адмирал С.О. Макаров повернул на восток и дал сигнал остальным кораблям идти за ним в кильватер, намереваясь дать противнику бой под прикрытием береговых батарей. В 9 ч 39 мин. утра флагманский броненосец «Петропавловск», находясь в двух милях от маяка на Тигровом полуострове, неожиданно взорвался10. После гибели адмирала резко упал боевой дух личного состава, появились признаки дезорганизации обороны. Так, 2(15) апреля при перекидной стрельбе японского флота по городу (через горы. — Прим. авт.) ни один русский корабль не вышел из гавани, чтобы отогнать вражеский крейсер «Такасаго», корректировавший стрельбу. На совещании флагманов 1-й Тихоокеанской эскадры было принято решение всеми силами прорываться во Владивосток.

28 июля 1904 года состоялся бой в Жёлтом море. Броненосец «Ретвизан» шёл в кильватер броненосцу «Цесаревич». Позднее Э.Н. Щенснович писал: «Следуя за адмиралом, я не понимал тактики “Цесаревича”, который несколько раз как бы уклонялся в сторону от японцев, изменяя курс влево. Тактика адмирала Витгевта во время боя 28 июля была ошибочна»11. Около 17 ч 45 мин. японским снарядом на «Цесаревиче» было уничтожено почти всё командование, убитый рулевой упал на штурвал, и судно начало циркуляцию влево. Этот поворот броненосца «Цесаревич» нарушил строй русской эскадры. Корабли сбились в кучу и попали под усиленный огонь японцев.

Капитан 1 ранга Э.Н. Щенснович принял решение таранить флагманский японский корабль. Позднее в своих воспоминаниях он восстановил ход тех событий: «Как только эта идея созрела, я громко объявил: “Иду таранить” и скомандовал: “Левее руля”. Но насколько именно положить руль, не произнёс, так как был контужен горячим осколком снаряда. Осколок этот застрял в мундире и был вынут при помощи лейтенанта Развозова, который находился рядом со мной в боевой рубке. Боль от контузии не давала мне возможности рассчитать таранный удар, и я, будучи не в силах отдавать себе полный отчёт в действиях, повернул корабль обратно к эскадре. Неприятель повернул влево, остановил ход»12. Японский адмирал не ожидал такого манёвра со стороны русской эскадры.

Сам Э.Н. Щенснович отмечал, что «…сближение под углом 15 градусов “Ретвизана” с японцами произвело некоторое замешательство… японцы стреляли наобум… Это обстоятельство показывает, что перемена расстояния во время боя… должна составлять один из наиболее ценных манёвров флота во время боя13… Весьма возможно, что у японцев вследствие их беглого огня оставалось не много снарядов, но недостаток снарядов не является причиной, что адмирал японского флота Того не разбил окончательно нашу эскадру»14.

Своей героической атакой броненосец «Ретвизан» под командованием капитана 1 ранга Э.Н. Щенсновича не только спас от разгрома 1-ю Тихоокеанскую эскадру, но и возглавил её организованный отход к Порт-Артуру. Благодаря взаимодействию кораблей и гарнизона крепости оборонительные действия продолжались до середины декабря 1904 года. После окончания Русско-японской войны и возвращения из Нагасаки в 1905 году Э.Н. Щенснович был награждён серебряной медалью с бантом с присвоением звания контр-адмирал.

27 марта 1906 года Николай II подписал положение об Учебном отряде подводного плавания и приказ о назначении заведующим Учебным отрядом подводного плавания контр-адмирала Э.Н. Щенсновича. На судне «Хабаровск», приданном отряду, были размещены все обучавшие подводному делу офицеры.

Ранее по инициативе Эдуарда Николаевича в либавском порту были созданы необходимые условия для базирования подводных лодок: вырыт обширный бассейн, соединённый судоходным каналом с аванпостом; построены пирсы и мастерские; обустроены казармы для размещения личного состава.

Офицеры-слушатели, поступившие в отряд к 1 ноября 1906 и до начала апреля 1907 года, изучали устройство подводных лодок всех типов, для чего пользовались временем их ремонта, когда механизмы разобраны и доступны осмотру. Нижние чины комплектовались из числа добровольцев, в основном унтер-офицерским составом. В начале октября особая комиссия военно-морского флота проверяла знания окончивших курс офицеров и нижних чинов. Сдавшие экзамены получали назначение на действующие подводные лодки, а офицеры, кроме того, категорию «офицер подводного плавания».

Общая продолжительность прохождения курса офицерами была 10 месяцев, нижними чинами — от 4 до 10 месяцев, в зависимости от специальности и степени подготовленности. Наиболее продолжительной была подготовка мотористов, наименее — электриков. Окончившие курс офицеры и нижние чины распределялись для комплектования строившихся подводных лодок для Чёрного моря и Владивостока, а также на замену уволившихся в запас в самом Учебном отряде подводного плавания15.

Наилучшей формой обучения личного состава контр-адмирал Э.Н. Щенснович считал совместные учения кораблей и подводных лодок. Так, ещё в июне 1905 года при испытаниях подводной лодки «Щука» учебные атаки были выполнены лейтенантами И.И. Ризничем и А.А. Андреевым. 2 ноября 1905 года подводная лодка «Сиг» под командой лейтенанта А.О. Гадда при неблагополучных погодных условиях выполнила стрельбы по щиту двумя минами Шварцкопфа с глубины 24 футов (около 10 м). Эта атака контр-адмиралом Э.Н. Щенсновичем была признана успешной. В кампанию 1905 года учебные атаки на надводные корабли проводили подводные лодки «Лосось», «Белуга» и «Карп».

В кампанию 1906 года условия выполнения учебно-боевых задач были значительно усложнены. В архиве можно прочитать отчёты по атакам подводными лодками фактических целей: яхты «Штандарт» — подводными лодками «Белуга» (командир — лейтенант А.О. Гадд), «Пескарь» (исполняющий обязанности командира — Р. Серафимов); парохода «Славянка» — подводной лодкой «Лосось» (командир — лейтенант граф В.И. Головин)16.

В статье «Показом, а не рассказом» контр-адмирал Э.Н. Щенснович отмечал, что: «…такой способ обучения и должен быть принят везде и всегда, когда хотят готовить практических деятелей…»17. И вот что показала практика: 1 августа 1907 года во время учений подводных лодок «Сиг», «Стерлядь», «Белуга» и «Пескарь» в районе Гельсингфорса «посредники признали, что перечисленные подводные лодки уничтожили в ходе учений одиннадцать боевых судов»18.

Между тем появились и первые принципиальные разногласия Эдуарда Николаевича с Морским руководством. Российское военно-морское министерство считало целесообразным строить подводные лодки не на собственных верфях, а в Германии. Контр-адмирал Э.Н. Щенснович утверждал, что тем самым Россия давала иностранцам «возможность учиться на наши же средства», ссылаясь на историю постройки заводом Круппа «Германия» трёх лодок для русского флота.

Немцы строили свою первую лодку «U-I», одинаковую по типу, но несколько больших размеров, чем при выполнении русских заказов. Исходя из полученного опыта предыдущих построек (за наш счёт) германские конструкторы внесли в проект все необходимые корректировки и усовершенствования. Например, единственный торпедный аппарат на русских лодках был расположен наклонно к ватерлинии, что затрудняло стрельбу из него на небольших глубинах. Немцы этот аппарат на своей лодке расположили горизонтально. Непроницаемость семи отсеков, имевшихся на русских лодках, не была опробована, непроницаемость же трёх отсеков на «U-I» была испытана. На русских лодках рубка с учётом прочного корпуса была негерметичной, на немецкой лодке герметичность рубки была соблюдена и т.д. Таким образом, германцы получили подводную лодку более высокого качества, чем подводные корабли, построенные ими для России, не затратив при этом ни пфеннига на опытные образцы19.

На начало января 1907 года Россия обладала подводным флотом, состоявшим из 29 подводных лодок, из которых часть (11) строились, а часть (18, из них 5 — на Балтике и 13 — во Владивостоке) находились в строю.

29 августа 1907 года в Финском заливе потерпела аварию императорская яхта «Штандарт». Выводы, сделанные контр-адмиралом Э.Н. Щенсновичем в его речи 14 ноября на судебном разбирательстве, касались неудовлетворительного состояния штурманского дела. В частности, он сказал: «Случись весной война, и мы очутимся в положении ученика, не знающего своего урока. А между тем, может статься, надобность будет отвечать за урок. Может статься, будет надобность преследовать врага, укрывшегося где-либо на этом фарватере… Мы должны знать наши военные дороги. Мы должны знать наши фарватеры»20.

Эта речь Эдуарда Николаевича была прелюдией к написанию статьи под названием «Несколько слов о личном составе флота», в которой он изложил свой взгляд на обучение и воспитание офицеров и нижних чинов. Главная мысль автора заключалась в том, что на флоте всё связано с электротехникой и механикой. Изучение этих дисциплин в Морском училище должно быть на первом месте. Важное место в обучении будущих офицеров Э.Н. Щенснович отводил морской практике, сожалея, что многие гардемарины не умеют управлять шлюпкой под парусом. По мнению контр-адмирала, отдельные военно-морские училища России могли бы лучше решить свои задачи по обучению и воспитанию личного состава, если бы были передислоцированы ближе к морю, например, в Либаву. В плане воспитания Э.Н. Щенснович считал, что любовь к морю и чувство долга должны стать важнейшими духовно-нравственными ценностями и для офицеров, и для нижних чинов21.

1908 год был самым напряжённым в жизни адмирала-подводника: его взгляды на дальнейшее развитие флота не находили понимания в Морском министерстве, которое возглавлял адмирал И.М. Диков. Ряд высших чинов военно-морского флота в то время отдавали предпочтение надводным кораблям. Даже такой видный адмирал, как Н.О. Эссен — командующий БФ, и тот недооценивал роль и значение подводного флота. Опыт войны с Японией определил отношение большинства русских военно-морских офицеров к преобладающему развитию артиллерии и быстроходного надводного флота. И только Э.Н. Щенснович продолжал упорно отстаивать своё мнение.

Вице-адмирал Э.Н. Щенснович.
Вице-адмирал Э.Н. Щенснович.

В связи с возможной угрозой прорыва германских кораблей в Финский залив вновь потребовался опытный специалист, имевший богатый опыт минных постановок на Балтике и хорошо знавший финские шхеры. В 1909 году Э.Н. Щенснович был назначен начальником учебных минных отрядов Балтийского флота с присвоением звания вице-адмирал. Учебный отряд подводного плавания также остался в его подчинении. Эдуард Николаевич стал членом Адмиралтейств-совета (единственным в нём адмиралом-подводником) и вошёл в свиту Николая II. Он продолжал активно работать над совершенствованием боевой подготовки подводников. 1909 год можно считать переломным и в строительстве отечественных субмарин. 14 октября Балтийский завод представил в Морской технический комитет (МТК) эскизный проект подводной лодки в 600 т со спецификацией и объяснительной запиской22. Морской генеральный штаб признал его «удовлетворяющим требованиям и подлежащим заказу», чего и добивался вице-адмирал Э.Н. Щенснович23.

Но напряжённая борьба за подводный флот сказалась на состоянии здоровья Эдуарда Николаевича, да и ранения в голову, полученные во время боя в Жёлтом море, давали о себе знать. 6(19) декабря 1910 года вице-адмирал Э.Н. Щенснович скончался от сердечного приступа. Похоронили его на Выборгском католическом кладбище Санкт-Петербурга.

В статье «Несколько слов о личном составе флота» у вице-адмирала Э.Н. Щенсновича есть слова, которые звучат как завет сегодняшним защитникам Отечества: «Русский офицер должен быть храбрым, мужественным и уметь достойно представлять Россию за границей… Командир должен любить свой корабль и морскую стихию, он должен сродниться с морем»24.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Несколько слов в воспоминание Воина Андреевича Римского-Корсакова, начальника Морского Училища // Морской сборник. 1872. № 3. С. 3.

2 Извлечение из рапорта командира клипера «Жемчуг» капитан-лейтенанта Геркена // Морской сборник. 1871. № 8.

3 Об однообразном употреблении зажимных винтов утверждённого образца // Известия минного офицерского класса. СПб., 1880.

4 Усов В.Ю. Миноносец «Выборг» // Судостроение. 1981. № 10. С. 65.

5 Там же.

6 Андриенко В.Г. Командир «Ретвизана» Э.Н. Щенснович: плавание эскадренного броненосца «Ретвизан» (1902—1904). СПб.: Изд-во альманаха «Цитадель», 1999. С. 6.

7 Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Ф. 421. Оп. 3. Д. 624; Оп. 10. Д. 193.

8 Там же.

9 Ниметц А. Беглый очерк морских операций русско-японской войны // Морской сборник. 1912. № 6. С. 111.

10 Русско-японская война. Кн. 1: Действия флота на южном театре от начала войны до перерыва сообщений с Порт-Артуром. 1912. XIII.

11 Андриенко В.Г. Указ. соч. С. 56.

12 Там же. С. 54.

13 Там же. С. 57.

14 Там же.

15 Выписка из всеподданнейшего отчёта по Морскому министерству за 1906—1909 гг. (Учебный отряд подводного плавания) // Известия по подводному плаванию. СПб., 1913. Вып. III. С. 59—61.

16 Лавров В.Н., Лавров П.В. Заведующий подводным плаванием // Кортик. 2004. № 3. С.45, 46.

17 Щенснович Э.Н. Показом, а не рассказом // Известия по подводному плаванию. Либава, 1907. Вып. 1. С. 51.

18 Отчёт командира подводной лодки «Пескарь» лейтенанта С. Власьева о плавании и манёврах (соображения технического и тактического характера по вопросам подводного плавания) // Там же. С. 36.

19 РГА ВМФ. Ф. 418. Оп. 1. Д. 1329. Л. 66—72.

20 Морской сборник. 1907. № 12. С. 56.

21 Щенснович Э.Н. Несколько слов о личном составе флота // Морской сборник. 1908. № 1. С. 32.

22 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 6. Д. 213. Л. 27—29.

23 Там же.

24 Щенснович Э.Н. Несколько слов о личном составе флота. С. 32.