1

Охота нацистской Германии за советскими архивами в годы Великой Отечественной войны

Аннотация. В статье рассмотрена деятельность нацистской Германии по захвату архивов на оккупированной территории СССР в годы Великой Отечественной войны: выделены основные подразделения и группы, которые были включены в состав вермахта, СД, МИД Германии, а также Оперативный штаб рейхсляйтера А. Розенберга; описаны главные направления их деятельности; представлены важнейшие задачи: контроль, использование ресурсов захваченной территории и включение документов в пропагандистский дискурс Германии, направленный на европейскую и советскую аудиторию для оправдания агрессии, расширения коллаборации и информационного прикрытия политики разграбления.

Summary. The paper examines the activity of Nazi Germany trying to seize archives on occupied Soviet territory during the Great Patriotic War; it singles out the main units and groups incorporated in the Wehrmacht; CD; Foreign Ministry of Germany, and also the Operational Staff of Reichsleiter A. Rosenberg, describing the chief lines of their work, i.e., control, exploitation of resources on captured territory and inclusion of documents in Germanys propaganda discourse directed at the European and Soviet public to justify the aggression, expand collaboration and provide information cover for the policy of plunder.

ДОКУМЕНТЫ И МАТЕРИАЛЫ

ДАЦИШИНА Марина Викторовна — главный специалист Российского государственного архива социально-политической истории, кандидат исторических наук (Москва. E-mail: ditrich@list.ru).

 

Охота нацистской Германии за советскими архивами в годы Великой Отечественной войны

 

Чем дальше от нас Великая Отечественная война, тем большее количество документов извлекается из архивного безмолвия. Становится возможной детальная реконструкция исторических событий. В военное время за советскими архивами охотились специальные подразделения: Оперативный штаб рейхсляйтера А. Розенберга, группа «Кюнсберг», группы безопасности (СД) и военной разведки вермахта. Какую цель преследовали оккупанты, когда стало известно о захвате советских архивов, в чём признавались охотники за ними, какие из архивов удалось вывезти и как их использовали после войны? Эти и другие вопросы рассмотрены в данной статье.

В приложении публикуются архивные документы, отражающие свидетельства участников группы «Кюнсберг» о захвате советских архивов и деятельность Красной армии по их спасению после освобождения территории СССР.

 

Повторить успех Польши и Франции

Работавшей с 1939 года в Германии Архивной комиссии МИД (в неё входили несколько профессоров из немецких университетов) удалось захватить документы из архивов министерств иностранных дел Франции, Югославии и Польши. В частности, в руки членов комиссии попала польская дипломатическая переписка, позволившая выяснить особое внимание правительства США к европейской политике. С подачи министерства просвещения и пропаганды Третьего рейха в германской печати были опубликованы документы, из которых следовало, что правящие круги США подталкивали Польшу к войне, склоняя к занятию жёсткой позиции в отношении предложений Германии по вопросам о возврате Данцига (отошёл к Польше по Версальскому мирному договору 1919 г.) и предоставлении ей права строительства экстерриториальной автострады и железной дороги. Согласно опубликованным в Берлине материалам в случае германской агрессии американская дипломатия обещала эффективную помощь польскому правительству. Для популяризации документов польского МИД в Германии использовались и центральная периодическая печать, и недорогие провинциальные издания. Что же касается подлинности опубликованных источников, то до сих пор существуют разногласия среди историков: одни считают, что обнаруженные материалы фальшивка, другие — что подлинные документы были «дописаны» в министерстве просвещения и пропаганды1. Тем не менее данные публикации сыграли значимую роль в мобилизации населения Германии и манипуляции международным общественным мнением накануне Второй мировой войны.

В 1940 году немцы захватили и документы архива министерства иностранных дел Франции (принадлежавшие ему 2 тыс. ящиков в июне 1944 г. частично были перевезены в Германию или размещены в Польше, а также спасены войсками Красной армии2). Нападение Германии на СССР внесло существенные коррективы в охоту за архивными документами. В 1941 году под эгидой германского МИД была создана группа «Кюнсберг»3 (названная по имени её руководителя — барона Э. фон Кюнсберга) в составе четырёх рот по 50—60 человек в каждой. Роты возглавляли служащие МИД, имевшие в подчинении по 4—5 научных работников отдельных отраслей знаний, которые были приданы группам армий «Север», «Центр», «Юг» на Восточном фронте и немецкому экспедиционному корпусу в Африке (Гитлер пытался копировать египетские походы Наполеона, в экспедиционном корпусе которого находились историки, этнографы и художники). Роту «Кюнсберг» в группе армий «Юг» возглавил известный картограф, сотрудник германского МИД В. Краллерт. В каждую роту входили славист с обязательным знанием русского языка и экономист-плановик. Данные подразделения должны были заниматься сбором важных материалов внешнеполитического, картографического и экономического характера. Наибольший интерес для группы «Кюнсберг» представляли архивы союзного значения Москвы и Ленинграда.

В войне против СССР министр иностранных дел Германии И. фон Риббентроп имел амбиционные планы, связанные с работой группы «Кюнсберг». Вместе с тем, с одной стороны, её ограничивала деятельность Оперативного штаба рейхсляйтера А. Розенберга (есть многочисленные подтверждения о требованиях штаба передать те или иные захваченные группой документы его сотрудникам4), с другой — контроль интендантских служб тыловых районов групп армий. Административного ресурса Риббентропа на Восточном фронте было недостаточно, чтобы противостоять одновременно и вермахту, и Розенбергу. После нападения Германии на СССР группа «Кюнсберг» МИД вошла в состав ваффен-СС (фактически её курировали все три ведомства).

Поскольку группа «Кюнсберг» работала в тыловых районах групп армий, она учитывала июньское распоряжение (1942) верховного командования вермахта: находить и охранять имевшиеся в оперативном районе архивные материалы для их дальнейшего использования в целях политического и экономического обеспечения войны. О документах экономического характера требовалось докладывать интендантским службам вермахта, медицинского — санитарным и т.д. Группа должна была захватить библиотеки научных учреждений, отобрать ценные издания книг, документы, фильмы, имевшие научное, экономическое и политическое значение, а затем отправить их в Германию для пополнения местных институтских библиотек. Таким способом Третий рейх получил часть материалов с территории республик Прибалтики, из Киева и Одессы. Группа «Кюнсберг» участвовала в разграблении библиотек Харькова, музейных ценностей Царского Села и других городов, а в перерывах между работой с архивными документами действовала как войсковая часть СС5. Владевших языками народов СССР членов группы рейхсфюрер СС Г. Гиммлер распорядился использовать при подготовке военных коллаборантов из числа различных этнических групп на оккупированных территориях. Впоследствии группа в составе подразделений ваффен-СС участвовала в военных операциях.

 

«СД… будет знать всё о каждом Иване»

Группа «Кюнсберг» неслучайно соподчинялась частям ваффен-СС. Ещё 26 марта 1941 года было заключено известное соглашение Вагнера — Гейдриха, которое регулировало отношения между вермахтом и службой безопасности. В документе указывалось, что выполнение специальных полицейских задач по поддержанию безопасности, не входивших в обязанности войск, «вызывает необходимость использования в оперативном районе специальных отрядов (зондеркоманд) службы безопасности СД» (так, осенью 1941 г. под Москвой капитан О. Скорцени получил задание захватить архив московской организации ВКП(б))6. Фактически эта служба действовала в армейских тыловых районах и тыловых районах групп армий: «С начала войны служба СД в составе СС должна была захватывать картотеки, досье, архивы для того, чтобы подавить все очаги сопротивления, выявить враждебные рейху организации и подготовить сведения об особо опасных лицах». Предполагалось, что вооружённая специальными картотеками, досье, материалами и архивами «СД… будет знать всё о каждом Иване, Владимире и Дмитрии, а остальное будет уже обычным делом, вроде того, чем занято гестапо: арестовывать руководителей и таким образом подавлять партизанские отряды до того, как они смогут развернуть действия»7.

 

«Найти доказательства превентивной войны»

За советскими архивами охотились и специальные подразделения вермахта. В июне—октябре 1941 года группа сотрудника военной разведки вермахта ротмистра Гаака выполняла специальное задание: обеспечить сбор документов и других данных на территории Советского Союза, на основании которых можно было обвинить его в подготовке войны против Германии. Следующий шаг — представить мировой общественности войну Третьего рейха против СССР как «превентивную».

Выдвинутый министром просвещения и пропаганды Германии И. Геббельсом и сотрудником министерства Г. Фриче лозунг «превентивной войны» нуждался в подтверждении, поэтому группа Гаака после захвата городов обыскивала помещения советских учреждений, партийных организаций, воинских соединений и НКВД. В первую очередь ей надлежало отбирать приказы по Красной армии, решения партийных организаций, мобилизационные планы на период возможной войны, газеты и журналы, где в виде статей или карикатур «проглядывала» бы подготовка к войне8.

Кроме того, члены группы собирали советские паспорта и красноармейские книжки, которые могли использовать немецкие агенты при их переброске в тыл СССР. Для этого в городах прибалтийских республик разбирались архивы и текущие документы советских учреждений. Поскольку каких-либо доказательств «превентивной войны» обнаружено не было, в октябре 1941 года группу Гаака расформировали9.

 

Оправдание оккупации

Основной целью деятельности штаба Розенберга помимо присвоения культурных ценностей Советского Союза была отложенная во времени пропаганда. От штаба требовалось описание архивных фондов и музейных хранилищ государственных архивов, собраний музеев и библиотек, находившихся на оккупированной территории СССР10. В дальнейшем захваченные документы следовало изучать и использовать в целях национал-социалистической пропаганды. Наступление Красной армии и продвижение фронта на запад привели к тому, что собранные материалы сначала отправили в Прибалтику, а затем в Германию. В результате из действовавших в СССР 992 музеев были разрушены 42711, фактическому разграблению подвергались и библиотеки.

Советские книжные собрания и архивные материалы штаб Розенберга использовал в рамках риторики обвинения сталинской модели социализма (здесь и далее курсив мой. — Прим. авт.). Данный процесс усилился в 1942—1943 гг. Война затягивалась. Для мобилизации населения оккупированных территорий требовались новые аргументы. В целях пропаганды использовались препарированные советские книги, периодические издания из разграбленных библиотек и материалы захваченных архивов. Сотрудники штаба Розенберга составляли тематические подборки документов по следующим вопросам: антисемитизм в СССР; положение татар в Крыму; украинский вопрос; военное обучение советских студентов; молодёжная политика; осуществление до войны в Советском Союзе репрессий в отношении деятелей религиозных культов12.

Важным инструментом обоснования оккупации и планомерной политики онемечивания местных жителей стал поиск их «немецких корней». Штаб Розенберга направлял имевшие конкретные задачи специальные рабочие группы, где научные эксперты подбирались по направлениям. Так, группа «Этнография» «должна была: 1) взять в занятых областях под контроль особо ценные проявления народной культуры (предметы, архивные документы, произведения письменности т.д.) и в особенности [культуры] проживающих там немецких меньшинств; 2) взять под контроль свидетельства германо-немецкого влияния на культуры местных народов и выявление элементов индо-европейского происхождения в духе того или иного народа <…> 5) Выявить свидетельства борьбы в области культуры против местных немецких меньшинств»13. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Подробнее см.: Геббельс И. «Наступит эра абсолютной гегемонии…» (Публикация П.В. Бахара) // Воен.-истор. журнал. 1994. № 6. С. 45—56.

2 Тайны дипломатии Третьего рейха: германские дипломаты, руководители зарубежных военных миссий, военные и полицейские атташе в советском плену. Документы из следственных дел. / Отв. ред. В.С. Христофоров. М.: МФД, 2011. С. 122.

3 Кюнсберг Эберхард Макс Пауль фон, барон (1909—1945?). Возглавлял одноименную группу по захвату ценностей на оккупированных территориях, участвовал в акциях против партизан в Крыму, затем в боях под Будапештом, где предположительно погиб.

4 Подробнее см.: Центральный государственный архив высших органов власти и управления Украины (ЦГАВОВУ Украины). Ф. 3676. Оп. 1. Д. 22. Л. 1—29, 33—35, 37—44, 47—56, 58—72, 99—108, 115—129, 131—142, 143, 146—156, 161, 165—166, 173—182, 194, 196—202, 208—215, 218—219, 231 и др.; Риббентроп Р., фон. Мой отец Иоахим фон Риббентроп: «Никогда против России!» М.: Яуза-пресс, 2015. С. 166.

5 Цит. по: Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Ф. 17. Оп. 125. Д. 97. Л. 181 об.

6 В интервью советскому журналисту Ю. Семёнову О. Скорцени утверждал, что осенью 1941 г. под Москвой имел задание захватить архив московской партийной организации: «…когда жил под Москвой осенью 1941 года. Я рассматривал в бинокль купола церквей. Мы вели прицельный артиллерийский обстрел пригородов вашей столицы. Я был назначен тогда руководителем специального подразделения, которое должно было захватить архивы МК (он точно произнес эти две буквы). Я также отвечал за сохранность водопровода Москвы — я не должен был допустить его уничтожения». Цит. по: Семёнов Ю. Скорцени лицом к лицу. Интернет-ресурс: http: //modernlib.ru (дата обращения: 18 ноября 2018 г.).

7 Цит. по: РГАСПИ. Ф. 625. Оп. 1. Д. 37. Л. 417—418.

8 «Расстрелян будет всякий, кто проявляет бездействие…» (Публикация В.П. Ямпольского) // Воен.-истор. журнал. 1994. № 4. С. 74, 75.

9 Там же.

10 Документы и книги, которые не входили в отборочные списки нацистов, безжалостно уничтожались. «Гитлеровцы ограбили одно из старейших книгохранилищ на Украине — библиотеку им. Короленко (основана в 1886 г.), устлали грязные улицы книгами, чтобы удобнее было ездить немецким автомашинам, а 50 тысяч сожгли в кострах». Цит. по: Красное знамя (Харьков). 1946. № 159. 10 августа.

11 Цит. по: Документы и материалы по вопросам борьбы с военными преступниками и поджигателями войны. М.: Редакционно-издательское отделение Военно-юридической академии, 1949. С. 191.

12 ЦГАВОВУ Украины. Ф. 3676. Оп. 1. Д. 13. Л. 5—28; Д. 17. Л. 34—48; Д. 18. Л. 51—52, 78—90; Д. 19. Л. 21—23 и др.

13 Цит. по: Картотека «Z» Оперативного штаба «Рейхсляйтер Розенберг». Ценности культуры на оккупированных территориях России, Украины и Белоруссии (1941—1942). М.: Издательство Московского университета,1998. С. 18.

* Текст документов незначительно сокращён во избежание повторов; пропуски обозначены отточием, заключённым в фигурные скобки. Текст печатается по нормам современной орфографии. Ввиду того, что в документах слово «год» печатается и полностью, и сокращённо, при публикации во всех случаях используется единое сокращённое написание.