1

Особенности применения сил и средств РЭБ в годы Второй мировой войны

Аннотация. В статье рассматриваются вопросы применения и развития сил и средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ) в годы Второй мировой войны.

Summary. The paper looks at issues of using and developing the forces and means of electronic warfare (EW) during World War Two.

 

КОНСТАНТИНОВ Геннадий Владимирович — старший преподаватель 5 кафедры (разведки и РЭБ) — начальник РЭБ Военной академии войсковой противовоздушной обороны Вооружённых сил Российской Федерации имени Маршала Советского Союза А.М. Василевского, полковник, кандидат военных наук

МОДИН Владимир Олегович — заместитель начальника 3 научно-исследовательского отдела (разведки и РЭБ) научно-исследовательского центра Военной академии войсковой противовоздушной обороны Вооружённых сил Российской Федерации имени Маршала Советского Союза А.М. Василевского, подполковник

 

ОСОБЕННОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ СИЛ И СРЕДСТВ РЭБ В ГОДЫ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

 

С момента зарождения и до Первой мировой войны в ходе боевых действий радиоэлектронная борьба проводилась между отдельными средствами радиопомех и радиоэлектронными средствами (РЭС).

Во время Первой мировой войны эпизодически использовались отдельные образцы станций радиоразведки и радиопомех для выявления и нарушения работы радиосвязи, прежде всего тактического звена сухопутных войск и флотов. К концу войны начали применяться средства и способы скрытия систем радиосвязи от радиоразведки и защиты от радиопомех, а также стала проводиться радиодезинформация. Все эти мероприятия во многом способствовали успеху отдельных боёв и сражений военно-морских и сухопутных сил воюющих сторон.

После завершения Первой мировой войны средства и способы радиоразведки, радиопомех и радиодезинформации совершенствовались.

В период между мировыми войнами появились предпосылки возникновения радиоэлектронной борьбы в противовоздушной обороне войск и объектов. В это время наряду с развитием и широким использованием в военном деле радиосвязи появились радиопеленгация, радиотелеуправление, радиолокация. В результате коренным образом изменились способы боевого применения сил и средств армий, ВВС и ВМС, резко повысилась эффективность боевых действий. Это, естественно, вызвало ответную реакцию, привело к более широкому развитию способов и техники противодействия радиоэлектронным средствам противника.

Так, идею о возможности создания помех радиолокаторам впервые высказал в 1937 году член-корреспондент АН СССР М. Д. Бонч-Бруевич при обсуждении работ о радиодальномерах и радио-обнаружителях (так до 1943 г. в СССР назывались РЛС). Одна из первых заявок на изобретение в области противодействия РЛС была подана в мае 1939 года инженером Кабановым (она называлась «Метод и устройство осуществления помех типа «Лже-объект» работе радиодальномеров»).

В годы Второй мировой войны радиопомехи как средство радиоэлектронного подавления (РЭП) стали применяться уже не только для нарушения радиосвязи противоборствующей стороны, но также и с целью подавления радиоэлектронных (прежде всего радиолокационных) средств управления оружием.

Наиболее напряжённая РЭБ развернулась на Европейском театре военных действий между авиацией и силами ПВО. Системы ПВО, оснащённые РЭС разведки воздушных целей, целеуказания средствам ПВО, управления зенитным оружием и истребительной авиацией, преодолевались при комплексном применении активных и пассивных радиопомех и ложных целей в сочетании с огневым поражением РЭС и совершением самолётами полётов на малых высотах в обход зон поражения средств ПВО, противозенитным и противоистребительным манёвром, полётов за складками местности и т.д. Дезорганизация союзниками радиолокационной системы германской ПВО позволила за время войны в два раза уменьшить потери англо-американской авиации и сохранить от поражения не менее 450 бомбардировщиков. Радиопомехи и радиодезинформация в значительной мере способствовали сохранению Лондона и других городов Великобритании1.

Начиная с лета 1943 года авиация союзников стала создавать помехи РЛС обнаружения воздушных целей системы ПВО Германии. Необходимость применения радиопомех вызывалась тем, что англо-американская авиация, совершая налёты на объекты Германии, несла большие потери от огня зенитной артиллерии, управляемой РЛС орудийной наводки «Вюрцбург». При этом вначале создавались только пассивные помехи — сбрасыванием лент из алюминиевой фольги, а с октября 1943 года — активные радиопомехи станциями, установленными на борту бомбардировщиков.

Эффективность германской ПВО в условиях радиопомех снизилась примерно на 75 проц. Чтобы сбить один самолёт, защищаемый радиопомехами, требовалось произвести около 3000 выстрелов зенитной артиллерии, тогда как для поражения самолётов, не прикрытых радиопомехами, затрачивалось не более 800 снарядов.

Наиболее показательным примером высокой эффективности РЭБ при её комплексном, массированном ведении является операция по высадке союзных войск во Франции в июне 1944 года. Зная о готовившемся открытии второго фронта, немцы на севере Франции развернули несколько десятков радиолокационных постов, которые состояли из одной—трёх РЛС «Фрейя», двух «Большой Вюрцбург» и одной «Вассерман».

Союзное командование считало, что в создавшихся условиях только дезорганизация радиолокационной системы в районе высадки позволит помешать германским войскам обнаружить десант. С этой целью непосредственно перед вторжением были нанесены авиационные удары по 42 радиолокационным постам. В результате этих ударов были выведены из строя 80 проц. обнаруженных радиолокационных станций. Лишь на северо-восточном побережье Франции специально были оставлены несколько станций, чтобы они могли наблюдать запланированные мероприятия по имитации высадки десанта на отвлекающем направлении — в районе г. Кале.

Рано утром в день вторжения, в то время, когда флот с десантом приближался к Нормандии, в район Кале направились корабли и самолёты, имитировавшие движение главного десанта из района Дувр на Кале. Большинство из них создавали активные радиопомехи. Кроме того, к французскому побережью шли катера, оборудованные уголковыми радиолокационными отражателями (РЛО). Многие из них буксировали на тросах аэростаты заграждения, покрытые алюминиевой краской. Сигналы, отражённые от этих объектов, наблюдались на экранах индикаторов РЛС как большие боевые корабли или транспорты. Над кораблями патрулировали самолёты, создававшие пассивные радиопомехи. В это же время на направлении высадки главного десанта 20 английских самолётов создавали активные помехи уцелевшим РЛС.

В результате проведения перечисленных мер радиолокационная система разведки и наведения в районе вторжения была полностью парализована — десантные корабли, пересекавшие Ла-Манш, не были обнаружены и не подверглись ударам ни самолётов, ни кораблей. Береговая артиллерия также не могла вести прицельный огонь, т.к. РЛС были разрушены или подавлены радиопомехами. Были потоплены только 6 кораблей из 2000 участвовавших в десантировании войск.

Радиоэлектронная борьба в вооружённых силах Германии заключалась в создании радиопомех и проведении радиолокационной маскировки объектов. Впервые они применили радиопомехи в 1942 году. В ночь на 12 февраля немцы создали активные радиопомехи английским РЛС, расположенным на южном побережье Британских островов. Операторы РЛС считали, что в станциях возникли неисправности, и пытались их устранить. Пользуясь растерянностью англичан, германские линкоры «Шарнхорст», «Гнейзенау» и тяжёлый крейсер «Принц Эйген» вышли из французской военно-морской базы Брест, захваченной немцами в 1940 году, и ушли через Ла-Манш в Северное море, избежав уничтожения английским флотом, блокировавшим базу с марта 1941 года2. Радиопомехи, создававшиеся немцами английской радионавигационной системе «Джи» с конца 1942 года, снизили дальность её действия и в целом эффективность ударов английской авиации по объектам Германии. Поэтому английская авиация начиная с января 1943 года при налётах на объекты Германии стала применять радиолокационные прицелы H-2S, позволившие повысить точность бомбометания.

Самолёты, оборудованные РЛС, обычно совершали полёт впереди ударных групп, отыскивали цели и отмечали их осветительными авиабомбами. Пытаясь защитить объекты страны от ударов авиации союзников, немцы в 1944 году начали разработку средств активных и пассивных радиопомех самолётным РЛС. Разработанные в Германии наземные станции создавали маскирующие и дезинформирующие ответные радиопомехи. В сочетании с активными немцы применяли и пассивные радиопомехи для скрытия от радиолокационного обнаружения важных объектов и снижения точности бомбометания самолётами. Для этой цели использовались уголковые радиолокационные отражатели. Так, например, для «подравнивания» радиолокационного изображения аэродромов и городских строений в Берлине под фон окружающей местности устанавливались РЛО из проволочной сетки.

Так с помощью уголковых радиоотражателей и ложных объектов немцам удалось скрыть аэродромы вокруг Берлина, а также Гамбургскую гавань. Кроме того, полк радиоразведки Германии за 1—1,5 часа выявлял вылет самолётов с территории Великобритании. Все эти мероприятия позволили сохранить многие объекты от поражения и вынуждали авиацию союзников наносить удары по ложным целям.

В Красной армии в ходе Великой Отечественной войны теория и практика РЭБ получили дальнейшее развитие. Опытный образец станции помех «Гром» впервые был применён 6—12 сентября 1941 года при нанесении нашими войсками контрудара под Ельней. В период подготовки и проведения контрнаступления под Сталинградом впервые в истории военного искусства были комплексно осуществлены радио- и радиотехническая разведка (Р и РТР), радиоэлектронное подавление и радиодезинформация, чем было положено начало использованию в РЭБ принципа комплексного её ведения.

Качественный скачок в развитии радиоэлектронного подавления произошёл в Красной армии в 1943 году в связи с созданием по решению Ставки ВГК от 17 декабря 1942 года четырёх радиодивизионов помех. Эти части спецназа предназначались для подавления радиосвязи противника в звене «армия — корпус — дивизия».

Первое упоминание о РЭП в интересах борьбы с ударной авиацией противника относится к 1942 году. Заместителем народного комиссара обороны от 5 мая 1942 года указано командующему Войсками ПВО территории страны на необходимость создания сети мешающих станций для авиации противника, наводимой по радиомаякам.

Уже осенью 1942 года ретрансляционные помехи создавались немецкой авиации под Москвой. Радиоприёмный центр в Купавне принимал передачи приводной немецкой радиостанции, а две наши станции помех (одна в районе Тулы, а другая в районе Клина) эти передачи ретранслировали. Это приводило к уводу немецких самолётов с заданного курса.

Таким образом, уже в ходе Великой Отечественной войны радиоэлектронная борьба в Красной армии велась в полном соответствии с основными принципами военного искусства и превратилась в вид боевого обеспечения, осуществление которого возлагалось не только на специальные части, но и в той или иной мере на все войска, имевшие на вооружении радиоэлектронные средства. К концу Второй мировой войны РЭБ стала одним из важнейших видов оперативно-боевого обеспечения.

В целом, как показал анализ исторических фактов ведения РЭБ, к концу Второй мировой войны она охватила все области применения РЭС в ПВО войск и объектов, велась комплексно, в широком оперативно-тактическом диапазоне, направлялась на дезорганизацию управления силами и оружием воздушного противника, противодействие его разведке, а также на защиту от РЭП и поражения своих РЭС.

В заключение необходимо отметить, что в Красной армии, к сожалению, с окончанием Великой Отечественной войны все органы и силы радиопомех в 1945 году были расформированы, хотя работа в научно-исследовательских учреждениях страны по созданию специальных средств помех не прекратилась.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Котов О.А., Константинов Г.В. Ретроспективный анализ Сухопутных войск ВС РФ: роль и место РЭБ в ПВО войск и объектов // Радиоэлектронная борьба в Вооружённых силах Российской Федерации — 2019: сборник. М., 2019. С. 12.

2 Неживых В.Г., Ногин П.Н. История развития радиоэлектронной борьбы в противовоздушной обороне войск и объектов // Радиоэлектронная борьба в Вооружённых силах Российской Федерации — 2016: сборник. М., 2016. С. 26.