Мобилизационные мероприятия в Вятской губернии в период Русско-японской войны 1904—1905 гг.

Аннотация. В статье рассматривается процесс мобилизации людских ресурсов Вятской губернии во время Русско-японской войны 1904—1905 гг. Актуальность темы обусловлена возникшим в последнее время интересом к опыту проведения таких акций. Цель исследования: проанализировать мобилизационные мероприятия Вятской губернии в период войны, а также выявить отношение населения региона к тем событиям. Автор вводит в научный оборот архивные материалы из фондов Центрального государственного архива Кировской области. Основное внимание уделено расквартированию призванных во время их пребывания в губернии. Рассмотрен вопрос поддержания общественного порядка при осуществлении мобилизационных мероприятий. По мнению автора, патриотические настроения в Вятской губернии сохранялись вплоть до окончания войны. Опыт проведения мобилизации повлиял на аналогичные мероприятия уже в период Первой мировой войны 1914—1918 гг.

Ключевые слова: Русско-японская война 1904—1905 гг.; мобилизация; частная мобилизация; г. Вятка; Вятская губерния; Дальний восток; патриотические настроения; П.Ф. Хомутов; благотворительность; пожертвования; льготы семьям мобилизованных.

Summary. The paper deals with the process of mobilization of human resources of the Vyatka province during the Russo-Japanese war of 1904—1905. Relevance of the topic is due to the recent interest in the experience of such actions. Purpose of the study is to analyze the mobilization activities of the Vyatka gubernia during the war, as well as to reveal the attitude of the population of the region to these events. The author introduces the archival materials from the funds of the Central State Archive of the Kirov region. The main attention is paid to the accommodation of conscripts during their stay in the region. The issue of maintaining public order during mobilization events is discussed. According to the author, the patriotic sentiments in the Vyatka gubernia persisted until the end of the war. The mobilization experience influenced similar activities during World War I (1914—1918).

Keywords: Russo-Japanese War of 1904-1905; mobilization; private mobilization; Vyatka; Vyatka province; Far East; patriotic sentiments; P.F. Khomutov; charity; donations; allowances to families of the mobilized.

АРМИЯ И ОБЩЕСТВО

РЫЖОВ Никита Леонидович — аспирант кафедры истории и политических наук Вятского государственного университета

«НА ЗАЩИТУ ПРЕСТОЛА И ОТЕЧЕСТВА»

Мобилизационные мероприятия в Вятской губернии в период Русско-японской войны 1904—1905 гг.

27 января* 1904 года японская эскадра атаковала российские крейсер «Варяг» и канонерку «Кореец» у корейского порта Чемульпо. В неравном бою, получив серьёзные повреждения, «Варяг» был затоплен командой, а «Кореец» взорван. Вероломное нападение Японии вызвало сильное возмущение населения России и привело к росту патриотических настроений во всех её регионах, в том числе в Вятской губернии.

Все обыденные дела отошли на второй план. Разговоры на военную тему можно было услышать на площадях, улицах и в домах.

Редакцию газеты «Вятские губернские ведомости»» с 27 по 30 января 1904 года посетило множество людей, интересовавшихся ходом боевых действий и желавших подписаться на издание. В Вятском кафедральном соборе 30 января прошла служба о даровании победы России над Японией1, т.к. население было обеспокоено событиями на Дальнем Востоке, отмечался высокий уровень патриотизма.

Во время Русско-японской войны 1904—1905 гг. проводились частные мобилизации, особенность которых заключалась в том, что призыв осуществлялся выборочно по местностям. Таких мобилизаций за всю войну было девять2. Мобилизационные мероприятия в определённых регионах Российской империи рассмотрены в ряде работ современных исследователей3.

Вятская губерния с первых дней войны с Японией участвовала в военных событиях — прежде всего это проявилось в мобилизации части резервистов, которые отправились в действующую армию. «Вследствие войны с Японией во многих местностях России, в том числе и в Вятской губернии, многие нижние чины запаса армии и флота призваны на защиту престола и Отечества против врага»4, — отмечал вятский губернатор П.Ф. Хомутов. В течение войны в действующую армию и военно-морской флот из этой губернии призвали 24 874 человека5. Всего за время войны по всей Российской империи были мобилизованы 1 045 909 солдат (65 проц. от общего количества запасных)6. Военнообязанные должны были явиться на призывные пункты. Исключение составляли: лица, возведённые в священный сан; имевшие отсрочку из-за обучения в высших духовных учебных заведениях; служащие в торговых судах; имевшие льготы по семейному положению7.

В направленном П.Ф. Хомутову письме «Попечительства о семействах воинов, призванных из запаса в ряды армий на Дальний Восток» (1904) отмечалось: «Оказать содействие распоряжением о рассылке предписания всем земским начальникам тех уездов, где объявлена мобилизация: произвести обследование семейного и имущественного положения чинов запаса армии и флота, которые призваны в войска вследствие войны с Японией. При этом обследование должно касаться лишь чинов запаса, а не действительной службы»8.

Указанные меры являлись необходимыми для предоставления льгот семьям мобилизованных воинов запаса. Зачастую процесс определения семейного положения и назначения льгот таким семьям затягивался в среднем на один—два месяца из-за заявлений призванных о том, что у них, например, «брат слабоумный, жена беременна» или что сам «холост, но в поле на корню неубранный хлеб» и т.д.9 Таким образом, нуждавшиеся в средствах лица не всегда могли оперативно получить денежную помощь.

Первый призыв нижних чинов из запаса на действительную службу был проведён 30 января 1904 года. В первую очередь мобилизация коснулась Котельничского уезда, откуда призвали 4521 человека.

3 февраля в Успенском соборе Яранска (Яранский уезд) был совершён молебен о ниспослании победы русским воинам. В тот же день из города отправили 165 запасных нижних чинов флота.

20 февраля в Орловском уезде 131 представитель нижних чинов флота получили благодарность великого князя Алексея Александровича в ответ на их телеграмму, где были выражены радостные чувства по случаю призвания на службу10.

В других уездах в первую мобилизацию призвали запасных нижних чинов флота: из Нолинского уезда — 160, Елабужского — 155, Глазовского — 145, Вятского — 123, Сарапульского — 109, Уржумского — 10, Слободского — 9 человек11.

В подписанном П.Ф. Хомутовым 25 февраля 1904 года документе, разосланном земским начальникам, уездным, земским и городским управам, указывалось: «…с призывом нижних чинов запаса флота по всей Вятской губернии и нижних чинов запаса армии по Котельничскому уезду семейства многих призванных запасных могут оказаться в положении, дающем им право на призрение со стороны земства, городских и сельских обществ, [а] в случае возбуждения семействами призванных нижних чинов ходатайств о призрении относиться к таким ходатайствам с полным вниманием и сердечным участием и заслуживающие уважения непременно удовлетворять»12.

Помощь семьям призванных оказывали частные лица и благотворительные учреждения. В годы войны активно проявил себя «Вятский дамский кружок», целями деятельности которого стали сбор пожертвований и «изготовление предметов солдатского обихода» для находившихся в госпиталях русских солдат. Оказывалась помощь и семьям мобилизованных — разовые денежные пособия в сумме от 2 до 20 руб. на семью13. В первый призыв значительное число бойцов призвали из Котельничского уезда, поэтому большинство их семей получили из заработанных за год «Вятским дамским кружком» 3 459 руб. пособия в сумме 2 279 руб. 50 коп.14

Согласно документу (от 2 июля 1904 г. — о распределении общего годового призыва новобранцев между губерниями Российской империи), присланному из МВД на имя вятского губернатора, во второй половине августа от его региона требовались 12 429 мобилизованных и проведение развёрстки на призывных участках15.

Среди призванных на службу проводилось медицинское обследование. Особое внимание уделялось зрению, даже если боец не жаловался «о существовании у него болезней глаз».  Если осмотр показывал, что боец годен к службе, то медиками ставилась соответствующая отметка16. Зачастую медперсонала не хватало. В рапорте вятскому губернатору от 13 сентября 1904 года читаем: «Во избежание отвлечения от занятий по оказанию медицинской помощи населению земских врачей, — освидетельствование призываемых могло бы быть возложено только на уездных врачей»17.

Боевой дух патриотично настроенных бойцов был высок: «Все выражали свою готовность идти на фронт. Были даже случаи, что некоторые запасные старались скрыть свои болезненные недостатки, освобождающие их от военной службы»18.

Мобилизация требовала квартир для постоя нижних чинов, что считалось натуральной повинностью. В феврале 1904 года на действительную службу были призваны запасные воинские чины Котельничского уезда, партии которых размещались в казармах и других зданиях г. Котельнича19. Таким образом, выделения квартир для мобилизованных в домах частных владельцев не требовалось. Но в декабре, по итогам уже седьмой частной мобилизации, необходимы были квартиры для нижних чинов, в частности, 226-го запасного пехотного батальона.

В конце 1904 года в Вятку стали прибывать запасные чины трёх категорий: проходящие, маршевые команды и чины 226-го запасного батальона. Первых размещали в зданиях мужской гимназии и исправительного отделения, вторых, остававшихся в Вятке до 13 января 1905 года, — в зданиях городского училища, второклассном церковно-приходском училище, земском бараке, исправительном арестантском отделении и трёх начальных школах, а третьих — в домах простых жителей. Всего проходящих было расквартировано около 2000 человек, маршевых — 1122 и солдат 226-го батальона — 2640 (200 — в городских зданиях, 2440 — в домах жителей)20.

К концу мобилизации расходы города на её проведение достигли 2500 руб. Запасные чины, расквартированные в домах простых жителей в составе 2440 человек, обошлись горожанам от 1,5 до 2 руб. с человека в месяц. Если по какой-либо причине жители не могли расположить у себя солдат, то нанимали за свой счёт квартиры в других домах. Крестьянское население данной повинностью не облагалось.

В начале 1905 года запасной батальон, сформированный во время седьмой частной мобилизации из уроженцев Вятской губернии и находившихся в Вятке запасных, был переименован в 37-й Восточно-Сибирский запасной батальон.

13 января на воинском поезде Пермской железной дороги 1250 нижних чинов запаса отправились из Вятки на Дальний Восток21.

22 марта 1905-го из Воткинского завода по инициативе военно-морского ведомства во Владивосток отправили партию рабочих в количестве 200 человек, а 18 апреля на Дальний Восток — нижних чинов запаса 37-го Восточно-Сибирского запасного батальона. 27 апреля из Вятки проводили новобранцев 1-го Восточно-Сибирского батальона, которых прикомандировали к 231-му Котельничскому резервному батальону.

В мае того же года собрали лошадей по военно-конской повинности на Холуницком заводе, а 17 июня на Дальневосточный театр военных действий направили партию нижних чинов 226-го запасного пехотного батальона22.

В Вятку прибыло много мобилизованных (два новых пехотных батальона — 226-й запасной и 237-й Восточно-Сибирский), поэтому расходы по найму и выдаче офицерам увеличились в четыре раза, составив 11 480 руб. 50 коп. Более того, из-за нехватки места бойцов размещали в домах простых жителей Вятки23.

В г. Глазове квартиры были необходимы для 1541 новобранца, 847 ратников государственного ополчения, 116 нижних чинов местной конвойной команды и для 150 запасных флота.

В г. Елабуге из призванных по седьмой мобилизации на действительную службу приняли 2392 человека. Мобилизованных успешно разместили, а запасных — по частным квартирам, добровольно предоставленным городскими жителями. Связанные с мобилизацией расходы из средств городского управления составили 588 руб. В Котельниче разместили 5785 запасных нижних чинов (из них 1400 — местного призыва), а в г. Малмыже 1182 новобранца и 4200 призванных во время мобилизации нижних чинов — в домах жителей. Городские власти расходов не несли.

Для мобилизованных в г. Нолинске выделили 203 квартиры для 2424 нижних чинов запаса и 32 — для 187 человек, призванных из других уездов и расквартированных в городе для ночлега. Мобилизованных кормили за умеренную плату. Сумма квартирной повинности с учётом платы за квартиру по 10 коп. в сутки с человека составила 1236 руб.24

В г. Уржуме предоставили 500 квартир для ратников, которым предстоял учебный сбор. Расходы города составили 200 руб. В Яранске запасных чинов (6000 человек) разместили по квартирам обывателей25, в г. Орлове — казарменным порядком: «частью в казармах ратников, а частью в общежитиях гимназисток, отведенных городских и нанятых городом у частных лиц»26. Так мобилизованные были минимально обеспечены «крышей над головой» и провиантом.

Во многих городах, провожая на Дальний Восток запасных нижних чинов, угощали их и раздавали им подарки. К примеру, в 22 волостях Глазовского уезда добровольно были «собраны и переданы должностными лицами деньги и вещи на сумму около 3 тыс. руб. для устройства призываемым угощений и раздачи пособий на дорогу»27.

Вятское городское управление выделило 300 руб. на проводы 1-й роты 231-го Котельничского батальона и преподнесло образ Спаса Нерукотворного. Сопровождавшим роту трём офицерам поднесли серебряные чарки с водкой, а нижним чинам раздали Евангелия. Затем каждому от «Вятского дамского кружка» подарили по два мешочка с чаем, сахаром и папиросами. Раздача подарков приветствовалась восторженными криками «Ура»28.

В Елабуге раздали 2392 подарка. На их заготовку городской бюджет израсходовал 1785 руб. 61 коп., в т.ч. 576 руб. 50 коп., собранных частными лицами по подписке. В Яранске на проводы войск потратили 450 руб., в Глазове на угощение проезжавших нижних чинов из городских средств выделили 30 руб.29

Важным и торжественным событием стала отправка солдат на фронт. Иллюстрация тому — проводы в Глазове. Сначала для мобилизованных отслужили молебен в присутствии различных официальных лиц, затем протоиерей надел крестики всем солдатам, а потом им раздали «кошельки» с чаем, сахаром и табаком. Вначале мобилизованных отправили в Вятку, затем в Казань, Екатеринбург и другие города. 25 декабря призванные из Яранского уезда 427 запасных прибыли в Екатеринбург. Во время очередной смены лошадей местные жители угощали солдат чаем30.

Таким образом, горожане во время постоя у них запасных нижних чинов заботились о солдатах. Некоторые угощали их простой едой и даже водкой. Кроме того, во время мобилизаций жители часто за свой счёт снабжали отправлявшихся в дорогу воинов предметами первой необходимости.

13 января 1905 года на Дальний Восток из Вятки отправили около 1250 запасных (призывников снабдили солдатскими вещами и гармонями — по одной на роту), а также призванных из запаса вятчан, находившихся в Вятке, Перми и Екатеринбурге. Кроме того, отбыли 170 прикомандированных к Котельничскому резервному батальону новобранцев 1-го Восточно-Сибирского стрелкового полка (призыв 1904 г.), а 17 июня — 525 нижних чинов, в начале сентября — 1200 запасных. Каждый раз «Вятский дамский кружок» раздавал военнослужащим мешочки с предметами солдатского обихода. Во время пути беспорядков не наблюдалось. Солдаты ехали в пассажирских вагонах, а в Перми их даже провожали военной музыкой31.

28 июля 1905 года из МВД на имя вятского губернатора поступило распоряжение, в котором сообщалось: «…для укомплектования некоторых войсковых частей и учреждений, приводимых на военное положение в середине августа 1905 г., предполагается произвести девятую частную мобилизацию и для этого в уездах губернии, входящих в состав Казанского и Виленского военных округов, призвать нижних чинов запаса армии и произвести по военно-конской повинности поставку в войска лошадей, в других же уездах обозначенных округов призвать только запасных нижних чинов»32.

Девятая частная мобилизация прошла успешно. Население региона поддержало призывников. Малмыжское земство выделило из своих средств 250 руб. на проводы солдат, а на их угощение городские власти ассигновали 150 руб. Кукарское общество потчевало солдат водкой и пивом, обильной и вкусной закуской. В Яранске власти выдали каждому солдату крестик, булку и чарку водки. Всего же вятское уездное земство израсходовало на угощение призванных 270 руб. 41 коп.33

18 августа 1905 года на Холуницком заводе состоялись проводы на службу в действующую армию 82 нижних чинов запаса, а уже 4 сентября из Вятки на Дальний Восток отправили новую партию запасных чинов — 1200 человек34.

Отдельно рассмотрим вопрос поддержания общественного порядка в период мобилизации. В конце 1904 года вятский губернатор подписал соответствующий приказ, в соответствии с которым должны были быть «приняты меры к устранению массового проявления нарушения порядка путем умеренного закрытия винных лавок, открытия лавок для общей торговли, угощения призываемых горячей пищей как на сборном пункте, так и при следовании запасных туда»35.

В Глазовском уезде лавки решили открыть лишь в двух местах. Однако уездный исправник имел право закрыть их в случае необходимости36. В отношении режима работы лавок предписывалось «не делать никакого изменения в обычном для этого порядке, чем и может быть устранен ропот запасных нижних чинов о стеснительных в отношении них мерах»37.

В целом в губернии случаев нарушения призывниками общественного порядка выявлено не было. Однако недовольства вызывали «недоработки», подобные следующим: «…задержка запасных способствовала поднятию цен на продукты; размещение в сараях и неприспособленность их в гигиеническом отношении, а также отсутствие во многих домах кипятка для чая ввиду наступивших ночных холодов» (из отчёта по Глазовскому уезду, август 1905 г.)38.

В отчётах уездных исправников отмечалось, что со стороны мобилизованных не было ни беспорядков, ни нарушений. Например, в рапорте уржумского уездного исправника от 22 августа 1905 года читаем: «…случаев нарушения порядка запасными нижними чинами как во время следования их из места жительства в Уржум, так и на сборном пункте в городе не было»39.

Тем не менее в отчёте по мобилизации в Орловском уезде (7 сентября 1905 г.), например, сообщалось, что в сентябре призванные запасные вели себя шумно, расхаживали по городу с песнями и гармонями. Хотя беспорядков не было, но в Орлов вызвали всех становых приставов и значительное число урядников, а по ночам спокойствие города охранял военный патруль40.

Отметим, что в Сибири участились случаи пьянства среди мобилизованных в период сбора и следования маршевых команд на Дальний Восток. В основном пьяные буянили и дрались. От населения поступила масса жалоб на грабежи и нарушения порядка. Вскоре обстановка в регионе улучшилась благодаря мерам, предпринятым местными властями41.

Таким образом, в Вятской губернии Русско-японскую войну встретили на патриотическом подъёме, сохранившемся в целом до её конца. В течение военных действий на фронт призывали жителей практически всех уездов Вятской губернии. Только из Котельничского уезда во время первой частичной мобилизации был призван 4521 человек. Лица, не состоявшие на воинском учёте, всячески способствовали облегчению ноши солдат: предоставляли им свои дома для постоя, угощали их, устраивали своим землякам тёплые проводы на Дальний Восток. Всё это свидетельствовало о боевом настрое населения губернии и его единении с российскими военнослужащими в борьбе с врагом.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Молебствие в Кафедральном соборе // Приложение к Вятским губернским ведомостям. 1904. № 15. С. 1.

2 Деревянко И.В. «Белые пятна» Русско-японской войны. М.: Эксмо, 2005. С. 9—11.

3 См., например: Комарова Т.С. «Едем, братцы, к Порт-Артуру, чтоб содрать с японца шкуру». Мобилизация в Енисейской губернии во время Русско-японской войны 1904—1905 гг. // Военно-исторический журнал. 2012. № 10. С. 45—52; Шурбаев К.К. Проведение 7-й частной мобилизации на территории Оренбургского края во время Русско-японской войны 1904—1905 годов // Вестник Костромского государственного университета. 2016. Т. 22. № 2. С. 46—48; Кузнецов М.Ю. Иркутская местная бригада в период Русско-японской войны 1904—1905 гг. // Вестник гуманитарного образования. 2019. № 1(13). С. 27—36.

4 Центральный государственный архив Кировской области (ЦГА КО). Ф. 1155. Оп. 1. Д. 329. Л. 21.

5 Беляев Я. Об участии Вятчан в Русско-японской войне 1904—1905 гг. // Кировская правда. 1973. № 23. С. 3.

6 Бескровный Л.Г. Армия и флот России в начале ХХ в. Очерки военно-экономического потенциала. М.: Наука, 1986. С. 11; Чубаров А.И. Жалобы солдатских семей Воронежской губернии на действия уездных земств во время Русско-японской войны 1904—1905 годов // Известия Юго-Западного государственного университета. Серия: История и право. 2021. Т. 11. № 5. С. 219.

7 ЦГА КО. Ф. 1155. Оп. 1. Д. 326. Л. 75.

8 Там же. Д. 329. Л. 1.

9 Там же. Д. 334. Л. 145 об.

10 Там же. Л. 148.

11 Памятная книжка Вятской губернии и календарь на 1904 год. Вятка: [б.и.], 1905. С. 102.

12 ЦГА КО. Ф. 1155. Оп. 1. Д. 324. Л. 3.

13 Там же. Ф. 153. Оп. 1. Д. 1.

14 Там же. Д. 2; Рыжов Н.Л. Благотворительная деятельность населения Вятской губернии в период Русско-японской войны 1904—1905 гг. // Вестник гуманитарного образования. 2022. № 4. С. 43—52.

15 ЦГА КО. Ф. 1155. Оп. 1. Д. 326. Л. 42.

16 Там же. Л. 84 об.

17 Там же. Л. 119.

18 Там же. Л. 200.

19 Там же. Л. 204.

20 Памятная книжка Вятской губернии и календарь на 1904 год. С. 102.

21 Марков А.А. Вятская губерния в годы Русско-японской войны // Вестник Королевской гимназической Академии наук. Вып. 3. Киров: ВГГ, 2005. С. 199.

22 Памятная книжка Вятской губернии и календарь на 1905 год. Вятка: [б.и.], 1906. С. 114.

23 Там же.

24 Там же. С. 115, 116.

25 Памятная книжка Вятской губернии и календарь на 1904 год. С. 105.

26 ЦГА КО. Ф. 1155. Оп. 1. Д. 334. Л. 200.

27 Там же. Л. 146 об.

28 Памятная книжка Вятской губернии. и календарь на 1904 год. С. 113.

29 Там же. С. 114.

30 ЦГА КО. Ф. 1155. Оп. 1. Д. 334. Л. 88 об.

31 Памятная книжка Вятской губернии и календарь на 1904 год. С. 113.

32 ЦГА КО. Ф. 1155. Оп. 1. Д. 334. Л. 5.

33 Памятная книжка Вятской губернии и календарь на 1904 год. С. 113.

34 Памятная книжка Вятской губернии и календарь на 1905 год. С. 114.

35 ЦГА КО. Ф. 1155. Оп. 1. Д. 334. Л. 51.

36 Там же. Л. 51 об.

37 Там же. Л. 56 об. — 57.

38 Там же. Л. 89.

39 Там же. Л. 115 об.

40 Там же. Л. 200.

41 Ростов Н.Д. Влияние пьянства на состояние воинской дисциплины в воинских частях Сибирского военного округа в годы русско-японской войны 1904—1905 гг. // Гуманитарные проблемы военного дела. 2018. № 2(15). С. 160—165.

* Здесь и далее даты даны по старому стилю.