1

Летучие отряды — «тяжёлая кавалерия революции» в Вятской губернии

Локальные войны и вооружённые конфликты XX—XXI вв.

Бакулин Владимир Иванович — профессор Вятского государственного гуманитарного университета, доктор исторических наук

Летучие отряды — «тяжёлая кавалерия революции» в Вятской губернии

Термин «летучие отряды» возник в России на рубеже 1917—1918 гг., а связанная с ним страница отечественной истории настолько содержательна и сложна, что заслуживает внимательного изучения. Некоторые имеющие отношение к этой теме сюжеты первым в новейшее время представил краевед Ю.Н. Тимкин, затем — другие авторы, в том числе и анонимные1. Однако все они крайне упрощённо поняли суть описываемых событий, характеризуя их исключительно в плане борьбы за власть (причём стремление к ней приписывается почему-то лишь большевикам и авантюристам). Поданная в таком ракурсе локальная история оказывается оторванной от протекавших в стране сложных и драматических процессов, что, естественно, обедняет и искажает целостную картину происходившего. Не способствуют её научному анализу и повышенная эмоциональность изложения, чрезмерное морализаторство авторов, а также употребление ими сомнительных «научных» терминов.

В начале декабря 1917 года в Петрограде, где уже установилась советская власть, унаследовавшая от Временного правительства полуразрушенную страну и кричащие социально-экономические проблемы, остро нуждались в продовольствии, причём настолько, что и сам председатель Совета Народных Комиссаров (СНК) Советской России В.И. Ленин, жертвуя «чистотой» марксистской догмы и до предела упрощая сложные вещи, в 1918 году позволял себе следующие высказывания перед делегатами V Всероссийского съезда Советов: «В умении равномерно распределять лежат основы социализма, который мы творим»2. Но всё дело в том, что в тех конкретных исторических условиях от способности новой власти изыскать продовольственные ресурсы (в деревне, в складских помещениях, у крупных торговцев, в товарных составах на железнодорожных путях и т.д.) и грамотно распределить их среди нуждавшихся действительно зависело очень многое. Замечу, что нередко звучащие в адрес большевиков обвинения в излишней поспешности проводившихся ими мероприятий3 (что, естественно, усугубляло издержки таковых) справедливы лишь отчасти. Отнюдь не идеологией задавались в большинстве случаев высокие темпы и радикализм осуществлявшихся мер; на кону стояли судьба страны и элементарное физическое выживание миллионов людей. Ожидать позитивных результатов неспешной, плавной эволюции политической и социально-экономической системы умиравшие с голоду не могли, да и не желали, закономерно требуя от властей решительных действий по их спасению.

На рубеже 1917—1918 гг. процесс вытеснения Советами органов и лиц прежнего режима явно затягивался в хлебородных губерниях и областях с преобладавшим крестьянским населением (где была слаба социальная база большевизма — промышленный рабочий класс). К числу таковых, безусловно, относилась и Вятская губерния с её показателем урбанизации около 3,5 проц. К тому же в некоторых российских регионах вспыхнули антибольшевистские вооружённые выступления (в частности, казачий мятеж под руководством атамана А.И. Дутова на Южном Урале).

Ждать поступления продуктов питания из таких мест в Петроград, Москву и другие промышленные города центра, северо-запада и севера России было явно бессмысленно. В результате для хотя бы частичного и временного решения продовольственной проблемы, напрямую зависевшей от скорейшей советизации ряда регионов, и потребовалась чрезвычайная мера — создание летучих отрядов, главным образом из моряков-кронштадтцев. Инициативу формирования таковых проявил широко известный на Балтике, по крайней мере с лета 1917 года, бывший председатель матросского выборного комитета — Центробалта большевик П.Е. Дыбенко. 5 декабря 1917 года СНК ассигновал ему, теперь уже наркому по морским делам (так определялся его статус в правительственном протоколе), 20 тыс. рублей «на экстраординарные расходы для посылаемых в экспедиции отряды по борьбе с контрреволюцией»4.

В условиях распада и демобилизации старой, дореволюционной армии и лишь начинавшегося процесса строительства армии нового типа отряды численностью в сотни вооружённых бойцов представляли собой серьёзную силу, способную задавать тон в политической жизни целых регионов. Такого рода формирования, нацеленные на решение двоякой, революционно-продовольственной, задачи, появились и в Вятской губернии, где у немногочисленных местных большевиков, с большим трудом овладевших в конце ноября 1917 года властью в губернском центре, явно не хватало сил закрепить свой сомнительный успех5.

Между тем вятские левые поддерживали связи с моряками Балтийского флота задолго до Октябрьского переворота, главным образом через призванных на службу в Балтийский флот земляков. С другой стороны, как вспоминал об этом Назар Степанович Веселков (в революционном 1917-м — член Центробалта, а в начале 1920-х годов — руководитель Вятского губернского земельного управления и член губернского комитета РКП(б)), Кронштадтский Совет (депутатом которого он также являлся) ещё в начале июня того же года «решил послать агитаторов во все губернии для агитации против войны и за переход всей власти к Советам». С этой целью в числе первых в Вятскую губернию отправились трое её уроженцев — Н.С. Веселков, П.Д. Хохряков и Прокошев. Эта летняя «вылазка» оказалась не слишком успешной, но роль «разведки боем» она всё же сыграла6. В свою очередь, участники 1-й Вятской губернской конференции РСДРП(б), проходившей в начале октября 1917 года, поручили избранному ими бюро обратиться в Кронштадтский Совет с просьбой о посылке в Вятку моряков — членов вятского землячества — и напечатать в центральной партийной прессе аналогичную просьбу, обращённую ко всем вятским землячествам по стране7. Так что почва для появления в губернии летучих отрядов готовилась заблаговременно.

По имеющимся данным, в самой Вятке действовали по меньшей мере три крупных отряда матросов, красногвардейцев и солдат, прибывших из Петрограда. Их возглавляли комиссар Ф.Г. Лупарёв, матрос М.А. Запкус и мичман С.Д. Павлов. На территории края появились и неизвестные формирования матросов, солдат-латышей8. Что касается прибывшего в Вятку около середины ноября 1917 года Лупарёва, то деятельность его отряда в источниках отражена слабо, хотя сам он активно участвовал в том самом заседании Вятского Совета 25—26 ноября, на котором принималось решение о смене власти в губернском центре, вошёл в исполком большевизированного Совета, а перед этим — и в состав Военно-революционного комитета. Однако, выехав в декабре того же года для отчёта в правительстве республики, Лупарёв в дороге заболел тифом и в Вятку уже не вернулся9.  <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Тимкин Ю.Н. От революции по телеграфу к революции на штыках // Энциклопедия земли Вятской. Киров,1995. Т. 4; Он же. От <авантюры> к диктатуре // Вятский наблюдатель. 1996. № 88. 29 нояб. С. 13.; Вострышев М. Повседневная жизнь России в заседаниях мирового суда и ревтрибунала. 1860—1920-е годы / http://statehistory.ru; аноним — Вятская ГБЧК / http://free.5rik.ru.

2 Ленин В.И. ПСС. Т. 36. С. 488.

3 См., например: Менталитет и политическое развитие России. М., 1996. С. 18.

4 Протоколы заседаний Совета Народных Комиссаров. Ноябрь 1917— март 1918 гг. М., 2006. С. 114.

5 Подробнее об этом см.: Бакулин В.И. Драма в двух актах: Вятская губерния в 1917—1918 гг. Киров, 2008. Гл. 9.

6 Государственный архив социально-политической истории Кировской области (ГАСПИ КО). Ф. П-6810. Оп. 1. Д. 13. Л. 3, 14.

7 Там же. Ф. П-45. Оп. 1. Д. 1. Л. 8.

8 Вятская ГБЧК (реферат) / http://free.5rik.ru.

9 Бакулин В.И. Указ. соч. С. 101—108; Новосёлов А.Н. Вятская организация ВКП(б) в 1917—1918 гг. // Октябрь и Гражданская война в Вятской губернии. Вятка, 1927. С. 105.