1

История города-героя Новороссийска начинается с постройки адмиралтейства

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. завершилась победой России. 14 сентября 1829 года в г. Адрианополе между Российской и Османской империями был заключен мирный договор. Согласно его 4-й статье «весь берег Черного моря от устья Кубани до пристани Святого Николая включительно пребудет в вечном владении Российской Империи»1. С этого времени Кавказское побережье Черного моря перешло в полное и вечное владение России.

Дабы защитить побережье от контрабандной торговли турок, среди товаров которых были оружие, боеприпасы, пленные русские солдаты и мирные жители, русское правительство вынуждено было ввести с 1831 года патрулирование вдоль него боевых кораблей. В документах того времени этот метод охраны назывался крейсерством. Официально корабли сводились в Абхазскую экспедицию, имевшую две эскадры (в г. Геленджик и Сухум). Жизнь настоятельно требовала создания на Кавказском побережье Черного моря базы флота. Об этом в разные годы писали и командующий Отдельным Кавказским корпусом фельдмаршал И.Ф. Паскевич, и командиры кораблей, осуществлявших крейсерство2.

19 июля 1836 года отрядом под командованием генерала А.А. Вельяминова, пришедшим сухим путем с Кубани, на мысе Дооб, на входе в Цемесскую (Суджукскую) бухту, было заложено укрепление, названное Александрийским в честь Александры Федоровны, супруги императора Николая I. В 1839 году оно было переименовано в Кабардинское в честь Кабардинского пехотного полка, участвовавшего в его основании и строительстве. Укрепление входило в состав Черноморской прибрежной линии3 (ныне пос. Кабардинка Краснодарского края).

Летом того же года новороссийский и бессарабский губернатор граф М.С. Воронцов произвел осмотр черкесских берегов. Причиной тому было решение императора возложить ответственность за торговлю с черкесами и абадзинцами на керчь-еникальского градоначальника под ведением новороссийского генерал-губернатора. Поэтому он и решил лично ознакомиться с краем.

14 июля корвет «Ифегения», (на нем находился М.С. Воронцов), и сопровождавший его пароход «Петр Великий» вошли в Суджукскую бухту. Граф осмотрел бухту и лагерь генерала А.А. Вельяминова. В докладной записке на имя императора он писал о необходимости основательного закрепления на берегах бухты: «…Нельзя не любоваться красотой и безопасностью Суджук-кальской рейды… Три или четыре флота могут здесь совершенно и во всякие времена поместиться; в руках великой державы местность сия неминуемо будет со временем играть большую роль…»4.

В сентябре 1837 года император Николай I на пароходе «Колхида» сам посетил укрепление Геленджик и крепость Анапу5. Осмотрев побережье, он решил производить дальнейшие экспедиции для закладки укреплений морским путем, т.е. высадкой десантов с кораблей Черноморского флота. Однако основание укрепления в глубине Суджукской бухты в планах на следующий, 1838 год, не предусматривалось6.

Только хлопотами начальника 1-го отделения Черноморской прибрежной линии генерал-майора Н.Н. Раевского в августе было принято решение об основании укрепления в Суджукской бухте взамен второго укрепления на берегах Геленджикской бухты. Император Николай I, подписывая 28 августа 1838 года высочайший указ об основании Новороссийска, изволил «иметь при устье реки Цемес главный порт или пристань для береговой нашей эскадры…»7.

12 сентября в Суджукской бухте был высажен десант русских войск, а через два дня главный командир Черноморского флота и портов вице-адмирал М.П. Лазарев и начальник 1-го отделения Черноморской прибрежной линии генерал Н.Н. Раевский (с 1839 г. начальник линии) лично осмотрели Суджукскую бухту и по взаимному согласию избрали место для строительства адмиралтейства и укрепления вокруг него8.

За отличное проведение десантов в 1838 году Н.Н. Раевский получил очередное звание, ордена, а линия поменяла свое название, став Черноморской береговой линией9.

По мнению генерала Н.Н. Раевского, для строительства укрепления и адмиралтейства наиболее подходящим являлся северо-западный угол Цемесской бухты, «глубоко вдающийся в твердую  землю и защищенный от ветров, и даже юго-западного». С ним был согласен М.П. Лазарев, также считавший, что Суджукская бухта вполне отвечает целям «иметь всегда хорошее убежище… для целых эскадр… представляет весьма важные выгоды не только для учреждения в Цемесе пристани для коммерческих судов и вооруженной нашей эскадры…»10.

Во время перехода в Севастополь 15 сентября на борту корабля «Силистия» Лазарев писал Раевскому, направляя план адмиралтейства: «…я признаю нужным: 1. Устроить на избранной местности [на] означенном общем плане укрепления литер[ой]: ”а” адмиралтейство в общем виде, по новому проекту, который по изготовлении я незамедлительно сообщу Вашему Превосходительству, где бы могли быть магазин для провизии, магазин для материалов, сараи для исправления гребных судов, хранения угля и лесов, кузница, казарма для мастеровых и дом для смотрителей адмиралтейства с канцелярией; пристань под литерами “б” и ”в” для двух фрегатов и четырех транспортов и других мелких судов… 2. Сооружение адмиралтейства по неимению здесь, на месте, годного к строению камня и других строительных материалов необходимо произвести из керченского камня, где он добывается в значительном количестве и с выгодой и откуда мо[гут] быть доставлен[ы] как известь, так и кирпич (если не представится возможность выискать их на месте), ибо адмиралтейское здание для прочности и предохранения от пожара, могущего истребить все наши запасы, необходимо иметь более из несгораемых материалов; по сим же причинам надо было бы покрыть адмиралтейские здания железом, подобно тому, как кроют и другие казенные здания, а пристань может быть деревянная. 3. Постройки сии, равно как и выписку мертвых якорей с бриделями, необходимо произвести за счет военных, Кавказского отдельного корпуса капиталов, по невозможности уделить на этот предмет нисколько суммы от Черноморского ведомства. 4. По возведении означенных построек потребное число материалов с инструментами для мастерских, смотритель и содержатель с приличным числом нижних чинов могут быть отделены от Черноморского ведомства, как равно провизии, лесов и материалы для снабжения и исправления судов, комплектуемых флотским командованием, кроме нужного для действия здешних пароходов каменного угля, который они должны по-прежнему получать из заготовлений по распоряжению здешнего сухопутного ведомства»11.

2 февраля 1839 года в укрепление Новороссийск был командирован архитектор подпоручик Черноморского флота Рулев. Он имел поручение М.П. Лазарева «немедленно заняться составлением детальных чертежей и смет на постройку при реке Цемес проектированного им адмиралтейства…». От сухопутного ведомства в Новороссийск был направлен инженерный капитан Иван Компанейский, который непосредственно руководил всеми строительными работами в укреплении12.

Предварительные чертежи Новороссийского адмиралтейства разработал сам вице-адмирал М.П. Лазарев. Он же дал необходимые указания Рулеву, о которых 4 февраля сообщал начальнику Главного морского штаба князю А.С. Меншикову: «…потребный для возведения при укреплении Новороссийск адмиралтейства камень, кирпич и известь приобресть в Керчи, где материалы эти с выгодой могут быть заготовлены… Лес же, равно и гвозди, железо для кровли и прочие материалы к строению адмиралтейства и пристани, я полагал бы приобрести в Херсоне или где окажется более выгодным…»13.

Окончательный проект адмиралтейства был утвержден только 28 июня 1843 года, о чем главный командир Черноморского флота и портов вице-адмирал Лазарев информировал начальника Черноморской береговой линии генерал-майора А.И. Будберга, сменившего к тому времени на этом посту генералов Н.Н. Раевского и Р.О. Анрепа14.

Строительство Новороссийского адмиралтейства финансировалось за счет сумм Отдельного Кавказского корпуса. С целью снижения стоимости работ в Новороссийск перевели арестантскую роту № 39 этого корпуса15. В условиях, когда военное ведомство вело строительные работы для морского, в основном за счет сумм экономии, строительство, как и финансирование, шло неспешно и только в 1850 году, через 12 лет, было закончено. Адмиралтейство состояло из трех каменных одноэтажных зданий, соединенных между собой и образующих прямоугольник длиной 45 саженей вдоль моря и 35 перпендикулярно ему. В зданиях располагались кузница на три горна, магазины (склады) для хранения судовых припасов, сараи для ремонта гребных судов и рангоута. Со стороны моря зданий не было16. Кроме этого в самом укреплении Новороссийска находились арсенал, лаборатория и склад снарядов сухопутного ведомства, построенные в 1848 году. Гарнизон укрепления разводил огороды, урожая с которых хватало для обеспечения свежей зеленью себя и команд кораблей, находящихся в крейсерстве17.

В 1840 и 1844 гг. капитан 1 ранга П.С. Нахимов на корабле «Силистрия» проводил в бухте укладку мертвых якорей, на которых могли стоять линейные корабли и фрегаты. Якоря были заказаны капитаном 1 ранга В.А. Корниловым в Англии, куда он был послан с целью приобретения паровых судов для Черноморского флота18.

Впрочем, ремонт кораблей производился одновременно со строительством адмиралтейства. Еще в 1840 году, когда только разрабатывались проекты, в Новороссийске был отремонтирован тендер «Спешный» (командир — лейтенант А.Н. Арбузов). Выполнялся мелкий ремонт и других кораблей19.

В феврале 1848 года Новороссийскому адмиралтейству пришлось ремонтировать корабли эскадры контр-адмирала П.Н. Юрьева-2-го, стоявшей на якорях в Цемесской бухте после того как она попала почти в двухмесячную бору в декабре 1847 — январе 1848 года20.

Таким образом, перед началом Крымской войны 1853—1856 гг. Новороссийск представлял собой сравнительно неплохо оснащенную военно-морскую базу. В бухте имелись места для безопасной стоянки крупных кораблей, в городе — свое адмиралтейство, которое занималось ремонтом и снабжением кораблей. Адмиралтейство находилось внутри укрепления, вооруженного полевой артиллерией. Со стороны моря никакой защиты не было.

С началом Крымской войны адмиралтейство прекратило свою деятельность. Укрепления Черноморской береговой линии были взорваны, гарнизоны их перевезены в Новороссийск, а все корабли, крейсировавшие у побережья, направлены в Севастополь. 28 февраля 1855 года произошло боевое крещение Новороссийска. Его защитники с честью выдержали двухдневный бой с вражеской эскадрой, нанеся при этом значительные повреждения ее кораблям21.

Новороссийск еще мог противостоять как морскому, так и сухопутному противнику, но по приказу свыше 15 мая 1855 года гарнизон и жители города оставили его и отошли к Анапе. Были взорваны все укрепления и «уничтожены огнем уцелевшие здания и имущество». Следом была оставлена Анапа, а войска сосредоточены в Тамани, чтобы оборонять побережья Керченского пролива и Азовского моря22.

После Крымской войны началось возрождение Новороссийска. 2 декабря 1857 года было высочайше утверждено «Положение об устройстве морских средств на восточном берегу Черного моря», которым предусматривалось учреждение Константиновской морской станции. Она рассматривалась как главный пункт стоянки кораблей Северного отряда, охраняющего побережье от Анапы до Сочи. Далее действовал Южный отряд, базировавшийся на Сухум-кале23.

28 апреля 1858 года русские войска вновь заняли Цемесскую бухту, основав укрепление Константиновское. Командующий отрядом генерал-лейтенант Г.И. Филипсон писал в рапорте: «…десант перевезен из Анапы на военных корветах «Рысь» и «Зубр», шхунах «Салгир», «Пицунда» и «Псезуапе». Считаю особенным удовольствием свидетельствовать, что всем успехом этого дела я обязан распорядительности начальника Константиновской морской станции капитана 1 ранга Завадовского 1-го, усердному содействию состоящего при главнокомандующем Кавказской армией лейтенанта Обезьянинова, командиров всех выше названных судов и общему усердию г.г. морских офицеров и нижних чинов»24.

Константиновская морская станция обосновалась в каменном здании адмиралтейства, которое мало пострадало от пожаров. Она располагала двумя азовскими баркасами и еще ей выделялась стационером одна вооруженная шхуна. Первой стала шхуна «Салгир».

Под защитой укрепления постепенно возрождался и город. Когда в 1866 году последовало высочайшее повеление об учреждении порта Новороссийск, он фактически уже существовал. Жители, не дожидаясь указаний свыше, вернулись в свои дома. Одновременно были упразднены укрепление Константиновское и морская станция25. Впрочем, стационеры, отделяемые от Черноморского флота, стояли в бухте до начала 90-х годов XIX века.

Адмиралтейские здания были переданы в распоряжение городских властей, но оставались в собственности Кавказского военно-инженерного окружного управления. Адмиралтейство стало одним из градообразующих элементов Новороссийска. Вокруг него в 70-е годы XIX века сформировались улицы Раевская, Цемесская и Агентский переулок, ныне это улицы Новороссийской республики, Губернского и Мичурина, образовавшие современный центр города. Адмиралтейство было одним из самых значительных сооружений в городе. Ярослав Гейдук, мальчиком прибывший в Новороссийск на военной шхуне «Бомборы» в 1871 году, вспоминал почти через полвека свои первые впечатления от города: «…но вот кто-то крикнул: город, город! Слева по отлогому берегу показались несколько разбросанных кривых камышовых мазанок, казалось, без всяких улиц. Среди них за какой-то зубчатой стенкой и длинною бурой крышею виднеется крохотная церковь с зеленым куполом, над всем этим царила на горе круглая башня с «голубятней» и темными бойницами для пушек, подчеркивая окрестную пустоту. Даже длинное, под красною крышею здание неопределенного цвета у самого моря с огромными воротами тянулось среди бесконечных, заросших бурьяном пустырей, разбросанных лачуг, и все же это было самое видное, самое основательное здание — морская станция, адмиралтейство. И это был город Новороссийск, столица целой окраины огромного государства…»26.

Город использовал адмиралтейство для своих нужд. Сначала в нем располагался Черноморский окружной суд, затем однокласное мужское училище на 45 учеников, потом различные склады. Но военно-инженерное окружное начальство время от времени напоминало о своих правах на собственность, и к началу 1890-х годов город освободил здание. Поскольку инженерное управление никак не могло найти денег на ремонт, а город так же не выделял средств для этого, адмиралтейство стояло пустым, постепенно ветшая. В конце концов в центре Новороссийска образовалась несанкционированная свалка с развалинами. «…Невозможное санитарное состояние двора и самих развалин этого здания приносят немало беспокойств…» — сообщал в одном из рапортов городской голова27.

Так бы и стояло, разваливаясь, здание адмиралтейства до наших дней, если бы в конце XIX века участок не приглянулся руководству строящегося казенного порта в Новороссийске. Строительство вело государство, а именно отдел торговых портов Министерства торговли и промышленности. Отсюда и название — казенный, т.е. принадлежащий государственной казне. Однако и отделу торговых портов больше десяти лет пришлось переписываться с Военным министерством по поводу передачи участка земли площадью 1581,05 квадратных саженей из одного ведомства в другое. Только 13 августа 1908 года Кавказское военно-окружное ведомство составило предписание о передаче участка. На этом основании отдел торговых портов выделил по смете Управления работ по устройству Новороссийского порта на 1909 год «на разборку бывших зданий адмиралтейства за №№ 35, 36, 37 с планировкой местности 5187 рублей»28.

Разборка была поручена непосредственно исполняющему должность начальника работ порта инженеру Копылову. 31 мая 1910 года он сообщил господину начальнику Новороссийского торгового порта о том, «что площадь участка быв[шего] адмиралтейства очищена от зданий, спланирована и ограничена знаками…». На что начальник порта Бескровный сообщил 2 июня Копылову: «Согласно отношению вашего высокоблагородия от 31 мая сего года за № 599 имею честь сообщить, что участок быв[шего] адмиралтейства, очищенный от зданий, спланированный и огражденный, принят мною в свое заведование»29. Так закончилась история Новороссийского адмиралтейства, продолжавшаяся без малого три четверти века.

У освободившегося участка была своя судьба. Он недолго простоял пустым и в августе того же года был сдан в аренду на срок до 1 октября товариществу «Эльфонт и Труш» для «устройства временного цирка для труппы Труцци». По окончании аренды цирк взял на содержание до 31 декабря 1910 года новороссийский купец А.Х. Черномордик. По-видимому содержать цирк в то время было выгодно, и аренда продолжилась до 2 сентября 1912 года, пока не случился пожар, уничтоживший его30.

После разборки пожарища место долго пустовало. 7 августа 1913 года черноморский губернатор обратился к руководству порта с просьбой: «…внести на рассмотрение в присутствии по портовым делам вопрос о предоставлении Новороссийскому городскому управлению участка казенной портовой территории, бывшего под адмиралтейством, для постановки памятника в ознаменование исполняющегося трехсотлетия царствования Дома Романовых…». Об этом начальник порта сообщил в Министерство промышленности и торговли. Столь щепетильный вопрос министерство не могло решить, не посоветовавшись с наместником на Кавказе. Полученный ответ был отправлен в Новороссийск. Наместник писал: «…я не могу не высказать опасений, что едва ли явилось бы целесообразным определить местоположение будущего памятника на портовой территории, ввиду того что близость грузовых складов, пристаней и подъездных путей, несомненно, сильно бы умалила красоту его и мало… соответствовало бы высокой идее, руководившей городским общественным управлением при побуждении воздвигнуть таковой…»31.

Впрочем, у порта были свои планы на этот участок. Городское самоуправление рассматривало вопрос о строительстве железной дороги вдоль побережья бухты, т.е. через весь город, чтобы по ней ходили поезда «наподобие трамвая». Вопрос рассматривался более 10 лет. Предлагались различные проекты, были даже проведены торги на производство работ. В 1913 году Управление по устройству Новороссийского порта разработало проект павильона и платформы железнодорожной станции будущей дороги, которые должны были располагаться на месте бывшего адмиралтейства. Рапортом от 5 июня этот проект был направлен на рассмотрение Технического совещания Министерства промышленности и торговли. 7 декабря проект и смета на строительство были утверждены. На постройку павильона Министерство выделяло 1406 рублей 84 копейки, а платформы — 623 рубля 16 копеек.

Павильон размером 2х3 сажени должен был иметь 5 окон и две двери, стоять на 21 столбе бутовой кладки, с 14 стропилами и цинковой кровлей, с бетонным полом и деревянными наружными и внутренними стенами. Платформу площадью 40,37 кв. саженей предполагалось устанавливать на бетонных столбах32.

Начало Первой мировой войны не позволило воплотить эти планы в жизнь. Железная дорога «наподобие трамвая» так и не была построена. Место бывшего адмиралтейства опять долго пустовало, пока в конце 20-х годов ХХ века не было застроено жилыми домами. Во время Великой Отечественной войны, в 1942 году, около этого района стояла морская зенитная батарея и квартал очень сильно пострадал от налетов авиации. После войны его снесли и выстроили прекрасные здания, одно из них — так называемый дом со шпилем, ставший на долгое время лицом города. При его строительстве были найдены остатки древнегреческих зданий. Но никаких археологических раскопок проводить не стали.

Рядом с бывшим адмиралтейством находится самое священное место Новороссийска — Площадь Героев, на которой похоронены освободители города, погибшие в Гражданскую и Великую Отечественную войны, создан мемориал и зажжен Вечный огонь. Около него, несмотря на все политические перипетии в стране, школьники и учащиеся учебных заведений города, одетые в военно-морскую форму продолжают нести почетный караул. Штаб поста № 1 находится на территории бывшего адмиралтейства, в доме со шпилем.

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Лазарев М.П. Документы. М.: Воениздат, 1955. Т. 2. С. 192.

2 Там же. С. 228—235.

3 Зиссерман. История 80-го пехотного Кабардинского генерал-фельдмаршала князя Барятинского полка. СПб., 1881. Т. 2. С. 53.

4 Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Ф. 243. Оп. 1. Д. 3586. Л. 33, 34.

5 Русский архив, 1884. Кн. XLIII. С. 377, 567.

6 Лазарев М.П. Указ. соч. С. 398—399.

7 РГА ВМФ. Ф. 243. Оп. 1. Д. 3934. Л. 10.

8 Там же. Д. 3929. Л. 17—24.

9 Архив Раевских. Сб. документов, 1909. Т. II. С. 523.

10 Лазарев М.П. Указ. соч. С. 480.

11 РГА ВМФ. Ф. 243. Оп. 1. Д. 3934. Л. 22—24.

12 Там же. Л. 34.

13 Там же. Д. 3918. Л. 48.

14 Государственный архив Краснодарского края (ГАКК). Ф. 260. Оп. 1. Д. 479. Л. 5—13.

15 Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 846. Оп. 1. Д. 6368. Л. 7, 8.

16 РГА ВМФ. Ф. 84. Оп. 1. Д. 3624. Л. 62.

17 Полный свод законов Российской Империи (ПСЗ РИ), 1840. Т. 15. С. 13397.

18 Морской сборник. 1855. № 6. С. 163.

19 Лазарев М.П. Указ. соч. С. 323.

20 Черноморское побережье. 1903. № 122. Июнь.

21 Архив музея-заповедника истории города Новороссийска. Ф. 1. Д. 14.

22 ГАКК. Ф. 254. Оп. 1. Д. 949. Л. 46.

23 ПСЗ РИ, 1858. Т. ХХХ. С. 80.

24 РГА ВМФ. Ф. 283. Оп. 3. Д. 334. Л. 18.

25 Висковатов А.В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск 1856—1881 гг. Ленинград, 1946. Ч. 31. С. 145.

26 Черноморское побережье. 1910. № 843. 12 июня.

27 Архивный отдел Администрации г. Новороссийска. Ф. 17. Оп. 1. Д. 8. Л. 10.

28 Там же. Д. 6. Л. 3—8.

29 Там же. Д. 8. Л. 20—23.

30 Там же. Л. 38.

31 Там же. Л. 48, 49.

32 Новороссийский городской архив. Ф. 17. Оп. 1. Д. 27. Л. 1, 4—12.


САНЕЕВ Сергей Александрович

Родился 27 июля 1956 г. в г. Сталинграде. Окончил Горьковский политехнический институт (1979), специальность — инженер-кораблестроитель. 1985—1988 гг. — работа в ЦГА ВМФ; с 1990 г. — в Новороссийском городском архиве; в настоящее время работает на Новороссийском судостроительном заводе.

Сфера научных интересов: история Новороссийска.

Сочинения: «Век служи, Раевский, с нами, мы с тобою и штыками опрокинем свет». Основатель Новороссийска генерал-лейтенант Н.Н. Раевский — герой войны 1812 года и друг А.С. Пушкина // Воен.-истор. журнал. 2004. № 6; Военный подвиг Новороссийска // Воен.-истор. журнал. 2006. № 7.