К 100-летию со дня рождения Е.Я. Савицкого

САНЕЕВ Сергей Александрович — секретарь Новороссийского городского исторического общества (г. Новороссийск. E-mail: sasaneev@nsrz.ru)

Памяти знаменитого земляка

К 100-летию со дня рождения Е.Я. Савицкого

Столетие со дня рождения своего земляка, известного военачальника и лётчика-аса Великой Отечественной войны маршала авиации Евгения Савицкого общественность Новороссийска отметила 24 декабря 2010 года. В канун юбилея в городе прошла научно-практическая конференция «В боях за Новороссийск и небо Кубани», подготовленная городским историческим музеем-заповедником. Инициаторами и активными участниками мероприятия стали сотрудники музея, ветераны Вооружённых сил заместитель директора по научной работе подполковник в отставке Л.А. Степко и капитан 2 ранга в отставке Ю.Р. Антипин. Значительную помощь в проведении конференции оказали администрация города, Новороссийское городское историческое общество и, конечно, дочь и сын маршала Светлана и Евгений Савицкие.

Евгению Яковлевичу Савицкому, в годы войны возглавлявшему истребительную авиадивизию, а затем авиакорпус, в прямом смысле слова пришлось защищать небо над родным домом. Командуя 3-м истребительным авиакорпусом, генерал-майор Е.Я. Савицкий не только умело руководил воздушными сражениями, но и сам принимал участие в воздушных боях, личным примером вдохновляя подчинённых. Всего в годы войны будущий маршал совершил 216 боевых вылетов и лично сбил 22 самолёта противника.

На конференции прозвучали доклады о боевом пути маршала, начинавшего свою трудовую биографию на Новороссийском цементном заводе «Пролетарий». Дочь маршала лётчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза Светлана Евгеньевна Савицкая рассказала о некоторых, ранее неизвестных страницах биографии своего отца. Но большая часть выступлений была посвящена воздушным сражениям в небе Кубани, проходившим весной—летом 1943 года. Доклады о роли советской авиации в боях за Новороссийск и Кубань были подготовлены преподавателями Краснодарского высшего авиационного училища лётчиков имени Героя Советского Союза А.К. Серова и новороссийского филиала Московского гуманитарно-экономического института профессорами, кандидатами наук Д.А. Дунайцевым и Т.И. Юриной. О личных встречах с Савицким, который никогда не забывал трудовой коллектив, где началась его трудовая биография, вспоминал бывший директор Новороссцемента, ныне пенсионер Л.Л. Ясуд.

Многие выступления были посвящены героям воздушных боёв в небе Новороссийска и Кубани. Директор музея цемента В.В. Баранова рассказала о лётчиках, воспитанниках Новороссцемента. Краевед Р.В. Талдыкин — об истории 47-го штурмового авиаполка Черноморского флота. Морские лётчики этой части обороняли Новороссийск в 1942 году и освобождали его в 1943-м. Командир звена лейтенант В.Г. Талдыкин, родной дед докладчика, воевал в этом полку и погиб незадолго до Победы. Интересно было сообщение Д.В. Вишневского об асах люфтваффе, противостоявших советской авиации. Заместитель директора Туапсинского историко-краеведческого музея поведал о лётчике Д. Торохове, чей боевой путь начался под Новороссийском. Дважды лётчика представляли к званию Героя Советского Союза, но представление отклонялось по формальным предлогам. И только в 1996 году справедливость восторжествовала, и ему было присвоено высокое звание Героя России. Бывший начальник АСПТР Е.М. Лаухин рассказал о деятельности поисковой экспедиции, обнаружившей и поднявшей с морского дна самолёт Ил-2, который был сбит в небе над Новороссийском в годы войны. Сейчас этот самолёт стал памятником, военной реликвией. О современной авиации ПВО, созданию которой посвятил всю свою жизнь маршал Е.Я. Савицкий, рассказали заместитель командира по воспитательной работе зенитно-ракетного Краснознамённого Кубанского казачьего полка подполковник В.В. Демкин и командир авиационной базы в городе Крымск полковник В.В. Кравченко. Заведующая отделом библиографии центральной библиотеки города И.В. Лашко ознакомила участников конференции с книгами, вышедшими в нашей стране в разные годы и посвящёнными маршалу Е.Я. Савицкому и воздушным боям на Кубани.

ВСЕ ЕВРЕИ, В ТОМ ЧИСЛЕ И МАЛЕНЬКИЕ ДЕТИ… РАССТРЕЛЯНЫ

ЧЕРНЯКОВ Дмитрий Игоревич — учитель истории гимназии № 3 г. Брянска (г. Брянск. E-mail: dmchernyakov@mail.ru)

«Все евреи, в том числе и маленькие дети… расстреляны»

Полицейские формирования Брянщины

на службе у гитлеровских захватчиков

(1941—1943 гг.)

Символом нового порядка, который принесли с собой в августе 1941 года на территорию нынешней Брянской области1 немецко-фашистские оккупанты, стали полицейские формирования, личный состав которых в народе называли обычно полицаями. Со временем это слово стало синонимом измены и предательства и обозначало практически всех, кто стал на сторону врага.

Формирование вспомогательных охранных и караульных служб из местного населения немцы начали с районных центров. Так, в Стародубе 28 августа 1941 года с целью сохранения оставшегося государственного и частного имущества была образована гражданская вспомогательная полиция, в которую поступило 20 человек. Для лучшего выполнения всех распоряжений как германского, так и созданного оккупантами городского гражданского управления весь город был разделён на районы, на каждый из них полагалось двое полицейских. Первой акцией службы стало выселение из Стародуба евреев2. Об их дальнейшей судьбе говорится в сводке штаба Трубчевской партизанской бригады от 13 февраля 1943 года: «Все евреи, в том числе и маленькие дети, в количестве около 1500 чел[овек] расстреляны 24—27 февраля 1942 г[ода] в совхозе Беловщине. В гор. Стародубе расстреляно 7 чел[овек] цыган, на ст[анции] Унеча — 40»3.

Для поддержания порядка в Брянске и прилегающей территории 25 октября 1941 года была учреждена служба городской охраны во главе с В.Н. Покровским. Руководимая им служба привлекалась также для охраны лагеря беженцев, располагавшегося в урочище Лесные сараи4.

В сельской местности оккупированные власти первое время дозволяли волостным старшинам и старостам самостоятельно комплектовать из местных жителей отряды полиции в количестве 4—6 человек из числа «лучших, преданных новому порядку людей»5. Сельские полицейские несли ночные караульные дежурства из расчёта один охранник на 10 дворов6.

В городах и районных центрах полицейские управления состояли из нескольких отделов, перед которыми стояли следующие задачи:

а) уголовно-полицейские (пресечение и преследование уголовных преступлений, охрана производства);

б) государственно-полицейские (раскрытие и преследование «всех стремлений, направленных против германских властей»);

в) охрана общественного порядка (контроль за уличным и дорожным движением, пожарная охрана, караульная служба, надзор за чистотой улиц);

г) особого назначения (содействие в борьбе с партизанами, парашютистами, сопровождение продовольственных транспортов из крестьянских общин на сборные пункты).

Личный состав созданного немцами полицейского аппарата был весьма разнообразен. Партизанская разведка так определяла основные категории лиц, поступавших на службу в полицию: добровольцы состояли из убеждённых антисоветчиков; значительный контингент был представлен людьми, насильно мобилизованными; многие шли в полицию за деньги и паёк. Замыкали партизанский перечень красноармейцы и командиры Красной армии, попавшие в окружение и осевшие в сёлах. Поступление в полицию этого контингента объяснялось боязнью отправки в Германию или мобилизации в «добровольческие формирования». Многие из окруженцев проживали под чужими фамилиями и ждали момента для перехода на сторону партизан7.

Важным стимулом для поступления в отряды охраны общественной безопасности служило относительно высокое в условиях оккупации материальное обеспечение. Денежное и продуктовое довольствование определялось на местах самостоятельно. Как правило, поступавшему в охрану полагалось 300 рублей в месяц, общежитие, бесплатное питание, продуктовый паёк. Семьи полицейских освобождались от налогов, им выделялись лучшие участки земли. Так, в Навле охранник ежедневно получал 400 г муки на себя и 200 г на иждивенцев, ежемесячно 5 кг мяса на себя и 1 кг на иждивенца, а также 60 кг картофеля8.

Полицейские Клинцовского округа ежемесячно снабжались немецкими военными пайками в следующем порядке: хлеб печёный — 21—24 кг; картофель — 30—35 кг; мясо — 1,5—3 кг; колбаса — 1—2 кг; крупа, горох, вермишель — 2—2,5 кг; овощи, овощные консервы — 4—5 кг; мёд, сахар, конфеты — 1,5—4 кг. Дополнительно для бритья выдавался кусок мыла9. Действительно, снабжение полицейских отличалось высоким для военного времени разнообразием. В документе, освещавшем немецкие нормы довольствия, особо отмечалось, что «немецкие военные пайки разнообразнее и питательнее пайков Красной Армии». Кроме того, работникам полиции предоставлялся ряд льгот: значительные земельные участки; луга для сенокоса; бесплатное пользование жилой площадью и коммунальными услугами; освобождение от подушного налога. При полиции имелись специализированные мастерские по ремонту обуви и одежды, полицейским в первую очередь заготавливалось топливо.

Члены семей полицаев, «пострадавших в борьбе с партизанами», обеспечивались вне очереди работой по своей специальности; вдова получала 30 проц. от ежемесячного заработка мужа; дети до 16 лет, родители старше 50 лет — 10 проц. При этом общая сумма пенсионных выплат не должна была превышать 70 проц. от зарплаты погибшего полицейского10.

Полицаи освобождались от уплаты налогов, которые при этом распределялись между жителями села, что ещё больше противопоставляло полицейских и их односельчан. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Брянская область до июля 1944 г. входила в состав Орловской области. В годы оккупации она делилась на Брянский, Клинцовский и Локотский округа, которые в свою очередь состояли из районов, волостей и сельских общин. Так, Локотский округ состоял из районов Комаричского, Брасовского, Севского, Суземского, Навлинского Орловской области и районов Дмитриевского и Дмитровского Курской области. Руководил округом обер-бургомистр Каминский.

2 Государственный архив Брянской области (ГАБО). Ф. 2608. Оп. 1. Д. 9. Л. 2 об.

3 Партизаны Брянщины. Сборник документов и материалов. Брянск, 1962. С. 70.

4 ГАБО. Ф.1757. Оп. 1. Д. 2. Л. 57, 58; Д. 5. Л. 281.

5 Там же. Ф. 2608. Оп. 1. Д. 2. Л. 242.

6 Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Ф. 69. Оп. 1. Д. 1143. Л. 2.

7 ГАБО. Ф. 1650. Оп. 1. Д. 71. Л. 10 об.

8 РГАСПИ. Ф. 69. Оп. 1. Д. 1144. Л. 120.

9 ГАБО. Ф. 2616. Оп. 1. Д. 14. Л. 242.

10 Там же. Ф. 2603. Оп. 1. Д. 14. Л. 200.

НАРОДНЫЕ ОПОЛЧЕНЦЫ

Разин Сергей Андреевич — первый заместитель руководителя Представительства Луганской областной государственной администрации при правительстве г. Москвы, студент Московского городского педагогического университета (Москва. E-mail: razinSA@yandex.ru)

Народные ополченцы

Из боевой истории 13-й Ростокинской дивизии

Среди многообразия тем, связанных с Великой Отечественной войной 1941—1945 гг., особая — тема народного ополчения. С первых дней боевых действий в Ленинграде, Москве, во многих других городах люди самых разных возрастов и профессий, обеспокоенные судьбой Родины, вступали добровольцами в действующую армию и уходили на фронт. В соответствии с постановлением Государственного Комитета Обороны от 4 июля 1941 года «О добровольной мобилизации трудящихся Москвы и Московской области в дивизии народного ополчения» в их ряды принимались лица 17—55 лет, не подлежавшие призыву в армию и не работавшие на предприятиях оборонной промышленности1. Только в столице в июле—ноябре 1941 года было создано 16 дивизий народного ополчения.

Одним из таких соединений и являлась 13-я дивизия Ростокинского района. Её формирование проходило 2—6 июля. Основную массу добровольцев составили рабочие инструментального завода «Калибр», тогда крупнейшего в этом столичном районе. Из «калибровцев» был сформирован отдельный полк, насчитывавший 750 человек2. Ряды ополченцев пополнили 300 рабочих и служащих Всесоюзной сельскохозяйственной выставки3; представители наркоматов торговли, совхозов, заготовок, текстильной промышленности; сельского хозяйства — более 200 человек. Направил в дивизию 70 своих представителей и Всесоюзный государственный институт кинематографии4. Среди добровольцев значились артисты Мосэстрады (80 человек)5, рабочие трамвайного депо имени Баумана, типографии Гознака, завода «Рессора» и других предприятий и учреждений. Кроме того, в формировании участвовали и трудящиеся из соседних районов Москвы. Так, в дивизию прибыл полностью укомплектованный батальон в составе 600 человек из столичного Первомайского района6, 1000 добровольцев направил Мытищинский район области7. Их чувства и настроения отразил в своём письме к родным ополченец Д.В. Файнштейн: «Если бы мои переживания и даже смерть, равно как и мужественных людей страны, скоро могли бы избавить вас всех и весь народ от варваров, я буду считать для себя счастьем умереть за это»8.

Структура 13-й дивизии, как и всех остальных подобных соединений, строилась по военному образцу. Её формирование регламентировалось специальным штатным расписанием, разработанным штабом Московского военного округа. Согласно этому документу общая численность дивизии насчитывала 11 600 бойцов9. Однако эта цифра постоянно менялась. К середине июля общая численность дивизии в связи с комиссованием больных и абсолютно не пригодных для военной службы снизилась до 8010 человек10; к началу октября она вновь увеличилась и почти достигла штатной — 11 490 человек11.

Предполагалось, что ополченческие соединения сначала будут бороться с мелкими прорвавшимися частями и десантами противника, тем самым оттачивая боевое мастерство и накапливая опыт, а уже после этого из них будут сформированы регулярные части для отправки в действующую армию. Однако тяжелейшая обстановка на фронте не позволила проводить долгую подготовку добровольцев, поэтому уже через неделю после формирования они были отправлены на сооружение Можайской линии обороны, прикрывая тем самым главное московское направление12.

В течение трёх месяцев, начиная с июля 1941-го, 13-я Ростокинская дивизия, вошедшая в состав 32-й армии Резервного фронта, находилась во втором эшелоне. В конце сентября она заняла боевые позиции на Днепре в районе небольшого городка Холм-Жирковский (северо-западнее Вязьмы). Случилось так, что именно этот район стал одним из направлений главного удара 3-й танковой группы немцев в начавшейся операции «Тайфун». 1 октября 140-я стрелковая дивизия (сд)* вступила в бой. Естественно, силы ополченцев — вчерашних учителей, рабочих, артистов, студентов — и вражеских войск, имевших за плечами двухлетний опыт победоносной войны, были неравны. Тем не менее в течение тринадцати дней дивизия, даже находясь в окружении (как и большинство соединений и частей, сражавшихся под Вязьмой), сдерживала натиск врага.

Вот только один из «обычных» боевых дней 13-й Ростокинской, датированный 4 октября 1941 года. Из донесений своей разведки немецкое командование знало, что против них боевые порядки занимает дивизия народного ополчения, поэтому оно было уверено, что добровольцы не смогут оказать серьёзного сопротивления. На рассвете 4 октября начался первый налёт немецкой авиации. Сначала «мессершмитты» и «юнкерсы» пролетели несколько раз над Днепром и р. Вязьмой для разведки местности, а затем и вдоль всех боевых позиций 140 сд. После этого началась атака. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Российский центр хранения исторических документов новейшей истории. Ф. 644. Оп. 1. Д. 1. Л. 72, 73.

2 Кирсанов Н.А. Партийные мобилизации на фронт в годы Великой Отечественной войны. М., 1972. С. 108.

3 Сутягин М.В. Ополченцы // За передовой опыт. 1985. 9 мая. С. 5.

4 Рудельсон Е.Л. Письмо из огненных лет // Путь к экрану. 1980. № 13. С. 8.

5 Там же.

6 Научный архив Института российской истории Российской академии наук (НА ИРИ РАН). Ф. 2. Р. 1. Оп. 1. Д. 10. Л. 3.

7 Колесник А.Д. Народное ополчение городов-героев. М., 1974. С. 118.

8 Там же. С. 119.

9 Добров П.В., Колесник А.Д., Куманёв Г.А., Пашко Я.Е. Народное ополчение защищает Родину. М., 1990. С. 32.

10 Колесник А.Д. Указ. соч. С. 119.

11 Лопуховский Л.Н. Вяземская катастрофа 41-го года. М., 2007. С. 621.

12 НА ИРИ РАН. Ф. 2. Р. 1. Оп. 1. Д. 10. Л. 3.

* С 26 сентября все ополченческие дивизии стали кадровыми и получили новую нумерацию.