Начальник института кораблестроения — хорошо образованный инженер

Забытое имя

БЛИЗНИЧЕНКО Сергей Сергеевич — доцент кафедры транспортных сооружений Кубанского государственного технологического университета, кандидат технических наук

(г. Краснодар. E-mail: flagman.flota@yandex.ru)

«Начальник института кораблестроения — хорошо образованный инженер»

Имя первого начальника Научного института военного кораблестроения (НИВК) инженер-флагмана 2 ранга Н.В. Алякринского практически неизвестно современному читателю, хотя он стоял у истоков создания в СССР научно-исследовательской и экспериментальной базы военного кораблестроения, положил начало систематическим испытаниям моделей кораблей в опытовых бассейнах, участвовал в разработках теоретических основ расчётов конструкций судов и их двигательных установок. Несправедливо осуждённый «за вредительство» в ходе репрессий 1930-х годов, Н.В. Алякринский написал на обвинительном заключении собственной кровью «патриот своей Родины».

Автор предлагаемой вниманию читателей статьи на основе достоверных архивных источников показывает жизненный путь этого незаурядного человека, его вклад в развитие отечественного ВМФ.

Николай Владимирович Алякринский родился 8(21) декабря 1896 года в укреплении Бахты Лепсинского уезда Семиреченской области, почти у границы России с Китаем, где проходил службу его отец — ветеринарный врач. Судьба сложилась так, что Николаю вместе с семьёй пришлось ряд лет прожить за границей, в Бельгии, в городе Льеже, где он прекрасно овладел французским языком, изучил немецкий и английский. По возвращении на родину в 1908 году подросток поступил в Александровское реальное училище, по окончании которого в 1915 году поступил на механическое отделение Морского инженерного императора Николая I училища в Кронштадте (МИУ), где обеспечивался полный государственный пансион1. Как это ни странно, но война и революционные бури и потрясения сравнительно мало отразились на учебном процессе училища. Правда, после Октябрьской революции МИУ было переведено из Кронштадта в пустовавшее тогда здание Политехнического института в пригороде Петрограда — Лесном, а на следующий год — в здание бывшего Кадетского корпуса на Васильевском острове2. Конечно, имели место и организационно-политические перемены. Теперь воспитанники МИУ стали военморами Рабоче-крестьянского Красного флота (РККФ), а само училище в связи с открытием в Петрограде Ускоренных курсов командного состава флота и Соединённых классов3 сокращено до «одного старшего выпуска»4, который в дальнейшем сохранил организационную самостоятельность как часть Морского инженерного училища. Слушателям двух младших курсов разрешалось продолжить учёбу в любом высшем техническом учебном заведении или на Ускоренных курсах командного состава флота.

Выпускные экзамены на старшем курсе МИУ состоялись у механиков 15 мая, у корабелов — 1 июня 1919 года. Всего были выпущены 41 инженер-механик и 7 инженеров-кораблестроителей. Это оказался последний выпуск того времени. Согласно приказу Реввоенсовета Республики (РВСР) № 474 от 27 июня 1919 года выпускникам присвоили звание «инженер-механик флота». Н.В. Алякринский получил назначение в штаб Морских сил Балтийского флота, затем некоторое время служил в Северо-Двинской речной флотилии, откуда был переведён в Вологду, затем в Котлас и, наконец, на полгода «осел» в должности механика 3-го дивизиона Северо-Двинской речной флотилии.

24 апреля 1920 года военмора Н.В. Алякринского откомандировали в Архангельск в распоряжение командующего Беломорской флотилией5. Тогда же Николай Владимирович стал членом РКП(б). В рядах Компартии он состоял по 1937 год.

4 мая 1920 года приказом начальника Службы наблюдения и связи (СНиС) № 76 Н.В. Алякринского зачислили инженер-механиком СНиС Морских сил Северного моря (МССМ). Этой службе он отдал несколько лет своей жизни, здесь принял так называемую Красную присягу, совершенствовал свои технические знания6. В то же время, переходя с одной должности на другую7, Николай Владимирович всё более убеждался в необходимости получения высшего военно-морского образования. Воспользовавшись служебной командировкой в Москву, он прозондировал почву на этот счёт и получил обнадёживавшее решение. 28 ноября 1923 года Н.В. Алякринский «был исключён из списков Северной пограничной флотилии, как откомандированный в Морскую Академию РККФ»8. Успешно сдав вступительные экзамены и пройдя собеседование в мандатной комиссии, Н.В. Алякринский приказом по академии № 10 п. 4 был сначала условно зачислен слушателем ВМА, затем в феврале 1924 года был утверждён слушателем приказом по флоту и морскому ведомству9.

К тому моменту аудиторные занятия на первом курсе машиностроительного факультета ВМА ещё не начались, и Н.В. Алякринского как человека, имевшего значительный командный опыт, хотя ему шёл всего-то 28-й год, задействовали в межтеатровой переброске корабельных сил, для чего направили в командировку в Архангельскую морскую базу. Здесь он получил назначение на должность ревизора на посыльное судно (п/с) «Воровский»10, уходившее в кругосветку из Архангельска во Владивосток. Поход, продолжавшийся около четырёх месяцев, многое дал Николаю Владимировичу, особенно в языковой практике, когда весьма кстати оказалось владение иностранными языками.

После окончания Военно-морской академии Н.В. Алякринского зачислили в адъюнктуру, где он начал работать стажёром в Опытовом судостроительном бассейне11, при этом занимаясь преподавательской деятельностью в Военно-морском инженерном училище, где читал курс теоретической механики. Позднее, после успешного окончания адъюнктуры в 1930 году и защиты кандидатской диссертации по теме «Гидродинамические основания теории гребного винта», тот же курс Николай Владимирович читал в Военно-морском пограничном училище.

Следует сказать, что Опытовый бассейн с середины 1920-х годов переживал далеко не лучшие времена. Здания обветшали и нуждались в срочном ремонте, некогда первоклассное оборудование устарело и требовало замены, методики измерений не отвечали современным требованиям, понизилась квалификация персонала. Так что проведённые в то время модельные испытания корпусов сторожевых кораблей типа «Ураган» и подводных лодок типа «Декабрист» мало чем помогли проектировщикам. Стало совершенно очевидно, что бассейну необходима срочная реконструкция, и без помощи Запада не обойтись. С целью ознакомиться с опытом работы крупнейших опытовых бассейнов Германии и Италии и закупить современное оборудование Н.В. Алякринского направили в Германию и Италию. Он детально ознакомился с работой Гамбургского опытового бассейна и бассейна морского министерства в Риме. В Германии он заказал кавитационную трубу для проведения испытаний моделей гребных винтов в условиях, приближённых к реальным, а также станок для обработки моделей гребных винтов фирмы Майхак.

По возвращении из заграничной командировки Н.В. Алякринский был утверждён в должности начальника Опытового бассейна, продолжая в то же время преподавать в ВМА.

Под его руководством была осуществлена модернизация бассейна, смонтирована закупленная кавитационная труба, заменена буксировочная тележка, создан специальный стенд, на котором проводились испытания моделей гребных винтов изолированно от корпуса судна, разработана новая методика испытания самоходных моделей быстроходных судов. Однако Н.В. Алякринский видел, что как бы хорош не был Опытовый бассейн, лишь с его помощью не решить задачи развития кораблестроения на современной научной основе: для этого нужен вместо дублировавших друг друга научно-исследовательских учреждений единый общесоюзный научно-исследовательский центр, который проводил бы консолидированную технологическую политику. Эту идею Н.В. Алякринский высказывал в печати, в рапортах высшему командованию. И он был услышан.

28 апреля 1931 года Реввоенсовет принял решение о создании Научного института военного кораблестроения (НИВК)12, а 23 мая следующего года — о реорганизации Научно-технического комитета Морских сил РККА (НТКМ). <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Ф. Р-352. Оп. 2. Д. 6. Л. 1.

2 Усик Н.П., Полях Я.И. Высшее военно-морское инженерное ордена Ленина училище им. Ф.Э. Дзержинского. Исторический очерк. Л.: Издание училища, 1990. С. 84.

3 Подробнее о Соединённых классах см.: «Быть… мореходных хитростных наук учению». Ч. 1. СПб., 2011. С. 246—248.

4 Учебный процесс старшего курса училища, в состав которого входил Н.В. Алякринский, обеспечивал высококвалифицированный профессорско-преподавательский состав: А.И. Погодин, А.И. Балкашин, Ю.А. Шиманский, Н.И. Колычев, В.Л. Сурвилло, А.В. Акимов, П.Г. Гойнкис, А.И. Павлов, В.П. Улановский, М.А. Мадисов и др.

5 РГА ВМФ. Ф. Р-352. Оп. 2. Д. 6. Л. 1.

6 МССМ были созданы из Беломорской и Северо-Двинской военных флотилий по приказу РВСР от 24 апреля 1920 г. В их состав вошли морской отряд, речная флотилия, отряд минной обороны Мурманского района, минный дивизион, охрана водного района (ОВР) Архангельского порта. Начальнику МССМ оперативно подчинялись Управление безопасности кораблевождения (УБЕКО) Севера, гидрографические экспедиции Северного Ледовитого океана и Белого моря, Архангельский и Мурманский военные порты (всего 98 судов и плавсредств). МССМ обязаны были обеспечивать защиту районам Баренцева и Белого морей, безопасность судоходства и рыбных промыслов в Западной Арктике до Новой Земли. Все эти части и соединения кораблей базировались на достаточно протяжённом побережье, и обеспечение связи между ними, а также наблюдение за судоходством в условиях Севера представляло довольно сложную задачу.

В начале 1922 г. из-за всеобщей разрухи и недостатка финансовых средств состав МССМ был сокращён до двух эсминцев (ЭМ), 6 сторожевых кораблей (СКР), 13 катеров (КА), одного посыльного судна и одного тральщика. Остальные корабли были сданы в народное хозяйство или на хранение в порт. В январе 1923 г. МССМ были расформированы, оставшиеся корабли и береговые учреждения переданы в Северный отряд судов пограничной охраны ОГПУ.

7 16 марта 1923 г. в сравнительно молодом возрасте Н.В. Алякринский стал начальником СНиС Северного моря (приказ по Северной пограничной флотилии № 176 — 1923 г.), что стало серьёзным продвижением по службе.

8 РГА ВМФ. Ф. Р-352. Оп. 2. Д. 6. Л. 1.

9 Приказ по флоту и морскому ведомству был продублирован приказом по академии (№ 3, § 27, п. 11).

10 Бывшая американская яхта «Лизистрата», построенная в 1901 г. в Англии и в 1916 г. купленная русским морским ведомством.

11 Первый и единственный в России опытовый бассейн был открыт 8 марта 1894 г. в пригороде Санкт-Петербурга Новой Голландии. До революции работу в нём возглавляли такие выдающиеся учёные, как А.Н. Крылов и И.Г. Бубнов.

12 2 сентября 1932 г. К.Е. Ворошилов утвердил штаты НИВКа. Эта дата считается днём рождения Центрального научно-исследовательского института (ЦНИИ) имени академика А.Н. Крылова, который осенью 2012 г. отметит своё 80-летие. Вновь созданный институт находился в Ленинграде, в здании на канале Крузенштерна, дом 2-4. Там он находится и сейчас.

ВОЙСКОВОЙ АТАМАН КУБАНСКОГО КАЗАЧЬЕГО ВОЙСКА В ЗАРУБЕЖЬЕ В.Г. НАУМЕНКО

ЗАБЫТОЕ ИМЯ

Дюкарев Андрей Викторович — преподаватель Анапского индустриального техникума

(х. Трудобеликовский Краснодарского края. E-mail: ducarev_an@mail.ru)

Войсковой атаман Кубанского казачьего войска в Зарубежье В.Г. Науменко

Вячеслав Григорьевич Науменко (1883—1979), уроженец ст. Петровской Кубанской области, прослужил в армии царской России 20 лет. Пройдя путь от казака до генерал-майора Генерального штаба и войскового атамана Кубанского казачьего войска в зарубежье, он стал высококлассным военным профессионалом.

10 августа* 1903 года, по окончании полного курса наук в Николаевском кавалерийском училище по 1 разряду Науменко был произведён в хорунжие 1-го Полтавского полка Кубанского казачьего войска (ККВ)1. С 15 июня по 3 августа 1904 года будучи младшим офицером 4-й сотни 1-го Полтавского полка ККВ Вячеслав Григорьевич находился в командировке в 1-м Кавказском сапёрном батальоне для изучения сапёрного подрывного и железнодорожного дела. После стажировки во время испытания показал отличные результаты2. 18 сентября его перевели в 5-ю сотню на должность младшего офицера. С 8 марта по 11 мая 1905 года он был командирован во 2-й Кавказский сапёрный батальон (изучал телеграфное дело, показав затем хорошие результаты), с 24 августа по 6 ноября — в г. Саратов, где участвовал в военно-конской переписи. 3 января 1906 года его назначили заведующим нестроевыми нижними чинами, а 15 декабря — начальником полковой учебной команды.

1 июня 1907 года Науменко произвели в сотники, а 10 сентября назначили на должность полкового адъютанта 1-го Полтавского полка ККВ3.

Ещё в октябре—ноябре 1906 года Вячеслав Григорьевич был прикомандирован к конвою наместника его императорского величества и главнокомандующего на Кавказе графа И.И. Воронцова-Дашкова и сопровождал его в поездках по краю. За отличную службу он получил серебряный бокал с дарственной надписью за безупречную службу (хранился в Кубанском войсковом музее в США, а затем передан на Родину его дочерью)4.

26 февраля 1909 года сотник Науменко был командирован в Тифлис для сдачи предварительного экзамена при окружном штабе для поступления в Николаевскую академию Генерального штаба, а 26 июня с той же целью — в Санкт-Петербург. Но экзамен он не сдал. 14 октября Вячеслава Григорьевича перевели в кадр 2-го Полтавского полка, 25 октября прикомандировали к войсковому штабу Кубанского казачьего войска. Однако желание поступить в академию его не оставляло, и 8 августа 1910 года сотник (с 5 октября — подъесаул) Науменко вновь был командирован в академию для сдачи экзамена, но не принят туда по конкурсу и 20 октября возвратился в полк. И лишь третья попытка оказалась удачной для настойчивого казачьего офицера из провинциальной Кубанской области. 10 октября 1911 года он выдержал экзамен и был зачислен в младший класс академии5.

Годы обучения в ней весьма значимы в судьбе В.Г. Науменко, потому что здесь он приобрёл необходимую теоретическую подготовку для своего дальнейшего карьерного роста. В связи с этим интересно проследить эволюцию молодого казачьего офицера в стенах академии, сравнив имеющиеся в архиве на его имя две характеристики. Первая из них представлена в аттестации 1-го Полтавского полка: «К службе относится с усердием и любит её. Здоров, военно-походную жизнь перенесёт свободно. Энергичен, решителен. Ездит верхом очень смело. Иногда бывает забывчив и несосредоточен, но очень деятелен и сообразителен. Со всякой работой разбирается свободно. Больше любит полевую работу. Честный. В кампании изредка выпивает, но из границ приличия не выходит. Должность полкового адъютанта исполняет хорошо. К командованию сотней не подготовлен. Очень небережлив, имеет долги. В общем хороший»6. А вот какую характеристику Науменко получил в 1914 году, после завершения курса обучения в академии: «К делу службы относится с любовью и горячо. Пробелы опытности успешно устраняются остротой ума и той живостью, которые характеризуют в нём кавалерийского офицера. Совершенно здоров. О нижних чинах заботлив. Толков, распорядителен, смел, но корректен. Отважный ездок, и вид на коне привлекательного казака. Теоретически знаком со сводом главнейших правил военного дела, что в связи к этому делу заметно развивает его кругозор. Вообще он видимо любит военное дело, строг тоже, ищет разъяснений, любит поспорить, силён духом. При живости характера ощущает перемены служебного роста. Отличный товарищ. Счастлив в семье»7.

8 мая 1914 года подъесаул Науменко окончил курс академии по 1 разряду и за отличные успехи в науках был награждён орденом Св. Станислава 3-й степени, причислен к Генеральному штабу и направлен в штаб Кавказского военного округа8. Прибыв туда 22 июля 1914 года, получил назначение в 1-ю льготную Кубанскую (позднее 1-ю Кубанскую казачью) дивизию на должность старшего адъютанта штаба дивизии. Здесь он и встретил известие о начале Первой мировой войны. Как видно из краткой записки о службе Вячеслава Григорьевича, составленной в 1917 году, «в делах и походах против Австро-Венгрии и Германии с 1 августа 1914 г.». Уже 30 августа он был ранен в бою под г. Стрый в Галиции9. Затем, как показывает анализ послужного списка подполковника Науменко, приводимого в одной из книг о нём10, в течение 1914—1917 гг. он участвовал в боях постоянно.

Казачье воспитание, практический опыт, приобретённый за годы службы в 1-м Полтавском казачьем имени атамана Сидора Белого полку, теоретические знания военного дела, полученные в академии Генерального штаба, сделали из молодого, пытливого казака блестящего боевого офицера. Защищая Родину на фронтах Первой мировой, Вячеслав Григорьевич удостоился следующих наград: ордена Св. Анны 4-й степени с надписью «За храбрость» — «за участие в боях 1 периода войны» (до 21 августа 1914 г.) (приказ по 8-й армии за № 235 от 15 декабря 1914 г.); Георгиевского оружия (приказ по 8-й армии за № 252 от 24 декабря 1914 г.); ордена Св. Анны 3-й степени с мечами и бантом — «за Карпатский переход дивизии и, в частности, за отличие в бою под Майданкой 25 сентября 1914 г.» (приказ по 8-й армии за № 274 от 7 февраля 1915 г.); ордена Св. Станислава 2-й степени с мечами — «за участие в бою под Надворной и у с. Гвоздь 16 и 17 сентября 1914 г.» (высочайший приказ от 6 апреля 1915 г.); ордена Св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом — «за то, что в бою 30 августа 1914 г. под Стрыем, будучи ранен, остался в строю, продолжая исполнять свою обязанность» (высочайший приказ от 6 марта 1915 г.); французской Военной медалью (приказ по дивизии за № 77 п. 1, 1915 г.); ордена Св. Анны 2-й степени с мечами (приказ по 10-й армии за № 177 от 29 января 1916 г.); высочайшего благоволения (высочайший приказ от 7 февраля 1917 г.)11.

Кроме того, архивы хранят и воспоминания сослуживцев и начальников Науменко, отмечавших его самоотверженность и профессионализм. В наградном листе к Георгиевскому оружию начальник 1-й льготной Кубанской казачьей дивизии генерал-лейтенант Стахович отмечал: «В бою под Делятиным утром 25 октября положение отряда было чрезвычайно тяжёлое: ночной атакой австрийцы сбили правый фланг и заняли высоту 614. Два с четвертью батальона, десять сотен и восемь орудий занимали страшно растянутую позицию. Правый фланг был сбит и шёл параллельно пути отступления, вся внутренность позиции обстреливалась ружейным огнём. Так как части заняли свои позиции после ночного боя, то важнее всего было разобраться в обстановке и разместить свои силы возможно рациональнее, чтобы додержаться на позиции до полудня, когда ожидалось подкрепление. С рассветом, когда австрийцы возобновили своё наступление, я вышел на позицию и совершенно не мог определить, как стоят части. Я немедленно поручил исполняющему обязанности начальника штаба отряда подъесаулу Науменко обойти всю позицию и дать указание, как именно надо расположить войска. Подъесаул Науменко доблестно, самоотверженно исполнил это важное поручение. Он пешком, под страшно сильным ружейным огнём противника обошёл всю позицию до крайнего её правого фланга, прислал несколько обстоятельных донесений, которые меня ориентировали в обстановке, а главное, исправил расположение рот и разъяснил лично всем начальникам участков обстановку. Это искусное и храброе исполнение моего поручения дало возможность отряду удержаться до подхода подкреплений, а мне разумно распорядиться этими подкреплениями. Словом, это дало отряду победу»12.

Из переписки о даровании В.Г. Науменко двух лет старшинства за выслугу и за ранение следует, что в бою 30 августа 1914 года он, выполняя впереди вверенного генералу Стаховичу конного отряда боевую разведку, был ранен в ногу, но остался в строю. Генерал отмечал: «В течение целого года капитан Hayменко на моих глазах непрерывно нёс боевую службу, всегда был образцом беззаветного мужества и поразительной добросовестности. Это выдающийся боевой офицер Генерального штаба»13. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 409. П/с 164-666. Л. 201—205.

2 Там же.

3 Там же.

4 Корсакова Н. Возвращение реликвий // Станица. 2005. № 3. С. 2; Корсакова Н.А. Атаман В.Г. Науменко. Страницы биографии / Атаман В.Г. Науменко и его «Хроника». Краснодар: ОИПЦ «Перспективы образования», 2006. С. 29.

5 РГВИА. Ф. 409. П/с 164-666. Л. 201—205.

6 Там же. Оп. 3. Д. 6257. Л. 1—2.

7 Корсакова Н.А. Атаман В.Г. Науменко… С. 29.

8 РГВИА. Ф. 2000. Оп. 1. Д. 4586. Л. 154.

9 Там же. Л. 158.

10 См.: Атаман В.Г. Науменко и его «Хроника»… С. 40—46.

11 РГВИА. Ф. 2000. Оп. 1. Д. 4586. Л. 154—158; Ф. 400. Оп. 12. Д. 26972. Л. 209 об.; Государственный архив Краснодарского края. Ф. 438. Оп. 1. Д. 37. Л. 36, 30а.

12 РГВИА. Ф. 400. Оп. 12. Д. 26972. Л. 7.

13 Там же. Ф. 2000. Оп. 1. Д. 4586. Л. 136 об.—137.

* Все даты даны по старому стилю.

ГИБЕЛЬ ФЛАГМАНА В ПОЛИТИЧЕСКИХ ВОЛНАХ

Забытое имя

БЛИЗНИЧЕНКО Сергей Сергеевич — доцент кафедры транспортных сооружений Кубанского государственного технологического университета, кандидат технических наук

(г. Краснодар. E-mail: Flagman.Flota@yandex.ru)

Гибель флагмана в политических волнах

В № 4 «Военно-исторического журнала» за 2011 год была опубликована статья В.С. Мильбаха о пограничных инцидентах на реке Амур в 1937—1939 гг. В ней упоминалось и о командующем Амурской Краснознамённой военной флотилией флагмане 1 ранга И.Н. Кадацком-Рудневе. В предлагаемой вниманию читателей статье мы более полно расскажем о жизни и деятельности этого забытого ныне флотского военачальника, стоявшего у истоков становления советского ВМФ.

В декабре 1935 года «Красная звезда» опубликовала перечень наиболее значимых флотских военачальников, в котором оказалась фамилия и И.Н. Кадацкого-Руднева, в то время командующего Амурской Краснознамённой военной флотилией (АКВФ).

Вот строки из передовой статьи центральной армейской газеты: «Имена Орлова, Викторова, Кадацкого, Галлера, Кожанова, Окунева, Киреева, Гришина, Гугина, Лудри, Душенова хорошо известны не только Красному Флоту, но и всей нашей армии и широким массам трудящихся нашей страны… как имена лучших боевых представителей нашего доблестного флота»1. Отметим, что буквально накануне большая группа рядового, командного, начальствующего и политсостава Морских Сил РККА «за выдающиеся заслуги в деле организации подводных и надводных морских сил Рабоче-Крестьянской Красной Армии и за успехи в боевой и политической подготовке краснофлотцев» была награждена орденами Советского Союза. Орден Ленина получили 183 человека, орден Красной Звезды — 65, орден «Знак Почёта» — 23 человека. Командующий АКФВ флагман 1 ранга И.Н. Кадацкий-Руднев был награждён орденом Красной Звезды.

Так кто же он такой — Кадацкий-Руднев, чьё имя оказалось третьим в списке популярных в те годы военморов?

Иван Никитич Кадацкий, родился 1(14) января 1889 года в городе Таганроге Донецкой губернии2. По свидетельству близких, воспитывался он у дяди, боцмана спасательной станции, так что к морю с детства прикипел душой. В возрасте 18 лет Иван нанялся матросом в каботажный торговый флот, затем поступил в Таганрогское мореходное училище, откуда был призван на военную службу и определён на Черноморский флот3.

С началом Первой мировой войны Иван Никитич выдержал экзамен на прапорщика по морской части4 и с октября 1915 года по январь 1918 года проходил службу на различных должностях в бригаде траления Чёрного моря. По образному выражению известного писателя-мариниста Бориса Лавренёва, в этот период прапорщик И.Н. Кадацкий «…служит на “гробовой” службе, в бригаде траления, укомплектованной офицерами “чёрной кости”, ибо “настоящие” моряки не желают подвергать себя ежеминутному риску взорваться»5. Какого-либо участия в Февральской и Октябрьской революциях прапорщик Кадацкий не принимал, но в феврале 1918 года добровольно вступил в ряды военморов создаваемого Рабоче-Крестьянского Красного Флота (РККФ)6. На тральщике № 360 он принимал участие в первых боях Гражданской войны на Азовском море, воевал с белыми, с немецкими и австрийскими оккупантами. В качестве временного начальника отряда кораблей Черноморского флота он благополучно вывел из Ейска советские тральщики, которые могли захватить кайзеровские войска. Однако не всё складывалось благополучно.

В августе 1918 года И.Н. Кадацкий попал в плен к белогвардейцам, длительное время провёл в заключении, и только в начале 1920 года смог бежать из плена7.

Несмотря на этот эпизод, ему оказали полное доверие, и в апреле 1920 года Кадацкий назначается начальником Службы связи Морских сил Чёрного и Азовского морей (МСЧАМ)8. На этой должности он проявил себя как знающий и расторопный командир, и в августе 1920 года И.Н. Кадацкий получает должность начальника дивизиона канонерских лодок Азовской военной флотилии (АВФ), вскоре переименованного в Отряд канонерских лодок9. В должности флагманского штурмана он принимал активное участие в боевых действиях на Азовском море в августе—сентябре 1920 года, в частности у косы Обиточная, бой у которой закончился крупным успехом Азовской военной флотилии. Врангелевские корабли, потерпев поражение, перестали появляться в районе Бердянска, оставив без поддержки с моря фланг своих сухопутных частей. В общей победе была заслуга и флаг-штурмана И.Н. Кадацкого, и хотя и не сразу, а лишь через восемь лет, но он всё же получил за тот бой орден Красного Знамени10.

В декабре 1920 года И.Н. Кадацкий назначается старшим морским начальником Мариупольской базы АВФ11, где ему пришлось много заниматься восстановлением разрушенной инфраструктуры и пополнением запасов продовольствия, обмундирования и боеприпасов. «За энергичную работу по ремонту судов в Мариуполе в невероятно тяжёлых условиях» ему была объявлена благодарность12.

Приказом Реввоенсовета Морских сил Чёрного и Азовского морей № 66 от 18 июня 1921 года военмор И.Н. Кадацкий был временно назначен начальником дивизиона канлодок. Всё лето он занимался боевой подготовкой этого соединения и добился хороших результатов. Но уже осенью его ждало новое назначение — он стал временно исполняющим обязанности флаг-капитана походного штаба начальника МСЧАМ, затем — начальника практического отряда судов МСЧАМ, после чего вернулся к исполнению обязанностей флаг-капитана практического отряда судов с оставлением в должности начальника дивизиона канлодок МСЧАМ. Интересно, что эти должности остались за ним даже после назначения командиром канонерской лодки «Терец».

Сталкиваясь в своей командирской практике со многими вопросами флотской службы, Иван Никитич всё больше убеждался в необходимости получения высшего военно-морского образования. Его просьба была удовлетворена, и в январе 1922 года И.Н. Кадацкий был откомандирован на учёбу в Военно-морскую академию (ВМА), а в марте зачислен её слушателем13. В то время там учились такие активные участники Октябрьской революции и Гражданской войны, как П.И. Смирнов-Светловский — бывший командующий Волжской и Днепровской военными флотилиями, З.А. Закупнев — комиссар Военно-морского училища и другие заслуженные военморы14. В том же году Иван Никитич подал ходатайство об изменении фамилии: учитывая родство со знаменитым командиром крейсера «Варяг» контр-адмиралом В.Ф. Рудневым, он просил отныне называть его Кадацким-Рудневым, что и было узаконено приказом по флоту и Комиссариату по морским делам № 554 от 8 августа 1922 года15.

Успешно окончив в 1926 году военно-морской факультет ВМА, И.Н. Кадацкий-Руднев был назначен командиром крейсера «Коминтерн» Морских сил Чёрного моря16. Правда, в командование кораблём сразу вступить не удалось: против его назначения выступил командующий Морскими силами Чёрного моря В.М. Орлов, так что лишь месяц спустя И.Н. Кадацкий-Руднев был окончательно утверждён в этой должности.

С 30 сентября по 9 октября 1928 года крейсер «Коминтерн» под командой И.Н. Кадацкого-Руднева совершил поход в Турцию. На борту корабля находились штурманы-практиканты и небольшая группа корабельных курсантов, окончивших теоретическое обучение в Военно-морском училище имени М.В. Фрунзе. Корабль через проливную зону прошёл в Эгейское и Мраморное моря. Во время похода проводились учения по постановке мин и тренировки по связи. В течение трёх суток «Коминтерн» находился в Стамбуле, где моряки посетили морской колледж и музеи. Утром 9 октября крейсер вернулся в Севастополь, пройдя 1112 миль17.

20 февраля 1928 года в ознаменование 10-летия РККА бывший «начальник службы связи и начальник дивизиона канонерских лодок АВФ» И.Н. Кадацкий-Руднев был награждён орденом Красного Знамени, годом позже он стал кандидатом в члены ВКП(б), а спустя ещё два года стал членом большевистской партии18.

С октября 1930 по январь 1931 года И.Н. Кадацкий-Руднев служил командиром переведённого с Балтийского на Чёрное море линкора «Парижская коммуна», затем был назначен командиром дивизии крейсеров Морских сил Чёрного моря19, состоявшей из крейсеров «Червона Украина», «Красный Кавказ» и «Профинтерн». В течение года на этих кораблях под руководством Ивана Никитича шла напряжённая боевая учёба, благодаря чему дивизии удалось показать хорошие результаты в ходе октябрьских манёвров 1931 года, а комдив получил благодарность от начальника ВМС РККА В.М. Орлова.

После манёвров отряд кораблей МСЧМ, включая дивизию крейсеров, участвовал в походе, проходившем под флагом наморси И.К. Кожанова. Все манёвры и перестроения в составе кильватерной колонны выполнялись чётко и своевременно. Не раз за время похода на линкоре «Парижская коммуна» поднимался сигнал, адресованный комдиву И.Н. Кадацкому-Рудневу — «Флагман выражает благодарность». Во время похода отрабатывались ночной поиск и атака противника эскадрой на основе данных непрерывной воздушной разведки, набеговая операция бригады крейсеров и дивизиона эсминцев на Батумский порт, дневная атака подводными лодками и другие тактические и боевые упражнения. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Красная звезда. 1935. 24 декабря.

2 Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Ф. Р-352. Оп. 2. Д. 98. Л. 1.

3 Там же.

4 Там же.

5 Морской сборник. 1936. № 1. С. 60.

6 РГА ВМФ. Ф. Р-352. Оп. 2. Д. 98. Л. 1.

7 Там же. Л. 2.

8 Там же.

9 Там же. Л. 7.

10 Там же. Ф. 446. Оп. 1. Д. 6. Л. 6.

11 Там же. Ф. Р-352. Оп. 2. Д. 98. Л. 1.

12 Там же. Л. 2.

13 Там же.

14 Очерки истории Военно-морской академии. Л., 1970. С. 54.

15 РГА ВМФ. Ф. Р-352. Оп. 2. Д. 98. Л. 2.

16 Список начальствующего состава Военно-Морских Сил Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Издание 1932 года. Составлен Управлением кадров УВМС РККА. М., 1932. С. 66.

17 РГА ВМФ. Ф. Р-866. Оп. 2. Д. 180. Л. 369, 370, 419; Ф. Р-910. Оп. 1. Д. 168. Л. 61.

18 Там же. Ф. Р-2192. Оп. 2. Д. 6178. Л. 1.

19 Список начальствующего состава Военно-Морских Сил Рабоче-Крестьянской Красной Армии. С. 66.