Я дал клятву и изменять… не буду

Герои и подвиги

Сизов Сергей Григорьевич — заведующий кафедрой «Отечественная история и политология» ФГБОУ ВПО «Сибирская государственная автомобильно-дорожная академия (СибАДИ)», доктор исторических наук

«Я дал клятву и изменять… не буду»

27 апреля 1876 года газета «Русский инвалид» рассказала о подвиге и мученической смерти унтер-офицера 2-го Туркестанского стрелкового батальона Фомы Данилова, захваченного в плен кипчаками (вариант тогдашнего названия киргизов) в ходе подавления войсками М.Д. Скобелева народного восстания на территории Кокандского ханства.

Ф.М. Достоевский, потрясённый этой историей, посвятил ей специальный раздел в «Дневнике писателя за 1877 год», назвав Фому Данилова замученным русским героем и эмблемой «всей нашей народной России».

Так кто же такой Фома Данилов, о котором ещё в 70-х годах XIX века говорили как о воине-мученике? Почти сразу после его смерти было установлено, что будущий герой родился в селе Кирсановке Бугурусланского уезда Самарской губернии, основанном в 1808 году выходцами из различных сёл и деревень Рязанской губернии1. Предки Фомы Данилова были родом из села Аграфенина пустынь Рязанского уезда. Среди первопоселенцев Кирсановки в ревизии 1811 года назван и прадед Фомы — Михаил Павлов, приехавший в Кирсановку с двумя сыновьями Василием и Сидором. Василий Михайлович (1796—1856) являлся дедом Фомы Данилова2.

Большой вклад в исследование родословной Фомы Данилова внёс местный краевед Н.Г. Алтухов, автор книги по истории Пономарёвского района3. Николай Гаврилович, проведя розыск по метрическим книгам села Кирсановки, установил фамилию Фомы — Лотарев, так как Данилов — это фактически отчество, указывающее, что Фома — сын Данилы. Правда, краевед не пришёл к какой-то одной версии, и в своих статьях, опубликованных в районной газете «Дёмские зори»4 называет фамилию Лоторев, а в книге — Лотырев. После дополнительного изучения мною метрических книг Космодемьянской церкви села Кирсановки за 1872—1916 гг. выяснилось, что у ближайших родственников наиболее часто встречается вариант Лотарев, это и следует, на мой взгляд, считать основным5.

В семье Данилы и Татьяны Лотаревых было пятеро детей: сыновья Андрей и Фома и дочери Мария, Мавра, Хиония. Правда, Н.Г. Алтухов называет и других сестёр Фомы: Евдокию, Февронию и Анну, но в ревизских сказках 1834, 1850 и 1858 гг. их нет6. Фома был младшим сыном, он родился в 1846 году, в 1864 году женился на Ефросинье Филипповне Тугих (вариант — Туговы), 24 ноября7 1865 года у них родилась дочь Варвара, но прожила только год. В 1869 году Фому призвали на военную службу, в 1873-м он являлся уже унтер-офицером и вскоре стал каптенармусом 2-го Туркестанского стрелкового батальона8, входившего в состав войск, участвовавших в Кокандском походе 1875—1876 гг.

Завоевание Туркестана, и в частности Кокандского ханства, стало одной из важнейших геополитических акций России второй половины XIX века. Стоит сказать, что этот шаг был необходим в том числе и для того, чтобы избавить русское и казачье население Южной Сибири от разбойничьих набегов степняков на почтовые станции и караваны, освободить русских пленных, которых тогда, как скот, продавали на базарах Средней Азии, прекратить бесконечные внутренние междоусобицы, не допустить в регионе английской экспансии.

Обстановка в самом Кокандском ханстве в 1870-е годы сложилась неспокойная: его сотрясали бесконечные восстания и бунты. Тяжёлое экономическое положение усилило борьбу за власть. Царствующая династия проявляла определённую лояльность к России, но остановить разбойные набеги сородичей не могла. Ситуация резко ухудшилась в 1873 году. Поводом для бунтов стали массовые казни, проведённые Худояр-ханом. Восстание против династии возглавили кипчак (киргиз) Исхак Хасан-оглы, принявший имя Пулат-хан9 и объявивший себя внуком некогда популярного хана Алим-бека, и кокандский сановник Абдуррахман-Автобачи. Восстание было направлено как против ханского гнёта, так и против русских войск. 9 октября 1875 года повстанческая армия овладела Кокандом. Худояр-хан и его сын Насреддин-бек бежали под защиту русских войск в Ташкент, пользуясь заключённым в 1868 году соглашением Коканда с Россией. В такой обстановке Россия, исходя из своих геополитических интересов, приняла решение о введении на территорию ханства своих войск. Пулат-хан провозгласил газават — войну с неверными10. Этот последний фактор, как мне представляется, имел определённое значение для последующих событий.

Но вернёмся к унтер-офицеру каптенармусу Ф.Д. Лотареву. В ноябре 1875 года, следуя из Ташкента в Наманган, он перегружал сломанную арбу и отстал от военного прикрытия. Вместе с несколькими другими русскими солдатами Фома был захвачен в плен отрядом Пулат-хана.

Газета «Русский инвалид» в номере от 27 апреля 1876 года даёт подробное описание дальнейших событий, происходивших на площади в Маргелане. По приказанию Пулат-хана его приспешник Абдул-Мамын двукратно предлагал Фоме Данилову перейти в мусульманство, обещая за это богатство и хорошие должности, в противном случае угрожая мучительной смертью. Он отверг эти предложения и сказал: «В какой вере родился, в такой и умру; а своему царю я дал клятву и изменять Ему не буду»11. Когда к нему подошли в третий раз с тем же, Фома, выбранив всех присутствовавших, произнёс: «Напрасно вы… надрываетесь, ничего с меня не возьмёте, а хотите убить, так убейте». По приказанию Абдул-Мамына его связали и привязали к доске. Фома перекрестился, насколько позволяли связанные руки, и повстанцы дали по нему, как сказано в статье, «неправильный залп», стремясь не убить, а тяжело ранить. Стреляли почти в упор. 29-летний герой жил ещё около часу. Пощады он не попросил. Смерть воина Фомы произвела огромное впечатление на туземцев, которые говорили: русский солдат умер как батыр, т.е. богатырь.

М.А. Терентьев в своём обширном труде «История завоевания Средней Азии» также пишет об этом незаурядном событии. По его мнению, акция обращения в мусульманство русского солдата должна была поднять дух восставших, которых неотступно преследовали русские войска12. 21 ноября 1875 года на площади в Маргелане собралась большая толпа, чтобы наблюдать унижение русских. Но им пришлось увидеть иное. Как ни старались муллы через переводчиков объяснить русским воинам13 преимущества ислама, как ни запугивали мучениями палачи, русские остались глухи. При этом Фома Данилов «особенно возражал» против перехода в иную веру и службы Пулат-хану. Товарищей Данилова просто зарезали, а ему была уготована казнь более изощрённая. Унтер-офицеру «отрубали по суставу каждого пальца, вырезали из спины ремни, поджаривали на угольях и т.п.». Мученик остался непреклонен14.

Наиболее обстоятельно эти события изложены в брошюре Д. Иванова, вышедшей в свет в августе 1876 года15. Хотя автор назвал своё произведение рассказом, тем не менее, надо полагать, написано оно на документальной основе, о чём свидетельствует, в частности, совпадение ряда важных деталей с теми, что приводятся в других источниках. Так, Д. Иванов подтверждает, что Фома Данилов был захвачен после поломки арбы с имуществом, что его специально привезли к Абдул-Мамыну, чтобы склонить к принятию иной веры, что имели место неоднократные уговоры и угрозы. В конце концов русский воин в резкой форме сказал, что он их, собак, не боится и останется христианином. После этого его раздели (но сапоги он палачам снимать не дал) и привязали к огромному колесу арбы. Фома кратко помолился Богу, и десять стрелков дали залп, после чего он жил ещё около часу. Потрясённые мужеством русского солдата азиаты говорили: батыр, батыр, урус16.

Как видим, подробности событий на площади Маргелана и казни воина-мученика Фомы существенно отличаются у разных авторов, но некоторые детали совпадают. Поскольку описание казни в газете «Русский инвалид» по времени намного ближе к событию, оно представляется и более правдоподобным. Дополнительную достоверность придаёт этой версии, во-первых, изложение множества деталей, во-вторых, ссылка на расследование, проведённое по приказу Скобелева, благодаря чему, судя по всему, и появилась заметка в газете. Близок к версии «Русского инвалида» и обстоятельный рассказ Д. Иванова, вышедший на следующий год после гибели героя.

В январе—феврале 1876 года войска М.Д. Скобелева нанесли решающее поражение восставшим под Андижаном и Асаке, вся территория Кокандского ханства в течение последующих двух месяцев была занята русскими войсками, 19 февраля 1876 года ханство было упразднено17, а на его территории образована Ферганская область. Генерал-майор Скобелев стал военным губернатором этой области и командующим войсками. Пулат-хан был схвачен: выдали сообщники. 1 марта 1876 года его и некоторых его подручных военно-полевой суд приговорил к повешению за зверства над русскими пленниками18. Символично, что казнены они были на той самой площади Маргелана, где замучили Фому Лотарева и других русских пленных. Узнав о подвиге своего однополчанина, русские солдаты перезахоронили его по христианскому обряду. Однако найти могилу Лотарева до сих пор не удалось.

О доблестном поведении и геройской смерти Фомы Данилова было объявлено в приказе по туркестанским войскам и сообщено самарскому губернатору. Император Александр II восхитился силой духа русского воина и повелел платить вдове пожизненную пенсию 120 руб. в год. Пенсия была назначена и его дочери Иулитте (это церковно-славянский вариант имени, русский вариант Улита), но здесь придётся сделать необходимую поправку. Ефросинья не дождалась мужа. Иулитта, родившаяся 31 июля 1873 года, не являлась дочерью Фомы. Метрические книги об этом свидетельствуют однозначно: при регистрации она названа «незаконнорождённой», отец не указан19. При выходе замуж отчество Иулитты было указано по крёстному отцу20.

Вдова героя получала пенсию из государственного казначейства, для Улиты земское собрание Самары собрало 1320 руб. Из них 600 руб. было внесено в банк до достижения ею совершеннолетия, а остальные деньги выданы вдове. Улита, вероятно, получила образование. Ефросинья Филипповна, по свидетельству Н.Г. Алтухова, ушла из жизни 15 сентября 1910 года на 65-м году жизни.

Что касается родственников Фомы Даниловича, то прямых наследников у него не осталось, а его братья и сёстры жили в Кирсановке. Особо следует сказать о сыне его брата Андрея — Федоте. Он глубоко чтил память своего дяди. Вместе с группой крестьян совершил паломничество в Иерусалим, откуда доставил икону «Усекновения головы Иоанна Предтечи», которая долгое время хранилась в семье как особая реликвия.

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Сегодня Кирсаново входит в Пономарёвский район Оренбургской области.

2 Ревизская сказка… по с. Кирсановке 1811 г. // Государственный архив Оренбургской области (ГА ОО). Ф. 98. Оп. 2. Д. 18. Л. 423 об.

3 Алтухов Н.Г. История Пономарёвского района. Оренбург, 2008. С. 80—85.

4 См.: «Дёмские зори». 1996. № 118, № 119.

5 В некоторых энциклопедиях до сих пор героя называют неверно: Фома Данилович Данилов. См. например: Данилов Фома Данилович. Электронный ресурс (дата обращения 15.10.2011): http:/www.biografija.ru.

6 См.: Ревизская сказка… по с. Кирсановке 1850 г. // Центральный государственный архив Самарской области (ЦГА СО). Ф. 150. Оп. 1. Д. 110. Л. 546 об., 547; Ревизская сказка… по с. Кирсановке 1858 г. // ЦГА СО. Ф. 150. Оп. 1. Д. 181. Л. 974 об., 975.

7 Все даты приводятся по старому стилю.

8 См.: О геройской смерти унтер-офицера Данилова // Русский инвалид. 1876. № 90. 27 апреля. С. 2.

9 Настоящий Пулат-хан отказался от участия в бунте.

10 Пулат-хан. Электронный ресурс (дата обращения 15.10.2011): http:/sanjyra.ru.

11 Там же.

12 29 августа 1875 г. войска генерал-лейтенанта К.П. Кауфмана уже взяли Коканд без боя.

13 М.А. Терентьев предполагает, что, кроме Данилова, на площади в Маргелане находились Святополк-Мирский и сотник Кузьмин.

14 Терентьев М.А. История завоевания Средней Азии. Т. 2. СПб., 1906. С. 389.

15 Иванов Д. Геройская смерть Данилова и Кокандскiй бунт в 1875 г. СПб., 1876. С. 56—69.

16 Там же.

17 Последний кокандский хан Насреддин был низложен и выслан в Оренбург.

18 Керсновский А.А. История Русской армии. Электронный ресурс (дата обращения 15.10.2011): http:/militera.lib.ru.

19 Архив ЗАГС Пономарёвской районной администрации Оренбургской области. Метрическая книга церкви святых бессребреников Космы и Дамиана с. Кирсановки Пономарёвской волости Бугурусланского уезда Самарской губернии за 1873 г. Раздел «О родившихся». Запись от 31 июля.

20 Там же. Метрическая книга… за 1890 г. Раздел «О бракосочетавшихся». Запись от 28 мая.

ГЕРОЙ-ГВАРДЕЕЦ

ИЗ ИСТОРИИ ТЫЛА ВООРУЖЁННЫХ СИЛ

ШИРШОВ Георгий Михайлович — генерал-майор в отставке (Москва. Т.: 8-906-059-43-05)

Герой-гвардеец

Внутриполитический кризис 1956 года в Венгрии, вылившийся осенью в восстание, направленное в целом против социалистического строя, потребовал от Советского Союза вооружённого вмешательства в целях сохранения социализма и недопущения выхода страны из Организации Варшавского договора (ОВД). На завершающем этапе советской военной акции общее руководство операцией возложили на Маршала Советского Союза И.С. Конева. В дополнение к имеющимся силам на территорию Венгрии выдвигались 38-я армия (генерал-лейтенант Х.М. Мамсуров) и 8-я механизированная армия (генерал-лейтенант А.Х. Бабаджанян) Прикарпатского военного округа. Всего же для проведения операции, получившей условное наименование «Вихрь», были сосредоточены: Особый корпус, 8-я механизированная и 38-я армии общей численностью около 60 тыс. человек.

В состав Особого корпуса наряду с другими войсками вошла и 128-я гвардейская стрелковая дивизия, перед которой стояла задача захватить западную часть Будапешта, овладеть Центральным командным пунктом ПВО, площадью Москвы, горой Геллерт (с крепостью), блокировать казармы и не допустить подхода венгерских частей к городу с запада. Для захвата важнейших объектов был создан передовой отряд в составе батальона пехоты, усиленного танками и десантом на бронетранспортёрах. Штурм Будапешта, назначенный на раннее утро 4 ноября 1956 года, прошёл успешно, и к вечеру сопротивление повстанцев в столице прекратилось. Советские потери в ходе военной акции составили: 669 человек убитыми и умершими от ран (из них 85 офицеров и 584 солдата и сержанта), 1540 ранеными и травмированными, 51 человек пропал без вести. По итогам боевых действий более 10 тыс. советских военнослужащих награждены орденами и медалями, а 26 человек удостоены звания Героя Советского Союза (из них 14 посмертно).

Среди тех, кто уже не узнал о своей высокой награде, был и начальник снабжения горюче-смазочными материалами 315-го гвардейского горно-стрелкового полка 128-й гвардейской горно-стрелковой дивизии гвардии капитан Григорий Петрович Моисеенков.

События развивались следующим образом.

23 октября 1956 года 128-я дивизия, дислоцировавшаяся в Прикарпатском военном округе, была поднята по боевой тревоге с задачей пересечь границу, войти в Будапешт и вместе с другими советскими войсками взять под охрану ключевые объекты города. 315-му полку, где служил Моисеенков, ставилась задача обеспечить ввод основных сил дивизии на территорию Венгрии. При этом основная тяжесть по выполнению приказа легла на танковый батальон полка. Стремительный марш потребовал большого расхода горючего. Но тылы отставали, и капитан Моисеенков получил приказ организовать доставку горючего с полевого склада. Первая часть операции прошла нормально, а на обратном пути колонна бензовозов подверглась нападению. Судя по редкому и беспорядочному обстрелу, противник не располагал большими силами, и капитан Моисеенков принял решение прорываться. Впрочем, иного выхода и не было: разворачивать колонну на узкой просёлочной дороге не имело смысла. Главное, чего опасался капитан, как бы не подбили головную машину. Он приказал двигаться вперёд с максимальной скоростью. Расчёт оказался верным: головные машины уже выходили из-под огня. Моисеенков, находившийся в последней машине с группой прикрытия, уже посчитал задачу выполненной, но противник вдруг усилил огонь, автомобиль с бойцами прикрытия подбили, и он оказался отрезанным от колонны, а капитан получил ранение. Перевязку делать было некогда. Заняв оборону, воины отстреливались от наседавшего противника. Моисеенков ободрял молодых солдат, говоря, что раз колонна прорвалась, то помощь обязательно придёт. К сожалению, они её не дождались. Повстанце выкатили на дорогу орудие и открыли огонь прямой наводкой. В результате почти вся группа прикрытия погибла. Последним ушёл из жизни командир. Когда повстанцы, посчитав, что с советскими воинами покончено, подбежали к горящей машине, перед ними встал израненный гвардеец капитан Моисеенков, сжимая в руках последнюю гранату. Она и подвела итог этому бою, на месте которого остались тела 28 убитых и раненых мятежников.

За мужество и отвагу, проявленные при выполнении воинского долга, гвардии капитану Григорию Петровичу Моисеенкову Указом Президиума Верховного Совета Союза ССР от 18 декабря 1956 года было присвоено Звание Героя Советского Союза (посмертно).

Похоронен герой 14 ноября 1956 года с воинскими почестями в братской могиле у памятника в городе Будапеште, где покоится прах парламентёров, возглавляемых капитаном И.А. Остапенко и расстрелянных фашистами 29 декабря 1944 года.

Говоря о подвиге капитана Г.П. Моисеенкова, хотелось бы вспомнить некоторые факты из его биографии. Родился Григорий Петрович 22 марта 1915 года в деревне Середнёво Краснинского района Смоленской области в семье крестьянина. Окончил сельскохозяйственный техникум, некоторое время работал агрономом в Шумячской МТС. В январе 1937 года был призван на военную службу. Его двадцатилетняя военная карьера началась с кавалерийского эскадрона 27-й кавдивизии. Любовь к лошади, бывшей в те годы основной движущей силой не только в деревне, но и в армии, привела его в Ленинградское военно-ветеринарное училище, которое окончил в 1939 году. В этой службе на различных должностях он начал свой боевой путь в Советско-финляндской войне 1939—1940 гг., находясь в составе 449-го стрелкового полка 144-й стрелковой дивизии и 558 сп 142 сд. В его боевой аттестации за этот период сказано: «В бою вёл себя храбро, мужественно и дисциплинированно».

Великую Отечественную войну Григорий Петрович начал в составе 334-го стрелкового полка 142-й стрелковой дивизии Ленинградского фронта, а затем в составе 9, 17 и 22-го укрепрайонов 23-й армии этого же фронта. Перенёс все тяжести блокады, участвовал в её прорыве, был удостоен медали «За оборону Ленинграда».

В послевоенные годы Г.П. Моисеенков, подчиняясь духу времени, сменил ветеринарную службу на службу горючего. В 1953 году он заочно окончил Военную академию тыла и снабжения, затем Курсы усовершенствования офицерского состава в Винницком военно-техническом училище. В августе 1954 года Г.П. Моисеенков получил новое назначение — начальником снабжения горюче-смазочными материалами 315-го гвардейского горно-стрелкового полка 128-й гвардейской горно-стрелковой дивизии. Эта должность оказалась в его офицерской карьере последней.

ГЕРОЙ ВОЙНЫ — ГЕРОЙ РОССИИ

Мусаева Салихат Ибрагимовна — заведующая кафедрой истории стран Азии и Африки Дагестанского государственного университета, доктор исторических наук, профессор (E-mail: sirsa@mail.ru)

Герой войны — Герой России

Как известно, в период штурма рейхстага и вплоть до передачи его союзным войскам на нём в разных местах советскими воинами было установлено до 40 знамён, флагов и флажков. Одно из знамён, установленное М.А. Егоровым и М.В. Кантария, официально признано Знаменем Победы. Однако не надо забывать и тех воинов, кто устанавливал другие знамёна и флаги. К их числу принадлежит и дагестанец Абдулхаким Исмаилов, тоже водрузивший над рейхстагом красное знамя вместе со своими боевыми товарищами Алексеем Ковалёвым и Леонидом Горичевым. К сожалению, все они уже ушли из жизни, последним — 17 февраля 2010 года на 94-м году жизни умер Герой России Абдулхаким Исакович Исмаилов.

Мы не ошиблись, сказав Герой России. Хотя и с запозданием более чем на полвека, но Золотая Звезда за установление знамени над рейхстагом была ему вручена.

Указом Президента Российской Федерации № 212 от 19 февраля 1996 года «О награждении государственными наградами Российской Федерации активных участников Великой Отечественной войны 1941—1945 годов» Абдулхакиму Исмаилову было присвоено звание Героя Российской Федерации. Это последняя и самая дорогая боевая награда ветерана, участника Советско-финляндской войны 1939—1940 гг. и Великой Отечественной. В конце войны Исмаилов служил в 101-й отдельной механизированной разведывательной роте 83-й стрелковой дивизии 8-й гвардейской армии 1-го Белорусского фронта. За боевые заслуги он был награждён орденами Отечественной войны 1-й степени, Славы 3-й степени, Красного Знамени, медалями «За отвагу», «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина» и другими.

После окончания войны А. Исмаилов вернулся в родное село Чагар-отар Хасавюртовского района Республики Дагестан, работал в колхозе. Достойно воспитал своих детей, затем внуков. Много внимания уделял патриотическому воспитанию подрастающего поколения, укреплению межнациональной дружбы в многонациональном Хасавюртовском районе. До последнего дня своей жизни он оставался в строю, встречался с учащимися школ и студентами республики. Особенно частыми были встречи с учащейся молодёжью в его родном селении, школа которого носит имя Героя России.