Что может быть прискорбнее такого безвыходного положения военного священника!

ДОКУМЕНТЫ И МАТЕРИАЛЫ

Абдуллин Халим Миннуллович — старший научный сотрудник Института истории имени Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан (г. Казань), кандидат исторических наук (E-mail: Xalimabd@mail.ru)

«Что может быть прискорбнее такого безвыходного положения военного священника!»

Записка Главного священника армии и флота П.Е. Покровского об улучшении служебного и материального положения православных военных священнослужителей

Юридическое закрепление места и роли православного военного духовенства в России происходило при Петре I. Согласно воинскому уставу 1716 года при каждом полку должен был состоять священник, а с 1719 года на каждом военном корабле по штату полагался иеромонах1. Старший из них, обер-иеромонах, являлся «начальным священником» во флоте, а военно-сухопутное духовенство подчинялось обер-полевому священнику, однако только на период боевых действий. В целом вплоть до XIX века не было установлено отдельного управления военного духовенства, и оно подчинялось местному епархиальному начальству. Только при императоре Павле I законодательным актом от 4 апреля2 1800 года на полевого обер-священника были возложены обязанности руководства военным духовенством и в мирное время. Постепенно к этому должностному лицу переходят функции, свойственные епархиальным архиереям: назначение и увольнение священно- и церковнослужителей, меры административного надзора, наказания и поощрения и т.д. С 1858 года полевой обер-священник стал называться Главным священником армии и флота. В 1871—1888 гг. эту должность занимал протоиерей П.Е. Покровский3.

В этой связи привлекает внимание документ из фонда Казанской военно-кремлёвской Спасской церкви Национального архива Республики Татарстан (НА РТ), озаглавленный «Записка о необходимости возвышения служебных прав военного духовенства в квартирном, путевом и других довольствиях, сравнительно с правами его по эмеритуре»4. В записке, датируемой 1883 годом, говорится о процессе подготовки законодательного «Положения о возвышении служебных прав военного духовенства и об увеличении его содержания», высочайше утверждённого императором Александром III 24 июля 1887 года5. Очевидно, записка рассылалась представителям православного военного духовенства с целью уточнения предполагаемых изменений. Следует отметить, что предлагаемые в документе меры не нашли полного отражения в утверждённом «Положении». Так, П.Е. Покровский настойчиво добивался повышения статуса военных священников до уровня штаб-офицера в чине, равном майору, однако они остались в прежних капитанских правах, хотя и со значительным улучшением материального положения. Не реализовалось и предложение об утверждении штатных псаломщиков в правах прапорщиков: в итоговом документе их статус был приравнен к чину подпрапорщика. Имелись и другие расхождения с содержанием записки, которая является яркой характеристикой реального положения православного военного духовенства на рубеже 70—80-х годов XIX века. В своей записке П.Е. Покровский довольно убедительно описывает приниженный, во многих отношениях несправедливый статус военных священнослужителей, которые вне зависимости от срока службы, образования, участия в боевых походах и кампаниях, полученных наград оставались на положении обер-офицеров в капитанском чине.

Документ

Записка о необходимости возвышения служебных прав военного духовенства в квартирном, путевом и других довольствиях, сравнительно с правами его по эмеритуре6

Военное духовенство по своему высокому призванию, по своему благотворному и ответственному служению Церкви и Отечеству должно пользоваться и всеми служебными правами и преимуществами, соответствующими его общественному положению. При этом только условии военное духовенство может в действительности стоять на высоте своего призвания и с успехом выполнять своё общественное назначение.

Обращаясь между тем к самому быту военного духовенства, нельзя не признать, что оно в своих служебных правах не только достаточно не обеспечено, но даже поставлено гораздо ниже всех других военнослужащих лиц, несмотря на то, что требования от военного священника в настоящее время всё более и более увеличиваются.

Правда, в последнее время немало было сделано для улучшения его служебного положения. Так, с особенною признательностью военное духовенство встретило благодетельную меру 1874 года о причислении его к военной эмеритуре, причём военный священник впервые увидел себя поставленным выше присвоенного ему с незапамятных времён капитанского чина (приказ по военному ведомству от 30 сентября 1874 года за № 268). Другая подобная же благодетельная реформа была в минувшем году [1882 г.], состоявшая в увеличении военным священникам столового довольствия, хотя это последнее увеличение сделано было опять же по старому капитанскому окладу и даже несколько ниже этого оклада (приказ по военному ведомству от 30 августа за № 244).

На этом и остановились начавшиеся реформы по улучшению быта военного духовенства. Во всех же других жизненных вопросах и общественных правах, как, например, в квартирном и путевом довольствии, в отпуске отопления и освещения, военный священник и даже заслуженный и достигший старости протоиерей по-прежнему остаётся на правах того же капитанского чина (вв. Гражд. зак., т. IV, гл. 2-я, ст[атья] 295, изд[ания] 1857 года, Св. Воен. Пост., часть IV, ст. 337, § 9)7. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Иеромонах (от греч. hieromonachos) — монах-священник.

2 Все даты приводятся по старому стилю.

3 Покровский Пётр Евдокимович (1802—1888) — протоиерей, духовный деятель и религиозный писатель. Родился в семье священника Московской епархии, чьи предки преемственно священствовали с 1600 г. Окончил Московскую духовную академию (1828). До 1834 г. вёл преподавательскую деятельность, затем занял должность священника Московской церкви Параскевы на Охотном ряду. С 1842 г. член консистории, с 1855 г. кафедральный протоиерей г. Москвы. Член различных благотворительных обществ, директор Тюремного комитета, ревизор духовных училищ Москвы. Главный священник армии и флота (1871—1888). В этой должности учредил «Благотворительное общество попечения о бедных духовного звания», при нём также выработаны «Положение о служебных правах и окладах содержания военного духовенства».

4 Эмеритура — специальная пенсия уволенным в отставку государственным служащим и военнослужащим (в России существовала до 1917 г.), пособие вдовам, сиротам из суммы специальных — эмеритальных — касс, а также: страховая касса служащих, учреждаемая для обеспечения участников и членов их семей пенсиями и пособиями, средства на которые составлялись из обязательных отчислений из жалованья государственных служащих; эмеритальная касса.

5 Полное собрание законов Российской империи (ПСЗРИ). Собр. 3-е. Т. VII. № 4659. СПб., 1889. С. 386, 387.

6 Текст публикуется с сохранением стиля документа, но в соответствии с современными нормами русского языка.

7 Автор записки ссылается на Гражданское законодательство 1857 г. издания и Свод военных постановлений, изданный в 1839 г. и вступивший в действие в 1840 г. Переиздавался в 1859 и 1869 гг., каждый раз дополнялся продолжениями. Свод 1869 г. разрабатывался и издавался вплоть до 1917 г., включал 6 частей, 24 книги. Некоторые книги издавались в виде отдельных уставов и постановлений.

ПОДРЫВНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ США ПРОТИВ ЧИЛИ — ОСЕНЬ 1970 ГОДА

ШЛА «ХОЛОДНАЯ ВОЙНА»

Платошкин Николай Николаевич — доцент Московского гуманитарного университета, кандидат исторических наук (E-mail: platoshkin@mail.ru)

Подрывная деятельность США против Чили — осень 1970 года

Послевоенное противоборство между двумя общественно-политическими системами, а точнее, между двумя сверхдержавами — СССР и США — получило название «холодная война». В неё оказались втянуты не только военные блоки — Северо-атлантический союз (НАТО) и Организация Варшавского договора (ОВД). Каждая из сторон, пытаясь расширить или укрепить сферу своего влияния, вовлекала в орбиту «холодной войны» другие, внеблоковые государства, и мир постоянно лихорадило от кризисов, то и дело грозящих перерасти в войну «горячую». В начале 1970-х годов жертвой «холодной войны» стал президент Чили Сальвадор Альенде1, пытавшийся осуществить в стране реформы по социалистическому образцу. В предлагаемой вниманию читателей статье речь идёт о деятельности США, направленной против «марксиста» Альенде ещё до избрания его президентом Чили.

В отличие от СССР в США во время «холодной войны» существовали специальные государственные органы по тайной подрывной деятельности против неугодных Вашингтону иностранных государств. В декабре 1947 года Совет национальной безопасности (СНБ) США принял специальную директиву NSC 4-A, согласно которой только что созданной внешней разведке — ЦРУ поручалось вести «психологическую войну» против враждебных США стран. Смысл директивы был ещё и в том, что все подрывные операции носили тайный характер и не подлежали согласованию с конгрессом.

18 июня 1948 года новая директива СНБ NSC 10/2 уже точнее определила, что понималось под тайными операциями (covert actions). Это операции, которые «осуществляются или поддерживаются нашим правительством против враждебных иностранных государств или групп или в поддержку дружественных иностранных государств или групп, но которые планируются и осуществляются так, что любая ответственность правительства США за них не очевидна непосвящённым лицам, и если эти операции становятся достоянием гласности, правительство США смогло бы достоверно отречься от любой ответственности за них»2. Организовывать подрывные операции поручалось ЦРУ либо единолично, либо в контакте с госдепартаментом и министерством обороны. Перечень подрывных акций СНБ определял следующим образом: «пропаганда; экономическая война; превентивные прямые акции, включая саботаж, контрсаботаж, разрушение (объектов) и эвакуация (людей); подрывная деятельность против враждебных государств, включая поддержку движений сопротивления, партизан и эмигрантских освободительных групп, а также поддержку местных антикоммунистических элементов в находящихся в опасности странах свободного мира»3.

Уже в том же 1948 году ЦРУ тайно профинансировало предвыборную кампанию христианских демократов в Италии, что позволило предотвратить победу на свободных выборах итальянской компартии.

В декабре 1955 года был создан постоянно действующий межведомственный орган по планированию подрывных операций против иностранных государств (директива СНБ NSC 5412/2) — Специальная группа. В неё входили директор ЦРУ, заместители министра обороны, госсекретаря и представитель президента (как правило, секретарь СНБ или его заместитель). С 1959 года группа собиралась на встречи еженедельно. Но ЦРУ по-прежнему имело право осуществлять мелкие подрывные операции (стоимостью не более 25 тыс. долларов) самостоятельно, без одобрения группы.

Именно Специальная группа планировала убийство Фиделя Кастро и экономический саботаж против Кубы (операция Mongoose). С 1964 года группа была известна как Комитет 303. За время президентства Кеннеди и Джонсона (1961—1967 гг.) Комитет 303 одобрил 163 тайные операции против иностранных государств. При этом в 1970-е годы стало известно, что ЦРУ передало на рассмотрение Комитета лишь 14 проц. всех подрывных акций4.

17 февраля 1970 года президент Никсон подписал специальный меморандум, по которому Комитет 303 переименовывался в Комитет 40 (в том числе и потому, что информация о деятельности Комитета 303 просочилась в прессу и вызвала бурю негодования по всему миру). Никсон включил в члены Комитета дополнительно министра юстиции.

ЦРУ и Комитет 303 обратили пристальное внимание на Чили уже в 1958 году, когда кандидат левых сил социалист Сальвадор Альенде едва не одержал победу на президентских выборах. Победивший кандидат правых сил проамерикански настроенный олигарх Хорхе Алессандри набрал 389 909 голосов, Альенде — 356 493 голоса5. Согласно чилийской конституции, если на президентских выборах ни один из кандидатов не набирал 50 проц. голосов, то президента большинством голосов утверждал парламент страны. По неписанной, но скрупулезно соблюдавшейся традиции чилийский конгресс обычно голосовал за того, кто набирал относительное большинство. Так Алессандри стал президентом.

Но в ЦРУ понимали, что на следующих выборах 1964 года правым только собственными силами уже не победить. Поэтому в Вашингтоне решили активно поддержать кандидата от основанной в 1957 году Христианско-демократической партии (ХДП) Эдуардо Фрея. Тот позиционировал себя как активный реформатор и борец с олигархией. Предвыборным лозунгом ХДП было «Революция в условиях свободы». Фрей обещал аграрную реформу и национализацию меднорудной промышленности, находившейся в собственности американских компаний. По сути, Фрей украл лозунги у Альенде.

Согласно официальному отчёту ЦРУ в апреле 1962 года Специальная группа решила активно поддержать Фрея6. В 1964 году ЦРУ тайно передало в предвыборный фонд Фрея 2,6 млн долларов, очень большую по тем временам сумму, составившую более половины всех расходов ХДП на президентскую кампанию7. Кроме того, было проведено детальное исследование политических настроений различных групп чилийского общества, включая армию, на что ассигновалось более 8 млн долларов8. Это дало возможность выявить наиболее массовые консервативные группы чилийского населения — женщины, находившиеся под сильным влиянием католической церкви, высшие и средние офицеры, мелкие предприниматели. На них прежде всего и рассчитывались специальные пропагандистские материалы, направленные против Альенде, которые передавались для распространения правым чилийским СМИ. Например, женщинам обещали, что в случае победы Альенде их детей насильно отправят на Кубу, где коммунисты «промоют им мозги». Причём работа с женским электоратом облегчалась тем, что согласно чилийскому избирательному законодательству мужчины и женщины голосовали на раздельных избирательных участках. Вся эта подрывная деятельность проходила под постоянным руководством Комитета 303, который был удовлетворён своей работой. Несмотря на то что Альенде набрал на выборах 4 сентября 1964 года в три раза больше голосов, чем в 1958 году — 977 902, победа Фрея оказалась более чем убедительной: за него проголосовали 1 409 012 избирателей9. В ЦРУ при этом не без гордости отметили, что исход голосования во многом решили именно женщины.

В Вашингтоне на время успокоились, решив, что после такого разгрома Альенде уже никогда не будет баллотироваться в президенты. Однако обстановка в Чили продолжала развиваться в пользу левых сил, тем более что половинчатые реформы Фрея подорвали экономику страны, которую захлестнула инфляция (под давлением Международного валютного фонда Чили была вынуждена 2 раза в месяц девальвировать свою валюту эскудо по отношению к доллару). В 1967 году ЦРУ создаёт постоянный механизм пропагандистской подрывной работы против левых сил Чили (propaganda workshop)10. Данная структура продолжала поставлять в СМИ Чили сфабрикованные материалы об «ужасах», которые ждут страну в случае победы на выборах «марксистов». Но усилия ЦРУ привели к неожиданным результатам. Многие руководящие и рядовые члены ХДП всерьёз восприняли обещания Фрея о «революции», и партия практически раскололась. Вышедшие из неё члены создали Левохристианскую партию — Движение единого народного действия (МАПУ), которая фактически объединилась с левыми силами. К тому же по конституции Чили президенту запрещалось баллотироваться на повторный срок. А кандидат ХДП на выборах 1970 года Радомиро Томич заявил, что является приверженцем некапиталистического пути развития страны. Причём в отличие от Фрея Томич действительно являлся левонастроенным политиком и верил в то, что обещал11.

Всё это настораживало Вашингтон и там опять решили сделать ставку на кандидата правой Национальной партии и бывшего президента Алессандри, тем более что при помощи ЦРУ его партия добилась неплохих результатов на выборах в конгресс в 1969 году. Лидер Национальной партии Харпа заявил в марте 1969 года: «В случае нашего прихода к власти компартия будет запрещена»12. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Альенде Госсенс (Allende Gossens) Сальвадор (1908—1973), президент Чили в 1970—1973 гг.; был выдвинут блоком Народное единство. Один из организаторов (1933) и лидер Социалистической партии Чили, в 1939—1942 гг. — министр здравоохранения, с 1945 г. — сенатор (в 1966—1969 гг. — председатель Сената). Во время военного переворота, возглавляемого А. Пиночетом, покончил жизнь самоубийством.

2 Подробно историю создания органов США по подрывной войне против иностранных государств см. на сайте госдепартамента США: www.history.state.gov/historicaldocuments/frus1969-76ve10/actionsstatement.

3 Там же.

4 Там же.

5 Лаврецкий И.Р. Сальвадор Альенде. М., 1974. С. 79.

6 Интернет-ресурс www.cia.gov/library/reports/general-reports-1/chile/index.html

7 Treverton G.F. Covert Intervention in Chile 1970—1973. p. 2. Интернет-ресурс www.georgetown.edu.

8 Тарасов К.С., Зубенко В.В. Тайная война США против Латинской Америки. М., 1987. С. 61—64.

9 Лаврецкий И.Р. Указ. соч. С. 90.

10 Интернет-ресурс www.cia.gov/library/reports/general-reports-1/chile/index.html.

11 Томич говорил, что всё население Чили делится на две части: тех, кто не ест, и тех, кто не спит, опасаясь тех, кто не ест. Сам Томич считал себя выразителем интересов тех, кто не ест.

12 Чернышёв В.П. Заговор «мумий». М., 1974. С. 40.

Оценка международной обстановки во второй половине 1920-х годов советской военной разведкой

Арцыбашев Валерий Александрович — кандидат исторических наук (Москва. E-mail: arcybashev_w@mail.ru)

Оценка международной обстановки во второй половине 1920-х годов советской военной разведкой

Деятельность советской военной разведки после окончания Гражданской войны и военной интервенции, когда международная обстановка продолжала оставаться чрезвычайно сложной, была направлена на добывание сведений о военных силах сопредельных и других государств капиталистического мира, о возможных угрозах СССР, о готовящихся антисоветских акциях военного и другого характера, а также о важнейших событиях международного масштаба, в той или иной степени затрагивающих военную безопасность СССР.

Более 11 лет Разведывательное управление (РУ) Штаба РККА возглавлял Ян Карлович Берзин, сумевший превратить её в одну из сильнейших спецслужб мира. При этом наиболее значительным как по составу, так и по квалификации сотрудников в 1920-е годы считался 3-й отдел, возглавлявшийся другом и соратником Берзина — А.М. Никоновым1, где систематизировалась, обобщалась и анализировалась вся поступавшая информация и давалась оценка событиям, происходящим в Европе и мире. В целях информационного обеспечения руководства страны, командования РККА, а также заинтересованных гражданских ведомств сотрудники 3-го отдела РУ Штаба РККА готовили разведывательные сводки по Западу и Востоку, по иностранной военной технике, справочники о вооружённых силах капиталистических стран, брошюры по отдельным военным проблемам, бюллетени военных известий и иностранной прессы, а также другие документы, в которых освещались важнейшие внешнеполитические, военные и военно-политические события в мире, деятельность правительств и военные планы генеральных штабов капиталистических государств, представлявших военные угрозы для СССР, состояние и тенденции развития их вооружённых сил.

При этом Я.К. Берзин, сам принимая активное участие в подобной работе, являлся сторонником привлечения к обсуждаемым темам средств массовой информации и поощрял выступления своих сотрудников с публикациями в открытой печати. Материалы, подготовленные специалистами РУ Штаба РККА, нередко появлялись в газете «Красная звезда», журналах «Война и революция», «Техника и вооружение»; немалыми тиражами издавались также написанные ими брошюры и книги.

Разумеется, основная часть информационно-аналитической работы сотрудников 3-го отдела Разведывательного управления Штаба РККА носила закрытый характер и предназначалась исключительно для партийно-политического руководства страны и командования РККА, являясь важнейшей составляющей в системе информационного обеспечения при принятии решений в области внешней политики, обороны и безопасности государства.

Хотя материалы Разведывательного управления были не лишены классового подхода к событиям за рубежом и революционной лексики, что соответствовало духу того времени, следует подчеркнуть, что в середине 1920-х годов сотрудники советской военной разведки, не подстраиваясь под мнение отдельных членов Политбюро ЦК ВПК(б), имели собственные представления о характере будущей войны, мыслили вполне прагматично и, вскрывая реальную политику великих и малых держав на международной арене, готовили добротный аналитический материал со своими выводами, прогнозами и рекомендациями, которые, в свою очередь, могли быть использованы военным и политическим руководством СССР в процессе принятия решений на государственном уровне. Основанием для таких утверждений может, в частности, служить аналитический доклад РУ Штаба РККА с оценкой международного и военного положения СССР к началу 1927 года (от 29 января 1927 г.), в выводах которого не только перечисляются благоприятные и неблагоприятные факторы, определявшие во второй половине 1920-х годов возможность существования Советского Союза в мире, но и содержатся рекомендации о том, что целесообразно и необходимо делать, чтобы оттянуть войну между СССР и капиталистическими странами и улучшить его военно-политическое положение. Руководство страны имело возможность сопоставить информацию РУ с поступавшей из Иностранного отдела ОГПУ при СНК СССР, Наркомата по иностранным делам СССР, а также по линии Коминтерна, чтобы решить для себя, насколько та или иная информация ценна и достоверна.

Весной 1926 года аналитики РУ, среди которых особенно выделялись Я.М. Жигур2 и Х.А. Пунга3, подготовили для К.Е. Ворошилова тезисы, положенные в основу его доклада в ЦК ВКП(б) о состоянии вооружённых сил и военно-производственных возможностях западных, прежде всего сопредельных с Советским Союзом, государств и их возможных намерениях в отношении СССР. Тезисы содержали обстоятельный анализ международной обстановки с точки зрения военной опасности для СССР на 15 мая 1926 года, внутреннего положения Советского Союза, возможностей капиталистических стран по созданию коалиций против СССР, военного положения вероятных противников СССР на западной границе и характера предстоящей войны, а также выводы о внешних угрозах безопасности Советского государства.

Предлагая сегодня вниманию читателей эти архивные документы, подчеркнём их обстоятельность в анализе международной обстановки и внутреннего положения Советского Союза, хотя события последующих лет и показали ошибочность ряда выводов.

Данные тезисы публикуются полностью, с сохранением стилистических особенностей оригиналов, пунктуация приведена к современным нормам, сокращения и иные пояснения даются в квадратных скобках. Для подготовки комментариев к тексту архивного документа были использованы работы сотрудников информационно-статистического отдела РУ Штаба РККА, опубликованные в открытой советской печати в 1924—1926 гг. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Никонов Александр Матвеевич (1893—1937) — комдив (1935). В РККА с 1919 г. Окончил школу прапорщиков в Петергофе (1916), Курсы усовершенствования начальствующего состава при Военной академии РККА имени М.В. Фрунзе (1927). Участник Первой мировой войны, поручик. В период Гражданской войны — в отряде особого назначения Мурманского боевого участка, помощник начальника штаба оперативной группы, начальник штаба 6-й бригады 2-й стрелковой дивизии (май 1919 — декабрь 1921 г.). В дальнейшем — на различных должностях в Разведывательном управлении Штаба РККА и на командных должностях в армии. Затем начальник 3-го отдела и одновременно помощник начальника IV (Разведывательного) управления Штаба РККА (февраль 1931 — январь 1934 г.); заместитель начальника (декабрь 1934 — август 1937 г.), затем исполняющий обязанности начальника (1—5 августа 1937 г.) РУ Штаба РККА. Арестован 5 августа 1937 г., расстрелян 26 октября 1937 г. Реабилитирован 19 мая 1956 г.

2 Жигур Ян Матисович (1895—1938) — комбриг (1935). В РККА с 1918 г. Окончил Военную академию РККА (1923). Участник Первой мировой войны, поручик. В период Гражданской войны — командир 40-й стрелковой дивизии (апрель—июнь 1919 г.). В дальнейшем — на руководящих должностях в армии и РУ, с марта 1930 г. На командных должностях в Военно-химическом управлении РККА, позже помощник начальника кафедры тактики высших соединений Академии Генштаба РККА. Арестован 14 декабря 1937 г., расстрелян 22 августа 1938 г. Реабилитирован 7 июля 1956 г.

3 Пунга Христофор Андреевич (1892—1938) — полковник (1935). В РККА с 1918 г. Окончил Оренбургскую школу прапорщиков (1916), Московскую школу штабной службы (1919), Военную академию РККА (1923). Участник Первой мировой войны, прапорщик. В период Гражданской войны — на командных и штабных должностях в войсках. В дальнейшем — в Разведывательном управлении Штаба РККА, с февраля 1936 г. начальник разведывательного отдела штаба МВО. Арестован 11 декабря 1937 г., расстрелян 2 апреля 1938 г. Реабилитирован 7 августа 1956 г.