1

Армейские эскулапы древнего Рима

Аннотация. В статье рассказывается о становлении военно-медицинской службы Древнеримского государства; раскрываются организационная структура и специализация армейских врачей; приводятся яркие примеры работы военных хирургов Античности в условиях реальной боевой обстановки.

Summary. The article tells about development of the military medical service of the ancient Roman state; reveals its organizational structure and specialization of army doctors; gives vivid examples of military surgeons’ activities of Antiquity in real combat situations.

История военной медицины

 

АРМЕЙСКИЕ ЭСКУЛАПЫ ДРЕВНЕГО РИМА

 

Банников Андрей Валерьевич — доцент кафедры истории средних веков исторического факультета Санкт-Петербургского государственного университета, кандидат исторических наук

(Санкт-Петербург. E-mail: bramastra@mail.ru).

 

Основы регулярной военно-медицинской службы закладывались ещё в далёкие античные времена. Согласно сохранившимся историческим источникам звание военного медика впервые упоминается в связи с проведённой римским императором Августом армейской реформой1. С этого момента команды военных врачей существовали фактически при каждом легионе.

В дореформенный, республиканский период римские армии часто страдали от отсутствия необходимой медицинской помощи. После сражений в лагерях от ран и инфекций умирало людей больше, чем оставалось лежать на поле боя2. Появление новых медицинских подразделений позволило кратно сократить потери личного состава в действующих легионах.

В ходе реформы римская армейская медицина достигла достаточно высокого уровня. Особенно заметными были успехи в области хирургии: военные врачи в условиях активных боевых действий проводили сложнейшие операции и спасали жизни сотен и тысяч тяжелораненых бойцов.

Армейские медики подразделялись на несколько рангов. К самому высокому принадлежал medicus, отвечавший за состояние крупного подразделения (легиона). В период принципата это звание получал представитель всаднического сословия, который выполнял свои обязанности лишь определённый период времени. Ниже его стоял medicus ordinarius, чей чин приравнивался к званию центуриона. Это был кадровый военный, занимавшийся медицинской практикой в течение многих лет. Вероятно, он возглавлял особый отряд военных медиков (центурию), существовавший в каждой когорте. Предположительно, в одном легионе периода принципата было 10 таких офицеров; в алах и вспомогательных когортах — по одному. Данные эпиграфики позволяют предположить, что когорты ночной стражи в Риме насчитывали в своём составе 4 медиков (1 на 250 человек), а на каждом военном корабле был один medicus duplicarius3.

В подчинении у центуриона находилось несколько рядовых военных медиков (milites medici), чьи обязанности были сопоставимы с функциями современных фельдшеров. Все они обладали статусом immunes, т.е. были освобождены от выполнения трудовых повинностей, лежавших на рядовых солдатах.

Несомненно, что между врачами существовали вполне конкретные различия, определявшиеся спецификой их деятельности. В обязательном порядке в состав медицинской команды входил хирург (medicus chirurgus). Насколько ответственной была эта должность, можно судить по тем требованиям, которые предъявлял к данной врачебной касте Цельс:

«Хирург должен быть молодым или, по крайней мере, не слишком пожилым; с крепкой и сильной рукой, которая бы у него не только не дрожала, но и хорошо служила, левая так же, как и правая; со взглядом острым и ясным; он должен быть храбрым и благочестивым, во всяком случае, чтобы не думать ни о чём другом, кроме как о выздоровлении своего больного, чтобы крики того не заставили его ни сделать быстрее то, что он должен, ни ампутировать менее, чем это необходимо, как будто бы при этих стенаниях он оставался во всём и полностью бесстрастным»4.

Античная хирургия на протяжении всего своего существования оставалась деятельностью, направленной исключительно на лечение ран. Постоянная практика способствовала быстрому развитию этой науки. И несомненно, что в позднеримскую и ранневизантийскую эпохи мастерство военных хирургов было ничуть не ниже, нежели в период принципата. По мнению С. Макдауэлла, к середине VI века искусство военных хирургов «находилось на более высоком уровне, чем когда-либо за всю историю Западной Европы»5.

О том, в каких условиях и как действовали хирурги в IV—VI вв., можно судить по нескольким дошедшим до нас описаниям. Одно из них принадлежит Аммиану Марцеллину, рассказавшему о персидской осаде города-крепости Амида:

«Каждый по возможности лечил свои раны или при помощи лекарей, некоторые, получившие тяжкие увечья, боролись со смертью и испускали дух от потери крови, другие, пронзённые насквозь, лежали ничком на земле, и когда они испускали дух, их отбрасывали в сторону; некоторые были так страшно изранены, что сведущие во врачебном искусстве не позволяли касаться их, чтобы не усиливать ещё больше их страдания безо всякой пользы; у иных извлекались из тела стрелы, и при этой рискованной процедуре они терпели страдания более тяжкие, чем сама смерть»6.

Во время столкновения армии Велисария с готами, произошедшего под стенами Рима, три римских воина получили тяжёлые раны, лечение которых подробно описано Прокопием Кесарийским:

«Преследуя очень далеко бегущих, Боха попал в окружение двенадцати врагов, вооружённых копьями. Они все вместе направили на него удары копий. Так как на нём был надет панцирь, то все эти удары причинили ему мало вреда, но один из готов, зайдя ему в тыл, поразил юношу около плеча в обнажённую часть тела над правой подмышкой. Правда, рана была не роковая и не ведущая к немедленной смерти. А спереди другой готский воин ранил его в левое бедро и рассёк ему тут мускул не прямым ударом, но поразив его наискось…

В этом деле Кутила был поражён дротиком в середину головы, но продолжал преследовать врагов с вонзившимся в эту часть тела дротиком. Когда враги были обращены в бегство, он вместе с оставшимися в живых около захода солнца въехал в город. Причём дротик качался в его голове — зрелище, послужившее темой для многих рассказов. В этом же сражении Арзу, одного из щитоносцев Велизария, какой-то готский стрелок из лука поразил между носом и правым глазом. Остриё этой стрелы прошло до задней части шеи, но не вышло наружу, остаток же стрелы остался на лице и дрожал там, когда этот человек ехал верхом…

Вернувшись в город, все занялись лечением ран. Когда врачи хотели извлечь стрелу из лица Арзы, они долгое время в страхе колебались, не столько из-за глаза, о котором они вообще думали, что его нельзя будет спасти, но чтобы глубокими разрезами кожи и нервов, которых тут много, не причинить смерти этому виднейшему человеку среди приближенных Велизария. Наконец один из врачей, по имени Феоктист, проткнувши стрелу глубже в шею, спросил Арзу, очень ли ему больно. Когда он сказал, что, конечно, больно, — “зато, — сказал ему врач, — ты сам останешься жив, и твой глаз будет неповреждённым”. Он мог так утверждать, исследовав, что остриё стрелы находится недалеко от поверхности кожи. Ту часть стрелы, которая торчала наружу, он отрезал и выбросил, а кожу на затылке он надрезал и, раздвинув жилы, а это было самым болезненным, вытащил без всякого труда наконечник, имеющий сзади три выдающихся острия, который вытащил за собою и оставшуюся часть стрелы. Таким образом, Арза остался совсем не пострадавшим от этого несчастья, и на лице у него не осталось даже следа от этой раны. Кутила же, когда у него вытащили из головы дротик — он вонзился очень глубоко, — от сильной боли впал в обморочное состояние. Когда же у него в этом месте началось воспаление мозговых оболочек, он впал в безумие и немного позднее умер. Что касается Боха, то у него тотчас же открылось сильное кровотечение из бедра, и было ясно, что он вскоре умрёт. Причиною этого врачи считали то, что рана рассекла его мускул не прямо, а наискось. И действительно, три дня спустя он умер»7.

Кроме хирурга, в команду военных медиков входили врач-терапевт (medicus clinicus), окулист (medicus ocularius), специалист по лечению змеиных укусов (morsus), фармацевт (sesplasarius) и ветеринар (medicus veterinaries)8.

Фармацевты, несомненно, применяли для лечения больных средства натурального происхождения. В то время рецептура лекарств была основана на растительных эссенциях и фармакологических принципах, подобных тем, что применяются и сегодня9. К растительным ингредиентам могли добавляться субстанции как животного (жиры), так и минерального (глина) происхождения10.

В свою очередь, ветеринары отвечали за здоровье лошадей и вьючных животных, в частности, они следили за тем, что те пьют и едят.

Особые задачи возлагались на капсариев (capsarii), названных так из-за ящичка с медикаментами (capsa), который они постоянно носили с собой. Капсарии должны были оказывать первую помощь солдатам на поле боя. Они играли весьма важную роль в жизни армии. Об этом свидетельствует тот факт, что капсарии представлены на одном из рельефов колонны Траяна. Кроме того, существовали discentescapsariorum — специальные инструкторы, подготавливавшие команды капсариев11.

Несомненно, что в кавалерийских подразделениях были верховые отряды, подобные отрядам капсариев. Мы не знаем, как они назывались и как были организованы. В «Стратегиконе» сообщается, что в VI столетии такие санитары, называвшиеся депотаты, имели сёдла с двумя парами стремян и везли с собой бурдюки с водой12. Их было по 8—10 человек на одну тагму (отряд византийской кавалерии численностью в 200—400 всадников). Поскольку в данном случае используется термин латинского происхождения, то можно предположить, что служба депотатов имеет давнюю историю и восходит еще к римским истокам. Правда, за прошедшее столетие она должна была претерпеть ряд изменений. В частности, в римскую эпоху еще не было стремян, поэтому санитары должны были использовать какие-то иные средства для транспортировки раненных.

Повышенное внимание римских врачей уделялось санитарному состоянию войск. Вегеций определяет несколько факторов, оказывавших важное влияние на здоровье солдат:

«Сюда входят выбор места, забота о питьевой воде, о времени года, о медицинском обслуживании, о роде упражнений. Что касается места, то оно не должно находиться в зачумлённой местности, около заражённых миазмами болот, а также не должно быть на холмах и полях, сожжённых солнцем, без деревьев и растительности; воины не должны в течение лета оставаться без палаток. Пусть они не выступают очень поздно, чтобы не захворать от солнечной жары и утомительного пути, но пусть, выступив в поход до света, ко времени жары они уже достигнут назначенного места. Во время суровой зимы пусть не делаются ночные переходы по снегу и морозу, пусть воины не страдают от недостатка дров или от того, что им выдано одежды меньше, чем полагается. Воин, который мерзнёт от холода, не может считаться здоровым и негоден для похода. Пусть войско не пользуется вредной или болотной водой; питьё испорченной воды подобно яду вызывает у пьющих заразу. В этом случае непрестанной заботой их непосредственных начальников, трибунов и даже самого комита, который имеет для всего этого наибольшую возможность, должно быть: чтобы захворавшие сотоварищи имели возможность поправиться благодаря хорошей пище и получили уход со стороны искусных врачей. Плохо тем, которым сверх военной тяготы приходится переносить еще бедствия болезней. Если осенью или летом вся масса воинов стоит очень долго на одних и тех же местах, то происходит заражение вод, от зловония портится воздух, которым дышат воины, а отсюда происходят опаснейшие болезни; помешать этому можно только частой переменой лагерных стоянок»13.

При каждом стационарном военном лагере, в крепостях и в городах, где несли постоянную службу воинские гарнизоны, должен был существовать свой госпиталь (valetudinarium)14. Отвечал за госпиталь особый унтер-офицер optiovaletudinarii15. В походных лагерях госпиталь обустраивался в специальной палатке16.

Принципы работы военно-медицинских подразделений, заложенные еще в Древнем Риме, во многом остаются актуальными и в современных армейских реалиях.

 

________________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Cascarino G. L’esercito Romano. Armamento e organizzatione. Vol. II: Da Augusto ai Severi. Rimini: Il Cerchio Iniziative Editoriale, 2008. Р. 224.

2 Livius Titus. Ab urbe condita, IX, 32, 12.

3 Cascarino G. Op. cit. Р. 225.

4 Caelsus, Aulus Cornelius. De medicina, VII, 18.

5 MacDowall S. Hook Ch. Late Roman Cavalryman, 236—565. A.D. Oxford: Osprey Publishing Ltd, 1995. Р. 58.

6 Ammianus Marcellinus. Res gestae, XIX, 2, 15 / Пер. Ю.А. Кулаковского, А.И. Сонни.

7 Procopius. Bellum Gothicum, VI, 1—2 / Пер. С.П. Кондратьева.

8 Goldsworthy A. The Complete Roman Army, London: Thames & Hadson, 2003. P. 100; Cascarino G. Op. cit. Р. 225.

9 Cascarino G. Op. cit. Р. 225.

10 Ibid. Р. 228.

11 Ibid. Р. 225.

12 Mauricius, Strategicon, II, 8.

13 Vegetius, Flavius Renatus. Epitoma rei militaris, III, 2 / Пер. С.П. Кондратьева.

14 Д’Амато Р. Воин Рима. Эволюция вооружения и доспехов (112 год до н.э. — 192 год. н.э.). М.: Эксмо, 2012. С. 211.

15 Goldsworthy A. Op. cit. P. 101; Cascarino G. Op. cit. Р. 226.

16 Cascarino G. Op. cit. Р. 227.