Деятельность 153 проектно-изыскательского отдела ОКСВА

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье на основе документов и материалов из собрания инженерно-документального фонда Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи (ВИМАИВ и ВС) рассказывается о деятельности 153 проектно-изыскательского отдела в составе Ограниченного контингента советских войск в Афганистане (ОКСВА), занимавшегося инженерными работами на территории ДРА в период военных действий 1979—1989 гг.

Summary. Based on documents and materials from the engineering-and-documentary funds of the Military Historical Museum of Artillery, Engineer Troops and Signal Communications Troops, the article tells on the activities of the 153rd design-and-survey department as part of the Limited Contingent of Soviet troops in Afghanistan. This department was performing engineering work in the territory of the DRA during the military operations of 1979—1989.

ВОЕННАЯ ЛЕТОПИСЬ ОТЕЧЕСТВА

КАТКОВА Екатерина Петровна — младший научный сотрудник Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи

(г. Санкт-Петербург. E-mail: EkaterinaK.17@gmail.com).

 

«ПРИМЕР СОВЕТСКИХ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ… ВООДУШЕВЛЯЛ АФГАНСКИХ РАБОЧИХ»

Деятельность 153 проектно-изыскательского отдела ОКСВА

 

Действия Советской армии в Демократической Республике Афганистан (1979—1989 гг.) от нынешней операции американских войск отличает то, что Советский Союз изначально преследовал целью не только военное вмешательство в общественно-политическую жизнь страны, но и реализацию плана колоссальных инвестиций в афганскую экономику, которые в то время носили название «интернациональная помощь». СССР нужен был союзник, а не плацдарм для последующей агрессии. Поэтому 40-я армия «не только воевала, а ещё строила, возводила»1. Помимо сооружения объектов временной военной инфраструктуры было развёрнуто мощное промышленное и социальное строительство: фабрики и заводы, автодороги и мосты, ГЭС, ТЭС, ЛЭП, метеостанции; школы и детские сады, больницы и поликлиники. За 10 лет было возведено более 100 объектов гражданской инфраструктуры. Все это должно было активно эксплуатироваться после окончания гражданской войны, в мирное время, и способствовать быстрому развитию во многом всё ещё феодального государства.

Широко распространено мнение, что помощь предоставлялась на безвозмездной основе, однако это не совсем так: рассчитываясь за долги, Афганистан поставлял в Советский Союз природный газ, ряд полезных ископаемых, фрукты, овощи и некоторые другие товары.

Большая часть возведённых советскими специалистами объектов успешно функционирует до сих пор и составляет около половины госсектора современного Афганистана2. Для сравнения: США за годы операции, кроме временных военных баз, тюрем и автозаправок, возвели всего несколько предприятий, среди которых — открытый в торжественной обстановке в 2006 году завод «Кока-кола», давший афганцам не более четырёхсот рабочих мест3. Из этого можно сделать вывод, что в США делается ставка именно на военное присутствие в Афганистане, а не на развёртывание какого-либо гражданско-экономического строительства. Военная операция Соединённых Штатов в Афганистане продолжается уже более 13 лет, однако значительных дивидендов не приносит. Во многом это объясняется тем фактом, что США за всё это время так и не смогли учесть в полной мере советский опыт и исправить ошибки, совершённые нашей страной в ходе ведения боевых действий в этой среднеазиатской стране.

Первые военно-строительные части Ограниченного контингента советских войск в Афганистане начали формироваться в 1980 году. Одной из них стала войсковая часть полевая почта (в/ч пп) 51954, или 153 проектно-изыскательский отдел (153 ПИО) на базе 704 Военпроекта, расформированного и преобразованного в 1987 году в проектно-сметную группу КЭУ (квартирно-эксплуатационное управление). Изначально часть комплектовалась офицерами инженерных специальностей (геодезистами, архитекторами и строителями, специалистами по водоснабжению и канализации, по отоплению и вентиляции, электротехниками — всего 52 офицера4), а также другими служащими СА, перед которыми ставилась задача «оперативного обеспечения проектной документацией локального характера, обустройства создаваемых гарнизонов ОКСВА»5 и затем «вывода проектных городков в натуру»6. Годовой объём работ 153 ПИО составлял около 200 тыс. рублей, однако опыт проектной работы имели не более 20 проц. офицеров, что снижало эффективность деятельности отдела, а также качество проектов. Первым командиром части был полковник Б.И. Грибанов. 1984—1986 гг. были годами максимальной загрузки 153 ПИО, которому приходилось заниматься строительством дорог, сооружением гаражных зон, столовых, бань, котельных, казарм и общежитий, клубов и лечебных частей, складов и хранилищ, магазинов и кафе, т.е. по сути — проектированием и возведением всей инфраструктуры военных городков. Часто офицеры были вынуждены разрабатывать «индивидуальные проекты зданий и сооружений различного назначения»7, т.к. проектными организациями МО СССР не всегда учитывались в полной мере климатические и географические особенности региона. Другой проблемой было то, что проектирование военных городков не всегда успевало за развёртыванием подразделений ОКСВА в различных районах ДРА, и войска порой были вынуждены сами обустраивать свои городки, что вело к общей неразберихе. Иногда отделу приходилось заниматься разработкой весьма необычных проектов; таковым, например, стал Культурный центр пуштунских племён в Джалалабаде, состоявший из музея, клуба, поликлиники, аптеки, гостиницы, столовой, административной постройки и санитарно-гигиенической комнаты. В рамках Культурного центра отделу пришлось впервые заняться и проектированием культового здания — мечети. Очередной трудностью в деятельности отдела была «нехватка строительных материалов и конструкций ввиду сокращения объёмов поставок последних из СССР»8, особо остро этот дефицит ощущался после 1986 года.

Именно в распоряжение 153 ПИО ОКСВА в ноябре 1986 года прибыл в звании майора (ныне подполковник в отставке) Б.В. Быстров9, отчёты которого находятся на хранении в инженерно-документальном фонде (ИДФ) Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи (ВИМАИВ и ВС) и обладают определённой документальной ценностью.

Записки Б.В. Быстрова сегодня рассматриваются как одно из очевидных и правдивых свидетельств устроенности жизни и быта солдат и офицеров Советской армии в условиях войны. Их можно назвать техническими документами, сводками, но они отличаются от других подобных воспоминаний объективностью и непредвзятостью. Изучение деятельности ОКСВА через личное восприятие участниками событий является достаточно перспективным направлением в исследовании военной деятельности ОКСВА, в то время как многие работы по этой теме не отличаются системностью и изобилуют рассуждениями о политических предпосылках и первопричинах военного конфликта.

В целом, говоря об историографии Афганской войны (на данный момент её объём — более 800 наименований книг), можно сделать вывод о том, что она находится на стадии зарождения, несмотря на огромное число отдельных публикаций, вышедших за последние 30 лет. Большинство этих работ носят сугубо публицистический, журналистский, мемориальный или литературный характер. Они отличаются субъективным подходом и часто претендуют на сенсационность. Научная разработка темы (мнение автора. — Прим. ред.) началась только в 2009 году, после выхода монографии А.А. Костыри10 «Историография, источниковедение, библиография спецоперации СССР в Афганистане (1979—1989 гг.)»11. В своём исследовании автор приходит к выводу об отсутствии на данный момент авторитетного труда по истории войны в Афганистане, всецело охватывающего разные стороны конфликта. В этой связи ещё раз необходимо подчеркнуть роль в создании такого труда не только архивных материалов, но и воспоминаний, мемуаров, эпистолярного наследия, т.е. источников личного происхождения, несмотря на всю их специфичность.

Любопытно, что именно Б.В. Быстров занимался подготовкой архива 153 ПИО и после вывода войск из Афганистана отправлял его в Ташкент на последующее архивирование. Архив отдела насчитывал «около десяти тысяч ка́лек, из них почти 7 тысяч — кальки генеральных планов, инженерных сетей, ситуационных схем военных городков и разработок зданий и сооружений, выполненных в ПИО»12. К оригиналам документов о деятельности отдела, копии которых содержат воспоминания Быстрова, сегодня, по причине их нахождения в иностранном государстве, доступ российским исследователям затруднён.

В 153 ПИО Б.В. Быстров занимал должность главного инженера проекта. С ноября 1986 года под его руководством велась срочная работа по корректировке генеральных планов всех военных городков в гарнизонах ОКСВА. В результате этой работы к концу марта 1987 года был подготовлен «Альбом схем генеральных планов и инженерных сетей военных городков объекта А-100»13.

В марте 1987 года в рамках предоставления очередной помощи Советским Союзом «братскому» Афганистану для бесперебойного снабжения республики продуктами и товарами было принято решение об организации двух перевалочных баз на севере страны на границе с СССР. Проектирование базы в г. Хайратоне возглавил майор Быстров. За успешное выполнение этой работы он был награждён Почётной грамотой командующего 40 ОА генерал-лейтенанта Б.В. Громова14.

В это же время ПИО приходилось заниматься не только проектированием военных городков, но и обеспечением их энергоснабжением. Задачи выполнялись в сложных условиях горно-пустынной местности, при агрессивном воздействии окружающей среды, которая выводила из строя подземные инженерные сети, а также при регулярных обстрелах со стороны экстремистов-душманов и активной наземной минной войне. Огромные масштабы поставок мин разных систем и калибров обеспечивались иностранными военными фирмами, в том числе США, Японии, Китая, Италии и т.д.15 Несмотря на подобные трудности, отделу регулярно удавалось перевыполнять производственные планы. Проводилась работа по улучшению жилищных условий сотрудников отдела: «личный состав проживал в отдельном, собственными руками построенном модуле с душем и туалетом. При модуле был сооружён закрытый дворик с просторной беседкой, небольшой спортивной площадкой и открытым бассейном, в котором часто проводились соревнования по водному поло. Со всех сторон модуль был обсажен густо разросшимся виноградом и местными породами деревьев»16. Модуль проектировщиков ПИО считался лучшим в гарнизоне «Дарул-Аман»17.

Важно заметить, что майор Быстров попал в несколько более благоустроенный Афганистан, нежели его предшественники годами ранее. Бытовые условия советских военнослужащих в 1980 году, которые были организованы на уровне обычных землянок и бараков, и в 1986 году, когда уже вовсю было развернуто строительство относительно комфортабельных домов-модулей для офицеров, — несопоставимы. Воспоминания майора Быстрова содержат множество бытовых зарисовок. Так, например, он говорит, что воду из арыков пил с первого дня своего пребывания и ни разу ею не отравился. Повсеместно имелись бани. В некоторых частях, где ему приходилось бывать, были также бассейны, которые создавались подрывом боеприпаса рядом с арыком. Вода, собственно, прибывала из арыка в воронку от взрыва и в него же уходила. Из арыка попадали в бассейн рыба маринка и крабы, которые были хорошим дополнением к столу военнослужащих. Рацион офицеров и солдат в 1986—1988 гг. отличался малой питательной ценностью (галеты, сахар, консервы, супы из концентратов, сгущёнка, а также шоколад, который военнослужащие часто отдавали афганским детям), в особом ходу были ржаные сухари и чай. Причём и с чаем были проблемы: в последние месяцы пребывания в Афганистане военнослужащие в части Быстрова заваривали зверобой, мяту и тысячелистник, который положила ему жена при отправке из СССР. Иногда, по воспоминаниям Быстрова, офицеров их части приглашали на обеды местные чиновники — столы были достаточно обильными. Всегда угощали пловом. С фруктами и овощами, несмотря на то, что они в местных кишлаках росли повсеместно, было напряжённо: советские военнослужащие не решались за ними ходить. Нередки были случаи отравления — каждые 2—3 дня; лечились таблетками. У офицеров всегда имелась возможность приобрести какие-то товары в местных городских дуканах, можно было сделать заказ и на конкретную продукцию. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Серебряков В.Г. Афганская война: взгляд через 35 лет. Рязань, 2014. С. 145.

2 Там же.

3 Там же.

4 Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи (ВИМАИВ и ВС). ИДФ 22/2479. Л. 13.

5 Там же. Л. 12.

6 Там же. Л. 18.

7 Там же. Л. 21.

8 Там же. Л. 17.

9 Быстров Борис Владимирович — подполковник в отставке, ветеран Афганской войны. Родился 21 октября 1950 г. В 1973 г. закончил учебу в ЛИСИ, получив диплом инженера. В 1976 г. поступил на кадровую службу в ВС СССР. В звании инженера-лейтенанта был направлен на строительство объектов МО в Мурманскую область. В ноябре 1986 г. направлен в ОКСВА в ПИО в качестве главного инженера проекта. Участвовал в проектировании объектов 40-й армии, расположенных в различных провинциях ДРА, принимал участие в подготовке документации военных городков к передаче правительственным войскам ДРА. В качестве главного инженера участвовал в проектировании железнодорожных подъездных путей в Хайратоне и Турагунди. С января 1988 г. привлечён к восстановлению объектов экономики г. Кандагара (монтаж и пуск асфальтобетонного завода), восстановлению ЛЭП-110 от ГЭС на р. Гильменд до г. Лашкаргах. Награждён орденом Красной Звезды и боевыми медалями ДРА. В декабре 1988 г. убыл в СССР в звании подполковника. Завершил службу в ВС РФ в 1995 г.

10 Костыря Анатолий Арсентьевич — доктор исторических наук, профессор, научный консультант Украинского Союза ветеранов Афганистана (воинов-интернационалистов) (УСВА).

11 Костыря А.А. Историография, источниковедение, библиография спецоперации СССР в Афганистане (1979—1989). Киев: Мединформ, 2008. 594 с.

12 ВИМАИВиВС. ИДФ 22/2479. Л. 22.

13 Там же. Л. 24.

14 Там же. Л. 25.

15 См.: Лобов В.Н. Военная хитрость. М: Логос, 2001. 192 с.

16 ВИМАИВиВС. ИДФ 22/2479. Л. 21.

17 Там же. Л. 37.

В статье использованы записки участника боевых действий в Афганистане Б.В. Быстрова