Организация персонального учёта потерь личного состава боевых частей западного фронта в ходе Спас-Деменской операции (7—20 августа 1943 г.)

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье на основе архивных материалов рассказывается об организации персонального учёта потерь личного состава боевых частей Западного фронта в ходе Спас-Деменской операции в период 7—20 августа 1943 года.

Summary. On the basis of archival materials, the article tells about personal registration of the losses of the Western Front’s combat units during the Spas-Demensk operation on 7-20 August 1943.

Пермяков Игорь Альбертович — начальник Центрального архива Министерства обороны РФ, полковник запаса, кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры РФ

(г. Подольск.E-mail: permigal@mail.ru);

Фитисов Анатолий Иванович — военный историк

(Москва.E-mail: postusds@mail.ru).

 

ОРГАНИЗАЦИЯ ПЕРСОНАЛЬНОГО УЧЁТА ПОТЕРЬ ЛИЧНОГО СОСТАВА БОЕВЫХ ЧАСТЕЙ ЗАПАДНОГО ФРОНТА В ХОДЕ СПАС-ДЕМЕНСКОЙ ОПЕРАЦИИ (7—20 августа 1943 г.)

 

Спас-Деменская операция была задумана как первый этап Смоленской стратегической наступательной операции «Суворов». 6 августа 1943 года силами Западного фронта была проведена разведка боем с целью уточнения системы огня противника и проверки прочности первой линии обороны немецких войск. Утром 7 августа 1943 года после артиллерийской подготовки соединения 5-й, 10-й гвардейской и 33-й армий перешли в наступление, в ходе которого наши войска разгромили Спас-Деменскую группировку противника и продвинулись на 30—40 км.

В книге «Великая Отечественная без грифа секретности» группа авторов (Г.Ф. Кривошеев, В.В. Гуркин, В.М. Андроников и П.Д. Буриков) приводит следующие цифры людских потерь в Смоленской операции: всего 451 466 человек, в т.ч. безвозвратные — 107 645 человек, санитарные — 343 821 человек.

В Центральном архиве Министерства обороны РФ на хранении находятся архивные документы, в которых содержатся сведения о ходе Спас-Деменской наступательной операции, проведённой в период с 7 по 20 августа 1943 года частями Западного и Калининского фронтов.

Для того чтобы понять масштаб потерь со стороны Красной армии и вермахта в данной операции, нами были изучены архивные документы Западного фронта за указанный период, где содержится информация о потерях сторон.

В первую очередь был проведён анализ документов, содержащих сведения о безвозвратных потерях Красной армии. Они составлялись командирами частей согласно «Положению о персональном учёте потерь и погребении погибшего личного состава Красной Армии в военное время» (далее — «Положение»), введённому приказом народного комиссара обороны Союза ССР № 138 от 15 марта 1941 года1.

Данное «Положение» действовало до февраля 1944 года и определяло систему персонального учёта потерь на фронтах, порядок погребения погибших и устанавливало правила извещения населения страны о судьбе родственников — военнослужащих действующей армии.

Все документы и переписка по учёту персональных потерь имели гриф секретности по состоянию на момент издания, за исключением извещений семей погибших, которые согласно «Положению» являлись документами для возбуждения ходатайства о назначении пенсии.

Учёт был организован начиная с отделения, далее во взводе, роте (эскадроне, батарее, эскадрилье), батальоне (дивизионе), штабе полка (отдельной части), штабе дивизии (бригады), корпуса, штабе армии (фронта), а также в санитарных учреждениях и в районных (городских) военных комиссариатах. Именные списки персональных потерь, начиная со взвода, составлялись по формам установленного образца.

Командирам частей и подразделений, начиная от командира отделения и выше, было предписано при любых условиях боя вести точный учёт личного состава, по окончании каждого боя командиру подразделения предписывалось проверять личный состав и немедленно доносить по команде о потерях (убитых, раненых, больных, пропавших без вести). Командиры рот (эскадронов, батарей, эскадрилий) и выше (батальонов, дивизионов, кавполков, авиаполков) обязаны были своевременно вносить изменения в соответствующие учётные документы — именные списки личного состава, а также ежедневно представлять вышестоящему командованию строевую записку с именным списком персональных потерь по установленной форме.

При изучении архивного материала нами были исследованы в т.ч. и боевые документы. Так, в оперативном донесении командира 1-го отдельного штурмового инженерно-сапёрного батальона командиру 1-й штурмовой комсомольской инженерно-саперной бригады 10-й гвардейской армии Западного фронта № 030/ОП от 11 августа 1943 года в п. 5—6 говорится: «Предварительно сообщаю данные: захвачено в плен унтерофицеров — 5, оберефрейтеров — 2, ефрейтеров — 2. Имею потери в личном составе: предварительно 1 убит, 19 ранено. Точные данные о потерях и трофеях будут представлены дополнительно…»2.

Штаб полка после точного установления персональных потерь по именным спискам, представленным подразделениями, объявлял в приказе по части список выбывших из полка, вносил изменения в учётные документы и представлял через каждые три дня список персональных потерь всего личного состава полка в штаб дивизии по форме 2.

На штаб полка возлагалась обязанность по установлению смерти военнослужащего и места его погребения, подготовке и отправлению извещения по форме 4 непосредственно родственникам по месту их жительства — на начальствующий состав кадра и младший начсостав сверхсрочной службы; в районный военный комиссариат — на рядовой и младший начальствующий состав срочной службы и запаса.

В штабе полка учитывались военнослужащие, пропавшие без вести. В течение 15 дней они считались временно выбывшими. В этот период командиры части и подразделений должны были принять все меры к выяснению судьбы этих военнослужащих.

После истечения 15-дневного срока без вести пропавшие заносились в список безвозвратных потерь и исключались из списков части с донесением по команде.

Через 45 дней о без вести пропавших извещались родственники. Если впоследствии судьба без вести пропавших военнослужащих выяснялась, то о них немедленно сообщались дополнительные сведения по команде, в РВК или родственникам.

Информация об этой категории потерь имеется в журнале боевых действий Западного фронта, где в записи от 20 августа на основании оперсводки штаба фронта № 427 отражены 77 пропавших без вести в период с 18 по 19 августа из состава 49-й армии. За 21 августа там же указаны данные о пропавших без вести в 10-й армии в количестве 103 человек3.

Без вести пропавшие военнослужащие зачастую оказывались ранеными и находились в медицинских учреждениях соединений второго эшелона наступавших войск. Так, в политдонесении политотдела 192-й стрелковой дивизии 68-й армии сообщается, что через санитарный батальон части за 8 августа 1943 года прошли 306 раненых, из них только половина из личного состава дивизии4.

Стоит отметить, что согласно приказу № 138 от 15 марта 1941 годакомандир полка нёс полную ответственность за точный учёт потерь и за своевременность донесений о них в штаб дивизии.

Аналогичная ответственность, в т.ч. и за своевременность представления донесений о численном и боевом составе и потерях личного состава в действующих частях лежала на штабах фронтов. Ещё летом 1941 года заместителем народного комиссара обороны СССР армейским комиссаром 1 ранга Е. Щаденко был подписан приказ № 0296 от 16 августа «Об упорядочении учёта и отчётности о численном и боевом составе и потерях личного состава в действующих армиях и округах». В этом документе ситуация с ведением учёта численного и боевого состава, потерь личного состава, пленных и трофеев в действующих армиях и учёта списочной численности личного состава в штабах военных округов была названа «безобразной», а представленные штабами фронтов соответствующие донесения «совершенно непригодными», что являлось результатом «преступно небрежного и безответственного отношения к учёту, непонимания важности его и обязательной необходимости в нём для бесперебойного снабжения войск и пополнения их личным составом».

В приказной части документа говорилось:

«1. Донесения и заявки о численном и боевом составе и донесения округов о личном составе представлять к сроку и при всяких условиях и обстановке. Виновных в невыполнении табеля донесений, а также в даче неполных и неправильных сведений привлекать к ответственности. Учёт личного состава, вооружения и всех видов имущества в частях действующих армий поставить так, чтобы он отражал фактическое состояние в войсках…»5.

«Положением» было определено производить персональный учёт потерь в штабе дивизии (бригады), корпуса по именным спискам персональных потерь частей, входивших в их состав, по именным спискам персональных потерь состава штаба дивизии (бригады), корпуса и по вкладышам из медальонов, изъятым у военнослужащих, погибших в полосе действий дивизии.

Кроме предписанных отчётных документов, данная информация встречается и в других источниках, например, в журналах боевых действий. Так, в журнале боевых действий 1-й штурмовой комсомольской инженерно-сапёрной бригады за 9 августа имеется запись: «При выполнении боевых заданий в результате огня пр-ка и авиабомбёжки убито: 5 человек, ранено 15 человек. От тяжёлых ран скончался 1 красноармеец…». В записи за 10 августа значится: «При выполнении боевых заданий тяжело ранен ком-р 2 роты 2 ШИСБ Ст. л-т Дунаев. Легко ранен кр-ц 5 ШИСБ Ефименко». 13 августа была сделана запись: «По уточнённым данным, в бою за высоту 233,3 имеются такие потери в личном составе:

По 1-му ШИСБ — убитых: офицеров — один, сержантского состава: убитых один, рядового состава: убитых — три. Раненых: офиц. состава — два, сержантск. сост. — шесть, рядового сост. — сорок три. Пропавших без вести: серж. сост. — четыре, рядового — девять.

По 1-й учебной роте: убитых: серж. сост. — четыре, рядового шесть чел., раненых: офиц. сост. — один, серж. сост. — пять, рядового — пятнадцать человек.

Пропавших без вести рядового сост. три чел. Кроме этого при выполнении боевых заданий имеются потери:

По 2-му ШИСБ — убитых ряд. состава — один, раненых ряд. состава — два.

По 3-му ШИСБ — ранено ряд. сост. — два…»6.

После установления персональных потерь штабом дивизии, корпуса составлялись именные списки безвозвратных потерь по форме 2 (убитые, умершие от ран, пропавшие без вести и взятые в плен) за все части, в т.ч. и за тыловые учреждения, входившие в состав дивизии (бригады), и три раза в месяц, к 1, 10 и 20 числам высылались в Управление укомплектования войск Генштаба Красной армии.

Наглядный пример подобной отчётности — именной список безвозвратных потерь личного состава 1-й штурмовой комсомольской инженерно-сапёрной бригады РГК с 10 по 20 августа 1943 года (заполненная форма 2).

В данном донесении в графе «Где похоронен» указано: «могила на высоте 233,3, что южнее 1 километра с. Веселуха Спас-Деменского района Смоленской области»7. Эта запись сделана в соответствии с разделом «Положения» «Порядок погребения погибших в боях», которым было определено погребение погибших производить только в масштабе дивизии (бригады), а в книге погребения (форма 6) против каждой фамилии точно указывать (по топографической карте крупного масштаба) расположение этой могилы. По окончании боевых действий книга погребений высылалась в Управление укомплектования войск Генштаба Красной армии вместе со списками учёта безвозвратных потерь по дивизии (бригаде).

Среди документов, содержащих информацию о Спас-Деменской операции, есть боевое распоряжение командира 1-й штурмовой комсомольской инженерно-сапёрной бригады РГК полковника Петрова от 10 августа 1943 года командирам подчинённых частей и в копиях — оперативным группам при 15-м и 19-м гвардейских стрелковых корпусах8. Этим распоряжением предписывалось в частях и опергруппах завести книги учёта потерь, внести в них все данные о потерях с момента начала операции и в дальнейшем вести ежедневные записи, представляя сведения о потерях в оперативных донесениях. В форме книги были графы: убито; ранено рядового, сержантского и офицерского состава; итоговая графа. Имелось примечание, в котором давалось пояснение, что сводные данные о потерях личного состава и техники следует представлять за период с начала операции по 10 августа включительно с утренним донесением 11 августа 1943 года. Оперативные донесения в штаб бригады должны были представляться два раза в сутки — к 7.00 и 19.00.<…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Центральный архив Министерства обороны РФ (ЦАМО РФ). Ф. 2. Оп. 920266. Д. 2. Л. 431—436.

2 Там же. Ф. 32460. Оп. 175216сс. Д. 4. Л. 30—31 об.

3 Там же. Ф. 388. Оп. 8712. Д. 445. Л. 75, 78.

4 Там же. Ф. 1446. Оп. 1. Д. 99. Л. 3.

5 Там же. Ф. 2. Оп. 795437с. Д. 4. Л. 52, 52 об.

6 Там же. Ф. 30391. Оп. 1. Д. 27. Л. 18, 18 об., 20 об.

7 Там же. Ф. 58. Оп. 18001. Д. 936. Л. 210.

8 Там же. Ф. 32460. Оп. 19355сс. Д. 3. Л. 27, 27 об.