Сцены Русско-турецкой войны 1877—1878 гг. в акварелях художника Е.К. Макарова

image_pdfimage_print

И.М. ЗАХАРОВА — Сцены Русско-турецкой войны 1877—1878 гг. в акварелях художника Е.К. Макарова

I.M. Zakharova – Scenes of the Russian-Turkish War of 1877-1878 in watercolours by the artist Ye.K. Makarov

Аннотация. В статье идёт речь об участии в Русско-турецкой войне 1877—1878 гг. художника Е.К. Макарова, зарисовавшего ключевые военные события: боевые действия русской армии, моменты затишья между боями, будни русского и болгарского военных лагерей.

Summary. The article deals with participation in the Russo-Turkish War of 1877-1878 of artist Ye.K. Makarov, who sketched the key military events: combat actions of the Russian army, moments of calmness between battles, everyday life of the Russian and Bulgarian military camps.

12(24) апреля 1877 года, исчерпав дипломатические возможности решения восточного вопроса, Россия объявила Османской империи войну1. Вступлению России в войну предшествовал колоссальный духовный подъём во всех слоях российского общества, сочувствовавшего христианским народам Балканского полуострова, томившимся от многовекового турецкого ига.

В императорской фамилии и придворных кругах также имелись представители, разделявшие панславистские идеи и выступавшие за необходимость разрешения балканского кризиса посредством войны. В когорту наиболее влиятельных членов «партии действия» входили императрица Мария Александровна, наследник престола цесаревич Александр Александрович, председатель Славянского комитета известный славянофил И.С. Аксаков. Все они ратовали за имидж России как защитницы православия на Балканах и за её международный престиж2.

«Партия мира», объединившая в своих рядах дипломатов и высших сановников, в частности сенатора А.А. Половцова, военного министра Д.А. Милютина и министра финансов М.Х. Рейтерна, считала, что война аннулирует результаты либеральных реформ, проводившихся в течение последних 15 лет, и разрушит финансовую систему государства3.

Александр II до последнего надеялся избежать военного конфликта с Османской империей. Однако, когда стало ясно, что война неизбежна, император заявил, что поедет в армию «братом-милосердия»4. Не желая отставать от государя, практически все взрослые великие князья отправились на театр военных действий. Существует мнение, что роль главнокомандующего очень импонировала великому князю Александру Александровичу, будущему «царю-миротворцу», однако Александр II не решился поставить во главе армии не имевшего опыта военных действий тридцатидвухлетнего наследника престола5. Главнокомандующим был назначен брат императора великий князь Николай Николаевич Старший. В то же время цесаревичу Александру Александровичу было поручено командование Рущукским отрядом Дунайской армии. Военные посты занимали и другие великие князья, что дало повод злым языкам осенью 1877 года в тяжёлые времена осады Плевны называть войну «неудачным пикником дома Р.»6. При этом авторы этих острот не учитывали тот факт, что некоторые из Романовых погибли на этой войне. Так, племянник Александра II, сын его сестры великой княгини Ольги Николаевны герцог Сергей Максимилианович Лейхтенбергский, состоявший в распоряжении главнокомандующего, 12 октября 1877 года был убит при рекогносцировке у селения Йован-Чифтлик в Болгарии7.

Император отправился на театр военных действий в мае 1877 года в сопровождении свиты, которая включала в себя военные чины, адъютантов, корреспондентов, художников. Необходимо отметить, что ни одна война до этого так широко не отображалась в изобразительном искусстве. В действующую армию отправились известные русские художники Н.Д. Дмитриев-Оренбургский, П.П. Соколов, В.В. Верещагин, Н.Н. Карамзин, П.Я. Пясецкий. Находясь в гуще военных событий, они сумели запечатлеть наиболее важные и переломные события войны. Батальные сцены нашли отражение в творчестве известных в то время деятелей К.Е. Маковского, Л.Ф. Лагорио, А.Д. Кившенко, К.О. Брожа, К.Н. Филиппова. Событиям 1877—1878 гг. посвящено специальное издание «Иллюстрированная хроника войны»8, являвшееся приложением к журналу «Всемирная иллюстрация». В двух томах «Иллюстрированной хроники войны» помещены несколько сотен зарисовок — портретов представителей военного командования стран-участниц войны, батальных эпизодов, сцен солдатского быта, видов турецких крепостей, исполненных русскими художниками и графиками.

Среди русских художников, внёсших немалый вклад в создание иконографии Русско-турецкой войны 1877—1878 гг., особое место занимает Е.К. Макаров.

Евгений Кириллович Макаров (1842—1884) родился 1 декабря 1842 года в заштатном городе Душете Тифлисской губернии. Возможно, что предки художника происходили из клерикальной среды. Так, известно, что дед художника был иереем. Однако отец, Кирилл Афанасьевич Макаров, избрал светскую карьеру. В 1825 году он окончил Императорскую Медико-хирургическую академию и был определён младшим лекарем во Владикавказский казачий полк, расквартированный на Военно-Грузинской дороге. Проходя различные ступени службы К.А. Макаров в 1841 году был произведён в надворные советники. В том же году он вступил в брак с дочерью надворного советника Мариной Алексеевной Иващенко. В 1842 году у Макаровых родился сын Евгений, в 1844 и 1846 году дочери Евгения и Софья.

К.А. Макаров умер в 1851 году, находясь на службе в чине коллежского советника и являясь кавалером орденов Св. Анны 3-й и 2-й степеней, Св. Владимира 4-й степени и Св. Станислава 2-й степени9. После смерти мужа вдова с малолетними детьми переехала на жительство в местечко Воронеж Глуховского уезда Черниговской губернии, где прошло детство Е.К. Макарова и куда он приезжал в 1860-е годы в летнее время для художественных занятий на плэнере10. В 1852 году по ходатайству вдовы семья покойного штаб-лекаря была причислена к дворянскому сословию Орловской губернии11.

С 1853 по 1860 год Евгений обучался в Новгород-северской гимназии, которую он покинул в 17 лет, будучи учеником 4 класса. Из свидетельства, выданного ему при выходе из гимназии, видно, что отметки по черчению и рисованию у будущего художника были «отменно хорошие»12. В 1860 году Е.К. Макаров поступил в Императорскую Академию художеств. В 1866 году, завершив первое шестилетие обучения, он перешёл в художественные классы. Макаров специализировался по классу исторической живописи, который вёл ректор Академии Ф.А. Бруни. Во время обучения в Академии художеств Макаров неоднократно получал награды за академические успехи. Так, в 1865—1866 гг. он был дважды награждён серебряной медалью 2-й степени13. 23 декабря 1866 года за рисунок с натуры он был удостоен серебряной медали 1-й степени14, что давало право на получение звания классного художника 3-й степени. Однако талантливый и честолюбивый художник не остановился на достигнутом. В 1869 году за картину «Иов и его друзья» он получил золотую медаль 2-й степени. Наконец в 1871 году за картину «Христос воскрешает дочь Иаира» Макаров был награждён высшей наградой Императорской Академии художеств — Большой золотой медалью15. Его конкурентами в борьбе за золотую медаль 1-й степени являлись такие талантливые и в будущем известные живописцы как И.Е. Репин, В.Д. Поленов, М.М. Зеленский и Е.Ф. Урлауб. Мастерство исполненных ими для конкурса картин было настолько велико, что Совет Академии художеств присудил Большую золотую медаль всем художникам-конкурсантам16, правда Е.Ф. Урлаубу и Е.К. Макарову — условно. Тем не менее, получение Большой золотой медали давало право на шестилетнюю пенсионерскую поездку за границу с целью совершенствования художественного мастерства. Однако Макаров вместо шестилетней поездки в Европу по Высочайшему повелению был причислен к свите великого князя Николая Николаевича Старшего, отправлявшегося с дипломатической миссией на Ближний Восток17. Путешествие началось в сентябре 1872 года и длилось два месяца. Участие в поездке Макарова имело официальный характер, так как по решению Императорской Академии художеств он был обязан представить на рассмотрение Совета Академии альбомы рисунков, исполненных им в ходе путешествия18. Переживая за воспитанника, никогда не общавшегося с особами императорской крови, конференц-секретарь академии П.Ф. Исеев обратился к состоявшему в свите великого князя Николая Николаевича Старшего генерал-майору А.А. Галлу с просьбой о покровительстве, «в котором Макаров, вступая в совершенно новое для него общество, разумеется крайне нуждается». В письме А.А. Галлу за № 2268 от 15 сентября 1872 года П.Ф. Исеев сообщал, что «этот молодой человек по своему таланту и превосходнейшим качествам вполне заслуживает благосклонного внимания»19.

В ходе путешествия Макаров посетил Турцию, Сирию, Палестину, Египет, ознакомился с величайшими христианскими святынями и историческими памятниками. Это было первое посещение художником Стамбула. Второе состоится через пять с половиной лет, во время Русско-турецкой войны 1877—1878 гг. также в свите Николая Николаевича Старшего. Во время путешествия по Османской империи художник был представлен султану Абдул-Азизу I, принимал участие в смотре турецких войск и присутствовал на военных манёврах. Великому князю Николаю Николаевичу Старшему турецкая армия показалась прекрасно обученной и хорошо вооружённой20. Весь состав свиты в соответствии с чинами был награждён орденами «Османие» и «Меджидие». В ходе поездки на Восток Е.К. Макаров делал зарисовки местности и типов населения, часть из которых были помещены в книге Д.А. Скалона. На одной из иллюстраций в книге изображена пристань на Дунае у Систово напротив Зимницы. Данная местность будет иметь большое стратегическое значение во время переправы русской армии через Дунай в ходе Русско-турецкой войны 1877—1878 гг. По воспоминаниям Д.А. Скалона, великий князь Николай Николаевич Старший ещё во время плавания по Дунаю в 1872 году признал место у Зимницы как «подходящее к желательным условиям для переправы»21.

Во многом благодаря успеху поездки Е.К. Макаров 31 октября 1873 года получил диплом на звание классного художника первой степени с присвоением права на чин 10-го класса22. В 1874 году художник принимал участие в ежегодной выставке художественных произведений в Императорской Академии художеств. Для этой выставки он написал два живописных портрета23.

Во время Русско-турецкой войны 1877—1878 гг. Е.К. Макаров вновь находился в свите великого князя Николая Николаевича Старшего. После объявления мобилизации русской армии 19 ноября 1876 года Николай Николаевич, назначенный главнокомандующим, отправился в Кишинёв24. В ходе поездки 21 ноября 1876 года художник сделал набросок портрета Его Высочества, сидящим с любимой собакой датским догом Лео25.

Е.К. Макаров сопровождал главнокомандующего русской армией во всех его передвижениях на театре военных действий на Балканах. Так, 3 мая 1877 года великий князь Николай Николаевич Старший отправился с визитом к князю Карлу Румынскому в Бухарест в сопровождении части своей свиты, куда входили, кроме художника Е.К. Макарова, начальник полевого штаба действующей армии генерал-адъютант А.А. Непокойчицкий, его помощник генерал-майор К.В. Левицкий, старший адъютант полковник М.А. Газенкампф, корреспондент «Правительственного вестника» В.В. Крестовский и пять адъютантов26.

Вероятно, художник симпатизировал главнокомандующему. Интересным эпизодом военно-походной жизни Е.К. Макарова стало его приглашение великим князем Николаем Николаевичем «на ёлку» 24 декабря 1877 года. М.А. Газенкампф так описывает праздник Рождества в компании великого князя: «Я пришёл раньше других и участвовал в приготовлениях, которыя заключались в следующем. Через всю кибитку была протянута верёвка, к которой подвешены пирожки, куски кулебяки, ломтики ветчины, колбаса и т.п. Три главных подарка — жарившаяся на походной плите индюшка и две бутылки старого венгерского вина 1834 года — были поставлены на стол. По стенам кибитки подвешены фонари. На все подарки прицеплены нумерки. Я резал бумагу. Великий князь надписывал нумера, а Скалон их прицеплял. Скобелев-отец занимался жареньем индюшки. К 8 часам вечера собрались все приглашённые, и великий князь, положив все билетики в свою фуражку, предложил вынимать их. Жареная индюшка досталась Левицкому, а обе бутылки венгерского — мне и маленькому Галлу. Сам великий князь выиграл кусок ветчины… Закусивши, напились чаю и около 10 часов вечера разошлись спать»27. Такие дружеские посиделки боевых товарищей свидетельствуют как о благоприятной атмосфере, царившей в ближайшем окружении главнокомандующего, так и о том, что Е.К. Макаров пользовался расположением великого князя Николая Николаевича.

Однако, помимо скромных праздников, членов свиты главнокомандующего связывали суровые будни на театре военных действий. Так, полковник М.А. Газенкампф осуществлял делопроизводство действующей армии и вёл дневник с описанием важнейших военных событий 1877—1878 гг. Художник Е.К. Макаров зарисовывал ход военных действий, этапы продвижения русских войск вглубь Балканского полуострова, военные лагеря участников войны, местное население, виды городов. Им была создана серия акварелей, изображающих события русско-турецкой войны с лета 1877 по март 1878 года. Такие графические батальные серии являлись редкостью, несмотря на то, что зарисовкой войны занимались многие известные художники и графики. Данная серия хранится в Государственном Эрмитаже. Акварели были приобретены в 1945 году как принадлежащие кисти неизвестного художника28. Однако, в связи с подготовкой в 1968 году в Болгарии выставки, посвящённой 90-летнему юбилею обретения болгарским народом независимости, рисунки были идентифицированы сотрудником Государственного Эрмитажа Г.А. Принцевой как принадлежащие кисти Е.К. Макарова. Атрибуция была сделана на основании сравнения эрмитажных рисунков с не вызывающими сомнения в авторстве Е.К. Макарова акварелями, хранящимися в Государственной Третьяковской галерее. Вопрос полноты эрмитажной серии остаётся в настоящее время открытым. Вероятнее всего можно предположить, что в её состав могли входить и акварели, посвящённые штурмам и осаде Плевны, так как император Александр II заказал художнику картину на сюжет сдачи Плевны.  <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 История внешней политики России. Вторая половина XIX века (от Парижского мира 1856 г. до русско-французского союза). М., 1997. С. 193, 194.

2 Милютин Д.А. Дневник. 1876. 8 апреля // Александр Второй: Воспоминания. Дневники. СПб., 1995. С. 275.

3 Рейтерн М.Х. Обстоятельства, приведшие к Восточной войне // Трагедия реформатора: Александр II в воспоминаниях современников. СПб., 2006. С. 269—274.

4 Чичагов Л.М. Дневник пребывания царя-освободителя в Дунайской армии в 1877 году. СПб., 1887. С. XIV.

5 Степанов В. «Буду свято исполнять свой долг». Почта наследника престола // Источник. М., 1993. № 1. С. 40.

6 Газенкампф М.А. Мой дневник 1877—1878 гг. СПб., 1908. С. 185.

7 Полный сборник официальных телеграмм восточной войны 1877 г. Вып. 1. С 11 апреля по 15 декабря 1877 г., включительно. СПб., 1877. С. 135, 136.

8 Иллюстрированная хроника войны: Прил. к «Всемирной иллюстрации». Т. 1, 2. СПб., 1877—1878.

9 Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 789. Оп. 14. Д. 10-«М». Л. 13, 13 об.

10 Там же. Л. 14, 14 об.

11 Там же.

12 Там же. Л. 2.

13 Императорская Академия Художеств. 1764—1914. Часть биографическая. Список русских художников к юбилейному справочнику Императорской Академии Художеств. СПб., 1915. С. 119.

14 РГИА. Ф. 789. Оп. 14. Д. 10-«М». Л. 6.

15 Императорская Академия Художеств. 1764—1914. Часть биографическая. С. 119.

16 Сахарова Е.В. Василий Дмитриевич Поленов. Елена Дмитриевна Поленова: Хроника семьи художников: [Письма, дневники, воспоминания]. М., 1964. С. 70.

17 РГИА. Ф. 789. Оп. 14. Д. 10-«М». Л. 16.

18 Там же. Л. 16 об., 17.

19 Там же. Л. 16, 16 об.

20 Скалон Д.А. Путешествие по Востоку и Святой Земле в свите великого князя Николая Николаевича в 1872 году. СПб., 1881. С. 67.

21 Там же. С. 135.

22 РГИА. Ф. 789. Оп. 14. Д. 10-«М». Л. 36.

23 Там же. Л. 26.

24 Столетие Военного Министерства. 1802—1902. Т. 2. Кн. 4. Императорская Главная квартира. История Государевой свиты. Царствование Александра II. СПб., 1914. С. 306.

25 Скалон Д.А. Мои воспоминания. 1877—1878 гг. Т. 1. СПб., 1913. С. 5.

26 Газенкампф М.А. Указ. соч. С. 15.

27 Там же. С. 279.

28 В эрмитажную серию входят девять акварельных рисунков, приобретённых музеем в 1945 г. в магазине № 43 Ленокогиза.