Генерал Л.М. Доватор глазами доваторцев

image_pdfimage_print

В.В. ТИХОНОВ — Генерал Л.М. Доватор глазами доваторцев

V.V. TIKHONOV – General L.M. Dovator through the eyes of the his subordinates

Аннотация. В статье на материалах Комиссии по истории Великой Отечественной войны показывается восприятие бойцами-доваторцами своего командира — генерала Л.М. Доватора.

Summary. The article based on the materials of the Commission on the Great Patriotic War History shows the perception by General L.M. Dovator’s warriors of their Commander.

Генерал Лев Михайлович Доватор (1903—1941) — личность легендарная. В самый трудный начальный период войны неожиданные рейды его кавалеристов по тылам врага сеяли панику среди немецких войск, отрезали передовые части врага, рвавшегося к Москве, от снабжения боеприпасами. Это позволяло нашему командованию получать важные разведданные, выигрывать время, подтягивать резервы. К тому же успехи доваторцев помогали развеивать миф о непобедимости немецкой военной машины1.

К началу Великой Отечественной войны Лев Доватор был уже опытным командиром. Он родился в 1903 году в крестьянской семье в с. Хотино Витебской губернии. О его родителях мало что известно. В 1921 году Доватор окончил среднюю школу и в 1923 году — годичную партшколу. После этого некоторое время учился в Белорусском педагогическом институте — хотел стать учителем. Но из-за тяжёлых бытовых условий вынужден был бросить учёбу. В Рабоче-крестьянскую Красную армию он вступил в сентябре 1924 года, где благодаря относительно высокому образовательному уровню сразу получил нашивки младшего командира.

В 1926—1929 гг. Доватор обучался в Борисоглебско-Ленинградской кавалерийской школе комсостава РККА. В 1928 году вступил в партию. После окончания кавалерийской школы был направлен для прохождения службы в 27-й кавалерийский полк на должность командира взвода. В 1931 году его часть была переброшена в Забайкалье, на границу с Монголией. С весны 1931 до весны 1936 года Л.М. Доватор служил в Забайкалье сначала политруком 1-го кавалерийского полка 1-й Колхозной кавалерийской дивизии, затем комиссаром отдельного разведывательного эскадрона и командиром отдельного разведывательного батальона 93-й стрелковой дивизии.

В 1936 году капитан Доватор как один из лучших офицеров части был направлен в Москву — на учёбу в Военную академию имени Фрунзе. Во время учёбы последовала полугодовая секретная «стажировка» в объятой гражданской войной Испании2. Доватор находился там в группе «товарища Альфреда» (Станислава Алексеевича Ваупшасова) — военного советника при командующем 14-м Партизанским корпусом республиканских войск. Группа Ваупшасова участвовала в боях, а также учила добровольцев интербригад военной тактике, подрывному и диверсионному делу.

Уже после возвращения в СССР в 1938 году Доватор участвовал в съёмках знаменитого фильма С. Эйзенштейна «Александр Невский» (1938). Он командовал конной бригадой, консультировал съёмочную группу и готовил войска к батальным сценам. До сих пор существует расхожая легенда, что Доватор дублировал самого Николая Черкасова, сыгравшего Невского. Это, однако, маловероятно, поскольку Доватор был ростом ниже Черкасова. К тому же известен настоящий дублёр — кавалерист старший лейтенант Николай Иванович Бучилев3.

В январе 1939 года по окончании академии Доватор был назначен начальником штаба кавалерийского полка, в ноябре — начальником штаба 1-й отдельной особой кавалерийской бригады Московского военного округа. С марта 1941 года он — начальник штаба 36-й кавалерийской дивизии Белорусского военного округа4.

В первые дни войны Доватор после лечения в московском госпитале выехал на фронт. Однако его дивизия оказалась в окружении, и Доватор получил новое назначение. В июле 1941 года за отличие в оборонительных боях на Соловьёвской переправе через Днепр он был представлен к ордену Красного Знамени. В представлении сообщалось: «В период боёв с германским фашизмом с 11 июля полковник Доватор выполнял ответственные задачи Главнокомандующего по передаче оперативного приказа соединениям, а также по доставке боеприпасов на передовые линии. 16 июля, выполняя приказ Главнокомандующего, обнаружил мотомех-отряд противника, двигающийся к Красному (Смол[енская] обл[асть]). Полковник Доватор организовал разрозненные части и с ними ударил по врагу и выбил его из Красного»5.

С 14 августа по 2 сентября 1941 года кавалерийская группа Доватора совершила рейд во вражеский тыл, углубившись в него на 100 км. Были уничтожены 2500 солдат и офицеров, 9 танков и 200 машин. После этого группа была переименована в 3-й кавалерийский корпус, а Доватор получил звание генерал-майор. В сентябре—октябре доваторцы участвовали в оборонительных боях на р. Меже и р. Ламе. За удачно проведённые операции 3 ноября Доватор был награждён орденом Ленина6. Вскоре в составе 16-й армии под командованием К.К. Рокоссовского корпус принимал активное участие в боях под Москвой. Из воспоминаний К.К. Рокоссовского: «Особенно ценной в тех условиях была высокая подвижность корпуса, позволявшая использовать его для манёвра на угрожаемых направлениях, конечно, с соответствующими средствами усиления, без которых конники не смогли бы бороться с вражескими танками»7.

11 декабря начался новый рейд, во время которого доваторцы преследовали отступавшего противника. В морозный день 19 декабря 1941 года Доватор погиб в окрестностях деревни Палашкино Рузского района Подмосковья8.

Таковы вкратце жизнь и боевой путь генерала Доватора. Смерть его вызвала широкий резонанс. О его гибели писали все газеты. 21 декабря 1941 года вышел указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении ему звания Героя Советского Союза «за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство…»9.

Уже в августе 1942 года сбором материалов о Доваторе занялись сотрудники Комиссии по истории Великой Отечественной войны А.А. Белкин и Р.И. Кроль. Комиссия была создана 10 декабря 1941 года и целенаправленно занималась сбором документов о войне, стараясь документировать события как можно полнее10. Особое внимание уделялось героям войны и их подвигам, поэтому мимо фигуры Л.М. Доватора комиссия пройти не могла. 12 августа состоялась коллективная беседа с доваторцами, на которой единовременно присутствовали 11 бойцов. Они делились воспоминаниями по очереди. Запись вела стенографистка А.А. Бондаренко. Надо сказать, что в такой форме интервью есть как преимущества, так и недостатки. С одной стороны, участники беседы как бы контролируют друг друга, не давая искажать информацию, но с другой — интервьюируемые оказываются в ситуации, когда это мешает им откровенно высказывать свою точку зрения. По стенограмме заметно, что комиссар С.В. Резников часто вмешивался в рассказы доваторцев, стараясь направить их в нужное, как он считал, русло. Помимо этого группового интервью сотрудник комиссии писатель М.Т. Линьков в октябре 1942 года отдельно проинтервьюировал С.В. Резникова. В деле сохранились и отрывки воспоминаний простых бойцов, служивших у Доватора. 25 июля 1945 года историк А.Л. Сидоров в Кёнигсберге взял интервью у подполковника Ф.Е. Двойнова, хорошо знавшего Доватора ещё по службе в Забайкалье.

Имеющийся комплект документов позволяет взглянуть на легендарного генерала глазами служивших под его началом бойцов.

Появление Доватора в качестве командира у ряда кавалеристов сначала вызывало скепсис. Тем более что ростом он был ниже среднего, выглядел очень моложаво11. Так, майор И.В. Иванкин, славившийся своей бесшабашностью и однажды бросившийся с группой всадников на танки (и захвативший их!), так описывает свои начальные впечатления: «Первое время, когда он к нам прибыл, у меня такое впечатление было, что толку от него не будет: он молодой парень, моложе меня, такой тщедушненький был, я подумал: толку маловато от него будет. Группа обязательно зашьётся. А потом один бой был, другой бой, у меня мнение о Доваторе совсем уже переменилось»12. Словом, Доватор не производил «командирского впечатления». Капитан Г.П. Иоффе так описал свою первую встречу с ним: «Смотрю — стоит очень молодой командир, полковник какой-то. Я сначала не понял, спрашиваю: “Где командующий, кто вызвал?” — “А вот, говорят, командующий — Доватор”»13. Авторитет помогли завоевать хорошее знание коней, специфики кавалерии и умение прекрасно ездить верхом.

Доватор умел себя поставить, повести бойцов за собой. Все интервьюируемые сходились на том, что он был очень подвижен, всё делал быстро и резко. Излучал оптимизм. И.В. Иванкин вспоминал: «В тяжёлом, мрачном настроении я никогда его не видал. Когда мы были уже в тылу, народ устал крепко. Так он сам с фонариком ходит. Бойцы спать хотят, а он… пускай спят, я сам найду дорогу. И сам пошёл и нашёл дорогу»14. Доватор обладал феноменальной смелостью. С.В. Резников подчёркивал: «Это нужно прямо сказать, что трусости в нём ни на йоту не было и помирать он не боялся»15.

Впрочем, Доватор тяжело переживал отступление летом—осенью 1941 года. По воспоминаниям С.В. Резникова: «Когда было отступление, Доватор так переживал. Он расстрелял своего шофёра за то, что тот хотел сбежать, бросив машину. Доватор несколько раз порывался переходить в наступление, но переходить не с чем было. Когда мы были уже далеко за Волоколамском, два села отбили, потом захлебнулись. Он так глубоко это переживал, очень болезненно переживал, говорил: “Сейчас немного покатимся, покатимся, потом как шлёпнем и сразу в Одессу купаться”, т.е. сразу в Одессу пойдём»16. Вообще, фраза «пойдём в Одессу», по воспоминаниям сослуживцев, часто звучала в речи Доватора, являясь его коронным выражением.

Совсем иначе он чувствовал себя в наступательных операциях. В ходе преследования противника в битве под Москвой настроение, по воспоминаниям полковника Ф.Е. Двойнова, у Доватора было совсем иным: «Характерно поведение Доватора в этих наступательных боях, когда мы уже преследовали противника. Во-первых, его везде и всюду можно было увидеть сияющим. Ясно, когда шли к Москве, настроение у него было иное. Когда шло это преследование, перемалывание противника, Доватор сам лично, — белый конь у него был уже в это время, — на белом коне его везде и всюду можно было видеть. Идёт колонна, смотришь, Доватор один стоит со своим ординарцем без всякого штаба, управляет»17. Вообще, многие опрошенные отмечали, что Доватор в условиях плохой связи между частями стремился на коне контролировать ситуацию. «…Как мы говорили, он всюду болтался на своём коне, — вспоминал Резников, — где нужно и где не нужно… Доватор хорошо ориентировался. Он скорее находил полки, чем полки находили его»18. Резников признавал, что Доватор «был подлинный полководец в том смысле, что именно он водил за собой полки. А другие командиры сидят в штабах и оттуда командуют»19. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Вещиков П.И. Доблестный сын Отечества // Воен.-истор. журнал. 2011. № 12. С. 33, 34.

2 Об этом см.: Осокин А., Корняков А. Неизвестный генерал Доватор // Московский комсомолец. 2013. 20 февраля. Интернет-ресурс: http://www.mk.ru.

3 Чанышев И.И. Александр Невский № 4, или Закрытие одного «открытия» // Экран. 1994. № 8. С. 44, 45.

4 Великая Отечественная: Комкоры. Военный биографический словарь / Под общ. ред. М.Г. Вожакина. М.; Жуковский: Кучково поле, 2006. Т. 2. С. 56, 57. См. также интернет-ресурс: http://www.warheroes.ru.

5 Интернет-ресурс: http://podvignaroda.mil.ru (дата обращения: 28 августа 2015 г.).

6 Там же.

7 Рокоссовский К.К. Солдатский долг. 5-е изд. М., 1988. С. 62.

8 Интернет-ресурс: http://www.warheroes.ru (дата обращения: 28 августа 2015 г.).

9 Научный архив Института российской истории РАН (НА ИРИ РАН). Ф. 2. Раздел IV. Оп. 1. Д. Л.М. Доватор.

10 О комиссии см.: Вклад историков в сохранение исторической памяти о Великой Отечественной войне. На материалах Комиссии по истории Великой Отечественной войны АН СССР, 1941—1945 / Отв. ред. С.В. Журавлёв. М.; СПб., 2015. Глава 2.

11 Например, М.Е. Катукова, встречавшегося в ходе битвы под Москвой с Доватором, поразила молодость генерала: «Лев Михайлович Доватор удивил меня своей молодостью. В кубанке и неизменной бурке он выглядел настоящим лихим кавалеристом». См.: Катуков М.Е. На острие главного удара. М., 1974. С. 65.

12 НА ИРИ РАН. Ф. 2. Раздел IV. Оп. 1. Л.М. Доватор. Д. 4а. Л. 28.

13 Там же. Л. 30.

14 Там же. Л. 27 об.

15 Там же. Л. 49.

16 Там же. Л. 25 об.

17 «…Его везде и всюду можно было видеть сияющим»: стенограмма воспоминаний полковника Ф.Е. Двойнова о кавалеристе генерале Л.М. Доваторе // Вклад историков в сохранение исторической памяти о Великой Отечественной войне. С. 227.

18 НА ИРИ РАН. Ф. 2. Раздел IV. Оп. 1. Л.М. Доватор. Д. 4а. Л. 41.

19 Там же. Л. 49.