От артиллерии особой мощности — к тяжёлой реактивной

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье представлены результаты анализа создания частей и подразделений тяжёлой реактивной артиллерии, их организационно-штатной структуры и боевой подготовки, проведённого на основе архивных документов, впервые вводимых в научный оборот, и воспоминаний участников событий.

Summary. The article presents the results sourced from an analysis of creation of units and subunits of heavy rocket artillery, their organisational-and-staff structure and combat training, conducted on the basis of archival documents first introduced into scientific circulation, and memories of participants in the events.

ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

Мильбах Владимир Спартакович — профессор кафедры гуманитарных и социально-экономических дисциплин Михайловской военной артиллерийской академии, полковник запаса, доктор исторических наук, профессор

(Санкт-Петербург. E-mail: v.milbach@yandex.ru);

Постников Александр Геннадьевич — преподаватель кафедры оперативно-тактической подготовки ракетных войск и артиллерии Михайловской военной артиллерийской академии, подполковник

(Санкт-Петербург. E-mail: mramor1023@yandex.ru).

 

ОТ АРТИЛЛЕРИИ ОСОБОЙ МОЩНОСТИ — К ТЯЖЁЛОЙ РЕАКТИВНОЙ

В 1953 году армия США приняла на вооружение баллистическую ракету MGR 1 «Онест Джон» с дальностью пуска от 5 до 26 км, способную доставлять к цели ядерный боеприпас мощностью от 5 до 20 кт. С 1954 года эти ракеты стали массово поступать в вооружённые силы США и европейских стран, входивших в НАТО. По мнению советских специалистов, в случае войны американцы могли использовать ракеты «Онест Джон» для массированных ударов по объектам на переднем крае противника и в непосредственной близости от него1.

В Советской армии (СА) в начале 1950-х годов такого вооружения не было. Она проигрывала армии США в оснащении оперативно-тактическим и тактическим ядерным оружием.

Считалось, что для надёжного поражения войск противника в тактической зоне обороны дальность стрельбы (пуска) средства ядерного поражения должна составлять 27—38 км2. Реактивная и ствольная артиллерия того времени такими возможностями не обладала. Дальность стрельбы турбореактивными снарядами разработанных в 1950-е годы реактивных систем залпового огня составляла: 140-мм БМ-14 — 9840 м, 240-мм БМ-24 — 16 790 м, а минимальная дальность пуска ракет Р-11 и Р-11М — 50 км3. Кроме того, применение по переднему краю противника ракеты    Р-11М с ядерной боевой частью (ЯБЧ), мощность которой составляла от 10 до 30 кт, создавало угрозу поражения своих соединений и частей в непосредственной близости от линии соприкосновения сторон. Сомнительной была и целесообразность поражения противника вблизи его переднего края ЯБЧ, предназначенной для уничтожения важных объектов тыловых инфраструктур в оперативной глубине.

Стремление советского командования получить ракетную (по терминологии тех лет — реактивную) систему, способную поражать цели противника в тактической зоне обороны (ТЗО), и соответствующие ЯБЧ привело к созданию нескольких типов реактивных комплексов c неуправляемыми баллистическими ракетами.

В 1957 году в опытную эксплуатацию поступила дальнобойная (тяжёлая) реактивная артиллерийская система 2К5 «Коршун». Годом позже — пусковые установки 2П2 и 2П5, которые классифицировались как системы тяжёлой реактивной артиллерии (ТРА). В начале 1960-х годов, когда было научно обосновано, что совокупность функционально связанных средств и систем для пуска — ракет и наземного оборудования — являются ракетным комплексом, системы ТРА получили название «тактические ракетные комплексы (ТРК) первого поколения».

Пусковые установки (ПУ) ТРА с различными дальностями пуска разделялись на три типа. ПУ 2П2 «Марс» была определена как тяжёлая реактивная система I типа, 2П5 «Филин» — II типа, 2К5 «Коршун» с рекордной для того времени дальностью стрельбы (55 км) — III типа. Ракетами в специальном снаряжении (с ЯБЧ) были вооружены ПУ ТРА I и II типов4.

В начале 1954 года министр обороны СССР принял решение создать четыре артиллерийских полка специального назначения РВГК, которые предполагалось вооружить ствольными системами атомной артиллерии5. К 5 октября того же года был сформирован первый из этих полков — 42-й артиллерийский Севастопольский Краснознамённый орденов Суворова, Кутузова и Александра Невского полк ОМ РВГК. Основой для его создания послужили 317-й и 226-й отдельные артиллерийские дивизионы особой мощности РВГК (оадн ОМ РВГК), которые дислоцировались в городе Борисоглебске. Они передали полку свои почётные наименования и награды. При формировании полк получил временный штат. В декабре 1956 года он был заменён штатом 8/640, артиллерийский полк (опытный) РВГК6. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки

http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Урюпин Д.А. и др. Реактивное оружие капиталистических стран (по материалам зарубежной печати). М.: Воениздат, 1959. С. 56.

2 В конце 1950-х гг. глубина тактической зоны обороны (ТЗО) в армиях вероятного противника составляла 15—20 км, глубина передовой позиции — 6—8 км. Удаление позиционного района ракетного дивизиона от переднего края — 6—10 км. Следовательно, для надёжного поражения противника требовалась дальность стрельбы (пуска) средства поражения — 27—38 км.

3 Постников А.Г. Причины и тенденции развития ядерного оружия артиллерии Сухопутных войск в СССР и США // Вестник ИрГТУ. 2015. С. 451.

4 Он же. Боевое применение атомной, тяжёлой реактивной и ракетной артиллерии // Защита и безопасность. 2015. № 3. С. 12—14.

5 Центральный архив Министерства обороны РФ (ЦАМО РФ). Ф. 7. Оп. 937942. Д. 121. Л. 131.

6 Там же. Ф. 42-го артиллерийского полка РВГК. Оп. 832454с. Д. 3. Л. 82.