Эвакуационное планирование в Карелии в 1930-х годах

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье исследованы факторы и результаты эвакуационного планирования в приграничной Автономной Карельской Советской Социалистической Республике (АКССР) в 1930-е годы в комплексе мероприятий по мобилизационной подготовке Советского государства.

Summary. The article explores the factors and results of evacuation planning in the border Karelian Autonomous Soviet Socialist Republic (KASSR) in the 1930s within a complex of measures on the Soviet state’s mobilisation preparation.

РЕПУХОВА Оксана Юрьевна — старший преподаватель кафедры отечественной истории Института истории, политических и социальных наук Петрозаводского государственного университета (г. Петрозаводск.E-mail: repukhova@yandex.ru).

 

ЭВАКУАЦИОННОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ В КАРЕЛИИ В 1930-х годах

В сложившейся традиции отечественной историографии советского и постсоветского периодов представлена история эвакуации начального периода Великой Отечественной войны1. С вовлечением в 2000-х годах в научный оборот ранее закрытых архивных документов было положено начало формированию историографии эвакуационного планирования межвоенного периода в СССР2. На региональном уровне исследование этого вопроса было продолжено в рамках изучения истории мобилизационной подготовки приграничных территорий3. Однако в большинстве работ, освещающих историю Великой Отечественной войны, по-прежнему не упоминается об опыте решения проблем эвакуации, накопленном в межвоенный период4. Между тем исследование истории эвакуационного планирования позволяет раскрыть ключевые решения мобилизационной политики Советского государства в приграничных регионах.

Отметим, что к концу 1920-х годов эвакуационное планирование регламентировалось Положением «О вывозе из угрожаемых неприятелем районов ценного имущества, учреждений, предприятий и людских контингентов», принятых расширенным заседанием Совета Труда и Обороны СССР (РЗ СТО СССР) 20 июля 1928 года5. На региональном уровне была создана система эвакуационных совещаний6. Оценка советским руководством внешнеполитических угроз Северному сектору Западной пограничной полосы СССР и дефицит подвижного железнодорожного состава в Белорусском и Западно-Украинском секторах пограничной полосы СССР привели к сокращению почти в 10 раз территории Карелии, из которой предполагалась эвакуация, и увеличению времени вывоза до 10 дней7. Единственным режимом эвакуации, который планировали в АКССР, был режим срочной эвакуации, проводившейся с объявлением мобилизации, а не заблаговременной разгрузки территории от людского контингента и материальных ценностей.

Разработка плана эвакуации на 1930 год началась согласно директиве Революционного военного совета (РВС) СССР от 21 августа 1929 года8. В новом плане возросло количество планировавшихся к эвакуации из Карелии материальных ценностей и квалифицированных специалистов народного хозяйства. В то же время резко сократилось по сравнению с 1928—1929 гг. общее число планировавшихся к эвакуации людей9. По плану подлежали вывозу из угрожаемой зоны всего 5582 человека (около 10 проц. жителей угрожаемой зоны, около 3 проц. населения республики). Таким образом, в новом плане эвакуации не только сократилась площадь угрожаемой зоны в Карелии, но почти в два раза снизилось число планировавшихся к эвакуации людей.

Сокращение численности людского контингента по эвакоплану на 1930 год для Карельского сектора коснулось почти всех народных комиссариатов (наркоматов) и ведомств: численность запланированных к эвакуации в 1930 году специалистов железной дороги сократили в 30 раз по сравнению с эвакопланом 1928 года (до 281 человека), сотрудников органов внутренних дел — в 20 раз (до 680 человек), специалистов информационно-коммуникационной инфраструктуры — в три раза (до 223 человек), представителей органов государственной безопасности — в два раза (до 540 человек)10.

На фоне сокращения планировавшегося к эвакуации контингента республики на 722 человека выросло число подлежавших эвакуации специалистов, относившихся к ведению Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ), — 3207 человек11. Основную часть планировавшихся к эвакуации специалистов по линии ВСНХ составили квалифицированные рабочие Онежского машиностроительного и металлургического завода — 2800 человек (77 проц. рабочих и служащих предприятия)12. Завод в это время переживал реконструкцию, в ходе которой было установлено новое оборудование. На 1931 год здесь был получен мобилизационный заказ13. Для эвакуации габаритного оборудования и специалистов требовались 640 вагонов. В результате заявка на подвижной состав для вывоза из Карелии возросла до 801 вагона. Общий вес запланированных к эвакуации грузов составил 5043 т14. В то же время общий вес вывозившихся из республики материальных ценностей сократился в 1,6 раза по сравнению с эвакопланом 1929 года.

Демонтаж оборудования Онежского машиностроительного и металлургического завода требовал более 10 дней. Однако осуществить в течение этого срока предмобилизационную переброску вагонов из тыловых районов страны на прифронтовую Мурманскую железную дорогу (МЖД) для обеспечения перевозок было невозможно. Эти обстоятельства обусловили увеличение срока эвакуации для Карелии до 20 дней15. Местом размещения людского контингента и оборудования ведущего предприятия Карелии предполагался Воткинский завод в Удмуртии.

Новый этап организации эвакуационной подготовки в регионах начался с утверждения в конце 1930 года СТО CCCР «Наставления для разработки плана вывоза»16. В нём был детализирован алгоритм подготовки эвакуации, основные идеи которого были сформулированы в положении о вывозе, утверждённом СТО в 1928 году. В документе была определена структура органов и должностных лиц, разрабатывавших, отслеживавших и проверявших в мирное время, осуществлявших — в условиях военного времени эвакуацию из угрожаемых неприятелем районов страны. Эвакуационная работа была возложена на штатных исполнителей в гражданских наркоматах и ведомствах. «Наставлением» была закреплена система межведомственных эвакуационных совещаний для решения вопросов эвакуации: Центральное межведомственное эвакуационное совещание (ЦМЭС) при Штабе РККА и окружные межведомственные эвакуационные совещания (ОМЭС) при штабах приграничных военных округов (в количестве 7). Для урегулирования вопросов предоставления подвижного состава и осуществления перевозок в ОМЭС были включены представители Народного комиссариата путей сообщения (НКПС) в должности уполномоченного. Работа по составлению плана вывоза в наркоматах была поручена мобилизационным отделам (моботделам) или мобилизационным бюро (моббюро), в подлежавших вывозу учреждениях — специально назначенным лицам, в учреждениях, не составлявших планов вывоза самостоятельно, — комиссиям по вывозу при местных исполкомах. План вывоза являлся составной частью мобилизационного плана этого учреждения.

Эвакуационный план на 1931 год был утверждён постановлением СНК СССР 30 ноября 1931 года17 и фактически действовал как план вывоза в 1932 году. В связи с обострением внешнеполитической угрозы на дальневосточных рубежах страны18 в план был включён вывоз грузов и людей из районов Сибири и Дальнего Востока, потребовавший задействовать около 2700 единиц подвижного состава19.

По сводному плану эвакуации на 1931 год для Карельского сектора угрожаемой зоны, суженной к этому времени до 6 проц. площади республики20, были определены к эвакуации 6537 человек21. Число подлежавших эвакуации выросло на 955 человек в сравнении с предыдущим эвакопланом. Из угрожаемой зоны, на которой проживали около 54 тыс. человек, планировалось вывезти 12 проц. населения, или 4 проц. жителей всей республики22.

После создания в 1931 году на основании «Наставления о мобилизационной оборонной работе», утверждённого СТО СССР23, мобилизационного секретариата СНК АКССР была продолжена реорганизация эвакуационной работы. 8 января 1932 года из ведения Управления милиции и угрозыска организация эвакуационной работы была передана военному комиссару АКССР И.Э. Хейконену, назначенному уполномоченным по вывозу в СНК АКССР. Тогда же, в январе 1932 года вопросы устройства беженцев в военное время из ведения правоохранительных органов переданы Карельскому областному комитету Красного Креста и Красного Полумесяца24.

С 1935 по 1938 год, несмотря на рост числа угрожаемых районов, число людей и предприятий, подлежавших вывозу из Карелии, сокращалось. В 1935 году в угрожаемую зону Карелии был отнесён 51 проц. территории республики с численностью населения более 122 тыс. человек25. 25 января 1935 года СЗ СНК АКССР подалозаявки в ОМЭС на вывоз грузов из угрожаемой зоны республики в объёме 5919 т и людских контингентов в количестве 8270 человек (7 проц. населения угрожаемой зоны). Заявленное число людских контингентов включало квалифицированных рабочих-лесорубов, иммигрировавших в СССР26. Их вывоз номенклатурой не предусматривался, но СЗ СНК АКССР настоятельно просило ОМЭС включить их в эвакуационный план вывоза27.

Заявка Карелии на эвакуационный вывоз 1935 года не только не была удовлетворена, но, напротив, была сокращена, так же, как и финансирование военно-гражданского строительства в республике. В сводный эвакуационный план на 1935 год для АКССР были включены 3096 человек, подлежавших вывозу (2,5 проц. населения угрожаемой зоны, или 0,8 проц. всех жителей Карелии28). К эвакуации в 1935 году предполагалось в два раза меньше людей, чем в 1931 году. Объём предполагавшегося к вывозу ценного груза составил 5074,25 т, в 2,5 раза меньше, чем в 1931 году29. Снижение индикативных показателей эвакуационного планирования в Карелии на 1935 год было сопряжено с сокращением совокупных расходов по мобилизационному плану (МП-4), введённому в 1935 году, и обусловлено необходимостью концентрации мобилизационных усилий государства в Украинском и Белорусском секторах Западной угрожаемой полосы30.

Потребность в предмобилизационной переброске подвижного состава в Украинский и Белорусский сектора вызвала необходимость перенаправить потоки беженцев, ожидавшихся из приграничных районов Карелии в случае войны. До 1935 года план беженского движения предусматривал перемещение населения с запада на восток к железнодорожному узлу в г. Петрозаводске по трактам Пряжа — Петрозаводск и Сямозеро—Петрозаводск. Согласно постановлению СЗ СНК АКССР от 25 марта 1935 года об изменении «беженских трактов» в южных угрожаемых районах Карелии движение беженцев было направлено на юго-восток от государственной границы в Ленинградскую область по трактам: Вешкелицы — Салменицы — Святозеро — Кашканы — Михайловское — Ленинградская область и Палалахта — Крошнозеро — Каскеснаволок — Святозеро — Михайловское —Ленинградская область. Был сохранён лишь действовавший тракт Линдозеро — Петрозаводск31. Перенаправление потока потенциальных беженцев должно было сдержать рост неизбежно возраставших в случае войны объёмов перевозок по Кировской железной дороге. Ожидавшихся беженцев из северных пограничных районов (Беломорской Карелии) по-прежнему планировалось эвакуировать по Кировской железной дороге. Приёмно-распределительные пункты для беженцев из пограничных районов Беломорской Карелии были предусмотрены в Лоухах, Кеми, Сороке, Сосновце32.

В условиях недофинансирования бюджетами СССР и РСФСР запланированного в Карелии мобилизационным планом военно-гражданского строительства и роста финансовой нагрузки на республиканский бюджет по достижению индикативных показателей плана в эвакуационной заявке 1935 года СЗ СНК АКССР предложило изменить режим эвакуационной подготовки в Карелии: проводить вывоз людей и ценного груза не автоматически с объявлением мобилизации, а в режиме разгрузки по особому распоряжению Наркомата обороны, так же, как в других секторах Западной угрожаемой зоны СССР33. То есть потенциально угрожаемые районы предполагалось максимально разгрузить заранее для снижения эвакуационной нагрузки и сокращения потребности в подвижном составе. Оперативные мероприятия по разгрузке угрожаемых районов Карелии от местного населения были проведены в апреле 1935 года в рамках аналогичных мероприятий, проведённых на Ленинградской и Северо-Западной приграничных территориях. Из пограничной полосы Карелии протяжённостью 22 км и глубиной 500 м от линии государственной границы были выселены 1745 человек. В результате разгрузки ожидавшееся число беженцев из пограничных районов республики предполагалось на уровне 3660 человек34, а соотношение числа беженцев и подлежавших эвакуации из Карелии в 1935 году составило 1 : 1,1835.

При формировании эвакуационного плана на 1938 год объёмы предполагавшегося вывоза из Карелии снова были сокращены. В то же время угрожаемая зона в республике была расширена, включив в себя 55 проц. территории. В плане на 1938 год было утверждено к вывозу ценного груза на 18 проц. меньше, чем в 1935 году (4183,2 т) и в 1,7 раза меньше квалифицированной рабочей силы — 1743 человека36 (0,4 проц. населения республики37).

В условиях роста доли участия карельского бюджета в софинансировании мобилизационной подготовки по мобилизационному плану (МП-4) частичной компенсацией эвакуационных затрат было решение 1938 года о переносе на союзный бюджет расходов, превышавших сумму 5000 руб., т.е. эвакуации относительно крупных объектов промышленных предприятий38. По эвакуационному плану 1938 года к вывозу в режиме эвакуации предполагались: Онежский завод, Петровский авторемонтный завод, Сунская сплавная контора, Кестеньгский, Ухтинский, Олонецкий леспромхозы, Линдозерский механизированный лесопункт, Шуйская сплавная контора, Центральные ремонтные мастерские, предприятия треста «Кареллес», отдел мелиорации и землеустройства, Наркомат финансов39 (ещё 58 организаций, учреждений и предприятий40). Основная часть предприятий и учреждений (73 проц.) располагалась в угрожаемой зоне республики.

Таким образом, с начала 1930-х годов на фоне роста площади угрожаемой зоны в Карелии сокращались объёмы планировавшихся к эвакуации материальных ценностей и людских контингентов. В 1930-х годах по сравнению с 1920-ми в профессиональном составе подлежавших эвакуации людей выросла доля квалифицированных специалистов, в число эвакуированных включили войска конвойной стражи. Индикативные показатели предполагавшегося вывоза людей сокращались значительно больше, чем показатели грузов. Сокращение финансирования военно-гражданского мобилизационного строительства в Карелии во второй половине 1930-х годов и одновременное снижение индикативных показателей срочной эвакуации означало, что территория пограничной республики рассматривалась советским руководством как второстепенный театр военных действий. А осуществление основных эвакуационных мероприятий в Карелии заблаговременно в режиме разгрузки позволяло решать проблемы дефицита финансирования мобилизационной подготовки в республике и возможных издержек срочной эвакуации. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки

http:www.elibrary.ru

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Куманёв Г.А. Война и эвакуация в СССР: достигнутые результаты и потери // Людские потери СССР в период Второй мировой войны. СПб., 1995. С. 137—145; Макуров В.Г. Эвакуированное население Карелии на Европейском Севере России (1941—1945 гг.) // Карелия, Заполярье и Финляндия в годы Второй мировой войны. Петрозаводск, 1994. С. 39—45.

2 Мелия А.А. Мобилизационная подготовка народного хозяйства СССР (1921—1941 гг.). М.: Альпина Бизнес Букс, 2004. 352 с.

3 Килин Ю.М. Карелия в политике советского государства 1920—1941. Петрозаводск: Изд. ПетрГУ, 1999. 275 с.; Репухова О.Ю. Мобилизационная подготовка в Карелии в предвоенное десятилетие // Учёные записки ПетрГУ. 2015. № 1(146). С. 34—40.

4 Копанев В.Н. Эвакуация органов власти Карелии. 1941 г. // Краеведческие чтения. Материалы VII научной конференции (13—14 февраля 2013 г.). С. 241—253; Меньшикова Е.В. Организация и условия проведения эвакуации жителей Карелии в начальный период Великой Отечественной войны // Там же. С. 236—240.

5 Мелия А.А. Указ. соч. С. 93—109.

6 Репухова О.Ю. Указ. соч. С. 34.

7 Мелия А.А. Указ. соч. С. 70—79.

8 Там же. С. 151.

9 Там же. С. 152.

10 Российский государственный архив экономики (РГАЭ). Ф. 4372. Оп. 91. Д.437. Л. 30—31а.

11 Там же.

12 Национальный архив Республики Карелия (НАРК). Ф. П-3. Оп. 2. Д. 454. Л. 34.

13 Там же. Ф. Р-690. Оп. 10. Д. 2. Л. 24.

14 РГАЭ. Ф. 4372. Оп. 91. Д. 437. Л. 30—31а.

15 НАРК Ф. П-3. Оп.2. Д.454. Л. 2.

16 Мелия А.А. Указ. соч. С. 174—194.

17 НАРК. Ф. Р-690. Оп. 10. Д. 2. Л.15.

18 Капистка В.В. «Раскрыта крупная шпионско‒диверсионная организация японского генерального штаба» // Воен.-истор. журнал. 2006. № 2. С. 21—27.

19 Мелия А.А. Указ. соч. С. 163.

20 Репухова О.Ю. Форсирование принудительной территориальной мобильности в Карелии в контексте мобилизационной подготовки в 1930-х гг. // Карельский фронт и Европейский Север в годы Великой Отечественной войны: сб. ст. междунар. науч.-практ. конф. Петрозаводск: Изд. ПетрГУ, 2015. С. 103.

21 Мелия А.А. Указ. соч. С. 201.

22 НАРК. Ф. Р-659. Оп. 1. Д. 68/1091. Л. 1—44.

23 НАРК. Ф. Р-690. Оп. 10. Д. 1/1. Л. 4.

24 Там же. Д. 2. Л. 2.

25 Репухова О.Ю. Форсирование принудительной территориальной мобильности в Карелии… С. 103.

26 Такала И.Р. Финны в Карелии и в России: история возникновения и гибели диаспоры. СПб.: Изд. «Журнал Нева», 2002. 172 с.

27 НАРК. Ф. Р-690. Оп. 10. Д. 2. Л. 4.

28 Покровская И.П. Население Карелии. Петрозаводск: Изд. ПетрГУ, 1978. С. 72.

29 НАРК. Ф. Р-690. Оп. 10. Д. 5. Л. 35.

30 Репухова О.Ю. Мобилизационная подготовка в Карелии в предвоенное десятилетие… С. 37.

31 НАРК. Ф. Р-690. Оп. 10. Д. 13. Л. 47.

32 Там же. Д. 2. Л. 23.

33 Там же. Л. 35.

34 Там же. Л. 23.

35 Там же. Д. 5. Л. 35.

36 Там же.

37 Покровская И.П. Указ. соч. С. 73.

38 НАРК. Ф. Р-690. Оп. 10. Д. 5. Л. 36.

39 Там же. Л. 30.

40 Там же. Л. 31—34.