Желательно получить… материал по лёгкому плавающему танку “Лоран”

image_pdfimage_print

Аннотация. Статья посвящена использованию в советском танкостроении добытых разведкой Наркомата обороны СССР материалов по английской, французской, итальянской, чехословацкой, шведской, швейцарской и японской бронетанковой технике во второй половине 1930-х годов.

Summary. The article is devoted to the use by the Soviet tank-building of materials on English, French, Italian, Czechoslovak, Swedish, Swiss and Japanese armour vehicles obtained by the Intelligence of the USSR People’s Commissariat of defence in the second half of the 1930-ies.

ИЗ ИСТОРИИ ВООРУЖЕНИЯ И ТЕХНИКИ

 

ВАСИЛЬЕВ Владимир Васильевич — кандидат исторических наук, доцент (Москва. E-mail: vasilev.vl@list.ru)

 

«ЖЕЛАТЕЛЬНО ПОЛУЧИТЬ… МАТЕРИАЛ ПО ЛЁГКОМУ ПЛАВАЮЩЕМУ ТАНКУ “ЛОРАН”»

 

В предыдущей статье этого автора* были рассмотрены факты использования отечественной танковой промышленностью передовых технологий, добытых советской военной разведкой в США и Германии в предвоенные годы и в первой половине 1941 года. В предлагаемой вниманию читателей статье рассказывается о том, что советская военная разведка успешно отслеживала также все новинки танкостроения и в других европейских странах, и даже в Японии.

 

Во второй половине 1930-х годов в поле зрения советской военной разведки находилось танкостроение не только США и Германии, но и других европейских стран, прежде всего Великобритании, страны, первой применившей танки в сентябре 1916 года в сражении на реке Сомма. В 1936—1937 гг. в Разведывательное управление (РУ) РККА поступили сведения, свидетельствующие о том, что британская армия располагала новыми разработками в области бронетехники. При этом чаще всего упоминались лёгкие танки английского конструктора венгерского происхождения Н. Штраусслера модель «Р» и танки «Виккерс» (Vickers). Вскоре выяснилось, что в модель танка с литерой «Р» английские инженеры внесли ряд конструктивных изменений, в том числе установили два мотора американской фирмы «Форд» (Ford), значительно повысивших тактико-технические характеристики машины. Оценивая вновь поступившие материалы как особо важные, С.В. Петренко-Лунёв1, в то время секретарь Военно-технического бюро (ВТБ), сообщил в Разведуправление, что с англичанами ведутся переговоры о покупке этой машины. Позже он же уведомил начальника РУ РККА С.П. Урицкого о приобретении Наркоматом тяжёлой промышленности по линии Наркомата внешней торговли образца танка «Штраусслер-Р»2. Заметим, сделку санкционировало Политбюро ЦК ВКП(б), приняв 13 марта 1936 года по этому вопросу специальное решение. Первоначально на закупку английского танка из резервного фонда СНК СССР выделялось 40 тыс. рублей золотом, однако позже «в связи с внесением технических дополнений» пришлось добавить ещё 26 тыс. рублей3. Однако о дальнейшей судьбе закупленного английского танка в доступных архивных источниках пока ничего обнаружить не удалось.

Надо сказать, что, кроме готовых изделий, разведку интересовали и передовые технологии, в частности, секреты производства танковой брони. Так, фирмой «Виккерс» применялась хромо-никеле-молибденовая цементованная броня, прочность которой на 20—30 проц. превышала прочность нецементованной. Агентурным путём было установлено также, что на заводе Гарфилда (Garfield) разработана танковая броня марки Resista M.Q., особенностью которой являлось то, что упрощалась её механическая обработка, в то время как противоснарядная стойкость такой брони была идентична стойкости нецементованной легированной брони.

Вскоре военной разведке удалось добыть образец 5-мм брони Гарфилда (размером 820 на 530 мм). После того как сотрудниками Управления вооружений РККА был проведён его химический анализ, в августе 1938 года данный образец вместе с техническим описанием был отправлен в Наркомат тяжёлой промышленности. Однако процесс выплавки стали Гарфилда оказался весьма трудоёмким, так что эту задачу советским металлургам пришлось решать весьма длительное время. Лишь в 1941 году в СССР стали делать траки из стали Гарфилда и применять их на новом лёгком танке Т-504.

Наряду с достижениями английской танковой промышленности советскую сторону интересовали и успехи французских танкостроителей. Из французских танков, по данным разведки Наркомата обороны СССР, наиболее удачными являлись лёгкие танки фирмы «Рено» (Renault) (модели Renault ZM и Renault VM) и лёгкий плавающий танк фирмы «Лоран» (Laurent). В апреле 1937 года РУ РККА передало Автобронетанковому управлению (АБТУ) РККА фотоматериалы с иллюстрациями основных узлов и агрегатов, а также подробными тактико-техническими данными обеих моделей танка «Рено»5. В ходе изучения полученных материалов было выявлено своеобразие французских моделей: трансмиссия танка Renault VM располагалась на правой стороне машины, у него применялся также набор резиновых блоков для амортизации опорных катков; корпус танка Renault ZM изготавливался из литой брони.

Оценив технологические особенности и возможности французских танков, специалисты АБТУ переправили материалы по ним танкостроительным заводам № 37 (Москва), № 185 (Ленинград) и СТЗ (Сталинград). Кроме того, 7-е главное управление Наркомата оборонной промышленности (НКОП) СССР, Мариупольский машиностроительный и Ижорский металлургический заводы получили задание испытать опытные листы литой брони, из которой изготавливались корпус и башня танка Renault ZM. Информируя начальника Разведуправления РККА комкора С.П. Урицкого о результатах изучения французских танков, начальник АБТУ комдив Г.Г. Бокис просил: «Желательно получить аналогичный материал по лёгкому плавающему танку “Лоран”»6. Смогла ли тогда военная разведка выполнить заявку АБТУ, доподлинно неизвестно, но просьба Г.Г. Бокиса была учтена при составлении очередного задания добывавшему сведения аппарату РУ РККА.

В числе других новых французских танков, сведения о которых военная разведка добыла в 1936 году, следует назвать средний 27-тонный танк В1 и унифицированные танки серии Д (Д1, Д2, Д3). Материалы по танку В1 специалистами АБТУ РККА были всесторонне изучены, признаны ценными и впоследствии, судя по резолюции начальника АБТУ, использовались в советском танкостроении7. Такую же оценку получили описание и общие схемы гидравлического управления системы «Недер», применявшейся на танке В1, прототипом которого служил французский танк Шнейдера8, известного, опять-таки благодаря разведке, советским танкостроителям ещё с 1930 года. Кроме того, в 1935 году РУ РККА заполучило новые данные по другой французской бронетехнике: танкам «Рено» (модели С2 и VO). В АБТУ РККА, как впоследствии отмечал начальник 3-го (военно-технического) отдела РУ РККА О.А. Стигга, все материалы, получив хорошую оценку, были направлены на опытный завод термоизоляционных и строительных материалов (ТСМ)9. Таким образом, получив в 1936 году от РУ РККА материалы по новым французским танкам, представители АБТУ РККА и танкостроительной промышленности были в курсе некоторых конструктивных особенностей и боевых возможностей основных французских моделей.

В зоне внимания советской разведки в те годы находились и некоторые образцы итальянской бронетехники, в первую очередь лёгкий танк М-36 и танкетка «Фиат-Ансальдо» образца 1938 года. О практическом использовании в отечественном танкостроении добытых сведений о танке М-36 сегодня мало что известно. Пока можно сказать лишь, что полученные от военных разведчиков сведения в АБТУ РККА признали ценными, и в дальнейшем они использовались при разработке некоторых образцов отечественных танков10.

Больше известно об итальянской танкетке, два экземпляра которой, полученные по каналам военной разведки, скрупулёзно изучались военными на научно-исследовательском автобронетанковом (НИАБТ) полигоне в подмосковной Кубинке11. По словам начальника АБТУ РККА Д.Г. Павлова, «испытания показали отсутствие каких-либо преимуществ этого танка перед нашей танкеткой Т-27»12. Правда, судя по его докладу Комитету обороны при СНК СССР, кое-что советские конструкторы всё же позаимствовали — это метод шплинтовки колец траков и цилиндрические задвижки для смотровых щелей.

Особое внимание со стороны советской военной разведки и оборонной промышленности уделялось чехословацкому бронетанковому опыту. Это внимание было обусловлено несколькими факторами, главный из которых, безусловно, военно-экономический. По некоторым современным оценкам, Чехословакия в те годы13 располагала одним из самых мощных в Европе военно-промышленных комплексов, который был способен ежемесячно выпускать десятки танков и 1600 танковых пулемётов.

В первую очередь в зоне интересов военной разведки оказались отдельные образцы чехословацких танков и их оборудование. В число технических новинок входил пульт управления танком, имевшийся на некоторых моделях. Первые сведения о танках с пультовым управлением, судя по выявленным архивным источникам, были добыты военной разведкой в 1936 году и направлены начальнику Вооружений РККА. Речь шла о лёгком 10-тонном танке, известном советским специалистам во всех подробностях. После детального ознакомления с присланной технической документацией военные специалисты пришли к выводу: «Присланный материал заслуживает большого внимания, является интересным и подтверждает правильность нашей линии в разработке пультовых систем для танков»14.

Военная разведка продолжала отслеживать подобные системы управления танком, и в 1937 году были добыты дополнительные материалы, в которых фигурировал танк «Взор-35», оснащённый пультовым пневматическим управлением, существенно облегчавшим работу водителя-механика. Имелись на нём и другие новые конструктивные решения. Получив в 1937 году из Разведуправления сведения об этой модели, начальник АБТУ прислал начальнику РУ РККА подробный отчёт, в котором, в частности, сообщал: «Танк является вполне современным образцом, близко подходящим к нашему танку Т-26. Он имеет более мощное бронирование; подвижность его, благодаря большей удельной мощности, лучше, чем у нашего танка Т-26. В конструкции танка учтены все последние требования, предъявляемые к конструкциям корпусов… желательно получить материалы по подвескам танков и конструкции гусеницы, а также выяснить вопрос о возможности приобретения этого танка»15. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Петренко-Лунёв Сергей Васильевич (1890—1937) — советский военачальник, сотрудник военной разведки, комкор. Окончил Военную академию РККА (1925). В военной разведке с 1925 г. Военный атташе при полпредстве СССР в Германии (июнь 1925 — июнь 1928). Заместитель начальника, начальник Центрального аэрогидродинамического института (ЦАГИ), начальник мобилизационно-технической инспекции Главного артиллерийского управления РККА (1928—1934). Военный атташе при полпредстве СССР в Италии (апрель 1934 — март 1936). Секретарь ВТБ при Комиссии (Комитете) обороны СНК СССР (март 1936 — май 1937). Арестован 28 мая 1937 г. Расстрелян 9 декабря 1937 г. Реабилитирован 21 июля 1956 г.

2 Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ). Ф. 8433. Оп. 5. Д. 196. Л. 29.

3 Российский государственный архив социально-политической истории. Ф. 17. Оп. 162. Д. 20. Л. 75, 174; Оп. 166. Д. 564. Л. 86.

4 Свирин М.Н. Танковая мощь СССР. М.: Яуза; Эксмо, 2008. С. 293.

5 ГА РФ. Ф. 8433. Оп. 5. Д. 199. Л. 24, 25.

6 Там же. Л. 25.

7 Там же. Д. 196. Л. 28.

8 Шнейдеры (Schneider) — одна из крупнейших групп монополистического капитала Франции, которая возникла в 1-й половине XIX в. В 1930-е гг. концерн «Шнейдер-Крёзе» контролировал предприятия и компании в машиностроении, судостроении, автомобилестроении и электротехнике, а также ряд крупных кредитно-финансовых учреждений страны.

9 ГА РФ. Ф. 8433. Оп. 1. Д. 80. Л. 30.

10 Там же. Оп. 5. Д. 196. Л. 30.

11 Российский государственный военный архив (РГВА). Ф. 31811. Оп. 2. Д. 1119. Л. 31, 32.

12 Там же.

13 То есть до Мюнхенского соглашения 1938 г. и до оккупации германскими войсками чешских земель в марте 1939 г..

14 ГА РФ. Ф. 8433. Оп. 5. Д. 196. Л. 29.

15 Там же. Д. 199. Л. 25.