Образ народного героя в идеологической подготовке военнослужащих российской армии в годы Первой мировой войны

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье на основе документов Центрального архива Нижегородской области и анализа газетных публикаций рассматриваются отдельные аспекты психологической мобилизации и идеологической подготовки военнослужащих российской армии в годы Первой мировой войны на примере подвига знаковой исторической личности Козьмы Минина.

Summary. On the basis of the Nizhny Novgorod Region Central Archives’ documents of and newspaper publications the article considers some aspects of psychological mobilisation and ideological training of servicemen of the Russian army during the First World War by means of heroism of the token historical personality of Kozma Minin.

ВОЕННО-ПАТРИОТИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ

 

САПОН Владимир Петрович — профессор кафедры истории России Нижегородского государственного педагогического университета имени Козьмы Минина, профессор кафедры истории России и вспомогательных исторических дисциплин Нижегородского филиала Университета российской академии образования, доктор исторических наук

(г. Нижний Новгород. E-mail: vladimail2008@mail.ru)

 

«НА ПРИЗЫВ БЕССМЕРТНОГО МИНИНА ПОДЫМАЕТСЯ НОВЫЙ ВИТЯЗЬ…»

Образ народного героя в идеологической подготовке военнослужащих российской армии в годы Первой мировой войны

 

В периоды резкого обострения международной обстановки и начала масштабных военных конфликтов во все времена и во всех странах государственная идеология воюющих сторон приобретала особый патриотический характер. Государства с многовековой историей и устоявшимися традициями имели весомый козырь в идеологической подготовке как действующей армии, так и гражданского населения. Обращаясь к культовым для народа историческим символам, пропагандистская машина получала несомненное преимущество в психологической мобилизации населения страны и её вооружённых сил, что позволяло обеспечить существенный перевес и в чисто военном, и в информационном противостоянии с противником. Ярким примером использования российских народных символов в ходе Первой мировой войны стало обращение к памяти одного из самых почитаемых в народе героев освобождения Отчизны от иноземного ига и внутренних смут — Козьмы Минина.

Второй военный год совпал с днём чествования 300-летия со дня смерти выдающегося нижегородца. Это событие было широко отражено в отечественных средствах массовой информации. Как писал «Нижегородский листок» в номере от 9 мая 1916 года, «современная война вызывает колоссальные задачи, над разрешением которых с громадным усилием трудится вся Россия, задачи — довести войну до победного конца. Триста лет тому назад выдвигалась та же задача — мобилизации общественных сил, мобилизации общества в самом широком смысле слова»1.

Козьма Минин оказался не только одной из излюбленных фигур официально-патриотической и общественно-публицистической риторики2. Его имя часто упоминалось и в связи с боевой деятельностью воинских частей — особенно тех, которые в своё время дислоцировались или формировались на нижегородской земле. Так, уже 2 сентября 1914 года нижегородский губернатор В.М. Борзенко получил от командира 1-й бригады 10-й пехотной дивизии генерал-майора Ф.В. Буткова письмо, в котором тот с гордостью сообщал о «блестящих действиях» чинов вверенного ему воинского подразделения.

«В первой русской победе над врагом под… они показали себя героями, истинными потомками славного нижегородского гражданина Козьмы Минина. Ряд дальнейших боевых столкновений только укрепляет их боевой дух. Счастлив засвидетельствовать, что всегда встречаю в своей бригаде радостные приветствия от лица офицеров и солдат — залог будущих геройских подвигов»3.

А вот что отмечалось в приказе командира 9-го пехотного Ингерманландского Императора Петра Великого полка, текст которого (вместе с благодарственным письмом за присланные пасхальные подарки) получил начальник Нижегородского кадетского корпуса генерал-лейтенант Л.П. Жилинский:

«Радость светлого праздника Святой Пасхи в этом году увеличилась еще присылкой нам “красного яичка”, подарков из города Нижнего-Новгорода, от председателя Аракчеевского комитета генерал-лейтенанта Л.П. Жилинского, от учеников 1-й мужской гимназии, от Лукояновского дамского комитета и от Ф.И. Еремина (с. Павлово) с просьбой передать вам, доблестным молодцам Ингерманландцам: “душевное поздравление с праздником светлого Христова Воскресения, с пожеланием всем боевых успехов во славу Государя Императора и Великой России и в поддержание достославного, священного для каждого Ингерманландца, имени Великого Петра. Со стен древнего нижегородского кремля, с места, где некогда квартировал Ингерманландский полк, под красный пасхальный звон колоколов нижегородских храмов, да слышат герои-Ингерманландцы наше радостное Христос Воскресе! И пусть этот торжественный клик будет предвестником чудным скорой и полной победы над грозным врагом”.

Седые Петровцы! Это тот кремль, где великий гражданин Минин в минуту несчастья и гибели России, отдав все сам, призывал граждан и все население государства принести для спасения Русской земли все, что каждый имеет, чем и спас Россию.

Председатель Аракчеевского комитета есть глава военно-учебного заведения, Нижегородского графа Аракчеева кадетского корпуса, в питомцах которого течет кровь Минина и живут заветы и традиции Нашего Державного шефа Императора Петра Великого. В молодом поколении 1-й мужской гимназии и в нижегородцах также течет кровь их предка, и также они все горят любовью к родине и готовы для нее и ее блага пожертвовать всем. Принимая от них пасхальный подарок и их боевое благословение с благоговением, как от дорогих нам по общим традициям и заветам любящих Царя и Россию лиц, поклонимся им всем низко за их внимание и ласку и поблагодарим за поддержание той незримой связи с нами, которая нас окрыляет, доказывая, что наш боевой труд не пропадет, так как за нашими спинами растет молодое поколение — кузнецы будущего счастья России и толкает нас смело на бой, не щадя живота своего, во славу Государя Императора и Великой России.

Земной поклон всем приславшим подарки, громкое им Петровское “ура”.

Приказ этот прочитать во всех ротах и командах и офицерам вести с нижними чинами по содержанию его беседы»4.

На протяжении нескольких предвоенных десятилетий жители самых разных уголков Российской империи собирали деньги на сооружение памятника К. Минину и князю Д. Пожарскому в Нижнем Новгороде. Эта патриотическая акция была продолжена и в годы Первой мировой войны. К 1 октября 1914 года собранная сумма составила немногим более 47 тыс. рублей, к середине апреля 1916 года в ходе пожертвований в связи «с чествованием памяти Минина» удалось собрать ещё более 11,5 тыс. рублей5.

Заметную лепту в реализацию проекта внесла действующая армия. Так, командующий 1-й армией генерал от кавалерии А.И. Литвинов в январе 1916 года ходатайствовал перед императором (и получил положительный ответ) о посылке нескольких орудий, взятых в качестве трофеев, для оформления памятника. Вот как он описал этот эпизод в письме нижегородскому губернатору от 3 февраля 1916 года:

«31 Января я имел счастие доложить ЕГО ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ просьбу Воронежской Ученой Архивной Комиссии о пожаловании городу Воронежу, для постановки у памятника ПЕТРУ ВЕЛИКОМУ, нескольких орудий, из числа взятых с боя полками 5 армейского корпуса, стоявшими в г. Воронеже и пополненными почти сплошь уроженцами города и губернии, а равно и о том, что и Нижний Новгород, вероятно, был бы счастлив получить несколько орудий, для постановки у строящегося памятника Минину и Пожарскому, из числа тех, кои взяты с боя полками 5 армейского корпуса, стоявшими в Нижнем-Новгороде и пополненными уроженцами города и губернии.

ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР изволил повелеть мне передать Вам следующие Его слова: “Нижний Новгород имеет неоспоримое право получить несколько орудий из числа взятых с боя полками 5 армейского корпуса, состоявшими из уроженцев города и губернии, и Я совершенно на это согласен. Теперь же отметить те орудия, которые подлежат передаче Нижнему-Новгороду”.

Вместе с этим я пишу Военному Министру о таковой воле ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА. Всего взято 5 армейским корпусом в мое им командование свыше 70 орудий. Я полагаю, что для постановки у памятника Минину и Пожарскому нужно 8 орудий.

Счастлив передать Вам таковое милостивое повеление ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА»6.

Офицеры лейб-гвардии Петроградского полка пожертвовали на сооружение памятника Минину и Пожарскому 100 рублей; 61-я пехотная дивизия прислала в Нижегородскую городскую управу для той же цели 1000 рублей7. От офицеров и классных чинов 38-го Тобольского пехотного полка в комитет по сбору пожертвований поступило 700 рублей8.

В первые месяцы 1916 года новый нижегородский губернатор А.Ф. Гирс завязал оживлённую переписку с командирами ряда воинских частей в связи с запланированными памятными мероприятиями. Извещения о «торжественном чествовании памяти Козьмы Минина по случаю трехсотлетия со дня его кончины» были направлены, в частности, начальникам штабов 5-го армейского корпуса и 10-й пехотной бригады, командирам 10-й артиллерийской бригады, 37-го пехотного Екатеринбургского полка, 38-го пехотного Тобольского полка, 242-го пехотного Луковского полка, II Донского казачьего полка9. В эти части, а также «нижним чинам» Нижегородского гарнизона были направлены тысячи иллюстрированных брошюр в честь Минина, подготовленных Нижегородской губернской учёной архивной комиссией (НГУАК).

В указанное издание было включено воззвание от нижегородского губернатора:

«Три столетия пронеслись над Русской землей, три седых века минули и канули в безвозвратное прошлое с тех пор, как в тяжкие дни “лихолетья” на Руси из Нижнего Новгорода раздался громовой призыв, не щадя животов своих, оставив жен и детей, вставать и идти на спасение отечества, призыв, вырвавшийся из наболевшей русской души великого патриота, величайшего из народных героев — Кузьмы Минина. И словно пробужденные от тяжкого сна, воспрянули духом русские люди, верные сыны своего отечества; устыдились “шатания” своего слабые волей, что сегодня шли вослед призывам Троицкой Лавры, а завтра примыкали к врагам, обуянные страхом и малодушным отчаянием.

Триста лет прошло с тех пор, как почил великий богатырь духа, три века покоится прах его под могильными сводами, но бессмертный дух его реет над нами и в переживаемые нами дни нового лихолетья голос его звучит: “Заложим жен и детей и выкупим отечество”. Нет героев былого, витязей славного прошлого, но не оскудела родная земля, и на призыв бессмертного Минина подымается новый витязь в грозном, непобедимом величии богатырской силы своей. — Чудо богатырь! это ты — русский солдат, который, бросив жен и детей, на далеких полях сражений проливаешь кровь свою, не щадя живота. Тебе слава и честь, и поклон до земли, тебе осененному силой Всевышнего, благословенному Небесным Промыслом, стоящему неколебимо за наше правое дело, за правду Божию, — правду всего человечества.

Памятуйте же все дальние и близкие народы и те, которые за нас, и те, которые против нас, и те, кто в малодушном шатании не знают к кому примкнуть: — непобедима сила идущего с Богом.

Разумейте же языцы, яко с нами Бог!»10. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Нижегородский листок (НЛ). 1916. 9 мая. № 125. С. 2.

2 Подробнее см.: Сапон В.П. «Козьма Минин… встаёт и смотрит на нас…» (Мининский подвиг как фактор патриотической мобилизации российского общества в годы Первой мировой войны») // Вестник Пермского университета. Серия «История». 2014. Вып. 4 (27). С. 44—50.

3 НЛ. 1916. 12 сентября. № 180. С. 2.

4 НЛ. 1916. 1 мая. № 117. С. 2.

5 См.: Нижегородская губерния в годы Первой мировой войны (дофевральский период): документы и материалы / Науч. ред. и сост. В.П. Сапон. Нижний Новгород, 2014. Док-ты № 4-3, 4-10.

6 Центральный архив Нижегородской области (ЦА НО). Ф. 894. Оп. 212 а. Д. 3. Л. 14, 14 об.; См. также: Нижегородская губерния в годы Первой мировой войны (дофевральский период)… Док. № 4-5. Генерал от кавалерии А.И Литвинов принял командование 1-й армией Северного фронта 17 ноября 1914 г. (официально — 5 декабря 1914 г.). До этого командовал 5-м армейским корпусом в составе 5-й армии.

7 См.: Нижегородская губерния в годы Первой мировой войны (дофевральский период)… Док-ты № 4-6,  4-9, 4-26.

8 См.: НЛ. 1916. 15 мая. № 131. С. 2.

9 См.: ЦА НО. Ф. 894. Оп. 212 а. Д. 3. Л. 177, 178, 181—184, 194.

10 НЛ. 1916. 16 апреля. № 17. С. 2.